Один шаг вперед

Монстры отстроили большую часть домов. Население и площадь проживания монстров стала заметно увеличиваться, дав понять людям, что их в Подземелье было немало. С каждым днем новые монстры переселялись сюда, а люди, что их поддерживали, начали жить среди них. Папирус в последнее время был занят посольскими делами, помогая Фриск. Недавно появились бунтующие люди, которые каждый день пытаются согнать монстров обратно в гору. Наверное, они появились лишь недавно. Санс не был ознакомлен. Папирус и другие помогают отогнать их. Часто такие протесты закачиваются тем, что приезжают люди в особой форме с машинами, мигающими красно-синим. Папирус обычно пытался просто поговорить с протестующими людьми. Как он говорил, они просто затмены недопониманием ситуации, просто запутались в себе. Некоторых людей ему и впрямь удалось уговорить, и они расходились по домам, не возвращаясь обратно. Но некоторые люди принимали серьезные протестующие меры, то кидаясь камнями, то доходя до чего-то большего, но пока что ничем серьезным это, к счастью, не закончилось. Из-за всей этой передряги талисман монстров практически не отдыхал, и Санс его не видел. Если быть точным, не видел его Санс больше нескольких минут более десяти дней. Он вечно помогал другим, трудился, чтобы другим жилось лучше, совершенно забывая про себя. Сегодняшний день должен быть его выходным, если Санс все верно рассчитал. А он вел записи каждого дня, так что все должно было быть верно. Появлялся он на собраниях и давал хорошие идеи он нечасто, но Ториэль все равно хвалила его труд и даже заплатила ему немаленькую сумму, на которую он купил себе блокнот в 96 листов. Записывал он немного. Первые 4 недели он нормально не записал, поэтому они обозначены черточками, либо же записаны в краткой форме, ведь тетрадь ему было хранить негде и записи он, следовательно, не вел. Конечно, в ведении тетради не было ничего странного, да и брат рыться в его вещах не станет, но он не хотел отвечать на последующие вопросы Папируса, если тот ее найдет. Например, почему здесь написано "день x", а не дата. Или почему Санс постоянно пишет о какой-то аномалии. По его расчетам, у Папируса должен был быть, как минимум, 1 выходной от его работы Талисмана. И сегодня как раз был один из них. Вообще, Ториэль ему предлагала 2 и более выходных, но Папирус отказался, проговорив, что он хочет внести большой вклад в их деятельность и ради этого готов работать хоть каждый день. Но Ториэль сама не робот и, следовательно, у нее тоже есть выходные, по причине чего Папирус тоже отдыхает. Если бы не отдыхал его босс, он бы помогал всем хоть каждый день. Папирус был крут, добр, он всегда хотел помочь другим и верил в лучшее, Санс это знал и гордился своим братом, но иногда хотелось просто видеть его чаще, чем 3 минуты. Конечно, он этого не скажет, как и множество других вещей, которые он хотел бы рассказать своему брату. Внезапно дверь распахнулась. Ее открыла Андайн ногой с обратной стороны. — Разойдитесь, панки! — Сказала та, держа коробки с вещами. Она поставила их на пороге и, отдышавшись, помахала Сансу, который во всю развалился, раскинув руки, на спальном мешке. Андайн была в куртке. Она замерзала быстрее других, из-за чего и одежда ей была надобна теплее. На улице начало холодать. Зеленых листьев, которые Санс привык видеть, почти не осталось. Причем, желтые листья, которые Санс только привыкал постоянно видеть на деревьях, опадали и высыхали, тоже в следствии меня свой цвет. Перед Сансом была раскрыта книга о растениях и птицах. Он купил тетрадь в то же количество листов, что и его блокнот, как-раз для нее. Пока они проживали в лесу, он успел заметить многих представителей флоры и фауны, записывая это себе. У него даже были конкретные даты и записи о его впечатлениях. Он перелистывал страницы, на них были красочные картинки, и он запоминал представителей, отображенных на них. — Хэй, лентяй! — Подошла к нему Андайн и посмотрела сверху вниз. — Пф, ты что, читаешь? Не знала, что ты такой ботан! Странно было слышать упреки от покрасневшей от холода рыбы. Санс посмотрел на раскрытую дверь. Видимо холод, которых она впускала, совершенно ее не смущал. — Это что-то вроде поверхностоного ознакомления с миром, где мы живем. Санс ей подмигнул. — Лучше бы ты с нами коробки таскал, а не просиживал свои кости здесь. — Андайн указала на гору коробок, а это была меньшая часть из того, что им предстояло сюда перенести. — Андайн, не будь так холодна ко мне. — Санс снова подмигнул. — Да и я так тружусь ничего не делать, что это тоже стоит похвалы. Андайн фыркнула, но лицо ее выражало эмоцию между "я тебя сейчас придушу" и "этого следовало ожидать". Но не смотря на это, смех она остановить не могла. Ей всегда нравились его каламбуры. У них было немного общих тем для разговора, но он всегда мог отшутиться и поднять ей настроение. — Да и знаешь, я – скелет коротких дистанций, вряд ли я смогу понести больше одной коробки и не задерживать вас. Андайн собиралась что-то ему предъявить, но, поняв смысл его слов, просто вздохнула и направилась к выходу. — Но хотя бы помоги Папирусу с распаковкой. Он так много для всех нас старается! — Сказала Андайн и вышла, захлопнув после себя дверь. Она была права. Папирус и впрямь старался для всех них. Казалось, больше, чем кто-либо. А Санс просто сидел, ничего не делал, отлынивал от обязанностей, лежал и ленился. Он даже не присутствовал на последних собраниях, ведь не видел смысла во всей этой суете. Все так готовились к тому, что они будут здесь жить. Пф. Иллюзия безопасности. Он знал, что это будущее, но он не был уверен насколько долго это продлиться. Его никак не покидало чувство дежавю, хоть он ни разу не проживал ни единого момента, он не знал что будет завтра, но он не мог вынести это чувство уже прожитого момента. Диалоги отличались, но он помнил, что это точно когда-то уже происходило, и одновременно не происходило никогда. Это было странное ощущение. Санс уже имел дело с Решительностью. Он знал, что если Фриск что-то не понравится, они могут сбросить или вернуться в точку сохранения в любой момент. Он знал это еще со времен другой аномалии, когда ему приходилось переживать одно и то же, но одновременно то, чего никогда не происходило. Тогда он еще мог отчетливо отслеживать сбросы, мог их чувствовать, сейчас же, с тех пор, как он сдался в поимке аномалии, он не мог отследить, когда происходил сброс, а когда все продолжалось. Он не хотел отслеживать. Он просто жил момент, в котором он находился. Сегодня монстры переносят свои вещи на Поверхность Санс записал это в свой блокнот и закрыл его, сложив под тетрадью для его увлечения. Записи были единственным, что Сансу предоставляло удовольствие в последнее время. Ему нравилось записывать итоги дня, хоть в основном он ничего и не делал. И также ему нравилось наблюдать и записывать свои наблюдения, сверяясь со своей книгой. Это стало для него своего рода хобби. Дверь снова отлетела в стену, но в этот раз не от Андайн, это был Папирус. Он тоже любил открывать двери ногами. Что ж, Санс мог его поблагодарить, что он решил зайти через дверь, а не через окно. Папирус нес гору коробок не меньше Андайн. Видимо, он решил помочь другим монстрам с этим, хоть у него и был выходной. — Санс, время уже 10:32, ты хотя бы вставал со своего лежака? — Папирус поставил коробки и встал прямо перед своим братом, скрестив руки и нависая над ним. Санс демонстративно зевнул, на что Папирус начал топать ногой. — Другие так стараются, Санс! Ты мог бы сделать столько всего с твоими короткими путями! — Санс прищурил глаза. — Вставай, ленивые кости! Папирус содрал с него одеяло и взял того за плечи, поставив на ноги перед собой. — Ты уж извини, но если я и возьму одну из коробок, то я и к концу дня не уложусь, ты же знаешь, физическая активность – это через чур. — Папирус закатил глаза. — Санс, я не говорю тебе тащить коробки, но ты мог бы помочь другим. — Папирус махнул на дверь вытянутой рукой и нахмурился. — Что ты сделал с тех пор, как мы вышли на Поверхность?! У него болела от всего этого голова. У него не было сил спорить. Они вышли на Поверхность, но не было смысла делать что-то, пока аномалия не наиграется. Некоторые временные линии жили месяцами после ухода Фриск. Он не помнил конкретные моменты, но он был уверен, что это происходило, как будто были альтернативные версии жизни внизу после ухода Фриск, в которых Санс не сомневался. Он выйдет на улицу, заведет знакомых, освоится, привыкнет к этой расстановке, а потом аномалии это надоест. А самым худшим будет то, что он даже отчетливо помнить это не будет. Санс взял свою книгу, тетради и сложил к себе в карман, достаточно просторный для таких вещей. Папирус схватил того за руку, на что Санс нахмурился. Он любил Папируса, но он не любил, когда тот желал вытащить Санса на какую-то авантюру. — Санс, ты слушаешь? Ты даже на последних двух собраниях не присутствовал! А если мы обсуждаем что-то важное?! — Папирус откашлянулся. — Точнее, мы всегда обсуждаем что-то важное. А твоя точка зрения очень пригодилась бы!! Я знаю, что ты очень умный, и ты мог бы–.. — Бро, мне кажется, что вы и сами прекрасно справляетесь с этим... — Он начал крутить и что-то изображать кистями, ища подходящее слово. — что бы мы не делали. В общем, ладно, давай я просто... — Санс стал осматривать помещение, не желая выходить на улицу. — Разберу коробки?.. — Разберешь коробки? — Папирус посмотрел в ту же сторону, что и его брат. — А это неплохая идея, брат! — Только знаешь, с моим то ростом я вряд ли дотянусь до самого верха, в отличие от моего крутого брата. Может мы разберем коробки вместе, как в старые добрые времена? — Санс пытался аккуратно подобрать слова, чтобы не говорить прямо, что он хочет провести время с братом, словесно подтвердить его крутость и не выполнять всю эту тонны работы в одиночку. — Здесь просто скеле-тонна коробок! — Ньех, ты ужасен! — Отреагировал Папирус на каламбур. — И конечно же я тебе помогу! Ты со своей ленью вряд ли и одну коробку разобрал бы, а я тебя всячески буду подбадривать! — Давай начнем с твоей комнаты. — Санс направился к коробкам с надписью "Папирус" и, встав на цыпочки, от смог зацепить фалангами пальцев коробку с самого верха. Он пододвигал коробку все ближе и ближе к концу, пока она не потеряла равновесие и не начала падать. У Санса потемнело в глазах, он не удержал равновесие и упал, приземлившись на копчик. Папирус тут же захватил коробку, направлявшуюся вниз, и обеспокоенно посмотрел на брата. — Санс! — Взгляд на меньшем скелете задержался точно дольше, чем должен был. Комик почувствовал вину за это. — Упс, прости. — Санс встал и подошел к коробке. Вещи Папирусу были очень ценны, там были его любимые книги, фигурки, хобби и другие вещи. Он ощупал ее и начал поглаживать картон. — Не помялась? — Санс, а если бы что-то случилось?! — Папирус смотрел все также обеспокоенно, но нахмурился. — Папс, прости. Я правда не хотел. Главное же, что коробка не помялась, и все вещи внутри в полной сохранности? — Санс ему улыбнулся. — Будь аккуратнее. А если бы ты... — Папирус замешкался, и Санс вздохнул. — Бро, я сожалею, но все же обошлось? — Папирус подошел ближе, поставил коробку и скрестил руки. — А если бы она упала на тебя и ранила? — Раскинул он руки. — Нельзя быть таким безрассудным! Ох. Вот оно что. Санс отвел глаза на секунду, после чего посмотрел обратно, улыбка на его лице ни на дюйм не дрогнула. Конечно, коробка не могла его убить. Снести большую часть здоровья от неудачного падения могла, но точно не убить. Не то что бы этот факт позволял не волноваться. — Ну, все же обошлось? И ты же знаешь, что у меня быстрая реакция. Все хорошо, Папс, я бы увернулся, воспользовался бы коротким путем. — Санс раскинул руки и посмотрел на своего брата. Тот прильнул к меньшему и сильно прижал. — Ты ТОЧНО в порядке? — Санс кивнул. Папирус уткнулся ему в плечо и не отпускал. Сансу было очень жаль, что он заставлял своего брата так сильно волноваться. Слабак с одним хп, которого можно убить одной случайностью. Он точно не заслуживал, чтобы о нем так волновались. Он был эгоистом. Он делал всем вокруг себя больно. Санс похлопал младшего брата по плечу, намекая, что пятиминутных долгих для него объятий уже достаточно. Когда они перетащили все коробки вверх по лестнице, они сложили их по четырем углам, посчитав это наиболее безопасным и эффективным вариантом. Мебель в комнате Папируса уже стояла. Его комната была единственной обустроенной комнатой. У талисмана, который подбодряет людей и монстров, помогает всем вокруг и тратит все свое время на других, не было времени самостоятельно обустраивать свою комнату или расставлять мебель. Но, как слышал Санс, некоторые монстры, что строили дома, решили обустроить его комнату, конечно, уточнив у Папируса, как именно должна стоять мебель. Комик им очень гордился. Первая коробка, что Санс открыл, была коробкой с книгами. Скелет задавался вопросом, нужны ли истории перед сном Папирусу сейчас. Он отлично справлялся без них и двигался вперед. Может, он хотел оставить их в прошлом. Он отлично справлялся и без Санса. Комик понял, что безделье никакого прока не дает и лишь забивает его мысли мутными вещами, о которых он не делает рассуждать, поэтому стал выкладывать все книги. — Ты уверен, что они тебе пригодятся? — Спросил Санс, поглаживая одну из книг. Папирус отвлекся и подошел ближе. — Конечно! Даже самые ненужные книги хранят память и воспоминания! — Папирус выхватил у него книгу и положил на пол, будто ища что-то определенное. — Что ищешь? Задумчивый скелет остановился на книге с названием "А — значит активист", после чего тот резко вскочил и поставил книгу на самый верх. Санс последовал его примеру и подошел с книгой "Сказка о Кролике Питере", желая расположить рядом, но Папирус выхватил ее и аккуратно отдал Сансу обратно. — Санс, я хочу, чтобы мой шкаф был столь же порядочным, как и сам Папирус! Мне нужно разложить все в своем собственном Папирусовском порядке!! — Скелет начал указывать на полки. — Сказки здесь! Романы здесь! Фэнтези здесь! Что ж, Санс сразу же, без вопросов поддержал эту мысль и начал пересматривать все книги. Он помнил все названия и жанры книг наизусть. Он все-таки сам их покупал, не считая тех, что Папирус одолжил у Андайн. Поэтому они закончили быстро. После этого высокий скелет вышел из комнаты, оставив своего брата разбирать коробки в одиночку. Что ж, это было справедливо. После этого Санс принялся разбирать другие коробки. Во второй коробке лежали фигурки, игрушки и тому подобные вещи. Комик расположил фигурки на столе по росту, будучи неуверенным как именно они должны стоять. Каждую фигурку он рассматривал с теплыми яркими воспоминаниями. Он помнил каждую реакцию своего брата, когда тот дарил ему фигурки. Точнее, когда Санта отвечал на его письма. Папирусу нравилось их коллекционировать, и его запросы были одинаковыми каждый год. Папирус вернулся через десять минут. Он принес с собой еще одну, похожую на другие фигурки, миниатюрную девушку. Она была в костюме, отдаленно напоминавшем боевое тело Папируса. Санс помнил ее, это Сейлор мун. Они с Альфис однажды смотрели это аниме, ученой оно особенно понравилось и до ее фиксации на Мяу Мяу Милашку-Целовашку, у нее было много мерча Сейлор мун, который упал с людского мира. — Не знал, что ты увлекаешься аниме. — Сказал Санс, прищурив глаза и усмехнувшись. — Это Альфис тебе дала? — Фу! Неужели это девочка из одного из детских мультиков, которые она с Андайн смотрит?! — Папирус посмотрел на фигурку, будто смотрел на что-то отвратительное. Будто Санс привел его в Хотленд. — Она похожа на тебя. — Ни за что и никогда кто-то с аниме не будет похож на меня! — Папирус начал жестко и резко жестикулировать. Остановившись, он прищурил глазницы и подошел ближе к своему брату. — А ты откуда знаешь, что вот это с аниме? — Дай аниме шанс, бро, оно не так уж и ужасно. У тебя просто челюсть отвиснет от крутых боев, которые там показывают. — Санс подмигнул. — О нет... Только не говори мне, что Андайн с Альфис и тебя заставили смотреть эти детские мультики... — Папирус сделал шаг назад, будто видел Санса впервые. — Я не поведусь на это, брат!! Может, они промыли мозг тебе и Фриск, но я смотреть эти детские мультики не стану!! — Пф, как скажешь, бро. Только не почувствуй одинокость, когда мы будем смотреть эти мультики без тебя. — Агх! Ну все!! С меня достаточно на сегодня твоих каламбуров! Я перетащил твои коробки наверх, так что иди, разложи свои вещи и не надоедай мне! Санс пошел к себе в комнату. Его матрас с кучей одеял здесь не лежали. Скорей всего, Папирус выкинул их при первой же возможности. Он посмотрел на эту кучу коробок, лежавших по периметру. Был ли смысл их разбирать? Если и был, то он был невидим для Санса. Это все равно не вечно. Пока существует аномалия, ничто не вечно. Санс бы просто хотел раствориться, не быть такой обузой для других, для Папируса. Сейчас он снова ляжет и ничего не будет делать из-за своей лени, Папирус его отругает, это было правильно. Он не делал ничего с тех пор, как они поднялись на Поверхность. Его брат был прав. Всегда был. Скелет не помнил когда, но он разбирал эти самые коробки. Он отдаленно помнил, что жил в совершенно другой комнате, кардинально отличавшейся от его комнате в Подземелье. С мебелью, с расстановкой, с усилиями. Хотя, может, это было его воображение. Был ли смысл прилагать эти усилия, если Фриск снова все перезапустит? Был, чтобы и не тянуть своего брата постоянно вниз. Но Санс был эгоистом, постоянно сдерживая его. Если бы Санс не был таким жалким, что его брату снова приходится жить с ним под одной крышей, то Папирусу было бы намного лучше. Не было бы никого, кто его тянет вниз. Никого, кто даже не старается из-за своей лени. И никто бы рядом с ним не ждал постоянного сброса, пока Папирус просто радуется жизни. — Санс, мне нужна твоя помощь!! — Прокричал Папирус. Санс медленно тяжело вздохнул и прикрыл глаза. Он хотел просто уснуть навсегда. Встав, он направился к двери. Он не торопился, медленно волочился. Так и проходила вся его жизнь, за которой он никогда не поспевал. Сколько они находятся на Поверхности, он все ждет, когда появится в Сноудине. Когда ему не нужно было двигаться вперед. — Бро?— Санс осмотрелся, Папирус излучал теплую энергию своей улыбкой. Она была заразной. Санс тоже улыбнулся. — С чем нужна помощь? — Уже неважно, ты идешь как улитка! — Папирус начал потирать пальцем свою челюсть, как бы, задумываясь, чем бы еще Санс мог помочь. — Но! Ты можешь помочь мне с тем, чтобы освободить эту банку от печенья!! Папирус показал прозрачную немаленькую банку, наполненную самыми разными печеньями. Они были разных цветов, некоторые были с добавками, некоторые просто отличались составом. По середине банки находилась светло-розовая бумажка, соответствуя этикетке, с надписью "С новосельем!". Они не успели еще ничего разложить, как им уже кто-то принес подарок. Мило. — Леди Ториэль и Фриск принесли нам подарок. Ну разве они не чудный человек? — Сказал Папирус, обнимая банку печенья так, будто это был Фриск. — Жаль только, что ты с ними не успел поговорить. — Да. Какая жалкость. — Папирус закатил глаза, а Санс фыркнул. На самом-то деле, он радовался. От этого было странно противно, но его накинуло облегчение от новости, что он не увидится ни с Ториэль, ни с Фриск. Ему было достаточно знать Ториэль, как "леди за дверью". Конечно, он хотел стать ближе к ней, они же с Ториэль близкие знакомые, но он не хотел перебарщивать с этой близостью, раскрывая себя, как открытую книгу, показывая себя насквозь. Они недавно разговаривали, ему хватило этого, теперь ему нужно вернуть счетчик привязанности к нулю, так что он незаметно избегал ее. Он точно так же избегал контакта с кем-либо, кроме Папируса, которого он не может игнорировать. Но и того он теперь видел изредка, так что насчет привязанности к этой жизни можно не волноваться. — Ох. Я готов съесть целого динозавра на завтрак. — Санс имитированно погладил свой несуществуюший живот. Он начал тянуться к печенью, как Папирус одернул его. — Санс!! Сначала нужно нормально поесть! Ты, конечно, неряха, но я тебе больше своевольничать не позволю! — Я даже не могу сказать, что у нас холодильник пуст, ведь у нас холодильника нет. — Санс показал на пустую кухню. Папирус приподнял бровь. — Неужели ты уже успел позавтракать? — Ну, — Папирус замешкался. — такому великому скелету, как я, не нужно завтракать! Санс застегнул свою куртку и проверил на наличие налички. Он мог бы сидеть в долгах до конца этой временной линии, но он не хотел предоставлять неприятности другим монстрам. — Ты куда направляешься? — В Гриллби'с. — Санс остановился у двери. Папирус уже желал возразить, как его прервали. — И ты идешь со мной. — Что?!! Я не пойду в это место, пропитанное жиром!!! — На лице высокого скелета было выражено отвращение. — Папс, тебе нужно хотя бы позавтракать. Мы можем приготовить что-то позже, но прямо сейчас тебе нужно восстановить силы. — Санс протянул руку. — Ты вообще спал? Выглядишь неважно. — Великий Папирус никогда не выглядит неважно!! — Возразил скелет, но принял протянутый жест от брата. Санс редко проявлял инициативу, чаще всего это было из-за его опеки над Папирусом, как в этот раз. — Конечно, но даже Великому Папирусу нужно подкреплять свою энергию. — Санс хотел уже использовать короткий путь, но замешкался. Они не внизу. Они наверху. На Поверхности. Он не мог использовать телепорт. — И не позволяй своей жёсткости отказаться от еды. — Только давай без коротких путей! — Да. Я пытаюсь реже их использовать. Они вышли за дверь. На улице было ветренно. Это был не просто небольшой ветерок, как в их первый день, он был намного сильнее. Санс чувствовал, будто его сейчас унесет. Вокруг летали листья. Это было завораживающе. Их окружало намного больше деревьев, чем Санс мог себе представить. Он должен был уже привыкнуть, что они живут в гуще леса, но никак не мог. Сверху скопились тучи, от этого появилось некое чувство безопасности, будто они снова по землей, под неким куполом, под потолком. Низкий скелет огляделся и понял, что совершенно без понятия где находится Гриллби'с. Он не привык к перераспланеровке. Он даже не следил все это время за постройкой домов, за жизнью на Поверхности, он и не знал, где именно находился Гриллби сейчас, ведь обычно, когда они жили в шалашах, он находился неподалеку. — Санс? — Скелет продолжал смотреть в никуда. И как он мог так просчитаться? — Санс! — А? — Голос Папируса вывел его из размышлений, напугав. — Папс, я чуть из кожи от страха не выпрыгнул! Хех. — Все хорошо? — Да. — Автоматически ответил Санс. — Все хорошо. Это не было даже проблемой, но он не мог это признать. Он не мог признать, что не знает планировку города, заставляя Папируса волноваться еще больше. — Ты не знаешь, где находится Гриллби? — Папирус больше подтверждал, нежели спрашивал. — Я.. — Он начал глазами метаться и искать хоть один дом, отдаленно напоминающий Гриллби. Его брат вздохнул. Разочарованно вздохнул? Санс не был уверен. — Санс. Когда ты в последний раз вообще... ел? Он не был уверен. Должно быть, вчера. Он же каждый день утром ходит в Гриллби'с, берет бургер и идет на свой пост. Но они не в Подземелье. И их круговорот событий не начинался снова. Он себя поймал на мысли, что не помнит, когда именно и что именно он ел. Такие вещи он не записывал в свой блокнот, так что и его проверять было бессмысленно. Может, вчера? Или позавчера? — Санс? — Протянул единственную гласную в имени Папирус. — Не знаю, может, позавчера. — Скелет пожал плечами. — ЧТО?!! — Но все в порядке. Правда, в полном. — Отмахнулся комик. Папирус почувствовал свою вину в этом. У него не было свободного времени последние несколько недель, он совершенно не знал чем питается Санс. А тот был крайне безответственным. Он всегда был в порядке, даже если это не так. Может именно по этой причине у Санса моментами темнело в глазах. Он не был полностью уверен. Он чувствовал себя уставшим, но это его обычное состояние. Списывать это на неполноценное питание он не хотел. — Что ж, думаю, Гриллбс меня уже заждался. Не хочу устраивать завтрак только завтра. — Санс подмигнул. — Это было даже не смешно. Санс шел за Папирусом, мысленно выстраивая маршрут. Гриллби'с находился в совершенно другом месте. Слишком много поворотов для одного лишь пути к нему. Сансу точно нужно будет привыкнуть к использованию коротких путей на Поверхности, потому что это черезчур много ходьбы для одного раза. Пока они шли, Санс почувствовал слабость и упал. Папирус успел его подхватить за капюшон и, убедившись, что все впорядке и Санс держит равновесие, отпустил его. — Упс. Не думал, что наша прогулка будет такой сногсшибательной. — Папирус смотрел обеспокоенно, но нахмуренно, от чего его лицо было забавным. До того, как он успел что-либо сказать, Санс направился вперед, к двери в обитель жирной еды. Народу было намного меньше, чем было обычно в Гриллби'с в Сноудине в это время дня. Точнее, в баре не было никого, кроме самого бармена. Помимо этого, некоторые столы отустствовали, как и магнитофон. Похоже, Гриллби не целиком перенес все на Поверхность. Само помещение стало намного больше. Причем, присутствовала лестница, ведущая на второй этаж. Но по планировке практически ничего не отличалось, даже пожарная дверь присутствовала. Санс порылся в своих карманах, найдя несколько купюр. Да, этого должно хватить. Он достал монеты и отдал их Гриллби, покрывая свой счет. Тот удивленно оглянулся на него. — Сегодня, значит? — Ну, мне не стоит играть с огнем. — Сказал Санс, указывая на бармена. Со стороны барной стойки послышались смешки. Его цвет сменился с оранжево-желтого на приближенный к красному оттенок. — Воу, Гриллбс, сегодня твой смех – просто огонь. Я вижу, ты решил поддать жару! Он так и заливался бы смехом, если бы помещение не становилось жарче от переизбытка эмоций. — Мне не хватало твоих шуток. — Гриллби начал протирать и без того чистый стакан. — У меня есть еще парочка. — До того, как он успел что-либо сказать, Папирус закрыл ему рот. — Мне кажется, уже достаточно. Низкий скелет фыркнул. — Тебя давненько здесь не было. — Проговорил Гриллби, когда братья-скелеты устроились прямо напротив него. Младший скелет косо посмотрел на брата. — Как обычно? — Валяй. — Санс посмотрел на отсутствие приправ. — Кстати, а кетчуп еще не завезли? — Бармен помотал головой. — А тебе, Папирус? — Стакан молока. — Папирус затих на несколько секунд. — И картошку. Гриллби ушел в пожарную дверь, оставив братьев сидеть в неловком молчании на несколько минут. — Санс. Ты ведь солгал? Скелет повернул голову к своему высокому брату, но Папирус смотрел будто в пустоту. Солгал? Он всегда лгал, во многих вещах. Можно было бы просто ответить "да", ведь он был уверен на 100%, что он и впрямь солгал. Но спросить все же стоило. — В чем им.. — Санс прервал себя. — В смысле? — Ты ел не позавчера. Ты солгал. Все тело внезапно съежилось. Папирус посмотрел на него, но Санс не мог прочесть это выражение лица. — Я.. Ну, я, должно быть, поел не в Гриллби'с.. Санс даже не мог придумать достойное оправдание. Как можно придумать оправдание на то, что ты даже не помнишь? Может, он солгал, а может, это была правда. Он не знал. — "Должно быть"? Ты серьезно думаешь, что я в это поверю? — Папирус стукнул кулаком по столу. — Ты всегда говоришь, что все в порядке, хотя это совершенно НЕ ТАК!! Ты думаешь, что я поверю в то, что ты весь день шатаешься просто от усталости после того, как Гриллби сам подтвердил, что тебя ДАВНО не было здесь!! — Почему ты... Почему.. Неужели я НАСТОЛЬКО плохой, безответственный брат, что не заслуживаю твоего доверия? — Его голос стал тише. — Я доверяю тебе, Папс. — Тогда почему ты мне ничего не рассказываешь? — Это просто прием пищи. Ты же знаешь какой я ленивый и безответственный, я, должно быть, просто забыл о питании. Хех. Понимаешь о чем я? Санс смотрел вниз. — ЭТО НЕ ПРОСТО ПРИЕМ ПИЩИ. — Папирус раскинул руки для демонстрации. — Ты.. Ты постоянно что-то скрываешь, не договариваешь, не подпускаешь никого к себе и страдаешь один!!! — Ты ходил несчастным ГОДАМИ. И я и впрямь ужасный брат, ведь даже сейчас я не знаю в чем причина!! — Папс– — Я думал, что.. Может, с выходом на Поверхность тебе станет лучше. Может, если я самостоятельно поймаю человека, я принесу тебе счастье, но... Папирус всхлипнул. Кажется, он плакал. Санс даже не взглянул на него, смотря вниз. Он чувствовал себя отвратительно. Почему Папирус до сих пор возится с ним? Он приносит одни лишь страдания. — Но тебе стало лишь хуже! Ты просто перестал выходить и контактировать с другими монстрами!! Ты постоянно избегаешь людей, избегаешь внешнего мира, а я не могу понять этого. Не могу понять причины твоей печали. И, если бы ты доверял мне, может, ты бы рассказал мне... — Может, я не достаточно силен.. или не достаточно умен, чтобы понять, но я бы хотел знать хотя бы приблизительно что с тобой происходит.. Санс взглянул на Папируса. Тот плакал. Внезапно, он почувствовал себя очень маленьким и слабым. Он не мог рассказать. От этого стало лишь больнее. Все, что вышло из его рта, было настоящим разочарованием для его брата. — Мне жаль. — Сказал он шепетом. Они просто молча посмотрели друг на друга, пока Папирус не усмехнулся. Но это точно не было смехом радости. — Видимо, мы так все и оставим, да? Просто притворимся, будто ничего не было. Ты снова построишь вокруг себя оборонительную стену, не будешь никого близко подпускать, будешь страдать, а я притворюсь, будто это совершенно нормально. — Прости. В глазах потемнело, тело начало шататься. Санс оперся на столешницу. У него началась паника и гипервентиляция, которую он по неизвестной причине не мог остановить. Усталось накрыла его тело полностью, и он упал. Последним, что он услышал, был взволнованный зов Папируса. — Санс? Санс! Что произо–

***

Санс очнулся в комнате Папируса. Он лежал в его кровати, что было очень странно. Что произошло? Они были в Гриллби'с, должны были поесть, Гриллби ушел в пожарную дверь. Потом он помнил отчетливые крики, дрожжащий голос его брата. Папирус ругался, что Санс ничего не рассказывает. От этого у него разболелась голова. А потом все как в тумане... Ему стало плохо. Ему весь день было плохо, и он ни слова не сказал Папирусу. Снова. Рядом лежал его брат. Он спал, сидя на полу и оперевшись о свою кровать. Под его лицом находилось мокрое пятно. Он, должно быть, очень напугал своего брата. Снова заставил его плакать. Кажется, он только уснул. Санс хотел тихонько выбраться, не разбудив своего брата, как тот резко вскочил. — Санс!! Ты очнулся! — Папирус крепко его обнял. — Я-я думал, что ты... — Скелет наверняка думал, что Санс пал. С его здоровьем, это было бы не удивительно. — Я рад, что ты в порядке... Папирус его медленно отпустил. Как ни странно, тело все еще тряслось, поэтому его усадили обратно на кровать. — Прости, что я накричал тогда.. в баре. Мне так жаль, я не хотел. Это тебе из-за меня стало так плохо? Мне так жаль, Санс. Прости, прости, прости. — В его глазах начали снова скапливаться слезы, и Сансу стало стыдно. — Нет, Папс, не извиняйся. Ты был прав. Был прав во всем. Мне жаль, что я такой никчемный брат. — Не говори так, Санс! Ты, конечно, ленивые кости, но ты все равно очень великий брат великого Папируса! Папирус начал расхаживать кругами возле своей кровати. Он посмотрел на время. — Тебе что-нибудь принести? Ты точно хорошо себя чувствуешь? Может, ты хочешь пить? Или.. О, кстати, Гриллби передал нам два пакетика еды. Я не ел пока, но ты можешь съесть мой. Конечно, молоко, наверное, я сам выпью. Если с одним из братьев случалось что-то плохое, другой всегда начинал волноваться и опекать другого. Хотя, неужели Санс ведет себя также, когда Папирусу плохо? — Ээ. Нет, да- тоесть, не очень. Хотя, да, можешь принести сюда блокнот синего, голубоватого цвета? Он у меня в комнате. — Папирус дал ему два крафтовых пакета, а сам выбежал из комнаты. Санс достал бургер и начал уплетать его. Он старался делать это аккуратно, в умеренном темпе, чтобы не подавиться, запивая газировкой и чередуя с чужой картошкой. Он почувствовал прилив сил. Кажется, он и впрямь давно не ел. А значит, и Папирусу он тогда солгал. От этого факта возникло неприятное чувство. Его будто сильно ударили в лицо. Папирус знал, что он лжет, что он скрывает что-то. Он заставлял своего брата страдать от этого факта годами. И даже после того, как он это узнал, он просто извинился. Он не стал посвящать своего брата ни в одну проблему. Они не были такими серьезными. Он не был тем, кто ввел в падших монстров РШ, пообещал всем монстрам вокруг, что их родня вернется, а потом ему приходилось переживать их формирование во что-то иное. Он не был тем, кто создал аномалию, и ему приходилось уживаться с этим фактом. Он не был тем, на кого монстры возлагали большие надежды, и у него не было и шанса на проигрыш, но в итоге, он проиграл глупым образом и ушел с позором. Он не был тем, кто на протяжении нескольких лет заслуживает чужое доверие, старается ради других, но никто не воспринимает его всерьез, а собственный брат ничего ему не рассказывает. Он не был тем, кто переживал смерть восьмерых детей. Папирус вернулся с его блокнотом в руках и Санс начал записывать все произошедшее за день, чтобы упорядочить свои мысли. — Санс, а это что? — Спросил Папирус, стараясь не поглядывать на то, что его брат записывает. — Можно сказать, что это дневник. Записываю свои мысли. Прошло еще несколько секунд молчания. — Смотрю, ты поел. Тебе лучше? — Санс почувствовал на себе, как его проверяют. Атк 1, Зщт 1, Хп 1. —Все в порядке. — Его тело тряслось. — Санс... — Да? Папирус обиженно на него взглянул. — Ты даже сейчас это продолжаешь? Даже после того разговора? Ты серьезно сейчас?! —Папирус повысил свой тон, и у Санса разболелась голова. Он неприятно закрыл глаза. Кажется, Папирус это заметил, ведь продолжил он уже тише. — Почему ты не можешь хоть раз рассказать мне, что не так? — Прости. — Ладно! Как хочешь! Я пойду тренироваться с Андайн! И это точно не потому что меня задело твое недоверие ко мне. Просто, у нас с моей подругой Андайн запланирована тренировка!! Папирус вышел из комнаты, оставив Санса совершенно одного. Он за долгий промежуток времени решил наконец-то посмотреть свои сообщения в телефоне. Он хотел написать что-то своему брату, но его отвлекли непрочитанные сообщения. "Привет панк, слышала от Папируса, что ты себя плохо чувствуешь. Не заставляй его волноваться, ладно? Вставай поскорее." от Андайн "Все ок." ответил Санс "Привет Санс. Папирус написал мне что ты плохо себя чуствуешь. Все хорошо? Ато мама волнуется. И я тоже волнуюсь. Надеюсь это не изза печений которые мы с мамой приготовили, я не умею готовить" после этого сообщения был отправлен смайлик с грустным лицом ":(" от Фриск. Им Санс ответил в своей типичной манере сразу же, как только увидел это сообщение. Фриск были милым ребенком, Санс их любил, но он их также сторожился ненароком. Также он заметил их свойственные для ребенка ошибки. "Не волнуйся, малыш, все в полном порядке. Ты же меня знаешь." ответил Санс. От Ториэль были присланы несколько сообщений. Кажется, она ему пишет с тех пор, как у нее снова появился способ зарядить телефон. Пушистая дамочка Приветствую, Санс! Знаешь почему скелет не пошел на бал? Он не мог выбрать костьюм! Ха ха! ——— Приветствую, Санс! Как у тебя дела? ——— Привет, Санс! Сегодня Фриск пытались испечь пирог. Главное слово "пытались", ведь он напрочь сгорел!! Тебе нужно было видеть, как они потускнели после своего провала! Они наполнены решимостью сделать всем подарок на новоселье, как они сказали. Ну разве это не мило? ——— Привет, Санс. Ты не пришел на собрание. Все нормально? Я надеюсь, что ты не продрог до костей от одного лишь нахождения на улице. Начало холодать, да? Ха ха. ——— Они решили испечь что-то попроще. Что ж, это хотя бы съедобно. Но эта субстанция напоминает мне то, что мне дал Папирус на празднике. У него своеобразный подход к готовке. Ну, он не вешал мне лапшу на уши, когла-то мне говоря, что пока не идеален. ——— Я решила зайти в Гриллби'с, про который ты мне так много рассказывал. Но, спросив у Гриллби, как часто ты сюда заходишь, он ответил, что тебя здесь не было давненько. Точнее, так мне сказали двое, сидевших за стойкой. Сам Гриллби промолчал. Все хорошо? ——— Мы с Фриск приготовили печенье. Надеюсь, ты любитель сладкого. Но сразу скажу, это был третий раз, когда готовили Фриск. И хоть я и контролировала каждое их действие, они могли получиться не очень хорошими. Санс, все хорошо? Папирус написал, что у тебя что-то случилось. Он сказал не заходить, пока ты не очнешься, так что я нервно продолжила готовить свой пирог. Но как очнешься, прошу, сообщи.

Прив, Тори.

О, ленивец, ты очнулся? Я сейчас прийду.

Все ок.

Пока не превратился в пыль.

Санс хотел написать ей "не нужно", но она вышла из сети. Что ж, будь что будет. Он вышел из комнаты Папируса и зашел в свою комнату. Он продолжил записывать все произошедшее в блокнот. Не прошло и пяти минут, как ему в дом постучали. Открыв дверь, на пороге стояла Ториэль. Она была одна на удивление. Обычно они с Фриск везде ходили вместе. — Сегодня без Фриск? Ториэль запыхалась. Кажется, она сюда бежала. Не сумев ответить, она покачала головой. Он дал ей минутку успокоиться и пропустил в дом. — Думаю, им нужно немного отдыха от меня. Я никак не могу перестать шататься возле них. Поэтому я решила дать им немного уединения, прийдя в одиночку. — Ториэль сняла пальто, но не найдя вешалки, кинула его на пол. — Кажется, я беру с тебя плохой пример — Ты прям как коза, быстро перенимаешь чужие вредные привычки. Ториэль рассмеялась и ткнула его в бок. — С чего ты взял, что у коз есть такая особенность?! — Сказала леди, не прекращая смеяться. — Я интересуюсь биологией, природой, флорой и фауной Поверхности. — Санс поднял указательный палец вверх и показал ей книгу. — О-о-о. — Протянула Ториэль. — Расскажешь мне что-нибудь интересное? — Я могу не только рассказать, но и показать. Но не думаю, что ты найдешь там что-то интересное, ты же здесь жила какое-то время. — С некой тоской сказал Санс, но все же продолжил свой путь наверх. Ториэль последовала за ним, пока они вдвоем не сели у него на полу. Как знал Санс, она любила порядок и чистоту, поэтому он ожидал, как она отпрянет от его комнаты, или ей станет противно от того, что им приходится сидеть на полу, ведь Санс ничего не разобрал, но леди будто только завлекла идея сесть на полу. Он раскрыл книгу и положил на свои ноги. Также он открыл тетрадь со своими впечатлениями. Ториэль надела очки, которые Санс видел на ней впервые. Они ей шли. Обычно, скелет мало что рассказывал о своих познаниях в чем-то, но если это кого-то интересовало, его было не заткнуть. От каждого оха и аха Ториэль ему становилось только комфортнее от нахождения вблизи с этой дамочкой. Она полностью поддержала его интерес о Поверхности, задавая самые разные вопросы и слушая его до конца. Это напомнило ему те времена, когда он увлекался физикой и прожужжал все уши о ней Папирусу. То же было и со звездами, когда он рассказывал Папирусу все, что знал о них, как самому близкому человеку. Как они с Альфис обсуждали разные темы, когда та, конечно, интересовалась. Ему стало страшно от того, что он может все это потерять. Он сам не понимал от чего. От того, что они сближаются с Ториэль? Наверное. Или от того, что он ранил всех, кто становился к нему ближе? Может. В любом случае, он не хотел ранить и Ториэль. — Санс скелет, у вас что, истрачен запас слов на сегодня? — Ториэль его ткнула. — Хэй, все в порядке? — Да. — Санс сделал паузу. — Все в порядке. — Он посмотрел на время. — А тебе не пора домой? Думаю, Фриск уже заждались тебя. Редим, все такое. — Думаю, они только счастливы, что я ушла от них хотя бы на два часа. — Ториэль тоже посмотрела на время. Не было даже восьми, детям даже близко не полагалось спать. Ториэль приподняла бровь. — А что-то случилось? — Я просто... — У Санса слегка дрогнул голос, но продолжил он размеренным холодным голосом без единой запинки. — Я просто хочу побыть один. Извини. — Ох, да, конечно. Ты, должно быть, сильно устал! Я оставлю пирог здесь. Только не забудь поделиться с братом! — Ториэль встала и собиралась уйти, как остановилась. — Ой, кстати! Чуть не забыла. — Ториэль приблизилась к нему и крепко обняла. Они становились ближе, чем нужно. Он не хотел становиться к ней ближе. Не хотел привязываться, а потом даже не помнить об этом. Он так и остался неподвижно сидеть и смотреть в пол, даже после того, как она ушла. — Прости. Ториэль принесла пирог для того, чтобы я почувствовал себя лучше. Она такая милая и хорошая подруга знакомая. Я не хочу ранить и ее. Ей лучше не привязываться к кому-то вроде меня. Все-таки, я ни разу не пытался ее спасти. В итоге я отстранил и Ториэль, и Папируса за один день. Это рекорд. Но им так будет лучше. Санс перечеркнул слово "подруга" несколько раз. Он закрыл свой блокнот, съел кусочек пирога, чтобы не волновать своего брата сильно, и лег на пол, пытаясь заснуть. Через час заснуть все-таки вышло. Детские кости

Прости меня

Я доверяю тебе, просто это сложно

Давай поговорим об этом завтра

Хорошо?

Мне правда жаль