Квартира №47

Шк-шк-шк. Я всегда считал, что любому странному явлению можно найти научное обоснование. Ровно до того момента, когда из квартиры, что расположена надо мной, стали доноситься звуки странного происхождения. По ощущениям там двигается мебель, возможно, это что-то типа обычного старого стула, который смог пережить несколько десятилетий и не раскрошился в труху. Так вот, стул. Его двигают, не роняют, не скребут, а именно двигают. С тем самым мерзким звуком дерева по кафельной плитке. Шк-шк-шк. Замирает на пару секунд и снова. Я со стоном переворачиваюсь на старом маленькой диване, прикрывая голову подушкой. Снова затихло. Я приподнялся на локте, посмотрев на электронные часы. 3:02. Я прислушался к тишине, из приоткрытого окна было слышно стрекотание какой-то живности. В любом случае, всё лучше, чем слушать этот скрип. Я с облегчением откинулся на спину и прикрыл глаза. Шк-шк-шк. — Да сколько уже можно?! — я вскидываюсь на диване, кидая подушку в стену.

***

Я иду домой, не разбирая дороги. Глаза слезятся, солнце противно слепит. Очередной отвратительный день на низкооплачиваемой работе, что еще нужно для счастья? На улице смеркалось, двор освещал старый фонарь, который мигал уже третью неделю. Напротив нашего дома стоит старая детская площадка, построенная, пожалуй, еще во время Советского союза. Подул вечерний летний ветер, потревожив качели. Те заскрипели с характерными звуком, что заставило меня скривиться и в этот момент я невольно вспомнил звуки из 43 квартиры. Я перевёл взгляд с качелей на мой дом, машинально смотря на окно своей квартиры, а спустя считанные секунды я посмотрел на окно 43 квартиры. Застыл. По спине пробежали мурашки. — Чего?.. — дрожащим шепотом проблеял я. Окно было черным. Абсолютно. Не просто темным – черным, будто там не комната, а пустота. Без стекла, без занавесок и света. Просто прямоугольник тьмы посреди серого вечера. Невольно я вспомнил про vantablack — самое черное вещество в мире, созданное в 2014 году. Я нервно усмехнулся, осознавая абсурдность ситуации. В этой тьме что-то точно было. Не лицо, не силуэт. Просто неправильное пятно, темнее, чем сама тьма. Спустя минуту наблюдения, я понял, что оно двигается. Перетекало от одного края окна к другому. Плавно, как сигаретный дым. Я чувствовал на себе взгляд этой тьмы. Точнее не взгляд, ведь у темноты нет глаз. Просто оно смотрело, как... Темный коридор в темноте или зеркало ночью. Я моргнул. Пятно исчезло. Окно стало вновь обычным — пыльным, с грязными занавесками. Вздохнул. Просто показалось: недосып, игра света, усталость. (Я знал, что это не так) Почти спокойно я зашёл в подъезд, поднялся на свой этаж. Я почти провернул ключ в замке, но остановился. Обернулся и задумчиво посмотрел на квартиру напротив. Там жила старушка — баба Надя. Обычная пенсионерка, каких есть в каждом дворе. Та еще сплетница, имеет пару кошек и всегда рада гостям. Я постучался в старую дверь, не особо надеясь, что мне откроют, ведь было поздно, а она обычно спала в это время. Но дверь открылась. — Максимка! — старческий голос пронзил мой слух и я улыбнулся. — Здравствуйте, баб Надя. — Давай, заходи. — она засуетилась, пропуская меня внутрь. — Сейчас я нам чай организую. Ох, как давно ко мне никто не заглядывал, Максимка! Дети совсем уже забыли про старуху. Я прошел в зал, там стоял древний сервант с разнообразными керамическими изделиями. Я сел за круглый стол, дожидаясь женщину. Она присоединилась спустя пару минут, принеся чай и печенье. Села напротив и по шаблону начала спрашивать, как у меня дела. Я так же ей отвечал и задавал наводящие вопросы. На минуту воцарилась тишина. — Баб Надя, у меня тут вопрос, который касается квартиры надо мной. — я сразу заметил перемены в её поведении. Женщина тяжело вздохнула и отпила чай. — Давно эта тема не всплывала. Там жили люди. — сказала она тихо. — Давно, ещё до Вити. Кстати, раньше эта квартира и правда не была пустой. Там жил забавный мужик, которого звали Виктором. Он был заядлым алкашом, но достаточно безобидным. Когда я был маленьким и мы пересекались, он часто давал мне какие-то конфеты или леденцы, закрепляя этот поступок пьяной цитатой. Баба Надя продолжала: Семья, если быть точнее. Отец, мать, сын. Хорошие были люди, только мать у них заболела. Рак. Врачи разводили руками, говорили, мол, безнадёжно. Я внимательно слушал, почти не дыша. — А она то не хотела умирать. — женщина перевела взгляд на стену. — Так боялась, что наняла какую-то бабку. Та пришла, что-то пошептала, да свечи зажгла. И мать выздоровела. Через неделю встала, через месяц – как огурчик. Радость то какая. Тут она замолчала и посмотрела на меня с такой тоской, что я почти сам это почувствовал. — Только через год их нашли мёртвыми. Всех троих. Сидели, пили чай, так и умерли. С улыбками... Жуткими, приклеенными. — Убили? — спросил я. — Нет, — баба Надя покачала головой. — Медики сказали – сердце. У всех троих в одно время. Ну не бывает же так, Максимка, не бывает. Та бабка исчезла с концами. Квартира пошла по рукам, никто не хотел там жить. — А дядя Витя? — А Витя был смелый. Или глупый. Въехал он туда через десять лет. Говорил, что ничего не боится. Напивался и смеялся над нами, бабками. А через год пропал. Я сглотнул. — Я слышал звуки. Там точно кто-то есть! — я смотрю на неё, какая моя часть желает, чтобы она не согласилась, начала отрицать. Но старушка лишь замолкла и перекрестилась. — Есть, Максимка. Есть.

***

Я вышел из квартиры бабы Нади. Подошел к своей и что-то дёрнуло посмотреть меня на лестничный пролёт. Я поднял голову и увидел тьму. Лампочка там давно перегорела и раньше это меня не смущало. Но только не сейчас. Я подошел к своей двери, провернул ключ и ввалился в квартиру. Прижался лбом к холодной двери, пытаясь совладать в учащённым сердцебиением. Я обернулся и прошел внутрь квартиры. Замер. В горле застрял крик. Свет на кухне был включён. Я отчётливо помню, что выключал его. Даже когда шел с работы и смотрел в свое окно, он был выключен. Я попытался взять себя в руки. — Это просто игра воображения.. — я прикрыл глаза. Шк-шк-шк. Стул двигают по кафелю. Я поднял голову к потолку. Снова этот звук. Но сейчас отличалось время. На часах было 22:07. Скрежет затих. Но теперь послышался новый звук – шаги. Кто-то ходил в квартире надо мной. Размеренно, спокойно. Туда-сюда. Я смог совладать с эмоциями и лёг спать. Лучше бы я этого не делал.

***