Lightning Scars & Metal Hearts

Время больше не текло так, как раньше. Иногда оно тянулось ровно и спокойно, и тогда Баки понимал, что находится в новом Нью-Йорке — городе, полном людей с мобильными телефонами, мигающих вывесок и яркой рекламы на каждом углу. Здесь были прокуренные бары с дешёвым виски и телевизорами, по которым крутили спортивные трансляции. Баки нравилось сидеть в таких барах. Выпивка, сигарета — и на какое-то время он чувствовал себя почти нормальным, не таким потерянным во времени и не на своём месте. А иногда он просто стоял на тротуаре, и стоило кому-нибудь случайно задеть его рукой, как всё исчезало — Бежать. Прятаться. Планировать. Каков статус задания? Задание... Задание... Башня Старка. Старк. — Получить чертежи новой сыворотки. Задача ясна? — Так точно. — Если объекта при нём не окажется — ликвидировать. Если окажется — изъять, затем ликвидировать. Свидетелей не оставлять. — Так точно. Баки снова и снова обнаруживал себя у подножия Башни Старка. Он не помнил, как оказался здесь, и не понимал, что делает, —до тех пор, пока не появлялся мальчишка. Мальчишка был похож на того Старка, которого Баки убил. На того самого, чьи фотографии висели в музее рядом с фотографиями Стива. Это был его внук. Баки знал это. Сын человека, которого он когда-то сделал сиротой. — Слушай, я же говорил, не подходи так близко, — тихо шипел мальчишка. Он не хватал Баки, но подходил почти вплотную, и на его лице не было ни капли страха. — Пойдём. Пока нас никто не увидел. На войне погибало столько детей. Дети всегда погибали. Они были слабыми, беззащитными и почти всегда оставались одни. Но Баки не мог позволить Старку умереть снова. Если этот Старк погибнет, значит, победит ГИДРА. И тогда Баки уже никогда не станет никем, кроме машины для убийств. — Баки, ты сегодня ел? Баки моргнул — и оказался внутри пыльной пекарни, пахнущей плесенью и зачерствевшим хлебом. Перед ним стоял мальчишка, которому нельзя было умирать, — Гарри Старк. Большие зелёные глаза, а рядом почти совсем взрослый немецкий овчар. — Что мы здесь делаем? — спросил Баки. — Нам нужно уходить. ГИДРА пришлёт людей. Опасных людей. И им будет совершенно всё равно, что он ещё ребёнок. Более того — им это понравится, они будут пытать его, вытягивая информацию, а потом отправят Зимнего Солдата сделать последний выстрел. Неважно, что он всего лишь мальчишка, которому ещё слишком рано воевать. Они всё равно убьют его. — Пожалуйста... пожалуйста... У меня есть сын... Баки отнял у Тони Старка родителей. Он не позволит ГИДРЕ отнять у него ребёнка. — Мы не можем уйти, — терпеливо сказал Гарри. — Вот, поешь. Баки опустил взгляд. В руках Гарри был коричневый бумажный пакет, из которого тянуло запахом чего-то жирного и горячего. — Садись. Поешь, — уже твёрже сказал Гарри. Баки послушался. Он не помнил, когда ел в последний раз, но был голоден. — Какое сегодня число? — спросил он Гарри, медленно жуя солёную картошку фри из пакета. Иногда это происходило именно так: всё вокруг было затянуто туманом, а потом вдруг становилось ясным. Казалось, будто Баки бредёт сквозь густой туман, а потом вдруг оступается, проваливается куда-то вниз и приземляется в месте, где всё кристально ясно, и где его ждут бургер с картошкой фри. — Сегодня четверг, двадцать пятое, Баки, — сказал Гарри. — Мы... мы ведь разговаривали вчера. Помнишь? Нет. — ГИДРА уже внедрилась? — настороженно спросил Баки. Они уже скрываются? Если нет, то почему? Пока Баки прикрывает мальчишке спину, никто не сможет его убить. Никто. Гарри вздохнул и сел напротив, за тот же стол, где ел Баки. — ГИДРА никуда не внедряется, Баки. Просто у тебя сейчас всё перепуталось в голове. Сначала я или ты? Этот вопрос показался до боли знакомым. — Ты, — ответил Баки. Он взял бургер, который принёс ему Гарри, и, пока ел, напряжение понемногу отпускало, а Гарри рассказывал ему, как прошёл день. — Помнишь, я говорил, что Питер сначала меня игнорировал, а потом вдруг начал пытаться со мной заговорить? — сказал Гарри. Баки принялся перебирать воспоминания, испещрённые провалами и пустыми пятнами, пока наконец не нашёл одно: он уже сидел здесь раньше и слушал, как Гарри рассказывал о своём друге. — Питер — это тот парень в костюме Человека-паука, который меня терпеть не может? — уточнил Баки. — Ага, — кивнул Гарри. — Думаю, заблокирую его номер. Не знаю... Сегодня на физре он предложил работать в паре, я отказался, и в итоге мне пришлось быть в паре с Бриттани, и... Баки нравилось слушать, как говорит Гарри. В такие моменты ему казалось, будто ему снова шестнадцать и они со Стивом, прижавшись друг к другу, о чём-то болтают. Хотя Гарри совсем не был похож на Стива. Скорее уж на самого Баки — такой же резкий на язык и с такой же тоской в глазах. — А кем ты был раньше? — спросил Гарри, закончив рассказывать про того мелкого придурка в костюме с паутиной. — Раньше чего? — не понял Баки. Здесь время текло как положено. Баки начинал думать, что оно всегда идёт своим чередом, когда они прячутся в старой пекарне и рядом только Старк, которого он ещё может спасти. — До того, как из тебя сделали зомбированного убийцу, — с улыбкой пояснил Гарри. А. — Я был солдатом, — с гордостью ответил Баки. — Мне было восемнадцать, когда я записался в армию. Меня определили в сто седьмой пехотный полк. Мы были обычной пехотой — теми, кто воюет на земле, — пояснил он. — Я был хорошим солдатом и хорошим командиром. Дослужился до офицера и командовал своими людьми, пока в сорок третьем нас не взяли в плен. — И что случилось? — спросил Гарри, широко распахнув глаза, словно слушал захватывающую историю, а не рассказ о самом страшном поражении в жизни Баки. — ГИДРА, — прорычал Баки. Эта мысль заставила его с силой смять бумажную обёртку от еды, которую купил Гарри. Его люди в клетках. ГИДРА использовала их как подопытных крыс. — Некоторые из них погибли. Да и остальные вряд ли выжили бы, если бы не Стив, — ровным голосом сказал Баки. Он попытался вспомнить, что было дальше. Ему ввели сыворотку, но с ним не произошло таких разительных изменений, как со Стивом. Только воспоминания словно перестали ему принадлежать. — Потом мы стали «Ревущими коммандос», — медленно продолжил Баки, морщась от напряжения. — У нас была одна задача — уничтожить ГИДРУ. Разгромить все их базы. — Баки, слева! — Дуган! ДУГАН! Баки тряхнул головой, прогоняя туман вместе с запахом пороха. Когда взгляд снова прояснился, напротив всё так же терпеливо сидел Гарри. — Похоже, дальше всё пошло не по плану? — с кривой усмешкой заметил он. Баки поёжился и покачал головой. — Я сорвался. В Альпах. Помню... помню, как Стив тянулся ко мне. Я попытался схватить его за руку... и... и просто упал. Потерял руку, а потом меня нашла ГИДРА. Моя команда решила, что я погиб. И Баки Барнс действительно погиб. Его убил Зимний Солдат. — Серебряная всё равно лучше, — сказал Гарри. — Пожалуй, ради такой суперсильной руки можно и потерпеть небольшое безумие. Баки рассмеялся. — Господи, какой же ты всё-таки язва. Готов поспорить, Стив тебя терпеть не может. — Однажды он пытался научить меня боксировать, — поморщился Гарри. — Получилось, мягко говоря, не очень. — Не сказать, что ты похож на бойца, — сухо отметил Баки. Мальчишка был худощавым. Не таким болезненно тощим, каким когда-то был Стив, но всё же слишком щуплым. В глазах у него горел огонёк, однако, чтобы стать солдатом, ему пришлось бы тренироваться чертовски долго. — Правда? — В глазах Гарри вспыхнул тот самый огонь. — Хотел бы я посмотреть, как ты сразишься с Волдемортом... и останешься в живых. — Принято, — совершенно серьёзно ответил Баки. — Как только ты расскажешь мне, что, мать его, такое Волдеморт. — Всё равно через пять минут уже не вспомнишь, — ухмыльнулся Гарри. Язва. Но стоило мальчишке заговорить о магии, волшебниках, убийцах и детях, на которых ведётся охота, как Баки мгновенно посерьёзнел. То, что у Гарри есть способности, его совсем не удивляло. Говард был гением. Сын Говарда оказался гением, создавшим сверхмощный металлический костюм. Почему бы тогда его внуку не оказаться волшебником со сверхспособностями? — ГОВАРД! ГОВАРД! Гарри рассказывал о волшебниках и Волдеморте — магической версии Иоганна Шмидта, Красного Черепа. — Что за идиотское имя? — спросил Баки, когда Гарри закончил. На мгновение взгляд Гарри затуманился, словно он снова оказался на том кладбище, где его пытали. — Сам знаю. Смотри... Гарри достал телефон и открыл пустую заметку. Напечатал: Том Марволо Реддл, а затем принялся удалять буквы одну за другой, одновременно складывая из них фразу: Лорд Волдеморт. Фашисты всегда считали себя такими оригинальными. Но Волдеморт был всего лишь очередным Красным Черепом, очередным Гитлером. — Где его искать? — спросил Баки. — А что? Хочешь проверить, кто окажется сильнее — ты со своей металлической рукой и поехавшей головой или Волдеморт? — фыркнул Гарри. — Неплохая попытка, приятель. Гарри явно не слишком верил в его шансы. Но он не знал, что Зимний Солдат всегда прячется где-то на задворках сознания Баки, готовый в любой момент взять верх. Баки сидел один за стойкой бара в одиночестве, низко надвинув кепку и неторопливо попивая скотч. В баре было шумно. Компания молодых парней отмечала, что один из их друзей ушёл служить. Они бы не праздновали, если бы знали, что назад он уже не вернётся. По-настоящему не вернётся. Но шум не помешал Баки заметить женщину, которая села справа от него, и мужчину, устроившегося слева. — Привет, красавчик. Рыжие волосы женщины были под стать ярко-красной помаде. Обтягивающая чёрная одежда, низкий соблазнительный голос, который показался Баки смутно знакомым. Не отрывая взгляда от своего стакана, он мысленно просчитывал пути отхода, выбирая тот, где будет меньше всего жертв. Живым они его не возьмут. У Баки было задание. Он не имел права провалить его. — Что такой солдат, как ты, забыл в таком месте? — спросила женщина. — Давайте не будем, — тихо сказал Баки. Ему нравился этот бар. Бармен иногда угощал его сигаретами. — Не выйдет, — отозвался мужчина. Короткие тёмные волосы, крепкое телосложение человека, прошедшего подготовку. — Как предпочитаешь: по-хорошему или по-плохому? Что за глупый выбор? Баки среагировал на долю секунды раньше. Он оттолкнулся от барного стула, одним движением схватил его и с размаху обрушил на мужчину. Женщина тут же ударила ногой, но Баки резко отклонился назад, едва разминувшись с её чёрным ботинком. Кто-то закричал. Отпрыгнув в сторону, Баки выхватил кий и с размаху ударил им по женщине, наступавшей на него. Живым они его не возьмут. — Ну же. Неужели не хочешь увидеть своего друга? — сказала женщина. На этот раз ей удалось попасть точно в грудь. Баки отбросило назад, прямо на бильярдный стол. Но прежде чем мужчина успел до него добраться, Баки схватил шар-восьмёрку и с силой запустил в него. — Передай своему дружку, что мне это неинтересно, — с презрением бросил Баки. Он снова рванулся вперёд, схватил женщину за плечи, резко вскинул колено ей в живот и с силой оттолкнул её. — Это же твой... — Баки. Баки машинально поднял взгляд поверх толпы, в панике ринувшейся к выходу из бара, и встретился глазами с парой знакомых голубых глаз. — Стив?.. Он не успел понять, действительно ли это был Стив или ему показалось. Что-то тяжёлое обрушилось ему на затылок, и всё погрузилось во тьму. — Отчёт, — коротко приказал Говард Старк. Он стоял перед Баки — чёрные волосы, зелёные глаза. Выглядел моложе, чем в их последнюю встречу, но Баки сразу его узнал. — Ликвидировать лидера ГИДРЫ под кодовым именем Волдеморт, — отчеканил Баки. — Статус задания? — Провалено. Пуля прошила грудь Говарда. Голубой свитер стремительно пропитался алой кровью. Баки смотрел, как он падает. Баки провалил задание. Баки провалил задание. — Я провалил... Задание провалено... — Он что, даже во сне разговаривает как убийца? — Можно подумать, ты нет. — Ребята, спокойно. Оба выйдите, пожалуйста. Мне будет проще, если мы останемся здесь вдвоём. Третий голос показался Баки знакомым. Ему вдруг отчаянно захотелось открыть глаза. Когда он это сделал, ему словно снова было двадцать. Перед ним стоял Стив. — Стив?.. — хрипло выдавил Баки. Он попытался подняться, но руки оказались прикованы к стулу металлическими наручниками. — Какого... — Я не знал, кто проснется: Баки или Солдат, — спокойно ответил Стив. Он сел напротив. Баки воспользовался моментом, чтобы быстро осмотреться. — Ты что, держишь меня в заложниках в гостинице? — спросил он, узнав безликий интерьер номера и ничем не примечательное покрывало на кровати. — С жильём у нас сейчас туго, — с лёгким смешком сказал Стив. Он выглядел хорошо. Здоровый, в простой куртке и джинсах. Но глаза... Господи, Баки всегда умел читать его по глазам. — Что происходит? — спросил он, заметив страх во взгляде Стива. — Почему мы здесь? И кого они ждут? — Нам нужно поговорить, Баки, — всё так же спокойно сказал Стив. — Что ты делаешь в Нью-Йорке? Что он делает в Нью-Йорке? — У меня... есть задание, — медленно произнёс Баки. Он не мог разглядеть его сквозь дымку в голове, но знал, что оно существует. — От... Старка. — Тони Старк? — быстро спросил Стив, подавшись вперёд, пока Баки безуспешно дёргал наручники. — Это он дал тебе задание? Нет. Не тот Старк, который остался сиротой. — Мальчишка, — уже увереннее ответил Баки. Чёрт. Если Баки держали в наручниках, значит, мальчишка остался без защиты. — Стив, ты должен меня отпустить, — в панике сказал Баки, изо всех сил рванув наручники. — Мальчишка... Они не должны его забрать. Ты же знаешь, что заберут. Заберут. А потом убьют. — Гарри дал тебе задание? — задумчиво спросил Стив. — Какое? — ОТПУСТИ МЕНЯ! — закричал Баки. Он снова дёрнул цепь. Металл впился в запястье, которое ещё чувствовало боль, — не в холодный кусок металла, когда-то бывший человеческой рукой. — Мальчишка, Стив! Мальчишка! Я должен его спасти. И он сможет. Сможет. Баки сможет его спасти. — Барнс, зачистить территорию! — Здесь... — Баки крепче сжал оружие, глядя на группу детей. Грязные лица, истощённые от голода. Они жались друг к другу, а самая старшая девочка с длинными чёрными волосами что-то шептала, молясь на языке, которого Баки не понимал. — Это дети, сержант, — доложил он по рации. — Здесь только дети. — Приказ ясен, рядовой. Зачистить территорию. — Простите... — едва слышно прошептал Баки детям. Он закрыл глаза. И выполнил приказ. — Я не стану зачищать территорию, — твёрдо сказал Баки, глядя на Стива. — У меня есть приказ, капитан. Уничтожить ГИДРУ. Защитить мальчишку. — Баки, никакого задания нет, — тихо ответил Стив. — Ты должен держаться подальше от мальчика. Иначе он пострадает. Ты ведь этого не хочешь? Он пострадает. Дети всегда страдают на войне. — Я должен его спасти, — сказал Баки. Голос сорвался на болезненный хрип, когда он снова изо всех сил дёрнул цепи. Мальчишка мог быть уже мёртв. Или в плену. Или его пытали. — Баки, тебе нужно уехать, — сказал Стив. — Ты не можешь здесь оставаться. Старк не хочет, чтобы ты приближался к мальчику. Ты должен перестать ходить за ним. Гарри хороший парень, и у него и без того хватает проблем. Хорошо? А что случилось с Монтаной? Я думал, ты собирался остаться там. Монтана? Баки покачал головой и заставил себя расслабиться в кресле, пытаясь собраться с мыслями. Перед глазами всплыли горы. Небольшой домик. Там было тепло. Баки нравился запах леса. И... — У Старка был сын, — сказал он, наконец вспомнив, что заставило его вернуться в Нью-Йорк. — Это внук Говарда, Стив. Мы должны его спасти. — ТЫ ЕДИНСТВЕННЫЙ, КТО ПОДВЕРГАЕТ ГАРРИ ОПАСНОСТИ! — сорвался Стив. — ХВАТИТ ХОДИТЬ ЗА НИМ ПО ПЯТАМ, БАК! ТОНИ ГОТОВ ПОСАДИТЬ ТЕБЯ, ЛИШЬ БЫ ЭТОТ МАЛЬЧИШКА БЫЛ В БЕЗОПАСНОСТИ. ТЫ МЕНЯ ПОНИМАЕШЬ? Баки понял. «Лишь бы мальчишка был в безопасности». — Понял, — спокойно ответил он. Он приподнял бровь и посмотрел на наручники. Металл явно был не самым обычным. — Освободишь? Стив поднялся, достал из кармана ключ и задержал его в руке, чуть дальше, чем Баки мог дотянуться. Несколько секунд он внимательно всматривался в его неожиданно спокойные глаза. — Ты вернёшься в Монтану? — спросил он. — Да, — ответил Баки. — Мне понравилось в лесу. Там совсем не так, как в городе. Тише. — Да... — Стив едва заметно улыбнулся и отпер замок, удерживавший цепи. — Тебе нужны деньги, Бак? Могу подбросить тебя. — Нет, меня подвезут, — уклончиво ответил Баки. Он криво усмехнулся, растирая запястье. — Мы с тобой выросли в Бруклине. Неужели думаешь, я не сумею найти, кто меня подвезёт? Стив тихо рассмеялся, примирительно поднял руки и сделал несколько шагов назад, давая Баки возможность встать. — Ладно, Бак, — сказал он. — Скоро заеду к тебе, хорошо? Сможешь связаться со мной, когда доберёшься? — Конечно. Баки отступил на шаг, когда Стив слегка раскинул руки, явно собираясь его обнять. — Ещё увидимся, Стиви. — Пока, Бак. Баки услышал разочарование в голосе Стива. Он всегда его слышал. Но ему нужно было вернуться к своему заданию. У Баки в кармане лежала пачка сигарет, купленная на деньги, происхождения которых он не помнил. Привалившись к фонарному столбу, он молча смотрел на башню. Обычно он почти не курил. В ту ночь сделал исключение. Жжение в груди помогало держать мысли ясными и не терять из виду задание. Где-то на верхних этажах была вечеринка. Баки видел, как один за другим подъезжали гости, а следом заносили еду и алкоголь кейтеринговые службы. Лучшего момента, чтобы добраться до мальчишки, и придумать было нельзя. Баки успел выкурить уже четыре сигареты, когда наконец увидел свою цель. Гарри вылетел через главные двери Башни, и Баки мгновенно насторожился. Когда Гарри перешёл на лёгкий бег, направляясь вниз по улице, Баки двинулся следом. Если кто-то попытается добраться до мальчишки, ему придётся сначала пройти через него. — Хватит за мной ходить! — крикнул Гарри. Баки тут же огляделся в поисках нападавшего, но никого не увидел. Гарри резко развернулся, и Баки тоже замер. Они молча смотрели друг на друга под жёлтым светом фонаря. — Да тебе говорю, Баки, — раздражённо бросил Гарри. — Не ходи за мной сегодня. Мне... мне нужно побыть одному. — Это небезопасно, — сказал Баки. Раньше он видел того парня-паука — тот перепрыгивал с крыши на крышу, и мог воспользоваться случаем и напасть. Гарри его ненавидел. Гарри решительно подошёл к Баки. Как и Стив, он не умел скрывать своих эмоций. Он был чем-то расстроен. — Слушай, приятель, ты мне правда нравишься, — сердито сказал Гарри. — Но если ты продолжишь идти за мной, я сделаю тебе больно. День сегодня и так отвратительный, ясно? — Почему? — спросил Баки. Он быстро огляделся. Никто не приближался. — Здесь слишком открыто. Твой приятель может появиться в любую минуту. Или приятель самого Баки, который хотел, чтобы он исчез. Стиву было бы проще, если бы Баки Барнс так и остался мёртвым. Да и самому Баки, наверное, тоже. Гарри тяжело вздохнул, и вся злость вдруг словно испарилась. Он выглядел смертельно уставшим. — Ты сегодня ел? — спросил он. — А ты? — тут же спросил Баки в ответ. Гарри усмехнулся. Улыбка вышла усталой и совершенно безрадостной. — Нет. Пойдём. Надень вот это, и сходим за едой. Баки взял протянутый ему фиолетовый кусок ткани и недоумённо поднял его перед собой. — Только не сломай мне руку, — предупредил Гарри, когда Баки покрепче ухватился за ткань. — Это магия, понял? Баки задержал дыхание и застыл на месте, пока Гарри набрасывал ткань ему на плечи. Когда тот поднял руки, чтобы натянуть капюшон, Баки пришлось напрячься всем телом, чтобы не среагировать рефлекторно на неожиданное прикосновение. — Вот и всё, — довольно сказал Гарри. — Теперь ты невидимый, так что заткнись. Пойдём купим еды и найдём место, где можно спокойно поговорить. Ему велели «заткнуться», и Баки ничего не ответил. Он молча пошёл следом за Гарри. Они уже почти миновали тёмную витрину, когда Баки машинально бросил взгляд на стекло — и замер. Отражения не было. Магия. — Господи Иисусе... — потрясённо прошептал Баки. Ткань делала его невидимым. — Здорово, правда? — негромко протянул Гарри, не оборачиваясь. — Это Мантия-невидимка. Она досталась мне от отца. — От Тони? — так же тихо спросил Баки. — От Джеймса, — легко ответил Гарри, хотя в его голосе промелькнуло что-то ещё. — Джеймса и Лили Поттер. Это мои родители. Баки ничего не понял, ведь Гарри был сыном Тони. — Ты похож на Говарда, — сказал он. Гарри удивлённо оглянулся через плечо. — На папу Тони? Баки тут же сжал губы. Ответ, который вертелся у него на языке, лучше было не произносить. Он молча продолжил идти за Гарри, который свернул в маленький магазинчик на углу и купил несколько пачек чипсов, бутылки колы и два хот-дога со всеми добавками, которые всё это время грелись на гриле у кассы. За кассой сидела совсем молоденькая девушка. На голове у неё были кошачьи ушки, а на щеках нарисованы усы. — Горячее свидание намечается? — с широкой улыбкой спросила она. — Ага. С адским пламенем, — невозмутимо ответил Гарри. Девушка захихикала. Ей едва ли было больше восемнадцати. — Ты смешной. — Она кокетливо захлопала ресницами. Баки заметил, как Гарри едва заметно поморщился. — Я в одиннадцать заканчиваю смену. У моей подруги сегодня вечеринка... — Класс, — беззаботно ответил Гарри. Он протянул двадцатку, дождался сдачи и убрал деньги в карман. — Хорошо провести время. Баки тихо хмыкнул, когда они снова оказались на улице. Гарри повёл его к небольшому скверу, где до наступления холодов, судя по всему, были разбиты цветочные клумбы. Они сели на скамейку, и Баки снял Мантию-невидимку. — Кажется, она хотела, чтобы ты пошёл с ней, балбес, — сказал он. — Я не такой еблан, как считают многие, — закатил глаза Гарри. Он разделил всю купленную еду поровну, отдал половину Баки, а сам так и остался сидеть, уставившись себе на колени вместо того, чтобы есть. — Вообще-то я терпеть не могу Хэллоуин, — тихо сказал Гарри. — Знаешь... мои родители погибли именно в Хэллоуин. Баки попытался восстановить в памяти события этого вечера, теперь уже зная сегодняшнюю дату. — Твой отец устроил праздник в честь дня, в который убили твоих других родителей? Это же какая-то дикость, — искренне сказал он. — Да что с ним вообще не так? Гарри поднял взгляд и едва заметно улыбнулся. — Это не Тони устроил вечеринку. Скорее уж Сириус. Память услужливо нарисовала Сириуса: тёмные волосы, серые глаза, чертовски привлекательный. — Он что, не знал, что твои родители погибли? — спросил Баки. Сириус казался человеком шумным, безбашенным, прямолинейным, но точно не жестоким. — Да нет, — ответил Гарри. — Сириус был лучшим другом Джеймса, моего папы. Он сделал большой глоток колы. Баки тем временем откусил хот-дог. — Сириус сказал, что они бы хотели, чтобы мы сегодня праздновали. Мне кажется, он просто не хотел оставаться один в эту ночь. Баки хорошо понимал, каково это — не хотеть быть одному. — Они действительно этого хотели бы? — с любопытством спросил он. — Не знаю. Мне был всего год, когда их убили. Гарри тяжело вздохнул, и Баки почувствовал укол жалости. — Сириус просто отталкивает от себя всё плохое и пытается, как он говорит, «жить настоящим». Похоже, это делает его счастливым... Не знаю. Просто... иногда мне хочется быть хоть немного похожим на него. — Пить по барам и ложиться в постель с каждым, кто предложит? — фыркнул Баки. — По-моему, есть способы получше. Гарри повернулся к нему, и посмотрел прямо в глаза так, что у Баки возникло странное ощущение, будто этот взгляд проникает ему прямо в душу. — А ты как справляешься? — тихо спросил Гарри. — Когда всё становится невыносимым. Когда кажется, будто собственное прошлое не отпускает тебя, а от самого себя не убежать. Что ты тогда делаешь? Баки рассмеялся. Смеялся долго, до слёз, пока Гарри не уставился на него с явной настороженностью. — Что я делаю? — переспросил Баки, наконец немного успокоившись. — Даю всему этому меня догнать. Я могу убежать от очень многого, но не от самого себя. Зимний Солдат был таким же быстрым, как Баки, может, даже быстрее. И все те люди, которых убил Зимний Солдат... Они ненавидели Баки ничуть не меньше, чем самого Зимнего Солдата. — У меня так же, — тихо вздохнул Гарри. Баки почувствовал, как тот немного расслабился рядом с ним, и сам невольно перестал быть таким напряжённым. — Знаешь, кого Сириус пригласил? — спросил Гарри, когда Баки доел хот-дог, а сам Гарри осилил только половину своего. Баки покачал головой. Он не знал друзей Сириуса. — Питера, — фыркнул Гарри. — Он не пришёл, но написал мне. Спросил, хочу ли я, чтобы он всё-таки приехал. — И ты сказал «нет»? Гарри коротко усмехнулся. — Сказал, что пусть приходит, только если наденет свой костюм Паучка и приведёт с собой пару. — Ничего себе, — присвистнул Баки. — Жестоко. Гарри взглянул на него и криво усмехнулся, пожав плечами. — Он ведёт себя как придурок. Или... может, придурок здесь я. Уже сам не знаю. Знаю только, что всё превратилось в какой-то бардак. Баки поднял бутылку колы и легко стукнул её горлышком о бутылку Гарри. — Такова жизнь, мелочь. — Ага, — вздохнул Гарри. — Жизнь — та ещё дрянь. Они просидели в сквере до тех пор, пока Гарри не начал дрожать от холода и не решил идти домой. Баки проводил его до самой Башни, убедился, что никто на него не напал, и только после этого ушёл. Всю дорогу он продолжал думать об их разговоре. Жизнь и правда была той ещё дрянью.