Lightning Scars & Metal Hearts

— Есть пророчество о тебе, и именно из-за него Волдеморт выбрал твоих родителей, — быстро прошептал Сириус. — В общем, в конце всё сводится к одному: либо ты, либо он. Один из вас должен убить другого. Гарри прятался в Запретном лесу — под мантией-невидимкой, согретый заклинанием, которое наложил перед тем, как покинуть замок. Его сердце колотилось так быстро и так сильно, что он был уверен: существа, шуршащие в темноте, могли это слышать. — То есть, если он вернётся, он меня убьёт? Это буквально, чёрт возьми, предсказано?! — прошептал он. — Предположительно, — медленно сказал Сириус, — тот, кто должен стать его гибелью, родился у родителей, которые «трижды одержали над ним победу». И он «отметил их как равных себе», что, в общем, вполне сходится… с учётом твоего шрама. — И мои родители победили его три раза? — спросил Гарри, мысли мчались так же быстро, как и пульс. — Тогда мне конец. Он коротко, горько рассмеялся — почти истерично — прежде чем Сириус успел что-то сказать. — Я вообще-то позвал тебя, чтобы спросить совета, кого пригласить на этот ебучий бал, Сириус! — О, и кого ты рассматриваешь? — оживился Сириус, как обычно его настроение сменилось за долю секунды. — Одного из Уизли? Того второго чемпиона Хогвартса? Или— — Чжоу Чанг, — перебил его Гарри. — Она красивая и играет в квиддич. — Гарри… звучит так, будто это девушка. Гарри поднял бровь, глядя в зеркало. — И? — И ты гей, — рассмеялся Сириус. — Детеныш, не тащи какую-нибудь бедную девочку на бал только потому, что боишься быть собой. Ничем хорошим это не закончится, и по отношению к ней это нечестно. Гарри нахмурился. Не надо было рассказывать Сириусу про тот странный сон о Билле Уизли после чемпионата мира по квиддичу. — Я сказал, возможно, мне нравятся парни, Сириус. Возможно. — А я говорю — точно, — ухмыльнулся Сириус. — Может, отправишь Биллу сову? Пригласишь его? — Да иди ты. Гарри вздохнул, опёрся спиной о дерево и попытался сосредоточиться на главном. — Как ты узнал про пророчество? — Дамблдор рассказал. Лицо Сириуса тут же потемнело. В его глазах и так иногда мелькала тень — отголосок Азкабана, который никогда его не отпускал, — но когда он злился, эта тьма будто полностью затягивала серые глаза. — Просто взял и рассказал? — удивился Гарри. — Ну… не совсем так, — уклончиво ответил Сириус. Он вздохнул, когда Гарри посмотрел на него с ожиданием. — Я сказал ему, что заберу тебя и мы уедем из страны. Он заявил, что всё указывает на скорое возвращение Волдеморта — каким-то образом — и мы поругались. Я сказал: к чёрту эту страну, уедем туда, где я всё ещё буду твоим опекуном, но не беглецом. И тогда он вывалил на меня пророчество. Я… — Сириус замялся. — Думаю, Джеймс не знал всего этого. По крайней мере, не все то, что теперь знаю я… иначе… он бы, наверное, просто не поверил. Гарри закрыл глаза, измотанный. — А теперь это вообще имеет значение? — тихо спросил он. — После чёртова дракона… и всего остального… я просто умру, когда Волдеморт вернётся? — Ни в коем случае, — зарычал Сириус. — Если он вернётся, ты уберёшься с поля боя, Гарри. Я не позволю тебе рисковать жизнью, играя в игры Дамблдора. Пусть сами разбираются, как взрослые. Любой может всадить в этого ублюдка очередь из автомата — вовсе не обязательно, чтобы это был ты. Гарри приоткрыл глаза и посмотрел на Сириуса из-под ресниц. — Сбежать? Это твой совет, Сириус? Я буду чёртовым трусом, если оставлю всех этих людей. Если именно я должен его убить — значит, я должен остаться. — Ты не останешься, — тихо, почти рыча, сказал Сириус. — Если или когда Волдеморт вернётся — мы уедем. — Мы? — переспросил Гарри, не в силах скрыть надежду в голосе. — Ты… ты уедешь со мной? Взгляд Сириуса смягчился. — Ребенок… я всегда буду с тобой. Гарри не собирался бежать. Не собирался быть трусом. А потом он увидел, как умирает Седрик. Понял, насколько он беспомощен перед Волдемортом. Он столкнулся со смертью в ту ночь — и при первой же возможности убежал от неё так быстро, как только смог. Как трус. И он ещё пригласил Парвати Патил на Рождественский бал — что, по идее, уже тогда должно было стать доказательством его трусости и полной никчёмности.

***

Гарри откинулся на свою кровать в спальне, которую ему выделил Тони, и подбрасывал в воздух украденное яблоко — снова и снова, автоматически ловя его, пока мысли полностью захватывали его. Гарри назвали в честь храброго человека. Джеймс Поттер, несмотря на всю свою школьную заносчивость, стал аврором, вступил в Орден и пытался бороться со злом, пытался сделать мир безопаснее. Джеймс Поттер умер стоя — как мужчина, глядя Волдеморту в глаза, пытаясь спасти свою жену и сына. Гарри родила храбрая женщина. Лили Поттер — яркая, живая магглорождённая, которая выступала против предрассудков и ни разу не позволила миру диктовать ей, какой она должна быть, кем она должна стать. Лили Поттер могла сбежать — Волдеморт дал ей три шанса, — но она ими не воспользовалась. И Тони Старк. «Железный человек». Человек, который его зачал. Гарри смотрел это видео. Он видел сцены боя, видел новостные сводки — и видел Тони. Тони пожертвовал многим, в конце почти отдал жизнь (его спасло только чудо), он был героем. Он не улетел от смерти, не спас себя с помощью костюма и своей силы, он просто… Он был хорошим человеком, как и сказал Стив Роджерс. Хорошим, как Джеймс. И Лили была хорошей. Все — хорошие. Все — храбрые. И все они приложили руку к появлению Гарри — жалкого труса. Гарри фыркнул и поймал яблоко. Резко провёл рукавом по лицу и тут же скривился, размазав по нему влажную, липкую слизь. Отлично он справлялся. Просто прекрасно. Он отказался есть, побоявшись брать еду при всех этих… огромных людях, которые выглядели так, будто способны сделать куда больше, чем просто врезать пару раз. Он отказался идти за покупками с человеком, от которого зависела помощь Сириусу. А потом вообще сам себя сослал в комнату — голодный, грязный идиот. Гарри перевернулся на бок и вытащил лист с инструкциями, которые Сириус написал ему «чтобы он не забыл». Там была информация о Тони Старке, напоминания о том, что они делали вместе, чтобы освежить память Тони, и в самом низу жирная пометка: Не забудь написать в этот раз. Гарри тогда спросил, как он вообще должен написать Сириусу, если тот забрал с собой Буклю. В ответ Сириус с ухмылкой приписал свой домашний адрес и сказал, что обычные, маггловские письма тоже подойдут. Они немного поспорили. Письма Гарри могли перехватывать — точно так же, как перехватывали письма Сириуса. Сириус сказал не переживать: он будет сидеть на крыльце в облике Бродяги и перехватывать письма до того, как их засунут в щель почтового ящика. Гарри спросил: а если их вообще не доставят? Если их перехватят ещё в пути? Снова: не переживай, я разберусь. Гарри спросил, правда ли одно магическое зеркало может уронить целый самолёт? — Хочешь быть внутри, когда будешь это проверять? Сириус нахмурился, когда Гарри лишь пожал плечами, и в итоге Гарри согласился на маггловский способ. Но всё равно чувствовал себя… голым. Уязвимым. Неспокойным. Без палочки, без зеркала, без совы. Это казалось глупым — особенно теперь, когда Волдеморт вернулся, — но если кому и можно было доверить свою безопасность, так это Сириусу. А теперь Сириус рассчитывал на него — на письмо, которое подтвердит, что Гарри всё ещё жив и его не убили. И Гарри напишет. Он заставил себя подняться с кровати и начал тихо рыться в ящиках тумбочки, комода, на полках огромной гардеробной. Он даже заглянул под кровать — и не нашёл ни пылинки. Если он хотел написать Сириусу, придётся выйти из комнаты и где-то раздобыть бумагу, ручку, конверт и марки. Желательно — тихо, незаметно, совершенно не сталкиваясь ни с одним из героев, живущих в башне. И при этом либо идти в одной футболке, либо надеть свитер с явными следами его истерики. Сириус поступил как последний козёл, не дав Гарри даже времени заскочить в Косой переулок за зельями. Да, он потратил время и силы, осмотрел Гарри и залечил серьезные травмы — которых, к счастью, было немного, — но заявил, что не знает заклинания от синяков, а за зельями им идти некогда. В глубине души Гарри подозревал, что Сириус таким образом его за что-то наказывает, отправляя в Башню Старка в таком побитом виде. Но Сириус клялся, что никаких скрытых мотивов у него нет. Как бы там ни было… Гарри переминался у двери, борясь с самим собой. Свитер или футболка? Он скривился, глядя на сопливый рукав — почему вообще он начал плакать? — и быстро стащил свитер. Осмотрел руки, и с облегчением заметил, что остался только один синяк, там, где дядя Вернон схватил его за плечо. Он уже бледнел, и короткий рукав почти полностью его закрывал. Он просто быстро выйдет — найдёт, чем писать, и вернётся. Легко. Гарри осторожно открыл дверь, с облегчением убедился, что не слышит голосов, и тихо вышел. Гостиная была пуста, и он начал искать там. Перерыл встроенные в стены ящики, но нашёл только кучу оборудования для видеоигр. Гарри с трудом мог представить кого-то из них — летающих, сражающихся с пришельцами, спасающих людей — за видеоиграми, но кто-то ведь явно играл. Он собирался проверить шкафчики на кухне — даже клочок чека или страница из кулинарной книги подошли бы, — но его поймали. — Там почти нет еды, мы обычно заказываем, но бери что хочешь. Гарри резко обернулся от шкафчика, в который заглядывал, сердце подпрыгнуло к горлу. В дверях стоял Тони. — Я не еду искал, — быстро, слишком резко ответил Гарри. Закрыл шкаф и опёрся на него. Тони усмехнулся — такой улыбкой, которая, Гарри подозревал, давалась ему легко — и бросил ему что-то мягкое и чёрное. Гарри поймал, поднял — футболка. С каким-то логотипом, видимо, маггловской группы, и достаточно маленькая, чтобы подойти ему. — Забирай. Я как раз шёл спросить, какой у тебя размер джинсов, — сказал Тони. Он повторил позу Гарри, опёршись о стену, и медленно оглядел его. Взгляд задержался на плечах — и Гарри машинально потянул рукав вниз. — Может, найду тебе какие-нибудь штаны. Чтобы ты мог постирать свои, — добавил он, заметив недоумение на лице Гарри. — А… — Гарри посмотрел на футболку и почувствовал неприятный укол где-то в груди. — Я… спасибо. Тони пожал плечами, улыбка стала чуть кривой. — Рано благодаришь. Единственные штаны твоего размера, что у меня есть, скорее всего розовые, в стразах и принадлежат Пеппер. Гарри не хотел спрашивать, но… — Кто такая Пеппер? — Красивая женщина. — А. — Гарри кивнул. — Значит, вы…? — Это, честно говоря, неловко. Для неё, не для меня. Она уже кучу лет в меня влюблена, просто одержима, я бы даже сказал. Звонит, пишет, ходит за мной с магнитофоном и романтическими песнями, — вздохнул Тони, и Гарри показалось, что его разыгрывают. — Увидишь сам, когда она вернётся. Эти её влюблённые взгляды... — Ну да, — скептически отозвался Гарри. Улыбка Тони стала хитрее, он поиграл бровями. — А у тебя? Твой «хороший друг» тоже симпатичный? Гарри не смог сдержать внезапный смешок. — Нет, — сказал он, одновременно поражённо и развеселённо. Он и не думал, что, назвав своего крёстного «хорошим другом», он натолкнет Тони на подобное нелепое толкование ситуации. — Ну… он бы сказал, что да, — поправился он, — но это не так. — Эй, я не осуждаю, — Тони поднял руки и уселся на барный стул. — Даже уродливым парням нужна любовь, наверное. — Сири… мой друг и я не влюблены, — нахмурился Гарри. —Есть кто-то особенный? — Тони подпёр подбородок рукой и, казалось, сосредоточил на Гарри всё своё внимание, от чего у того запылала шея. — Какая-нибудь маленькая британская подружка, которую я могу объявить недостойной моего сына? — он кивнул на шкафчик. — И можешь продолжать искать еду, пока рассказываешь. Стив, может, оставил там батончик мюсли или что-то такое же полезное и отвратительное. Гарри тут же отступил от шкафа. — У тебя, кажется, проблемы со слухом, наверное, после этой чёртовой инопланетной атаки, но я сказал, что не ищу еду. И… у меня нет никаких «маленьких британских подружек». — А парней? Жар с шеи поднялся к лицу. — Нет, — твёрдо сказал Гарри. — У тебя есть бумага? — Бумага? — Тони удивился. — Ты искал бумагу в кухонных шкафах? — Нет, я искал конверт и марки, — Гарри закатил глаза, потом глубоко вдохнул, стараясь не устроить ссору с человеком, у которого, возможно, есть бумага. — Мой друг будет переживать, если я не напишу… так что… можно мне лист бумаги, пожалуйста? — Конечно. — Тони, похоже, совершенно не задела ни грубость Гарри, ни его просьба. — Ты вообще можешь просто позвонить своему другу. Может, ты не заметил — я стараюсь особо не афишировать, — но у меня тут вполне приличная техника. Думаю, я найду для тебя телефон. Гарри невольно усмехнулся. Очевидно, Тони был помешан на технологиях, а значит, возможно, Сириус правильно сделал, что забрал у Гарри палочку. Он, конечно, говорил, что только большие объёмы магии могут войти в резонанс с маггловской техникой, но здесь её было нереально много. — Я не знаю его номера, — признался Гарри. — Только адрес. Тони поднял голову и почему-то выглядел по-настоящему довольным таким ответом. — Пацан, если у тебя есть имя или адрес, я найду номер быстрее, чем ты скажешь «я не голоден». — С чего бы мне это говорить? — Хочешь, я закажу нам что-нибудь на обед? — Я не— — Гарри оборвал себя на автоматическом ответе и нахмурился, заметив довольную ухмылку Тони. — Нет, спасибо, — сказал он вместо этого. — И номер мне не нужен. Он не пользуется телефоном. — Хм… — протянул Тони, внимательно разглядывая Гарри. Гарри спокойно выдержал его взгляд — он не врал и не боялся того, что Тони пытался в нём разглядеть. — Значит, твой друг… преступник— — Я не говорил, что он преступник, — быстро перебил Гарри. Тони усмехнулся и нарочито захлопал ресницами. — Ты прав. Обычные люди, которым нечего скрывать, как раз и бегут же в страны без договоров об экстрадиции. Туше. Гарри чуть дёрнул подбородком, не подтверждая, но и не отрицая его слова. — Значит, у тебя есть друг-преступник с адресом, но без телефона, и ты хочешь написать ему письмо? — уточнил Тони. — Смелое предположение, — ровно сказал Гарри с пустым выражением лица. — Я надеялся услышать что-то вроде: «держи, Гарри, вот лист бумаги», но игра в угадайку — тоже вариант. Тони запрокинул голову и расхохотался. — Подожди минутку, пацан, я сейчас вернусь. Гарри начал машинально мять ткань футболки, пока Тони ушел, засунув руки в карманы и насвистывая какую-то весёлую мелодию. Оставшись один, Гарри снова поднял футболку и теперь уже внимательнее её осмотрел. Это была… просто обычная футболка. Выцветший логотип какой-то группы под названием «Metallica», небольшая зацепка у воротника — явный признак, что её уже носили, и… Гарри прищурился, считая. Это была четвёртая вещь, которая у него была от членов семьи и Сириуса. Мантия. Карта. Зеркало. Футболка. Семейные реликвии. Хотя Тони — не семья, строго напомнил он себе. Кровь не делает людей семьёй. И всё же он едва заметно улыбнулся, когда Тони вернулся почти вприпрыжку с охапкой канцелярии. — Ты немного напоминаешь мне моего друга, — признался Гарри, с благодарностью принимая блокнот, ручку и уже подписанный конверт с маркой. — Правда? — Тони засунул голову в холодильник. — Он тоже гениальный изобретатель с летающим костюмом? — Скорее, раздражающе жизнерадостный, — язвительно ответил Гарри, но при этом вполне честно. Он подошёл к стойке и положил принадлежности рядом с футболкой. — Хотя вообще он угрюмый засранец. Настоящая заноза в заднице. — Значит, у нас с ним много общего! — воскликнул Тони. Он достал из холодильника две банки газировки и подбросил одну Гарри. Тот легко поймал её и коротко кивнул в знак благодарности. Тони подошёл к стойке, взял яблоко из всё ещё стоящей там миски и стал рассеянно подбрасывать его в воздух, наблюдая, как Гарри садится и делает глоток. — Ну давай, пацан, расскажи о себе хоть что-нибудь. Гарри наблюдал, как Тони подбрасывает яблоко всё выше и выше и каждый раз ловит. Из него бы вышел неплохой ловец, если бы он был волшебником. — Предпочту не рассказывать. — Имя лучшего друга? — Нет. — Где ты живёшь, когда не в бегах? — Нет. — Лучший день в твоей жизни? — Нет. — Худший день? Гарри усмехнулся без радости. — Нет. Тони подбросил яблоко снова, и оба проследили взглядом за его падением. — Любимый вкус мороженого? — Малина. Тони резко перевёл взгляд на Гарри, его рука на секунду замешкалась — и Гарри мгновенно перегнулся через стойку и поймал яблоко, не дав ему упасть. — Чёрт, у тебя отличная реакция, — одобрительно сказал Тони. — Занимаешься каким-нибудь спортом? Гарри выпрямился — теперь яблоко подбрасывал уже он. — Нет, — солгал он. Не мог же он рассказываться магглу про квиддич. Тони усмехнулся и отступил от стойки. Он поднял руки, и в его взгляде появилось что-то вроде вызова. — Самое время начать. Гарри с насмешкой поднял бровь, глядя на дорогущую технику позади Тони. — Если промахнёшься, будешь ныть, что я сломал твои игрушки. Или хуже. И Гарри всё равно не мог просто взять и уйти — пришлось бы терпеть, пока не получит нужные документы. — Тогда я не промахнусь, — сказал Тони с той самоуверенностью, которая, похоже, была у него в крови. — Слабо? Гарри тихо рассмеялся, поднялся и как можно легче бросил яблоко в сторону Тони. Как бы тот ни был уверен, Гарри не собирался быть тем, кто разобьёт дорогую технику. — Бросаешь как тощий четырнадцатилетний мальчишка, — насмешливо заметил Тони, легко ловя яблоко. — Лучший фильм всех времён? Гарри поймал яблоко, когда Тони бросил его обратно. Бросок был неплохой, но яблоко — не снитч: медленнее и крупнее. Промахиваться Гарри не собирался. — Нет, — коротко ответил он, не желая раскрывать больше, чем уже сказал. Он не забыл, что Тони добавил от себя к их сделке. Гарри уже бросил друзей, и бросить Сириуса он просто не мог. И не позволит Тони притворяться, что хочет его узнать, а потом использовать это против него. — Неправильный ответ, — серьёзно сказал Тони. — «Клуб „Завтрак“», а сразу за ним — «Властелин колец». Что бы это ни значило. Гарри смутно помнил, как Дин Томас и Гермиона обсуждали «Властелина колец», но сам он его не смотрел. Гарри раздражённо бросил яблоко Тони, когда тот поднял руку. Оно глухо ударилось четко в ладонь. — Как скажешь. — Именно так, — Тони подмигнул. — И я никогда не вру, уж точно не своему сыну. Любимая группа? Гарри быстро вытянул руку и поймал яблоко, когда Тони бросил его обратно. — «Metallica». Тони выглядел одновременно удивлённым и довольным. — Серьёзно? Они у меня в топ-5! — Нет, — Гарри бросил яблоко обратно и усмехнулся, когда Тони пришлось рвануться вперёд, чтобы его поймать. — И это ответ на все твои вопросы. Тони надул губы и захлопал ресницами. — Ранил мои чувства, пацан. И никогда не шути так. Если этой группы нет в твоём списке — придётся заново делать тест ДНК. Гарри внимательно посмотрел на человека, на которого был так похож. Те, кто утверждали, что он похож на Джеймса Поттера, явно никогда не видели Тони Старка. — Пожалуйста, — спокойно сказал Гарри. Сириус не сомневался, кто его отец. Как и его родители в день его рождения. — Не-а, — рассмеялся Тони, бросая яблоко по высокой дуге. — Ты точно мой. Тебе нравится школа? Гарри ответил «нет» — и это было одновременно правдой и очередным уклончивым ответом. Они продолжали так ещё какое-то время, перебрасываясь яблоком всё более эффектными способами, Тони задавал вопросы, а Гарри от них уходил. В какой-то момент им пришлось разойтись почти по разным концам квартиры — Гарри остался на кухне, а Тони переместился в гостиную. Когда они разогнались, Гарри понял, что Тони ещё и довольно азартный, и они начали наперебой усложнять броски, стараясь переплюнуть друг друга. Гарри отвечал на безобидные вопросы — любимый цвет (красный), любимое время года (осень), и даже случайно сказал «нет», когда Тони внезапно спросил, пользовался ли он паспортом, чтобы прилететь в Нью-Йорк. В своё оправдание — он как раз подпрыгивал, чтобы поймать слишком высокий бросок. — И как ты прошёл таможню? — с любопытством спросил Тони, пока Гарри мрачно смотрел на яблоко в своих руках. — В чемодане спрятался? — Тебя это ебать не должно, — резко ответил Гарри. Вспылив из-за собственной оговорки, он швырнул яблоко куда сильнее, чем собирался — да ещё и с ужасно кривой траекторией. Глаза Гарри расширились, а руки сами сжались в кулаки, когда он увидел, как яблоко пролетает прямо над головой Тони и с глухим ударом врезается точно в центр телевизора. Блять. Блять. Блять. С учётом злого тона Гарри и того, как яблоко влетело точно в центр, Тони точно не поверит, что это случайность. Гарри уже стоял с пустыми руками, поднятыми к плечам, когда Тони обернулся и посмотрел на него с тем самым внимательным, изучающим выражением, которое, как Гарри уже понял, было для него привычным. — Я случайно, — быстро пробормотал он. — Я заплачу. Мой друг пришлёт деньги, как только я ему напишу. И… и если он скоро не получит от меня весточку, он с ума сойдёт, и он может быть очень опасным, правда, это был несчастный случай. Ты же сказал, что не пропустишь бросок, — добавил он почти отчаянно. — Эй, спокойно, — Тони снова повторил его позу, подняв пустые руки, и слегка наклонил голову вбок, нахмурившись. — Тот самый «хороший друг», с которым ты собираешься сбежать в Россию… он опасный? Гарри отступил на пару шагов, пока спиной не уткнулся в холодильник. — Если ты мне навредишь, он тебя убьёт, — честно сказал Гарри. Он шумно вдохнул, пытаясь успокоиться, сжал руки в кулаки и быстро засунул их в карманы. — Я заплачу. Скажи, сколько, — добавил он, всё ещё звуча отчаянно, но стараясь не сорваться на очередную тираду. Прямой и внимательный взгляд Тони, казалось, не упустил ни одного движения Гарри, но он медленно опустил руки почти сразу после него. — Этот телевизор был барахлом, его всё равно пора было менять, — небрежно сказал Тони. Он повернулся к Гарри спиной, и тому сразу стало легче дышать. Тони вытащил яблоко из центра экрана, в котором осталась идеально круглая дырка, затем обернулся, ухмыляясь, осмотрел яблоко и откусил от него. — Плазма явно добавила вкуса. Поскольку это звучало как полный бред, Гарри ничего не ответил. Они оба замолчали, просто глядя друг на друга. Гарри — настороженно. Тони — с любопытством. В конце концов, Гарри не выдержал этой давящей тишины. — Сколько я тебе должен? — хрипло спросил он. Сириус пришлёт деньги, Гарри не сомневался. Он мог бы купить тысячу таких телевизоров и даже не заметить. — Обед. Взгляд Гарри метнулся от руки Тони к его абсолютно серьёзному лицу. — Что? — И шоппинг, — добавил Тони. Гарри решил, что ослышался, поэтому переспросил: — Что? И Тони спокойно повторил. — Ты… — Гарри покачал головой. — Шоппинг зачем? Я же сказал, у меня нет денег. Он удержался от ещё одного комментария про слух Тони — сейчас явно был не тот момент испытывать терпение человека, который и так странно спокойно реагировал. — А я весьма обеспечен, — без тени скромности ответил Тони. — Тебе нужна одежда, нам нужен телевизор, поверь, ты не захочешь видеть Брюса без его сериалов, и я умираю с голоду, а кроме яблок тут, как мы выяснили, есть нечего. Гарри моргнул. — Я его сломал, — тупо сказал он, махнув рукой в сторону телевизора. — Ты не злишься? Тони рассмеялся. — Пацан, я столько раз ломал телевизоры, что, кажется, в одиночку обеспечиваю план продаж «Best Buy», постоянно покупая новые. Дерьмо случается, — он пожал плечами, — чего слезы лить. — Дерьмо случается… — повторил Гарри, совершенно ошарашенный. — И вместо того чтобы переживать, ты хочешь пойти по магазинам? — Я, между прочим, ещё и про обед говорил, — сказал Тони, расплываясь в широкой улыбке. — Давай, купим тебе еды и одежды, без всяких условий. О! Точно! Я ещё и водить тебя научу. Гарри бы отказался — даже несмотря на то, что предложение было одновременно странным и заманчивым, — но сегодня ему совсем не хотелось испытывать удачу ещё сильнее. Он неловко покосился на письменные принадлежности на стойке и на секунду прикусил губу. — Если хочешь, я могу попросить своего ассистента оформить это как срочную отправку на следующий день, — Тони кивнул на конверт. — Напишешь своему «хорошему другу, который совершенно точно возможно опасный преступник и сейчас за тебя переживает» сегодня, и я сделаю так, чтобы письмо дошло завтра. — Ты можешь это устроить? — резко спросил Гарри. Тони поднял руку ладонью вперёд. — Клянусь. Он не выглядел так, будто врёт, скорее наоборот, казался совершенно искренним. А Гарри обычно неплохо чувствовал, когда ему врут. Во всяком случае, он так думал. Гарри схватил всё со стойки и попытался осторожно обойти Тони, направляясь в спальню, где временно жил. Тони выглядел искренне расстроенным, когда Гарри молча открыл дверь, но тот на секунду замялся и оглянулся через плечо. — Дай мне переодеть футболку, и я буду готов. Дорогой Бродяга,  Я добрался. Со мной всё в порядке.  Мой новый друг хороший нормальный.  У меня теперь есть телефон. Купи себе тоже и позвони мне.  (212) 793-5995  — Сам-Знаешь-Кто  P.S. Пришли мне денег, пожалуйста, идиот.