Твоя тихая волна

Тысячи разных мыслей пронеслись в голове Льёненпапиля. – В каком… смысле? – только и смог выдавить он. – Не переживай. У него никогда это не получится, и он сам об этом знает. Проблема уже решена. Принц растерялся. Как именно Шелест решил проблему? Насилием? Неужели… Он же не приказал казнить несчастного? – И что же было в том предсказании? – осторожно спросил он. – Да, ничего особенного, – отмахнулся Шелестиаль. – Обычный бред о том, что из-за моей Тихой Волны наша Вархосия исчезнет. Всю суть ты уже слышал. В общем, оставь это на меня. Не хочу, чтобы ты забивал себе этим голову, пока находишься у меня в гостях. Твоя жизнь и так была невесёлой, так что я постараюсь сделать пребывание здесь приятным. Идём! Есть множество мест, которые я хочу тебе показать, множество людей с которыми должен познакомить! С этими словами Шелест поднял Льёненпапиля и потянул его за собой. Принц смотрел на этого крупного, хорошо сложенного мужчину, а видел почему-то капризного избалованного ребёнка, не считающегося с чужим мнением, с чужими чувствами. Как будто в то время, когда в него закладывалась эмпатия, родители не уделили этому аспекту его личности никакого времени, и он попросту не понимал, что не так. – Скажи, Шелест, а часто ли сбывались предсказания оракула? Не останавливаясь, царь пожал плечами: – Не знаю, я статистику не подсчитывал. Что важнее, мой дорогой Лён, мне так нравится, когда ты зовёшь меня Шелест! Никому больше я такого не позволяю. Зови меня так почаще, договорились? Он явно неправильно расставлял приоритеты. Или, не желая лгать принцу, неумело старался уйти от неприятной темы. – А куда мы идём? – наконец поинтересовался Льёненпапиль. – Интересно? – хитро улыбнулся Шелест. – Ладно, скажу. Сегодня у меня больше нет срочных дел, поэтому можем весь день развлекаться. Для начала я хочу тебя кое с кем познакомить. У одной моей хорошей знакомой тут поблизости свой бар – лучший в Вархосии! Они остановились у дверей подозрительного заведения с лихим названием “Бродячая пуля”. Снаружи это оказалось ничем не примечательное заведение: потёртые деревянные стены, крошечные окна, расположенные так, чтобы в них сложно было заглянуть, тяжёлая дубовая дверь. На торцевой вывеске под названием гроздьями болтались на цепочках небольшие металлические короны. – Симпатичные, – кивнул на них Лён. Царь лишь усмехнулся и толкнул дверь. – Здра-а-а-авствуйте! Ваш любимый царь пришёл! Посетители лишь на мгновение обернулись, но почти сразу вернулись к своим делам. Симпатичная женщина за барной стойкой тяжко вздохнула и устало потёрла пальцами глаза. – Опять ты? У тебя что, дел других нет? Ты вроде большой страной управлять должен, – ворчливо заметила она. – Мелисия, радость моя, ну, ты чего! Я сегодня не просто так пришёл, между прочим. Угадай, кто со мной? – с этими словами Шелестиаль бесцеремонно выставил перед собой спутника. Девушка прищурилась, пристально разглядывая юношу, а затем глаза её округлились. – Ты совсем с ума сошёл? Притащил его сюда, в Вархосию? Шибил тебе голову оторвёт! – Да, да, спасибо. Он приходил сегодня утром. Перепугал моего миленького Лёна до тюленьего писка. Ничего, ничего, посидит взаперти недельку – одумается… Женщина одним махом перескочила через барную стойку и схватила Шелестиаля за грудки, и процедила сквозь улыбку: – Дорогой царь! Не соизволит ли ваше величество отойти в сторонку, буквально на пять минуточек? Потолковать надо. Вы же не против? Льёненпапиль не сразу понял, что последняя фраза была адресована ему. – Нет, нет, конечно не против! – он замахал руками. – Спасибо, дружище! – похлопала его по плечу барменша. – Первый коктейль за мой счёт. Маэль! Обслужи! Элегантный высокий бармен с тонкими усиками в момент оказался перед принцем и переключил на себя всё его внимание. – Добро пожаловать, дорогой гость! Безмерно рад, что вы забрели в нашу скромную обитель. Наш бар славится напитками со всего света на любой вкус! Коктейли на основе сидров, настоек, наливок, ликёров, вин и всего, чего ваша душа пожелает! Желаете что-то конкретное? Льёненпапиль совершенно растерялся. Он посещал подобное заведение впервые, не говоря уже о том, что последний опыт распития алкоголя отбивал всякое желание снова пить что-то подобное. Но и ударить в грязь лицом тоже не хотелось. Не придумав ничего лучше, принц повернулся к своему соседу по барной стойке. Это оказался весьма привлекательный мужчина с аккуратной бородкой и напомаженными усами, в бокале его плескалось что-то фиолетовое, сверкающее каким-то неземным блеском. – Мне то же самое, что этому джентльмену. – Отличный выбор! Одно мгновение, дорогой гость! - и бармен словно растворился. Человек на соседнем стуле беззастенчиво принялся рассматривать Льёненпапиля, будто диковинную зверюшку. В конце концов он протянул ему руку для рукопожатия. – Нил. – Лён. – Любопытно. – Собеседник будто ещё внимательнее стал вглядываться в лицо принца. – Впервые встречаю здесь человека с суши. – Как вы… – Это не так уж сложно понять, когда сам не вархосец. Так значит, ты и есть Тихая Волна нашего бедолажного царька? – Что, простите? – растерялся Лён. – Кто вы такой? Нил рассмеялся, дружелюбно похлопал юношу по спине и сразу перешёл на неформальный стиль общения. – Извини, что не представился нормально. На самом деле я местный писатель и известный драматург. А ещё муж хозяйки этого заведения и её Тихая Волна. Рад знакомству, земляк! Слыхал, ты из Этуайи. Лет сорок там не был. – Сорок? Да вам же и тридцати не дашь! – удивился Льёненпапиль. Мужчина запустил пятерню в густую курчавую шевелюру. – О, брат, так ты не в курсе? Молодость и долголетие – приятные бонусы к статусу Тихой Волны. Ну, да ты и сам скоро оценишь. Если Шибил не прихлопнет тебя раньше. Принц насторожился. Он огляделся по сторонам в поисках Шелестиаля, но того нигде не было. Видимо, барменша утащила его куда-то подальше. Сама судьба подбрасывала Лёну шанс, и он не преминул им воспользоваться. – Если вы знакомы с Шибилом, может знаете, как звучало пророчество, которое он увидел в глазах Шелестиаля? – Конечно. Я помню его даже слишком хорошо. Издержки профессии, сам понимаешь. И я с радостью поведаю его тебе, но за небольшую плату. – Чего вы хотите? – нахмурился принц. – О, не надо так на меня смотреть. Это и правда сущий пустяк, – Нил залпом выпил остатки напитка, сделал бармену знак повторить, и продолжил. – Я же говорил, что писатель. Так вот. Тут, в Вархосии, я в своём деле, как бы, лучший. Но там, в Этуайе я был никем. Мои книги не продавались, пьесы не брал ни один театр. Я был нищим и жил впроголодь. Тогда-то я и повстречал Шибила. Бармен принёс пару новых напитков: оказалось, что Нил позаботился и о том, чтобы бокал собеседника оставался полон. – Что же он вам предсказал? – Что я получу признание только если утоплюсь вместе со своими книгами, представляешь? – мужчина рассмеялся. – Если бы я тогда знал, что он имеет в виду, в тот же вечер бы нырнул с утёса. Оракул, он, как бы сказать… Любит сгущать краски. Все его предсказания звучат так, будто впереди тебя ждёт только плохое. В результате я потерял целый год в попытках всё же пробиться к славе, и в день, когда последний мой роман раскритиковали в пух и прах, смерть забрала последнего человека, который верил в меня – мою матушку. Последние сбережения ушли на похороны, а я и так уже три дня почти ничего не ел. К ночи разразилась страшная буря, и сознание моё помутилось. Я сгрёб все свои творения в мешок и отправился к ближайшему озеру. К мешку длинной верёвкой привязал большой камень, и чтобы план мой удался, решил зайти в воду, отплыть подальше от берега, чтобы моя писанина упокоилась на самом дне и не всплыла. Однако, озеро оказалось с сюрпризом: стоило мне сделать всего пару шагов, как дно резко ухнуло вниз. Слишком длинная верёвка запуталась в моих ногах, непонятно откуда взявшееся течение подхватило меня, и я пошёл ко дну, не успев даже набрать воздуха. Разумеется, к тому времени я уже и думать забыл о предсказании какого-то чудака. Живо представляя эту картину, Льёненпапиль словно читал остросюжетный роман, так хорош был рассказчик. Принц настолько заслушался, что не заметил, как осушил второй бокал, и приступил к третьему, заботливо поставленному барменом взамен опустевшего. – В тот миг я думал, что тут и конец мой пришёл. Это было величайшее моё заблуждение: в тот миг моя жизнь только началась. Она спасла меня, моя Мелисия. Очнулся я уже в её постели. Рядом стоял горячий обед, а она сидела на стуле и читала мой последний роман с такими эмоциями на лице, что я понял: эта женщина – лучшая женщина в мире. И не ошибся! Влюбился с первого взгляда и на всю жизнь, представляешь? Ха-ха! Только тут Лён вынырнул из почти гипнотического состояния, потряс головой и немного пришёл в себя. – Любовь – это восхитительно. Но в чём же всё таки заключается ваша просьба? – Так я к этому и веду! Пойми, как любая творческая личность, разумеется я хочу, чтобы меня признали те, кто когда-то втоптал мой талант в грязь. Я закончил свой самый большой труд. Это весьма специфический роман, но это лучшее, что я когда-либо писал. И я хочу попросить тебя: когда ты отправишься обратно на поверхность, будь человеком, прихвати его с собой. – Почему я? – Ну, во-первых, потому что за все годы, что я тут нахожусь, ты первый человек с суши в Вархосии. Во-вторых, наш любимый царь из Вархосии тебя отпустит. Надеюсь. И в-третьих, я тут слыхал, что ты не последний человечек в Этуайе, а значит если печатники заартачатся, сможешь надавить на них, чтобы книга увидела свет! Уверен, как только она появится в книжных лавках, простые люди обязательно её оценят! – Резонно. Я согласен. После четвёртого бокала Лён уже был порядочно поддатый, и согласился бы сейчас практически на всё. В любом случае, задачка и правда звучала несложно. – Спасибо! Обещаю, ты не пожалеешь! А теперь по поводу моей части сделки. Предсказание оракула, которое он увидел в глазах Шелестиаля звучало так: “Ты встретишь свою Тихую Волну на суше, во дворце Апарейи, и эта встреча перевернёт твою жизнь. Твоя Тихая Волна разрушит твой рассудок и станет причиной уничтожения Вархосии. Посему заклинаю, не выходи на сушу. Твоя Тихая Волна должна исчезнуть, ради всех нас”.