Тьма во фраке

Пыль, поднятая ночным визитом Джеральда Пейнштейна в розарии Малфой-Мэнора, улеглась, оставив после себя удушливое ощущение тупика. План, который раньше казался стройной детективной линией, трещал по швам. Если Мортимер — лишь фасад, а сами они — такие же мухи в паутине, как и Пейнштейн, то классические аврорские методы можно было официально выбросить в камин. Гермиона сидела за массивным столом библиотеки, обхватив голову руками. Перед ней лежали выписки из Гринготтса, но гоблинские шифры молчали. Драко мерил комнату шагами, то и дело бросая взгляд на её уставшее лицо, а Теодор Нотт в углу лихорадочно перебирал шестеренки своего анализатора, который после Корнуолла издавал звуки раненого книзза. — Нам нужен обходной маневр, — Блейз Забини лениво крутил в пальцах стакан с неразбавленным огневиски. — Гринготтс под Селвином, Аврорат под Селвином. Но у Пейнштейна есть личный фонд в маггловском Цюрихе. Банк «Цюрих-Штрассе». Закрытый, элитарный, стерильный от магии. Туда стекаются все оффшорные потоки «Ордена Слепых». Если мы вскроем его, мы найдем нити, ведущие к тому, кто остался в тени после «смерти» Мортимера. — И как ты предлагаешь туда проникнуть? — Драко остановился, скрестив руки на груди. — Там стоят датчики на любое проявление активной магии. Одно «Алохомора» — и мы в швейцарской тюрьме, где даже эльфов-домовиков нет. — Мы пойдем как магглы, — Блейз тонко улыбнулся. — Но нам нужна поддержка в Лондоне. Люди, которые смогут прикрыть наши тылы от Селвина и Министерства, пока мы будем ковыряться в их сейфах. Тео, отправляй. Нотт молча вскинул палочку. Из её кончика вырвался призрачный, серебристая пантера, которая, сделав круг под потолком, исчез в стене. Блейз последовал его примеру: его палочка породила крупного призрачного лиса, который с тихим рыком растворился в воздухе, унося послание на окраину Лондона. Ожидание длилось чуть больше трех часов. Тишину Малфой-Мэнора, привыкшего к шелесту павлиньих перьев и чинному молчанию, нарушил совершенно дикий, оглушительный рев. Это был металлический, басовитый грохот маггловского мотора, от которого задрожали витражные стекла в холле. Драко выскочил на балкон первого этажа и оцепенел. По идеальной гравиевой дорожке, безжалостно разминая колесами фамильные кусты черных роз Люциуса, несся вишнево-красный открытый кабриолет марки «Альфа Ромео». За рулем, хищно перехватывая кожаное рулевое колесо тонкими пальцами с безупречным маникюром, сидела Пэнси Поттер. Её темные волосы были повязаны шелковым шарфом, а на лице красовались огромные маггловские солнцезащитные очки. На пассажирском сиденье, закинув ноги в высоких кожаных сапогах прямо на приборную панель, сидела Джинни Забини. Рыжие волосы Уизли бушевали на ветру, а в руках она держала увесистый министерский кейс с грифом «Совершенно секретно». Кабриолет с визгом затормозил прямо у парадной лестницы, оставив на гравии глубокие черные борозды. — Малфой! — крикнула Пэнси, стягивая очки и оглядывая фасад дома с явным неудовольствием. — Твои домовики могли бы и пошире открывать ворота! Мы едва не снесли твоего дурацкого белого павлина! Драко медленно перевел взгляд на Блейза, который уже спускался по лестнице с абсолютно счастливым видом. — Забини, объясни мне, почему твоя жена приехала на маггловской самоходной телеге вместе с женой Поттера? — процедил Драко. — И почему они выглядят так, будто только что ограбили бутик в Милане? — Потому что моя жена — гений логистики, а Пэнси — лучшая прикрывающая интрижка в этом полушарии, — Блейз подхватил Джинни, которая легко спрыгнула с подножки машины, и коротко поцеловал её в губы. — Привет, любовь моя. Привезла? — Всё здесь, — Джинни похлопала по кейсу, проходя мимо Драко и бесцеремонно пихая его локтем в бок. — Привет, Малфой. Не раскисай, твоя каштановая шевелюра из прошлой главы тебе совсем не шла. Рада, что ты снова блондин, хоть видно, кого бить в случае провала. Пэнси зашла в холл, шурша дорогим маггловским плащом. Она сразу направилась к Гермионе, которая как раз спускалась из библиотеки. — Грейнджер, дорогая, ты выглядишь ужасно, — заявила Пэнси, критически осматривая её свитер. — Но у меня есть оправдание для моего присутствия. Гарри находится под следствием Селвина с жестким ограничением передвижения, а его личные архивы подвергаются обыску. Если мы не найдем, кто финансирует эту министерскую гниль через Цюрих, моего мужа сделают козлом отпущения и упрячут в Азкабан до конца его дней. Так что у меня весьма весомые аргументы, чтобы помочь вам разнести этот швейцарский банк к чертям. — А у меня — личные счеты с «Орденом», — добавила Джинни, открывая кейс прямо на кофейном столике. — Я выпотрошила архив Департамента правопорядка до того, как Селвин наложил на него лапу. Вот выписки по фонду Пейнштейна. Все транзакции идут через Цюрих, счет номер 99-Альфа. Но получить к нему доступ можно только лично, имитируя маггловских инвесторов. Гермиона подошла ближе, чувствуя, как план наконец обретает жесткие контуры. Рядом встал Драко, его плечо коснулось её плеча, и это мимолетное тепло мгновенно вернуло ей уверенность. — Блейз и Драко поедут в Цюрих, — скомандовала Гермиона. — Блейз знает маггловский этикет элиты, он сможет сойти за миланского брокера. Драко… Драко притворится эксцентричным наследником из Лихтенштейна, который хочет вложить миллионы. Пэнси, ты сможешь удаленно координировать их через министерские каналы? — Дорогая, я могу координировать даже парад дементоров, если мне за это заплатят, — усмехнулась Пэнси. — Мы с Джинни отправимся в Швейцарию, но останемся в гостинице, Нотт будет держать контур связи. Малфой, Забини — переодевайтесь. И снимите эти ваши средневековые мантии, от них пахнет нафталином и чистокровным пафосом.

***

Два дня спустя. Цюрих. Финансовый квартал. Драко Малфой сидел в роскошном номере отеля «Бор о Лак», рассматривая мерцающий экран ноутбука с тем же брезгливым интересом, с каким обычно изучают редкий вид плесени. На Драко был безупречный, сшитый на заказ итальянский костюм, который, впрочем, ничуть не прибавлял ему душевного равновесия. — Забини, — негромко произнес Драко, указав на мигающий курсор. — Этот жестяной ящик имеет наглость утверждать, что моя фамилия «небезопасна». Избавь меня от необходимости объяснять этой груде кремния, что Малфои обеспечивали безопасность Гринготтса, когда предки создателя этой программы еще считали на пальцах. Это не технология, это бюрократия, упакованная в пластик. Блейз, лениво поправлявший запонки перед зеркалом, даже не повернулся. — Драко, маггловские системы не знают о величии твоего рода. Добавь туда пару цифр. Год твоего падения с метлы, например. И перестань тыкать в экран палочкой, ты прожжешь матрицу, она стоит как половина твоего гардероба. — Это унизительно, — Драко отодвинул от себя смартфон, словно тот был испачкан в дегте. — Магглы возвели медлительность в ранг религии и назвали это «прогрессом». Тратить минуты на то, что решается одним импульсом легилименции... Ждать, пока эти примитивные электроны соизволят доползти до сервера — это выше моего терпения. А «аутентификация» звучит как косноязычное заклинание третьекурсника, который не может выговорить «откройся». В динамике ноутбука раздался тихий, пронзительный смех Пэнси, которая держала связь из гостиницы на другом конце Цюриха, через заколдованный Ноттом канал. — Драко, милый, если ты сейчас же не успокоишься, я попрошу Джинни выслать тебе маггловский самоучитель для детей от трех лет. Прекрати истерику. Вы входите через пять минут. Блейз, следи, чтобы этот аристократ не попытался испепелить банкомат, если тот не выдаст ему квитанцию. — Понял тебя, Пэнси, — Блейз улыбнулся, беря со стола кожаный портфель. — Идем, Лихтенштейнский принц. Пора показать этим швейцарцам, что такое настоящие скользкие типы. Здание банка «Цюрих-Штрассе» встретило их стерильным блеском стекла, полированного гранита и тихим, усыпляющим шуршанием кондиционеров. Магии здесь действительно не было — датчики на входе, замаскированные под рамки металлодетекторов, сканировали любое изменение эфира. Драко прошел сквозь них, неестественно выпрямив спину и удерживая палочку в специальном наручном чехле, блокирующем эманации. Их встретил старший менеджер — мужчина с лицом настолько серым и правильным, что казалось, его отлили на монетном дворе вместе со слитками золота. — Герр Малфой, герр Забини, — банкир вежливо поклонился, приглашая их в закрытую переговорную. — Мы получили ваш запрос на аудит личного фонда господина Пейнштейна. Однако, как вы понимаете, конфиденциальность нашего банка… — Конфиденциальность вашей конторы интересует меня меньше, чем погода в Перу, любезный, — Блейз мгновенно включил режим потомственного дипломата, его голос зазвучал мягко, бархатно, с легким, гипнотическим итальянским акцентом. Он небрежно бросил на стол папку с маггловскими документами, которые Джинни подготовила под прикрытием своих связей. — Мой клиент, господин Драко, рассматривает возможность слияния активов своего лихтенштейнского траста с фондом Пейнштейна. Мы знаем, что у Джеральда сейчас… временные трудности с логистикой в Лондоне. Нам нужны полные выписки по транзакциям за последний год, чтобы оценить риски. Банкир прищурился, изучая бумаги. — Понимаю. Но для доступа к закрытому серверу 99-Альфа требуется ввести персональный цифровой ключ, который находится у владельца счета. Либо… пройти верификацию через нашу внутреннюю систему кодов безопасности, привязанную к швейцарскому номеру фонда. Драко, сидевший в кресле с видом скучающего короля, почувствовал, как у него под воротником рубашки начинает чесаться от раздражения. Он посмотрел на монитор, который банкир развернул к ним. Там горело пустое поле с надписью: «Введите 16-значный криптографический токен». «Шестнадцать знаков, — подумал Драко, чувствуя, как его рука инстинктивно дергается к палочке. — Проклятые магглы. Зачем использовать шестнадцать букв, если можно просто использовать три круга легилименции?!» В его наушнике раздался лихорадочный шепот Теодора Нотта: — Драко, не смей колдовать! Я подключаюсь к их подсети через зашифрованный шлюз. Блейз, тяни время! Мне нужно ровно девяносто секунд, чтобы обойти их файрвол. Заговори его! Блейз даже не моргнул. Он плавно подался вперед, сокращая дистанцию с банкиром, и начал плести такую кружевную словесную паутину, которой позавидовал бы сам Салазар Слизерин. — Вы ведь понимаете, герр Визер, что в бизнесе такого уровня секунды решают всё? Пока мы ждем токен от Джеральда, акции его дочерних компаний в Милане могут упасть на три пункта. Мой клиент не привык ждать. К слову, я заметил у вас на стене диплом Цюрихского университета… Мой кузен как раз спонсирует кафедру прикладной экономики там. Кажется, они как раз искали нового члена попечительского совета с… весомым окладом. Банкир на секунду замер. Его серые глаза масляно блеснули. Манипуляция Блейза, замешанная на тонком знании человеческой жадности, сработала чище любого «Конфундуса». — Ну… в исключительных случаях, для инвесторов такого ранга, мы можем запросить временный технический доступ через резервный терминал… — пробормотал он, его пальцы быстро забегали по клавиатуре. — Давай, Тео, давай, — сквозь зубы прошептал Драко, уставившись на экран, где полоса загрузки медленно поползла вперед. Электронные цифры замелькали перед его глазами: 10%... 35%... 60%... Для Малфоя это было чистой пыткой. — Грейнджер, — негромко произнес Драко в микрофон, наблюдая за ползущей полоской с видом скучающего короля. — Если эта полоска застрянет еще на секунду, я начну считать это личным оскорблением. Магглы так гордятся своей точностью, но их системы работают с грацией раненого флоббер-червя. Моя магия не выкачивается, она просто задыхается в этой стерильной пустоте безмагического пространства. — Драко, сиди смирно, ты эксцентричный миллионер, а не беглый заключенный, — донесся в наушнике спокойный, ироничный голос Джинни. — Поправь манжеты и сделай вид, что ты думаешь о покупке футбольного клуба. На 99% экран ноутбука банкира вдруг вспыхнул ядовито-желтым цветом. Раздался тихий, противный электронный писк. — О, — банкир нахмурился, вглядываясь в монитор. — Странно. Система зафиксировала удаленное подключение. Это… протокол безопасности Министерства магии Великобритании? Что за чушь… — Тео! — рявкнул Блейз в микрофон. — Меня отсекли! — панически крикнул Нотт. — Селвин перехватил министерский шлюз! Они поняли, куда ушли запросы! Парни, у вас тридцать секунд до того, как сработает полная блокировка здания! Банкир потянулся к красной кнопке под столом. Драко не выдержал. Весь его аристократический снобизм, столкнувшись с окончательным зависанием системы на 99% и попыткой какой-то бездушной машины его задержать, выплеснулся наружу. Это не была паника сквиба — это была ярость хищника, которому тесно в рамках примитивных маггловских протоколов. — Да пошла ты, твоя медлительность! — рявкнул он, выхватывая палочку. Удар заклинания, подпитанный чистой малфоевской злостью на неэффективность механического мира, врезался в центральный серверный шкаф. Раздался оглушительный взрыв. Но магия, столкнувшись с высоковольтной защитой банка, выдала совершенно непредсказуемый резонанс. Вместо того чтобы просто сжечь данные, заклинание Драко трансформировало всю внутреннюю офисную технику. Системные блоки, принтеры и даже шредеры с громким хлопком… превратились в живых, крупных императорских пингвинов. Через секунду комната заполнилась диким птичьим гоготом. Около трех десятков пингвинов, хлопая крыльями, начали с криками носиться по переговорной, снося папки и скользя лапами по гранитному полу. Драко даже не удивился. Он лишь брезгливо стряхнул пингвинье перо с лацкана своего итальянского пиджака, сохраняя осанку человека, который только что преподал машине урок хороших манер. — Малфой, ты клинический идиот! — заорал Блейз, перепрыгивая через бегающую птицу и хватая со стола планшет, на который Нотт все-таки успел скинуть данные. — Бежим! Они рванули к выходу. Зал банка превратился в декорации к безумной комедии. Менеджеры с криками залезали на столы, швейцарская охрана пыталась задержать пингвинов, которые организованной стаей перекрыли главный выход, а сигнализация выла на всю улицу. Драко и Блейз выскочили на площадь, тяжело дыша. Прямо у бордюра, нарушая все правила парковки, уже стоял их вишнево-красный кабриолет «Альфа Ромео». Джинни сидела за рулем, бешено газуя, а Пэнси на пассажирском сиденье с невозмутимым видом допивала шампанское. — Запрыгивайте, неудачники! — крикнула Джинни, когда они на ходу влетели в салон машины. Автомобиль сорвался с места, оставляя за собой визг шин и крики швейцарской полиции. Драко откинулся на спинку сиденья, поправляя галстук. — Грейнджер меня убьет, — негромко произнес он, сохраняя ледяное спокойствие. — Но признай, Забини, это было эффектно. Пингвины обладают куда большей харизмой, чем швейцарские аудиторы. — Зато это было самое стильное ограбление в истории Цюриха, Драко, — Пэнси обернулась к нему, её глаза блестели от веселья. — Мужчины, вы получили то, зачем ехали? Блейз поднял планшет, на экране которого светилась надпись: «Копирование завершено. Файл: Вечность_Координаты.dat». — У нас есть всё, — Блейз посмотрел на Джинни, затем на Драко. — Мы нашли координаты лайнера «Вечность» и, что гораздо важнее, — зашифрованные архивы личного фонда Пейнштейна. Там не просто цифры, там записи, которые станут надгробным камнем для половины Визенгамота. Настоящая игра начинается сейчас. Но сначала… Малфой, будь добр, сними это перо со своего плеча, ты выглядишь как недощипанный глухарь Все четверо разразились облегченным смехом, пока кабриолет уносил их прочь от швейцарской границы, навстречу финалу, к которому они теперь были готовы как никогда.