дворняжка

      аарон, честно говоря, не планировал на сегодня шоковую терапию. всё должно было пройти как обычно, спокойно и без происшествий, ровно до того момента, пока в сумраке своей колумбийской комнаты он не увидел нила, мать его, джостена.       аарон попятился к двери, надеясь исчезнуть быстрее, чем рыжий успеет заметить, как сильно он трухнул. потому что, блять, целоваться с парнем своего брата посреди танцпола, — удивительно, что джостен вообще туда выполз, — явно не предвещало его жизни ничего хорошего, а найти его в своей комнате в одном доме с эндрю и подавно.       — чё ты хочешь? — аарон не церемонится, но ёбаного тугодума это не удивляет.       нил обманчиво безобидно подзывает его к себе небрежным жестом, как собаку, и аарон почему-то ведётся. босыми ногами ступает по ковролину, замирая ровно напротив придурошного. не его, стоит заметить, аарон бы не вынес нила джостена двадцать четыре на семь без перерыва. блядский боже, если даже эндрю не выдерживает, то о чём речь.       — я хочу тебя трахнуть, — без церемоний рубит нил. — да или нет?       эндрю обнаруживается в кресле в отдаленном углу комнаты, аарон его даже не заметил. и вот это уже сюр какой-то. он похож на клоуна? в какие бы ёбнутые игры не играл эндрю с этой своей блохой, аарон не хочет в них участвовать.       слышишь, организм-предатель, не хочет!       — ты в край ебанулся? — наверное, стоило бы раствориться, но, чёрт возьми, это его комната, ага. если кто и должен съебаться, так эти два обдолбыша, а не он.       — отвечай на вопрос, — эндрю даже сейчас кажется скучающим, и аарон задаётся логичным вопросом: что тогда вообще может выбить его из колеи? извините, блять, пожалуйста, тут твой парень просит выебать твоего брата у тебя на глазах.       всё ещё недостойно царского внимания?       нил нетерпеливо ёрзает на кровати в этих своих ублюдских джинсах. точно эндрю постарался. аарон активно шевелит шестеренками, надеясь придти к здравым мыслям, но те почему-то упорно разбегаются. перед глазами остаётся только развратная картинка, — нил дёргает его за ворот и суёт язык ему в рот под бритни спирс. о, вот и клубные флешбеки подъехали. аарон надеялся списать всё это на недоразумение, а вот хуй там плавал.       — типа… тебе норм? — аарон щурит на эндрю, эндрю закатывает глазёнки, нил активно пытается сделать вид, что не лезет аарону в трусы, — нихуя себе репка.       — если бы мне было не «норм», долбоящер, нас бы здесь не было.       — ну и хер с ним, — выдаёт аарон, сам от себя такой дичи не ожидая. — да, блять, да. только это… у меня с мужиками-то и не было никогда.       нил скалится, таща его на кровать за руку, и такой типа невинный весь из себя, ангел-похоронитель, заявляет на полном серьёзе:       — дело наживное, исправим.       аарон даже не успевает до конца осознать, что происходит, как его уже заваливают на спину, и он бьётся затылком о подушку, которая какого-то хуя пахнет не им, а этим рыжеволосым ублюдком. ниловы руки рисуют под футболкой аарона непонятные пентаграммы, иначе не скажешь.       во что он только ввязался…       он хочет сказать что-нибудь язвительное, но нил, проклятый вампирёныш, наклоняется и целует его в шею. не больно, но достаточно, чтобы вызвать у эндрю смешок. ага, очень смешно, его тут как девицу обхаживают, а этому лишь бы поржать. противно даже, что у них с эндрю фетиши схожие, что за кривое зеркало.       — да ты глянь на него, — обращается нил уже к эндрю. — золото, а не братец, да?       эндрю поднимается с зрительского места, пересекая расстояние между ними в два шага. аарона аж от неожиданности подбрасывает, но джостен давит ему на грудную клетку, и он опускается обратно. действительно как послушный, сука, пёс.       — не зазнавайся.       порноиндустрия нервно курит в сторонке, — понимает аарон, когда видит как его близнец засасывает нила у него на глазах. прямо-таки трахает языком в рот, а он на это смотрит с вип-места. ага, между ними. и аарон понимает, что проиграл, ещё до того, как всё это началось.       — слушайте, я не подписывался на оргию, — пытается аарон вяло, но нил уже мнёт его сосок через тонкую ткань, а эндрю проводит ладонью по его животу, и все слова превращаются в кашу.       эндрю возвращается к нему, выжигая душу пронзительным взглядом.       — это «нет»?       — если бы это было «нет», меня бы здесь не было.       эндрю почти улыбается, что само по себе страшнее угрозы, и тянет его за ремень, чтобы поцеловать. и аарон же, блять, отвечает. да ещё с таким упорством, будто готовится сдавать экзамен. всё, о чём он может думать — это как нихуёво, блять, быть между ними и вместе с ними.       — е-бать, — а вот тут дар речи теряет уже нил. ни в одной влажной фантазии он не мог представить себе, что видеть их такими вживую будет так хорошо.       пальцы вцепляются в чужую кожу — то ли чтобы оттолкнуть, то ли притянуть ближе, чёрт его знает. аарон перестал разбираться. эндрю уже расстёгивает ему джинсы с той непринужденностью, как будто делает это каждый день, и, блять, возможно, так и есть, только обычно он раздевает не аарона.       аарон тянется к брату сам, чтобы поцеловать, и эндрю позволяет. он медленно и властно скользит языком ему в рот, и аарон выгибает спину, про себя ругая всё, что только движется. ёбаный вечер. как ему после этого представления им в глаза смотреть?       его аж потряхивает от переизбытка ощущений. наверное, так не должно быть, и именно потому эндрю тормозит сам и одёргивает джостена.       — сегодня без проникновений, слишком много для первого раза. рука или рот?       — ты задачки попроще задавай, — натурально скулит аарон, не узнавая собственного голоса. он, знаете, прекрасно бы подрочил себе и сам, искусители недоделанные. — сделайте, блять, уже что-нибудь, су-у-у-у-ки.       «что-нибудь» сжимает его член, проводя большим пальцем по головке, и аарон забывает, как дышать. если вообще до этого умел, ага. нил жмёт плечами, опускаясь ровно на уровень его пупка, а затем, не предупредив, без объявления войны, насаживается на него по самые, сука, гланды. сразу видно, тренированный.       аарон слышит собственный громкий стон, и эндрю благоразумно решает прикрыть ему рот ладонью. которую, к слову, аарон на одном только непонятном инстинкте почему-то лижет.       — я знаю, что ты можешь быть тихим, рон. постарайся, ага?       аарон пытается что-то сказать, но из горла рвётся лишь глухой, сдавленный скулёж побитой дворняги. нил, рыжий ублюдок, вытворяет языком такое, от чего мир теряет очертания, плывёт и дрожит. это пиздец. блять, что он сделал. ладно, похуй.       он понятия не имеет, во что ввязался, но когда нил поднимает голову, медленно облизывая губы от спермы, — его, блять, спермы, — и роняет с едва скрытым торжеством, что ему понравилось, а эндрю тихо, почти неслышно смеётся куда-то в макушку аарона, то осознание приходит мгновенно: обратного. пути. нет.       и, чёрт возьми, ему плевать.