Лобной ленте верить нельзя

— Стой, Лань Чжань! Ты разве не хотел в таком возрасте просто целыми днями гулять и общаться с Цзэу-Цзюнем? — Получив в ответ только резкий выдох, хоть и тихий. Что он спрашивает? Конечно хотел. Хотел... Же? — Правила. — Лань Ванцзи было легче занимать себя и слишком болтливых людей занятием, чем отвечать на такие трудные вопросы. Скорее признать было трудно, а именно себе. Всё легче, когда не думаешь о себе. Вей Ин, поняв что другу сложно ответить, решил не заставлять его. Начав писать свод правил, весь остаток дня пробыл задумчивый. Даже когда Лань Чжань сам через почти целую вечность ответил на тот вопрос согласием, Вей начал ещё больше думать и всё больше молчать. "Неужели люди ломают себя под шаблоны, вместо того чтобы перешагнуть его и стать свободным? Прекрасному лотосу не подойдёт суша, ведь его это просто убъёт. Так почему другие люди делают себе невозможные условия для жизни чтобы быть "лучше"? — Вей Ин. — Попрощавшись с другом, он тихо повернулся к выходу, чтобы не пробудить и так напряжённую молнию. Легче быть незаметным, так меньше придётся уклоняться, а больше всего от себя. — Лань Чжань, до скорой встречи. — Вей Усянь встряхнул головой, и посмотрел на него. Длинные гладкие волосы, повязанная лобная лента которая струилась по всему росту, конец которого был только в колене и аккуратно заплетённая причёска. Вей Ину никогда не надоест любоваться возлюбленным. Жаль что невзаимно, но зато у них уже закрадывается семя дружбы в почве. Да, не скоро он проростёт, да и не факт что зацветёт. Под этот печальный итог Усянь собрал кисти и чернила. Механически встав и пойдя в обеденный зал.

***

— Цзян Чен, я хотел бы с вами поговорить. — Мягко улыбнувшись, сказал Лань Сичень. Они стояли одни, на тропинке далековато от многолюдных мест. Они заранее договорились, а скорее Сичень настоял что бы они сегодня встретились. — Да? — Цзян Чен очень волновался, ведь только недавно он (+Вей Ин!) опозорился перед ним. Вряд ли будущий наследник ордена настолько глуп, чтобы не сложить пазл в голове. Да и человек был эмпатийный. — Я понимаю, что вам неловко говорить про такое, но давайте не будем тянуть. — Цзян Чен резко вдохнул, и сжал в рукавах кулаки. Чуть опустив голову, он выдохнул, смело посмотрел прямо в глаза Нефриту. — Вы влюблены в меня? Всё тело Чена обдало мелкой дрожью. Встряхнув головой, он быстро начал думать что ответить. В душе он хотел ответить «да», но мозг ударил прямо и чётко — «нет» самый рациональный. Да больно, да обидно, но он самый выгодный для репутации и страха от того что тебя отвергнут. — С чего вы взяли это? — Лучше соединить сразу два варианта. Нейтральный, не грубый, не резкий. — Вы же сами понимаете, с чего. Пожалуйста, я не буду оглошать без вашего разрешения, а тем более призирать. — Одарив собеседника спокойным взглядом, присмотрелся на мимику и движения юноши. — Вей Ин просто бесился, нечего более. — Цзян Чен скорее сбросится с крыши чем заговорит с ним, что уже произошло. Так ещё и об его чувствах. Он чувствовал себя уже опозоренно и раскрыто. Ещё чуть чуть и он сбежит, но заставлял стоять и смотреть в эти янтарные глаза. — А-Чен, что мне нужно сделать, чтобы добиться от тебя честного ответа? — Лань Сичень чуть сузил глаза, от чего они блеснули. — Почему вы мне не верите, Цзэу-Цзюнь? — Тактично проигнорировав то, что его назвали ласковым прозвищем, хоть и кулаки задрожали, а сзади шея уже порозовела. — Потому что я хочу услышать правду с твоих уст, А-Чен. — Лань Сичень сделал шаг ближе, промурлыкав его имя, их расстояние сократилось до вытянутой руки, от чего последний сделал микро шаг назад. — ... Лань-гунцзы. — Лань Сичень сделал ещё мелкий шаг, от чего Цзян расширил глаза. — Каждый твой взгляд адресованный мне был полон любви и смущения. То, что ты считаешь ошибкой, дало мне понять, что это взаимно. — За всю эту реплику Цзян Чен менялся в лице. От нервозности до шока огромных глаз. Взаимно. Он долго стоял в ступоре, пока не почувствовал ладоней на своих плечах. Цзян Чен не изменился в лице, неверяще посмотрел на него. — А-Чен, я тоже тебя люблю, — Смело заявил старший Нефрит, — Можно тебя поцеловать? — Цзян уже открыл рот, понял что не может ответить. Промямлить что-то ему не дали. Тёплые губы осторожно накрыли его собственные. Если бы глаза уже не были похоже на орбиты, честное слово, он бы их расширил. Лань Сичень наклонился и целовал его. Лицо А-Чена было так близко. Не удержавшись, Лань-гунцзы положил свою ладонь на его затылок. Но даже этого стало слишком мало, поэтому вторая рука оказалась на чужой талии, исследуя каждый участок одежды. Прервав на короткий промежуток времени, Лань Сичень более смело вторгся в рот любимого, добавляя язык. Цзян Чен под ним тихо скулил, и слабыми руками держал крепкие плечи. Через время вовсе размякнув и закрыв глаза, наслаждался этим моментом. Для него больше не существовало больше их двоих, отдаваясь моменту всё больше. Цзян Чен не мог думать, а тем более прервать поцелуй хоть на мгновение. Больше никто не собирался сдерживаться. Продолжив таять, Цзян Чен понял что его больше не целуют. Он открыл глаза, и чуть обеспокоенно посмотрел на возлюбленного. Тот в свою очередь ласково поправил выбившуюся прядку за ухо и обхватил ладонями его щёки. Быстро чмокнув в лоб, он сказал: — Милый, я очень рад что мы теперь встречаемся, — особо выделив последнее слово, — Но скоро надо будет ужинать, я не позволю голодать моему любимому. — С этими словами он взял на руки Цзян Чена, и понёс его в обеденный зал. Рядом с зданием он всё таки под его вопли (хоть и тихие) отпустил и уже на культурном растоянии пошёл вместе с ним. Им повезло что людей особо не было, только мелкие дошкольники, которые явно ничего не расскажут лишним ушам. Рядом со входом, Лань Сичень положил ладонь на плечо любимого. — Приятного аппетита, Цзян Чен. — И вам.. Тоже.

В комнате Цзян Чена и Вей Ина.

— Что?! Вы поцеловались? — Вей Ин схватил шиди за плечи и развернул к себе. Неверяще посмотрев на друга, он увидел смущение. Отпустив и резко сев на кровать, он согнул ногу и подставил подбородок на колено. Его чёлка немного закрыла глаз. — Что ты пищишь? Бесишь уже... Да, мы кажись теперь встречаемся. — Цзян Чен плюхнулся рядом с шисюном на его кровать и откинулся на матрас. — Блин, тебе так повезло, я аж завидую... Если бы мне Лань Чжань хоть раз дал повод на его чувства, я бы уже давно бы хоронился неподалёку в кустах. — Вей Ин сдавленно хихикнул и повернул голову на Цзян Чена. — Вей Усянь, ты дурак? Да он на уроке пока ты стрелял только и делал что прожигал тебя взглядом. Ты думаешь если ему всё равно на тебя было, то он бы вообще смотрел на такого дебила? — Вей Ин обиженно посмотрел на него. — Что ты мне не сказал, что он смотрел на меня?! Я реально щас обижусь! — Усянь отправил в полёт одну из своих подушек прямо в лицо шиди. — Да мне какая то разница как будто была! И вообще, что ты нарываешься?! — В отместку Цзян больно ударил по спине ногой, от чего Вей упал с кровати. — Ай! Ты ещё мне что-то говоришь? Бешеный! Тебя что, собака укусила? Или Цзэу-Цзюнь? — после последнего Вей резко встал, и со всех ног побежал вокруг комнаты, защищаясь от нападка то, что попадалось Цзян Чену под руку.