Еще одна из рода Розье

— ГРИФФИНДОР! Слово еще гулко отдавалось в ушах, когда шляпу уже сняли с ее головы и вернули на постамент, где она тут же затихла, будто ничего и не произошло. Все вокруг на мгновение стало размытым: движения, лица, голоса деканов, покидающих кабинет, все слилось в единый шум. Только один взгляд она почувствовала особенно ясно. Северус Снейп задержался на ней чуть дольше остальных в его холодном непроницаемом взгляде не было удивления. Скорее… интерес. Или недоверие. — Поздравляю, мисс Розье, я как декан факультета Гриффиндор… — Эмилия наконец сфокусировала свое внимание на декане теперь уже своего факультета. — Да… спасибо, — нерешительно произнесла Эмилия. — Но… Прошу прощения, но вы уверены, что шляпа не ошиблась? Поймите, я ничего не имею против вашего факультета, профессор Макгонагалл, просто мне все говорили, что я попаду на Слизерин. — Да, ваш отец проинформировал меня. Но вынужден вам сообщить, что решение шляпы не подлежит сомнению. Видимо, что-то внутри вас склонило выбор в сторону Гриффиндора. К вашему сведению, я тоже выпускник данного факультета. Эмилия опустила взгляд. — Просто… он расстроится. — Переживет, — спокойно сказала Макгонагалл. — Вы его не знаете, — тише добавила девушка. Альбус Дамблдор и Макгонагалл обменялись быстрым взглядом. В нем было что-то большее, чем просто понимание. Они подошли ближе. — Эмилия, теперь вы студентка нашей школы, мы в ответе за вас и вашу безопасность, если вы почувствуете что-то не ладное, что-то, что на ваш взгляд угрожает вашей жизни, то смело сообщайте нам без всяких колебаний, — слова Макгонагалл прозвучали уверенно и искренне. — Спасибо, отец, конечно, расстроится, — девушка постаралась прозвучать непосредственно. — Но не до такой степени, — она даже нашла в себе силы улыбнуться профессорам. — Что ж, сейчас домовик пригласит старосту моего факультета, которая с радостью проведет вам экскурсию и расскажет о правилах проживания. Завтра начнутся первые занятия, я уверена, что вы и здесь сможете проявлять свои способности и получать наивысшие баллы. — Моя коллега, директор Спраус, без тени сомнения назвала вас умнейшей ведьмой своего возраста, — гордо произнес Альбус Дамблдор. Эмилия нервно улыбнулась и сжала в руках подол своего платья, косясь на распределяющую шляпу, которая сейчас как ни в чем ни бывало мирно посапывала, не осознавая, какую ошибку только что совершила. — Ох, — тихо засмеялась Минерва Макгонагалл. — Подобную формулировку мы уже слышали и про наше Гермиону. — Что ж, Минерва, кажется, ваш факультет забирает себе лучшие умы магической Британии. — Время покажет, профессор. В кабинете появилась Гермиона Грейнджер. Сегодня на ней не было школьной формы, лишь простые джинсы, балетки и клетчатая рубашка, которые придавали ей куда более живой и… обычный вид, чем тот, который Эмилия ожидала от старосты. Кудрявые волосы были собраны в низкий растрепанный пучок, из которого выбивались тонкие пряди. — Профессор Макгонагалл, директор, — она кивнула и подошла ближе. — Мисс Грейнджер, — начала Минерва Макгонагалл. — Позвольте представить вам новую студентку Гриффиндора. Эмилия Розье. Эмилия протянула руку первой, и Гермиона сразу же ответила тем же. — Приятно познакомиться, — сказала она, внимательно глядя на Эмилию, словно уже пыталась что-то понять о ней. Затем перевела взгляд на преподавателей. — Не знала, что после начала учебного года продолжается набор студентов. — Это исключительный случай, — мягко пояснил Альбус Дамблдор. — Эмилия училась в Ильверморни, но по семейным обстоятельствам вернулась в Англию. — О! — глаза Гермионы заметно оживились. — Ильверморни? Это же… невероятно интересно. Я столько читала об этой школе. Макгонагалл и Дамблдор обменялись короткими улыбками и снова посмотрели на девушек. — Гермиона, прошу вас, — сказала Макгонагалл. — Проведите мисс Розье в башню, объясните правила, познакомьте с сокурсниками. — Конечно, профессор. — И, Эмилия, — добавил Дамблдор, чуть мягче. — Если вы почувствуете, что вам небезопасно… моя дверь всегда открыта. Эмилия коротко кивнула. — Да, спасибо. Она еще раз взглянула на кабинет, на шляпу, на стеллажи, на странные приборы, а затем перевела взгляд на Гермиону. — Ну что, — сказала та с легкой улыбкой. — Готова к экскурсии? Эмилия на мгновение замешкалась… и кивнула. — Похоже, да. Девушки вышли в широкий каменный коридор и направились к лестницам. Гермиона сразу оживилась: показывала по сторонам, почти не останавливаясь, объясняла, какие кабинеты они проходят, как меняются лестницы и где находятся гостиные факультетов. Навстречу попадались редкие ученики, все-таки воскресенье. Те, кто оставался, невольно оборачивались: слишком уж выделялась девушка в непривычно нарядном платье и туфлях рядом со старостой Гриффиндора. — Сегодня практически все проводят время в Хогсмит, — произнесла Гермиона, когда они вышли на широкий балкон с потрясающим видом на запретный лес. — Твой отец подписал разрешение на выход? Она легко запрыгнула на широкую каменную ограду и уселась, свесив ноги наружу, спиной к лесу. — Не знаю, — пожала плечами новоиспеченная гриффиндорка и облокотилась рядом на перила. — Он не остался на распределении факультета, а о чем он беседовал с директором до моего прибытия, я не знаю. — Надеюсь, что подписал, В Хогсмиде правда здорово! А ты… ты училась в Ильверморни. Я много читала про эту школу. Ты на каком факультете училась? — Рогатый змей. — О, значит ты умная, — заметила Гермиона, Эмилия улыбнулась. — Хотелось бы в это верить. Но шляпа долго выбирала факультет, она много болтала, хотела отправить меня на Слизерин, что было бы логично, но в последний момент передумала. — Интересно… — задумчиво проговорила Гермиона, затем спрыгнула с перекладины и встала рядом с девушкой. — А в твоей школе как проходило распределение? — Да там все было гораздо проще. Во время церемонии распределения новые студенты выстраиваются в круг вдоль стены, а затем по очереди выходят в центр и встают на символ Гордиева узла. Реакция заколдованных фигур определяет, к какому факультету относится ученик. Например, стоило мне встать на символ факультетов, как свет кристалла во лбу Рогатого змея зажегся и это определило мой факультет. Но у нас это не сильно влияло на процесс обучения, у нас даже форма была одинаковая. Голубая с клюквенным. — Да, я читала, что клюквенный цвет был выбран потому, что один из основателей любил клюквенный пирог, — тихо засмеялась Гермиона. — Да, а голубой был любимым цветом Изольды Сейр, основателя-мага, и этот цвет олицетворял ее мечту — учиться в Хогвартс. — Вот ты ее мечту и исполнила, — закончила Гермиона. Эмилия взглянула на темную кромку леса за оградой и тихо сказала: — Получается, что так. Девушки продолжили свой путь, и вскоре остановились у высоких дверей Большого зала. Сквозь щели между створками доносился гул голосов, звон посуды и теплый, почти домашний запах ужина. — Хочешь зайти? — спросила Гермиона, обернувшись к Эмилии. — Ты, наверное, проголодалась. Эмилия покачала головой. — Нет… я правда устала. Хочу просто где-нибудь сесть и не думать. Гермиона кивнула без лишних расспросов. — Тогда идем. Осталось совсем немного. Они поднялись по нескольким лестницам, миновали портреты, которые провожали их любопытными взглядами и перешептываниями, и, наконец, оказались перед знакомым портретом Полной Дамы. — Пароль, — строго произнесла та. — «Фортуна майор», — ответила Гермиона. Портрет отъехал в сторону, и девушки вошли внутрь. Гостиная Гриффиндор оказалась вполне приятной. Хоть Эмилия сначала скептически отнеслась к сочетанию красного и золотого, здесь же пухлые кресла и диваны, пушистый ковер, высокие окна с тяжелыми портьерами казались очень даже уютными, словно интерьер придумывала чья-то деревенская бабуля. В камине потрескивал огонь, и от него по комнате разливалось спокойное тепло. Несколько пар глаз сразу устремились на Гермиону и Эмилию. Рыжеволосая девушка сидела в кресле и читала книгу, два рыжих парня с идентичными лицами сидели на подоконнике и что-то колдовали. «Тут все еще и рыжие?» — прозвучал внутренний голос в голове Эмилии. Парочка студентов играли в шахматы. — Ребят, — громко произнесла Гермиона, хотя и так все внимание было приковано к ним. — Позвольте представить вам нашу новую однокурсницу — Эмилия Розье. — Привет, Эмилия, — одновременно произнесли рыжеволосые близнецы. — Добро пожаловать на лучший факультет школы. Эмилия улыбнулась и помахала им рукой. Кто-то еще поприветствовал ее и представился, но она тут же забыла имя, она хотела скорее скрыться от всеобщего разглядывания собственной персоны, а лучше просто укрыться одеялом и уснуть. — Ты похожа на слизеринскую шпионку, — произнесла недовольно рыжеволосая девушка, громко захлопнув свою книгу. — Ты точно не ошиблась факультетом? — она окинула взглядом ее зеленое платье с серебряной вышивкой. Эмилия нахмурила брови, не понимая, что могло вызвать недовольство у этой незнакомки. Но ввязываться в конфликт в свой первый день в школе она не хотела. — Ваша шляпа определила факультет, так что все вопросы к ней, — ее голос остался ровным, но взгляд стал холоднее, тем не менее она дружелюбно улыбнулась. — Видимо шляпа не в курсе, что ты дочь гребаного Пожирателя смерти! — четко произнесла рыжеволосая студентка и встала с кресла. — Видимо шляпе насрать на этот факт, как, собственно, и мне! — Эмилия подошла ближе к девчонке и высокомерно посмотрела на нее сверху вниз, благо Эмилия была прилично выше. — А мне не насрать на то, что теперь в нашей гостиной будет находиться прихвостень сами знаете кого, — все не унималась мелкая, и вдруг вокруг наступила абсолютная тишина. Близнецы спрыгнули с подоконника и подошли ближе к девочкам. — Джинни, — позвал ее один из близнецов, но та проигнорировала его. — Эй, — следом послышался голос Гермионы. — На что тебе не должно быть все равно, так то, что твоя красная юбка, оранжевый свитер, учитывая твои волосы и веснушки, которые… — Эмилия бросила взгляд на ее руки и шею. — …абсолютно везде, делают тебя похожей на одно сплошное оранжевое недоразумение. Кто-то тихо прыснул. — Да как ты смеешь?! Взвизгнула Джинни и даже топнула ногой, на что Эмили продолжила сохранять невозмутимость. — А ты? Ты меня видишь впервые и уже вешаешь ярлык. — А ты нет!? — Ну, — Эмилия пожала плечами. — Тот факт, что у тебя нет вкуса, сразу бросается в глаза, тут даже не требуется какой-то анализ. Джинни хотела что-то ответить, но на ее плечо легла рука Фреда. — Так, девочки, давайте не будем ссориться. Джинн, что на тебя нашло? — Джинни, — донесся голос Гермионы В гостиной появились новые свидетели этой ссоры: Гарри и Рон. Гарри увидев Эмили, улыбнулся ей. — Эмили! — радостно произнес он. — Все-таки Гриффиндор. — Как видишь, — с улыбкой ответила девушка. — Вы знакомы? — послышался голос Гермионы из-за спины. — Да, познакомились еще до распределения. — О, как, — Фред хитро подмигнул Гарри. Джинни, наблюдающая за этой картиной, схватила свою книгу и выбежала из гостиной, перескакивая через две ступени, чтобы скорее скрыться в своей спальне. А перед глазами ее возникла картина, уведенная ранее из окна замка, как Гарри и Эмилия сидят у озера и о чем-то мило беседует, а Гарри улыбается ей так, как никогда не улыбался ей. Ревность захватила Джинни, а в глазах проступили слезы. — Не обращай внимания, — к Эмилии и Гермионе подошел Джордж. — У нашей сестры бывает плохое настроение. — Да, — добавил второй близнец. — Она не всегда такая… — он подбирал слова. — Сука? — предположила Эмилия. — Ну, не так грубо, кончено, — близнецы засмеялись. — Да мне наплевать. — Что ж, — Гермиона прошла к лестнице в женскую башню. — Пройдем в комнату, думаю, тебе стоит отдохнуть. — Да, пожалуй, — согласилась Эмилия и проследовала за девушкой. — Еще раз поздравляю с распределением на Гриффиндор, — голос Гарри заставил девушку обернуться. — Спасибо, — ответила она с улыбкой. Когда за ними закрылась дверь спальни, в гостиной повисла короткая тишина, Гарри и Рон расселись на диване, Фред и Джордж подошли к ним, один сел прям на пол, второй на подлокотник дивана. — И что это сейчас было? — спросил Гарри, глядя на близнецов. — Наша сестра не в настроении, — пожали они плечами. — Но в одном она права, эта новенькая — дочь Пожирателя смерти. Ведь она Розье, верно? — добавил Рон. — Ты же понимаешь, что это значит? — Это значит только то, что у нее есть фамилия, — спокойно ответил Гарри. — Значит она не так проста, надо держаться от нее подальше, — Рон нахмурился. — Рон, она жила с мамой в Америке большую часть своей жизни. Ты правда считаешь, что о ней надо судить по ее отцу? — встал на ее защиту Гарри. — А ты когда успел все узнать? — Рон подозрительно сощурил глаза. — Я с ней познакомился, когда она только пришла в школу до распределения. Она не показалась мне плохим человеком. — Конечно, девчонка в платье и длинными волосами улыбнулась нашему герою, и он поплыл. Гарри засмеялся и потупил взор.

***

Кабинет директора был погружен в привычный, почти уютный беспорядок. На столе среди свитков, перьев и странных серебряных приборов стояли две фарфоровые чашки, от которых поднимался тонкий аромат чая. Альбус Дамблдор сидел в своем кресле, сцепив пальцы, и задумчиво постукивал ими по столешнице. Напротив него прямая, как струна, сидела Минерва Макгонагалл. Ее брови были сведены, что означало, что в ее голове происходит какой-то активный мыслительный процесс. — Нет, Альбус, — наконец сказала она. — Это какая-то ошибка. Ты видел ее отца. Он был абсолютно уверен, что девочка окажется на Слизерине… и вдруг — Гриффиндор. Дамблдор посмотрел на нее поверх очков и тихо вздохнул. — Минерва, ты сама слышала Шляпу. Она не склонна к случайностям. — Но ее отец… — Макгонагалл на мгновение замялась, подбирая слова. — Он производит… крайне тяжелое впечатление, он же… — Я знаю, кто ее отец, — мягко перебил Дамблдор. — Мерлин, он так схватил ее за плечо, я даже испугалась. Бедная девочка, не повезло ей с отцом, — покачала головой профессор Макгонагалл и отпила чай. — Да, но не всем везет с родителями, это лишь делает сильнее. Директор встал со своего кресла и медленно подошел к распределяющей шляпе, которое показательно нахмурилась и продолжила сопеть, делая вид, что спит, а не слушает разговор преподавателей школы. — Ее оценки, безусловно, впечатляют, — продолжила она, уже спокойнее. — Директор Ильверморни пишет, что в четырнадцать лет она смогла вызвать телесного Патронуса. Это… редкость. — Весьма, — кивнул Дамблдор. — Особенно в таком возрасте. — Вот именно это меня и тревожит, — тихо сказала Макгонагалл. — Сила без опоры… может привести не туда. Дамблдор остановился у окна, глядя куда-то вдаль, за пределы замка. — Ты боишься, что она свернет во тьму. — Я боюсь, что у нее слишком много причин это сделать, — прямо ответила Минерва. — О, Минерва, как же я понимаю. Лучше бы ей действительно было оставаться в Америке, Великобритания переживает сейчас тяжелые времена. Но мы не можем отмотать время назад. Эмилия потеряла мать, отец был вынужден забрать ее, наша задача обеспечить ей покой и безопасность. — В школе мы это сделаем, но вот как нам оградить от влияния ее отца, Альбус? — Здесь нам придется надеяться на его благоразумие и ее характер. Но мы безусловно сделаем все, что в наших силах. Присматривай, за девочкой, Минерва. Она явно что-то не договаривает. Ты же видела ее волосы, ее пряди… это не просто дань моде, это седина, и у пятнадцатилетней девочки она появилась неспроста. Минерва задумалась над словами директора, ее сердце переживает за каждого студента, но эта девочка нуждается в защите, профессор чувствует это каким-то шестым чувством. И как же ей хочется ошибиться.