Б Э М Б И

Гермиона сокрушалась, когда согласилась на глупую, местами аморальную подработку за триста долларов. Но эти деньги были необходимы ей как воздух. — Джинни, ни за что больше я не поведусь на твои уловки! Обладательница огненных волос беззаботно улыбнулась. Гермиона чувствовала себя как мотылек, опаливший крылья о чью-то змеиную хитрость. Три сотни долларов – сумма, которая в ее сознании превратилась в спасательный круг, дрейфующий в океане отчаяния. А Джинни… Джинни была той самой сиреной, что заманила ее на рифы, обещая райские берега. — Да ладно тебе, – промурлыкала она, делая глоток горячего чая, – разве это не похоже на сцену из какого-нибудь старинного романа, где героиня, пренебрегая приличиями, бросается навстречу судьбе ради… ну, ради чего-то стоящего! Гермиона на секунду представила себя героиней, и образ получился столь же нелепым, сколь и сама ситуация. — В нашей проблеме стоящим можно считать арендную плату за квартиру, - парировала кареглазая, закатывая глаза, — между прочим, ты должна мне еще пятьдесят за ту сумочку. Джинни театрально надула губы и упала на соседнюю кровать, раскинувшись «звездой» по всему пледу. — В отличие от тебя, в данный момент времени, я борюсь за нашу финансовую подушку, подруга. Гермиона вновь взяла книгу в руки, стараясь не обращать внимания на очевидную правду. Последние пару месяцев они действительно просели в бюджете, несмотря на то, что у обеих была стабильная подработка. К сожалению, учеба не позволяла брать больше дополнительных часов, чтобы суметь выбить куш из этой бурной студенческой жизни. Приоритеты о благополучном будущем, расставленные родителями, отрезвляли не на шутку, и больше всего на свете Гермиона боялась разочаровать их. Она вздохнула от невозможной тишины. — Обещай мне, что это последнее, на что мы соглашаемся. Вскочив с места, Джинни хитро заулыбалась, стараясь не спугнуть своим поведением напряженную подругу. — Разумеется, Гермиона. За окном парили крупные хлопья снега, создавая ленивыми движениями иллюзию невесомости. Зима была в самом разгаре своего величия. Гермиона, скрестив руки на груди, подошла к окну, наблюдая за падающим снегом. Воздух в комнате был пропитан не только ароматом еловых веток, но и легким намеком на тревогу. Она знала, что Джинни, несмотря на свою внешнюю беззаботность, всегда была готова к приключениям. И это ее немного пугало. — Что будет на этом мероприятии? – спросила она у Джинни, пытаясь справиться с непослушными волосами. Подруга не подняла головы. Её пальцы методично порхали по экрану смартфона, а лицо оставалось непроницаемым маской безразличия. Она лишь слегка пожала плечами, словно ответ был настолько очевидным, что не требовал лишних слов. — Чей-то день рождение с обязательным дресс-кодом, — ответила она, листая что-то в телефоне, — Возраст именинника в приглашении не указан. Но тут есть один нюанс: девушкам необходимо быть в костюме «Бэмби». Говорят, их выдадут на месте. Джинни, соизволив отложить телефон, посмотрела на Гермиону с легкой усмешкой, в которой сквозило явное пренебрежение к происходящему абсурду. Она приготовилась к грядущей волне осуждения. — Думаю, это день рождения какого-то ребенка, чье состояние в несколько десятков раз превышает наше совокупное благосостояние. Нам просто нужно прийти туда и стать декорацией для чужого праздника роскоши. Она не ждала одобрения или сочувствия. В этом городе правила устанавливали те, у кого были лишние миллионы на то, чтобы превращать своих детей в сказочных персонажей, а окружающих — в массовку их фантазий. И если сегодня им предстояло надеть эти нелепые костюмы и улыбаться в объективы камер богатых родственников, они сделают это с тем самым холодным достоинством, которое отличает профессионалов от любителей. Три сотни долларов не валяются на дороге. — Мою голову отказываются посещать адекватные мысли, - многозначительно выдохнула Гермиона, все еще ощущая странную нервозность в кончиках пальцев, - где гарантии, что через пару дней нас не будут собирать по частям по всему городу? Джинни раздраженно фыркнула, но сдержанно пояснила. — Во-первых, за нами приедет трансфер, — отрезала она, стараясь сохранить невозмутимость. — Во-вторых, ты задаешь слишком много ненужных вопросов! Зачем богатым такая обуза, как мы? Я уверена, забот у таких людей куда больше, чем у нас. Джинни подошла ближе, и в ее глазах промелькнула тень прагматизма. — В мире больших денег мы — лишь переменные в уравнении. И если ты продолжишь копать там, где нет ничего, кроме прибыли, ты просто зря потратишь свое время. А наше время — это единственное, чего у нас действительно нет, Гермиона. Тем более на вечер у нас нет планов, а еще и домашней работы. — Прекрати, я поняла тебя! – возмущенно воскликнула Гермиона, понимая, что в очередной раз повелась на манипуляцию подруги, — с твоим характером роль олененка явно не для тебя. — Я сама невинность! – подмигнула Джинни. В этот момент стало ясно: здесь нет места для сантиментов или моральных дилемм. Вечер обещал быть долгим и символично невинным. Ведь это детский праздник, на котором необходимо быть максимально милыми и приветливыми. Особенно за такие деньги.