Ragdoll

Тор хотел спросить Локи, почему их народ должен спуститься под землю, но не успел, странное прикосновение в его голове исчезло. Следуя за отцом, он чувствовал себя слегка потерянным. Когда это случилось, что Локи казалось точно знает, что делать? Должно быть, он знает какое-то предание, неведомое Тору, но раз Один не колеблясь кивнул Тюру, значит, и он что-то знал. Или, возможно, Локи дал ему явно больше объяснений, чем получил Тор. Щит снова принял удар, и Тор рефлекторно поднял взгляд. Щит держался, но когда ослепительная вспышка погасла, он увидел за ним другой корабль, поменьше. — Думаешь, там основная часть его армии? — спросил он, когда взгляд Одина проследил за его взглядом. — Вероятно. Похоже, он не воспринимает нас всерьёз. — Один фыркнул. — Видимо, презрение Локи к Асгарду во время его плена дало нам преимущество. Нельзя его упускать. — Что, если я не дам им приземлиться вообще? — Тор взглянул на меньший корабль и раскрутил Мьёльнир. Как только щит падёт, не только Асгард окажется уязвим для атаки. — Делай что можешь, — ободрил его Один. — Чем меньше врагов мы встретим внизу, тем лучше. Ещё один чудовищный залп обрушился на щит, и на этот раз Тор увидел, как он слабеет. Он держался, но фиолетовый огонь казался сильнее, и Тор знал — это случится скоро. Он взмыл вверх, раскручивая Мьёльнир, чтобы зависнуть в воздухе, и был готов к неизбежному падению щита при следующей атаке. Когда щит растаял, он уже поднимался к инопланетному кораблю. Мьёльнир был направлен прямо на него, прежде чем тот успел сдвинуться с места. Сначала молния, он обрушил её на корабль, окутав его огненным взрывом, а затем направился к двигателям. Двигатели должны быть менее бронированы и более тонко сконструированы для работы. Его попытались отогнать каким-то залпом из нижней орудийной башни, но он отразил его и направил обратно в их же двигатели. Когда корабль начал падать, его гнев только возрос. Нет, этим захватчикам не позволят приземлиться. Нет, им не позволят атаковать Асгард. Он остановит их. Он чувствовал, как буря нарастает в его жилах, по коже, копится в Мьёльнире, и когда она превратилась в огненный смерч, требовавший выхода, он полетел, выставив молот вперёд, прямо в двигательный отсек. Жар и свет окружили его, и на мгновение Тор испугался, что просчитался, но затем всё взорвалось, вышвырнув его из корабля. Он закружился, сначала слишком ошеломлённый, чтобы прийти в себя, но увидел под собой башни Асгарда и смог выровняться, тряхнув головой, чтобы прогнать дурман. Обломки всё ещё падали, и Тор улыбнулся с каким-то мрачным удовлетворением, он уничтожил десантный корабль. Его взгляд поднялся к гигантскому судну, и он задумался, видит ли Танос его вызов. Да, выходи, мерзавец, сразись со мной, и мы посмотрим, кто сильнее. И тогда он увидел их. Сначала пять, потом десять, и ещё десять — мелкие корабли спускались с материнского. Улыбка сползла с его лица. Он не мог достать их всех. Но и он был не один в битве. Оборона Асгарда начала отвечать, и большой корабль тёмных эльфов обрушил поток багрового пламени на материнский корабль, уничтожая всё на своём пути. Но материнский корабль, казалось, почти не пострадал от атаки, а его ответный удар фиолетовым огнём снёс половину верхней части корабля Малекита с левого борта. Битва началась. И ничего не оставалось, кроме как сражаться. Тор нырнул к ближайшему транспортнику, полный решимости уничтожить как можно больше врагов на своем пути, хотя знал, что остановить их всех не сможет. Что бы ты ни задумал, брат, делай это скорее.

***

«Я послал тебе подарок к восточным воротам», — прошептал Локи в её разуме, прежде чем исчезнуть. Фригга покачала головой, нахмурившись с любопытством, гадая, о чём он. Не время для пустяков, и она сомневалась, что сын стал бы этим заниматься, но затем люди рядом с ней стали искать указаний, и она тут же начала подгонять их делать то, что он предложил — уходить под землю. В сопровождении шести эйнхерьев и Сиф Фригга направилась на восток, призывая воинов собираться по указанию Одина, в то время как остальным нужно было искать убежище. Ситуация всё ещё была хаотичной, и она очень боялась, что это обернётся трагедией, и чуть было не бросила свой путь на восток, чтобы заняться толпой. Но она знала, что Локи не послал бы её туда без причины. — Моя королева? — спросила Сиф, когда стало ясно, что Фригга направляется к закрытым воротам. — Локи становится всё больше похожим на своего отца, присылает загадочные послания для… — ответила Фригга, прервав себя криком на родителей с маленьким ребёнком, жавшимся в дверном проёме: — Освободите улицу! Уходите под землю! Семья вздрогнула и скрылась внутри. У ворот их уже ждали ещё эйнхерии, взволнованно переговариваясь. — Открывайте ворота, — приказала она. Один из стражников подбежал к ней. — Всематерь, там… — он замешкался в нерешительности, — атака? — Со стороны врага? — Нет, моя королева. Со стороны… — он не хотел говорить, но выдавил: — зверей? Другой воин, помоложе и с большим воодушевлением, добавил: — Там медведи и… Ей не нужно было больше слушать, и она издала недоверчивый смешок: — Локи! Только он мог вспомнить эту историю. Открывайте ворота. Это воины Асгарда. Они изумлённо переглянулись, но повиновались. — Медведь, моя королева? — спросила Сиф, крепче сжимая свою алебарду. Фригга покачала головой в изумлении: — Он вспомнил историю из детства, как я рассказывала, что прискакала к нему на выручку на медведе. — На медведе? — брови Сиф взлетели вверх, и она с большой осторожностью сказала: — Я… Не припоминаю этой истории. — Потому что я выдумала её, когда он болел. Но он, похоже, сделал их реальными. Пойдём посмотрим, кого мой сын призвал из лесов и гор нам на помощь, Сиф. — Она повысила голос: — Открывайте ворота! Громадные створки распахнулись наружу, и Фригга услышала, как Сиф ахнула рядом. Там действительно был медведь. Не простой медведь — огромный, в холке выше лошади, с когтями на каждой лапе длиной с её руку. Чёрный, как ночь, но с сединой на морде и груди, медведь смотрел на неё самыми живыми карими глазами, какие Фригга когда-либо видела у живого существа. За ним стояли ещё три медведя, хоть и не таких больших, более обычного тёмно-коричневого окраса. А также два пумы, гигантский белый олень с великолепными рогами и стая волков. Но передний медведь был самым большим из всех, и он опустил голову перед Фриггой. — О нет, мой друг, не передо мной, — прошептала Фригга и приблизилась, протянув руки в мирном жесте. Она проигнорировала предостерегающее шипение стражников и Сиф, шагавшей рядом с ней, сжимая алебарду. Шерсть медведя была такой густой, что, коснувшись шеи, Фригга подумала, что рука может утонуть в ней. Сверху с внезапным треском аметистового света щит рухнул, и она подняла взгляд, Тор сражался с первым кораблём, даже когда другие начали спускаться. — Они идут. Сиф, садись. Нам нужно вернуться. — Она вскочила, радуясь, что юбка у неё была разрезной, перекинув ногу через плечо медведя. — На кого садиться? — крикнула Сиф. — Выбирай любого, и поехали. — Фригга выхватила копьё из поднятой руки эйнхерья и, сжав коленями бока, направила своего нового скакуна через ворота. Остальные звери последовали за ней, Сиф неуклюже взобралась на оленя, который терпеливо стоял, словно его постоянно седлали. — Закрывайте ворота! — приказала она воинам у стены. Доверившись медведю в выборе пути, Фригга наблюдала за небом, заметив, как мелкие враги прорвались и начали атаку. Они походили на читаури на каких-то санях. Оборона в основном справлялась с ними, даже когда здания начали получать повреждения. Она направила своего скакуна к ближайшей точке высадки и скоро вступила в бой. Сначала ей нужно было лишь держаться, когти и зубы делали своё дело, а она отбивала атаки с воздуха. На спине гигантского медведя она была непобедима. По крайней мере, какое-то время.

***

— Боевой медведь? — сухо спросил Локи у воздуха рядом с собой. — Это твоя идея, не моя, — парировал голос Джейн. — Но, думаю, она выглядит потрясающе. — Так и есть, — согласился Локи. Даже отсюда, даже при таких обстоятельствах, вид матери, скачущей на гигантском медведе, заставил его улыбнуться. Он жалел лишь о том, что она скачет на нём на войну. Он вдохнул, закусил губу и наблюдал, как враг высаживается, несмотря на сопротивление его народа, оружие, корабль эльфов и кучу очень крупных животных. Но он уже играл в этот сценарий в Нью-Йорке. Читаури атаковали, их орудия зажигали огни, здания падали. Всё происходило быстро, с редким и в основном безрезультатным сопротивлением. Он знал, что Танос хотел увидеть, и потому позволил оружию тлеть у него в кармане и ничего не делал. Но когда его присутствие на башне привлекло внимание, он понял, что должен покинуть её. — Ты знаешь, что делать? — спросил он. — Магия подчиняется моей воле, я помню. — Под её пальцами засветился багровый свет, едва заметный, когда она накладывала свои чары на город. — Иди. Я в порядке. — Береги себя, — настаивал он. — Прежде всего. Ты не должна позволить им захватить тебя, Джейн. — И ты, Локи. Помни об этом. Он взглянул вверх на главный корабль. Давай, действуй. Я знаю, что ты хочешь сделать, так сделай это. Читаури, пролетавший слишком близко к башне, дал хороший повод уйти. Локи бросился с балюстрады на летающие сани, одной рукой сбросил читаури на улицу внизу и решил немного побиться, прежде чем играть следующую роль. Он успел уничтожить пятерых со спины, прежде чем они заметили его и налетели роем, как назойливые комары. Он нырнул вниз, уклоняясь от бластерных лучей, врезался в чей-то балкон и прокатился через столовую. Один читаури последовал за ним, спрыгнув со своих саней, и тут же получил два кинжала в горло, рухнув камнем вниз. Локи вернулся на балкон, чтобы проверить, можно ли спасти сани, и замер, увидев мёртвых асгардцев на улице внизу. Семья. Ребёнок. Чувство вины захлестнуло его удушающей волной, заставив закрыть глаза и прикусить губу. Всё это моя вина. Если бы я не был таким самоуверенным с йотунами и не был настолько глуп, чтобы сорваться с моста, куб и скипетр никогда бы не оказались здесь. Танос бы не напал. Я должен остановить это, я могу остановить его, я могу нанести удар первым… Он коснулся ларца, спрятанного в кармане, и сжал челюсть. Подожди, — напомнил он себе, — замани его и захлопни ловушку над ним. Жертвы всегда будут. Он протянул Вечное Пламя к павшим в бессмысленной попытке извиниться, и нахмурился. Там ничего не было. Вечное Пламя не узнавало их, и не потому, что они были мертвы. Потому что их не существовало. Он поднял голову и посмотрел в сторону центральной башни, затем облегчённо и с некоторым изумлением покачал головой. Слишком хорошо, Джейн. Я попал в собственную ловушку. Но имеет ли это значение? Я знаю, что некоторые из них будут настоящими, я должен принять это и не зацикливаться. Не сейчас. Но я не обязан позволять ему всё делать по-своему. Я могу сражаться своим оружием. Я не бессилен. Следующие читаури, пролетевшие мимо, получили ледяное копьё в корпус. Пара четырёхруких, карабкавшихся по стене здания в поисках жертв, сгорела в изумрудном пламени. А враг всё прибывал.

***

Тор парил над полем боя, уничтожая тех, кого мог в полёте, но когда корабли начали высаживать все больше врагов, он спустился к ним. Он уничтожил целый малый корабль, дождавшись, пока тот приземлится, а затем врезался в самую гущу врагов вместе с молотом наперевес. Ударная волна была поистине сокрушительной, уничтожив весь первый ряд и оглушив тех, кто был за ним. Побочным эффектом стало то, что она разнесла фасад ближайшего здания и выбила все окна. Балкон рухнул, придавив ещё одного читаури. Было приятно врезаться в тех, кто пытался с ним сразиться. Их оружие причиняло боль, когда он позволял им подходить слишком близко, но в основном они мешали друг другу, пытаясь окружить его, и он просто разбрасывал их в стороны. Он услышал знакомый рёв на другой стороне битвы и улыбнулся про себя. Он отбросил ещё несколько врагов в сторону, и когда толпа поредела, он увидел Вольштагга с секирой — красный смерч, неудержимый и смеющийся. — Тор! — крикнул Вольштагг, заметив его. — Ты обещал врагов, и сдержал слово! — Я бы предпочёл сражаться с ними где-нибудь в другом месте! — крикнул Тор в ответ и пробился ближе, чтобы они могли сражаться спина к спине. — Где Фандрал? — С Всеотцом, последний раз… — Он осекся, когда читаури на летающих санях выстрелил в них. Тор метнул Мьёльнир, сбив его с саней, и в промежутке, оставшись без оружия, крушил головы голыми руками. — Тор! — тревожный оклик Вольштагга привлёк внимание, и он оглянулся через плечо. На небольшую площадь входили новые враги. Четыре руки, вытянутые головы без глаз, они, казалось, принюхивались в поисках добычи. Тор призвал Мьёльнир обратно и не стал дожидаться их атаки. Он не знал, что это за твари, но отсутствие оружия означало, что оружием были они сами. Он поднял Мьёльнир над головой, призывая молнию, и перенаправил её прямо на созданий. Они закричали и упали, судорожно дёргаясь. Через пять секунд все они поднялись на ноги, словно ничего не случилось. — Проклятье, — пробормотал Тор. Вольштагг хлопнул его по плечу: — Тебе нужна секира. — У меня нет секиры! Вольштагг крутанул свою и усмехнулся: — Похоже, тебе придётся выполнять всю грязную работу — Он издал боевой клич и столкнулся с тварями в лоб, Тор стоял рядом с ним.