Raven

На следующее утро Кейт и Анна шли на завтрак. Солнечный свет пробивался сквозь высокие стрельчатые окна коридоров, рисуя на каменном полу причудливые узоры. В воздухе витал аромат свежей выпечки и тыквенного сока, доносившийся из Большого зала. Девушки негромко переговаривались, обсуждая события прошедшей ночи, когда у входа в Большой зал их поджидал Фред Уизли. Рыжеволосый близнец прислонился плечом к каменной колонне с таким видом, будто стоял здесь уже целую вечность. — Дамы! — обратился он к девочкам, сверкнув озорной улыбкой, и взял обеих под руки. — Пройдёмте со мной! У нас тут небольшое собрание во внутреннем дворике. Не волнуйтесь, это не допрос, хотя по лицам некоторых и не скажешь. Кейт и Анна переглянулись, но позволили Фреду увести их. Они прошли через анфиладу коридоров, мимо портретов, провожавших их любопытными взглядами, и наконец оказались во внутреннем дворике школы. Это было просторное, открытое небу место, окружённое каменными аркадами, по которым вился плющ, уже успевший окраситься в багряные и золотистые тона. В центре дворика собралась небольшая компания студентов разных факультетов. Они стояли полукругом, и в их позах чувствовалось ожидание. Когда Кейт, Анна и Фред приблизились, студенты расступились, открывая вид на Гвен Люпин. Девушка стояла на старой каменной скамье, возвышаясь над толпой. Её светло-каштановые волосы развивались на утреннем ветру, а в руках она держала старый пергаментный свиток, перевязанный тонкой кожаной лентой. Вид у неё был торжественным и немного загадочным. — Дамы и господа! — объявила Гвен звонким голосом, обводя взглядом собравшихся. — Прошлой ночью на посвящении произошло несколько важных событий, о которых я обязана вам сообщить. Начнём с хорошего! У нас появился новый чемпион! — после этих слов толпа радостно зааплодировала, и по рядам пробежал одобрительный гул. — Это Кейт Ревенкл! Кейт почувствовала, как кровь приливает к щекам, когда все взгляды обратились на неё. Фред дружески сжал её плечо и легонько подтолкнул вперёд. — И я на правах предыдущего чемпиона наделяю тебя полномочиями Хранителя! — Гвен развернула свиток, и Кейт увидела длинный список имён, некоторые из которых были ей знакомы. Девушка изящным движением пера вписала имя Кейт в конец списка, аккуратно выводя каждую букву. — Поздравляю! — радостно сказал Фред, обнимая растерянную Кейт за плечи и подводя её ближе к Гвен. — Ты теперь одна из нас! — добавил Джордж, возникший словно из ниоткуда. Кейт подошла к Гвен, взяла у той из рук перо и поставила подпись рядом со своим именем. Пальцы её слегка дрожали, но она старалась держаться уверенно. — Фред и Джордж посвятят тебя в подробности позже, — сказала Гвен с добродушной улыбкой, склоняясь к уху Кейт. — А пока прими мои поздравления. По всей видимости, ты очень умна и сообразительна. Постарайся сохранить это качество. — она добавила последнюю фразу тише, чтобы слышала только Кейт. Затем Гвен выпрямилась и вновь обратилась к толпе уже громко: — Но, к сожалению, на посвящении произошёл и неприятный инцидент. Один, вернее одна из присутствующих, нарушила правила. Было принесено запрещённое растение, относящееся к ядовитым! Напомню всем, что мы дорожим своей репутацией и в первую очередь здоровьем всех причастных к нашим мероприятиям. Все котлы и ингредиенты контролируются Хранителями при помощи специальных чар. Имя нарушительницы нам известно. Оглашать публично мы его не станем. Однако с этого дня вход на все закрытые вечеринки ей категорически воспрещён. Это решение было принято старостатом школы и обжалованию не подлежит! С этими словами Гвен спрыгнула со скамьи, ловко приземлившись на землю. Она стряхнула невидимую пылинку с мантии и добавила уже более мягким тоном: — На этом всё. Желаю вам хорошего дня! Можете идти на завтрак. Толпа начала расходиться, студенты перешёптывались и обменивались любопытными взглядами. Кейт же, Анна и Теодор направились в сторону Большого зала. — Интересно, кого это они отстранили? — спросила Анна. Её волосы, которые обычно были светло-пепельными, вдруг приобрели мягкий зелёный оттенок — верный признак того, что девушка была спокойна и любопытна. — Кейт, ты ей не рассказала? — поинтересовался Теодор, заговорщицки подмигнув. — Мы пришли и сразу спать легли, — пожала плечами Ревенкл. — Некогда было. — Погоди, о чём ты не рассказала? — возмутилась Анна, и её волосы начали наливаться красным, выдавая нарастающее раздражение. — У тебя волосы меняют цвет в зависимости от настроения! — заметил Теодор с искренним интересом. — Забавно, что у твоего брата было так же после его посвящения. — Не меняй тему! — ответила Анна, начиная злиться. Её волосы стали ещё более яркими, почти алыми. — Пенси вчера принесла лепестки призрачного мака, — спокойно огласила Кейт, словно речь шла о погоде. — Чего она сделала?! — глаза Анны расширились от ужаса, а волосы полыхнули огнём. — Она в своём уме?! А вы-то откуда узнали? — её голос дрогнул, и волосы снова начали зеленеть, когда шок сменился недоумением. — Ну мне в прямом смысле птичка напела, — рассмеялась Кейт. — Корвут, мой ворон, стащил пару лепестков из её тумбочки. Он у меня вообще любопытный, особенно когда дело касается блестящих и подозрительных вещей. — А зачем твоей птичке эти лепестки? — смеясь спросил Нотт. — Разрешаю тебе самому побеседовать с ним на эту тему, — парировала Кейт. — Уверена, у вас найдётся о чём поговорить. — Она усмехнулась. — А ты, кстати, откуда узнал? — Ну, будем считать, что мне тоже одна птичка напела! — ответил Нотт и подмигнул так заговорщицки, что даже Анна невольно улыбнулась. Ребята рассмеялись, и в этом смехе растворилось напряжение прошедшей ночи. Они направились в Большой зал, где их уже ждали накрытые столы, парящие над тарелками ароматы и привычный утренний гам. Пока компания слизеринцев шагала в сторону Большого зала, Гвен осталась разговаривать с близнецами Уизли. Внутренний дворик опустел, и теперь лишь ветер шелестел в кронах деревьев, да где-то вдалеке слышался шум просыпающегося замка. — Мне кажется, мы выбрали слишком мягкое наказание! — заявил Фред, скрестив руки на груди. Его брови были нахмурены, что случалось с ним нечасто. — Я согласен с Фредом, — подхватил Джордж, серьёзно глядя на Гвен. — А если бы Кейт отравилась? Это же могло закончиться очень плохо! — Ой, ой, ой! Какие вы уже актёры! — рассмеялась Гвен, но в её глазах мелькнула искорка одобрения. — Не надо думать, что я совсем глупая. Кейт не пострадала и стала победителем просто потому, что приглянулась парочке Хранителей, которые закинули ей в зелье пару нейтрализаторов заранее. — Откуда ты знаешь? — удивились братья хором, переглянувшись с одинаковым выражением на лицах. — Потому что на её посвящении провернули тот же самый трюк! — раздался мужской голос из-за спины Гвен. Гвен даже не обернулась. Она лишь слегка закатила глаза и скрестила руки на груди, всем своим видом показывая, что узнала голос мгновенно. — Чарли, — недовольно протянула она, и в этом одном слове было столько смеси раздражения и тепла, что близнецы снова переглянулись, на этот раз с ехидными улыбками. — Кстати, это ваш старший братец и провернул этот трюк. — И заметь, сделал тебя первой в турнирной таблице! — самодовольно заметил Чарли Уизли, подходя ближе. Он выглядел уставшим, но довольным: под глазами залегли тени, но в них горел тот самый озорной огонёк, который Гвен помнила с детства. — Я хотела выиграть честно! Как все! — негодовала Гвен. На мгновение она снова стала той девчонкой, которая когда-то спорила с Чарли в Норе, размахивая руками и топоча ногами. — Гвени, не злись! — спокойно ответил Чарли. Его губы растянулись в тёплой, улыбке. — Я всего лишь заботился о тебе. — Ага, и испортил мне всю игру! — сказала Люпин, но голос её уже звучал мягче. Она отвела взгляд и поправила прядь волос — жест, который выдавал её смущение. — Ну прости! — всё также мило улыбаясь, произнёс Чарли. Он сделал шаг ближе, и Гвен почувствовала, как её сердце пропускает удар. — Иногда мне начинает казаться, что ты ещё больший зануда, чем Перси! — заявила Гвен, пытаясь скрыть смущение за насмешкой. Она фыркнула, но в глазах её уже танцевали смешинки. — О нет, Перси никто не переплюнет! — засмеялся Фред, хлопнув брата по плечу. — Тихо! Вот и он! — предупредил Чарли, кивком указав на аркаду, откуда доносились размеренные шаги. — Вспомни лучик — вот и солнышко! — прошептал Джордж, и все ребята тихо рассмеялись. — Развлекаетесь! — раздался строгий голос Перси Уизли, который возник на пороге дворика, словно из ниоткуда. Его мантия была безупречна, рыжие волосы тщательно зачёсаны, а на лице застыло выражение вечной озабоченности. — Вы двое уже позавтракали? — обратился он к близнецам. — Нет! — хором ответили Фред и Джордж, и в их голосах послышалось притворное смирение. — Тогда советую вам поторопиться в Большой зал! Время завтрака скоро завершится, а отдельно вас кормить никто не будет! — приказным тоном отчеканил Перси. — Слушаем! — отсалютовал Фред. — И повинуемся! — добавил Джордж, и близнецы, маршируя и пританцовывая, направились к выходу из дворика, напоследок обменявшись с Чарли понимающими взглядами. — А вы почему прохлаждаетесь? У вас что, работы нет? — Перси перевёл взгляд на Гвен и Чарли, и его голос остался таким же стальным. — Если мне не изменяет память, ты, Гвендолин, обязана проверить готовность первого испытания — всё ли для него привезено и находится в порядке. А ты, Чарли, собственно, должен подготовить всё необходимое к этому самому испытанию! — Уважаемый Мистер Уизли! — обратилась Гвен к Чарли с утрированной вежливостью, при этом изящно склонив голову. — Позвольте, пожалуйста, проверить качество вашей работы! — Уважаемая Мисс Люпин! — Чарли с готовностью подхватил игру, его глаза сверкнули озорством. — Я с огромным удовольствием проведу для вас полный обзор всего, что я любезнейшим образом подготовил. — А вы лично сопроводите меня? — продолжала дурачиться Гвен, расправив плечи и делая вид, что ждёт приглашения, как на балу. — Конечно! — Чарли галантно предложил ей руку. — Простите, Мистер Уизли, мы с Мисс Люпин вынуждены отклониться. Сами понимаете — необходимо работать! — Прощайте, Мистер Уизли! — крикнула Гвен уже на ходу, когда Чарли увлёк её за собой под руку. — Придурки! — недовольно пробубнил Перси, провожая их взглядом, и направился по своим делам, энергично поправляя мантию. Чарли и Гвен шли по коридору, их плечи почти соприкасались. Они ничего не говорили, но в этой тишине было больше смысла, чем в любых словах.

***

Выходной день пролетел незаметно, словно его и не было. Солнце закатилось за горизонт, окрасив башни Хогвартса в тёплые золотистые тона, а затем небо потемнело, усеявшись звёздами. Наступил вечер, и Кейт с Драко снова встретились в кабинете зельеварения на отработке. Профессор Снейп выдал им новое задание и, как обычно, покинул кабинет, оставив их наедине. В кабинете было тихо. Лишь свечи на столах мерцали, отбрасывая длинные тени на стены, уставленные рядами заклинательных книг и стеклянных банок с ингредиентами. В воздухе витал запах сушёных трав и слегка кисловатый аромат старых зелий. Кейт склонилась над котлом, сосредоточенно помешивая тёмно-зелёную жидкость. — Ревенкл, тебя можно поздравить с новым титулом! — надменно произнёс Малфой, стоя у соседнего стола и вальяжно опершись на его край. В его голосе слышалась лёгкая насмешка. — Интересно, ты сама это провернула или всё-таки кто-то помог? — Малфой, если хочешь уличить меня в жульничестве, то ничего не выйдет, — не поднимая головы, ответила Кейт. — Я играла по правилам, в отличие от некоторых. И, знаешь, я не удивлюсь, если ты к этому как-то причастен. — Это была сугубо инициатива Паркинсон! — выпалил Драко, и в его голосе послышалась обида. Он стиснул зубы, и на скулах заходили желваки. — Теодор тебе рассказал, что это она? — Кейт наконец подняла взгляд, и в её зелёных глазах мелькнуло удивление. — Это я рассказал ему! — с вызовом заявил Малфой, выпрямившись. — Или ты думаешь, что Нотт резко стал знатоком в растениях и травах и поэтому посоветовал тебе эльфийский мох? — И про мох он тебе рассказал? — Ревенкл опустила ложку и повернулась к нему всем корпусом. — Ревенкл, ты же умная девушка, а сейчас что с тобой случилось? — возмутился Малфой, закатывая глаза. — Я просто не могу понять, — медленно начала Кейт, делая шаг к нему. — То есть ты узнал о проделках Паркинсон и отправил ко мне Нотта, чтобы тот меня предупредил. Так? — Именно! — Драко гордо вскинул подбородок, с вызовом глядя на неё. — А сам почему не сказал? — спросила Кейт тише, и в её голосе послышалось искреннее любопытство. — Ну, с твоим отношением ко мне… — Малфой пренебрежительно осмотрел девушку с ног до головы, скрестив руки на груди. — Ты бы меня не послушала. — Это какое такое «моё отношение»? — возмутилась Кейт, и на её щеках заалел румянец. — Вот это — твоя вечная привычка со мной спорить! Нет чтобы спасибо сказать! — разозлился Драко, шагнув вперёд. — Я и без тебя знала, что Мопсиха что-то замыслила! — ответила Кейт, повышая голос. — И близнецов попросила антидот закинуть мне в котёл заранее. Так что не надо меня учить! — Ага, так вот как ты это провернула! — подловил её Драко, и в его голосе послышалось нечто похожее на восхищение. — Не боишься, что я всем расскажу? — Рассказывай! — выкрикнула Кейт, сверкнув глазами. — Это не против правил! Я, в отличие от твоей подружки, их читала! — Она мне не подружка! — рявкнул Малфой, и его голос эхом разнёсся по кабинету. В комнате повисла напряжённая тишина. Слышно было лишь, как тикали старые часы на стене да как потрескивали свечи. Они смотрели друг на друга, и в этом взгляде читалось столько противоречий, что воздух, казалось, наэлектризовался. — Сразу добавить антидот — это было умно, — тихо сказал Драко, и в его голосе неожиданно послышалась нотка уважения. Он немного расслабил плечи, отводя взгляд. — Спасибо, — так же тихо поблагодарила Кейт. Она помедлила и добавила: — И за то, что хотел предупредить — тоже спасибо. — Погоди, Мопсиха? — внезапно спросил Драко, и в его голосе послышалась едва заметная усмешка. — Мы так с твоей сестрой называем Паркинсон. Она просто когда злится очень похожа на эту породу собак. Глазки выпучит, кричит, плюётся, — пояснила Кейт, и на её губах заиграла улыбка. Драко едва заметно усмехнулся — так, что это можно было заметить лишь по лёгкому движению губ. Кейт заметила это и тоже улыбнулась. Внезапно дверь кабинета скрипнула, и в дверном проёме появилась голова Теодора Нотта. Его глаза озорно блестели, а на лице сияла широкая улыбка. — Так-с! Вечер субботы — это не время для отработок! — радостно заявил парень, входя в кабинет и бесцеремонно разваливаясь на стуле у входа. — Ты чего припёрся? — слегка недовольно спросил Малфой, и его усмешка мгновенно исчезла, сменившись обычным хмурым выражением. — Все преподаватели сейчас у Дамблдора — решают какие-то вопросы насчёт Турнира, — пояснил Нотт, подмигнув Кейт. — Так что можете свалить отсюда хоть сейчас. Снейп и не узнает! — Ты уверен? — переспросила Кейт, с сомнением глядя на него. — Красавица, не сомневайся во мне! — гордо заявил Теодор, приложив руку к груди. — Тем более если ты согласишься сейчас со мной сбежать, я обещаю угостить тебя лучшим мороженым в Хогсмиде. — Он подмигнул, и в его голосе зазвучали игривые нотки. — Ну, звучит заманчиво, — слегка улыбнувшись, ответила Кейт и начала собирать свои вещи со стола. — А меня мороженым угостишь? — язвительно спросил Драко, глядя на друга с нескрываемым раздражением. — Дружище, не в этот раз, — ответил Теодор, даже не отрывая взгляда от девушки. Драко заметил это — слишком пристальный взгляд, слишком довольная улыбка. Он сжал зубы, и на его скулах снова заиграли желваки. Не сказав больше ни слова, он вышел из кабинета следом за парочкой, а затем, развернувшись в сторону гостиной Слизерина, быстрым шагом направился прочь, даже не попрощавшись. Кейт и Теодор зашагали по коридору в другую сторону, их смех эхом разносился по каменным сводам подземелий. Драко же молча шёл в свою гостиную, сжимая кулаки и пытаясь понять, почему ему так не по себе от того, что Кейт сейчас смеётся с кем-то другим.