4 Lutz

*Межсезонье* Илья сидел в пустом кафе, наушники в ушах, и смотрел в окно. За стеклом моросил дождь, по асфальту бежали редкие прохожие. Внутри играла песня. Не специально — просто случайно попался плейлист, и он не стал переключать. Слова текли сами собой, и Илья не сразу понял, что они ударили прямо в грудь. Обычно он не слушает такую музыку. Он родился в Америке и на русском языке говорил еле как, но эта песня его зацепила. Дыши «Ты обманул, когда должен был ей признаться...» Он перевёл взгляд на чашку с остывшим кофе. Обманул? Нет, он не обманывал Сашу. Он просто молчал. Три года молчал. Думал, что перерастёт, что забудет, что это пройдёт. А она ушла. Сама. В свою жизнь, с другим мужчиной, с сыном. Он не удержал. Не попытался. Просто смотрел со стороны. «Она ушла, когда должна была с тобой остаться...» Илья закрыл глаза. Должна была? А разве она что-то ему должна? Она вообще не знала, что он чувствовал. Он не дал ей шанса узнать. Она его лично даже не знала. Сейчас, спустя столько лет, он понимал: она ушла не от него — она ушла в свою жизнь. Просто в этой жизни он был незнакомцем. «Ты изменил с другой, и она с другим...» Он усмехнулся и посмотрел на телефон. Ли Хэ Ин прислала сообщение. Какое-то фото с тренировки. Илья не ответил. Он не изменял Саше — она никогда не была его. Но сейчас он водился с другой. Человеком, о котором ходили тёмные слухи. И он знал об этом. И всё равно. Просто чтобы не быть одному. Чтобы заглушить то, что ныло внутри. А Саша? Она была с Макаром. Семья, Миша, их тихое счастье. Илья знал это. Видел в её сторис. И в его груди что-то сжималось не от боли уже — от принятия. От невозможности что-то изменить. «Я велел любить! И шанс был всего один...» Он помнил тот шанс. Тот самый момент. Она подписалась на него. Он тогда прыгал до потолка, держал телефон в дрожащих руках, думал, что это начало. Но он не написал ей. Не спросил, почему она сделала это. Просто... ждал. А шанс просто пообщаться ушёл. «Я понял всё тогда и вспомнил все поступки...» Илья открыл глаза и посмотрел на свои руки. Они помнили каждый прыжок, каждую победу, каждое падение. Но они не помнили, как держали её. И уже не запомнят. «Меня накажи, а её не тронь! Слышишь? Пускай она живёт! Пускай дальше дышит...» Он выдохнул и убрал наушники. В кафе стало тихо. Он взял телефон, открыл её профиль в инсте. Новое фото: Миша сидит на руках у Макара, Саша рядом, смеётся. Подпись — сердечко. Илья посмотрел на это, и внутри вдруг стало пусто, просто пусто. Он был и рад, и зол одновременно, рад, потому что у нее вроде бы всё хорошо, но злость пробирала из-за того, что в эту идеальную жизнь не вписывается он.