Спячка

С совещания Генри и Майк вышли абсолютно выпотрошенными. Ощущение было такое, что их кинули в блендер и безжалостно прогнали через острые лезвия. Сок из них получился невкусный и прогорклый. Мало того, что их начальник решил закупить намного больше книг, чем они все предполагали, так ещё и новенький парень Томас, занявший место бывшей напарницы по смене Генри, оказался сущим придурком. На совещании он сидел, до скрипа выпрямив спину, глядел на всех, как на отбросов общества, и задавал такие очевидные вопросы, что хотелось пробить себе череп насквозь. Первые двадцать минут совещания Генри списывал его странное поведение на юношеский максимализм — парню было всего девятнадцать лет, но потом он перестал оправдывать Томаса. Стало понятно, что ужасный характер и желание прослыть выскочкой были у него в крови с рождения. Генри не любил выскочек всей душой и искренне считал их раковой опухолью человечества. — Пойдём покурим, — сказал Майк, призывно махнув рукой и накинув на себя куртку. — Ты же вроде обещал Эмме, что не будешь курить, — устало заметил Генри. Ему очень хотелось снять с себя очки и яростно потереть глаза, как в детстве. Однако он усилием воли сдержал себя, чтобы потом не ходить с двумя красными и воспалёнными «фонарями». — Если ты ей не скажешь, то она и не узнает, — ответил Майк, внимательно поглядев на него. Генри сдался и сказал: — Ладно. Идём. Он понимал, что после того, что они услышали в этой чёртовой комнате, им просто необходимо было пропитать свои лёгкие никотином. Ну и заодно увеличить риск появления рака в девять раз. Выкашливание кровяных сгустков в будущем ради трёх минут удовольствия сейчас. В этом и есть весь человек — нелогичный и самоуверенный. Они направились к выходу по небольшому коридору, пол которого был устлан зелёным ковролином с изображением многочисленных ромбиков. Генри в шутку называл этот проход «зелёной милей». Эмма отсылку понимала и хихикала. Майк — нет. Жаль, конечно, что он не настолько сильно любил творчество Стивена Кинга, да и чтение в целом. Однако стоит отдать Эмме должное — она смогла приучить его открывать книги чаще, чем раз в год. Когда они оказались на улице, Генри жадно вдохнул свежий воздух. Погода сегодня снова не радовала, но дождь хотя бы просто накрапывал, а не лил, как из ведра. — Ненавижу сырость. Тучи эти. Лучше бы солнце жарило, — сказал Майк, достав из кармана начатую пачку сигарет и протянув её своему другу. — Эх… Надо было сразу после универа переехать в какой-нибудь Сан-Франциско. Ты так не думаешь? — Неа, — ответил Генри и вытащил зажигалку из нагрудного кармана. — Я уже успел привыкнуть к этому мрачному городу. — Мазохист, — буркнул Майк. Закурив, они уставились на серое небо. Прохладный ветерок трепал едкий дым, не позволяя ему подниматься слишком высоко. — Что ты думаешь? — спросил Майк, облокотившись о стену в том месте, где она была более менее сухой. — О чём? — Тьфу! Опять ты из реальности выпал! — Прости. О чём речь? — Расширение магазина, — пояснил Майк, нарисовав рукой круг, — ремонт, перестановка и прочая ерунда. — Мы в полной заднице, — ответил Генри. — Нам придётся много и долго работать. Майк вздохнул, стряхнув пепел на грязный асфальт. — Эмма меня прибьёт, если я хотя бы ещё раз приду слишком поздно. — Не переживай. Я выступлю твоим адвокатом, — заверил его Генри. — Ты подумал над моим советом? — спросил Майк, внимательно взглянув на него своими светло-зелёными глазами. — Каким? — Не прикидывайся. Кафе, Джоанна, свидание. Помнишь? Эмма спит и видит, как ты вновь сходишься с Кристиной, но я то знаю, что тебе хочется найти более подходящего кандидата на роль твоей девушки. Генри отвернулся, чтобы скрыть смущение на своём лице. — Допустим, я помню, — пробормотал он. — И что ты решил? — продолжал допытывать его Майк. — Я схожу сегодня в то кафе и постараюсь позвать Джоанну куда-нибудь, — улыбнувшись, произнёс Миллер. — Бинго! — воскликнул Майк, одобрительно хлопнув его по спине. — Так и надо! Зачем ждать подходящего случая? Нужно действовать! Генри был согласен с ним. Даже на совещании все его мысли в конечном итоге сводились к одному и тому же — к Джоанне. Ему жизненно необходимо было вновь взглянуть в эти притягательные глаза и вспомнить, что в мире существует что-то ещё, кроме бесконечных повседневных дел. — Можно к вам присоединиться? — вдруг послышался чей-то мужской голос. Майк и Генри одновременно повернули головы и увидели, что перед ними стоял Томас в нелепой оранжевой куртке. Она была настолько яркой на фоне всей этой серости, что Генри даже захотелось зажмуриться. — Ну валяй, — ответил Майк, пожав плечами. Томас нелепо улыбнулся и тоже прислонился к стене. Достав из кармана электронную сигарету, он затянулся и выпустил дым, воняющий кислыми яблоками. — Как давно вы здесь работаете? — спросил Томас, обратившись к ним и нарушив едкую тишину. — Три года, — коротко бросил Майк, поглядев на него исподлобья. — Год, — нехотя ответил Генри. У него не было желания делиться подробностями своей жизни с Томасом. — И как вам? — Нормально, если каждый день не общаться с неадекватными покупателями. — Раньше я продавал iPhone в крупном торговом центре. Клиентов, разбрасывающихся деньгами, была куча, — сказал Томас с явным самодовольством в голосе. — Мне отстегивали неплохие деньги за продажи. Я ни за что не пришёл бы сюда, если бы мою точку не закрыли. Сейчас приходится выживать, как могу, понимаете? — Угу. — Коллектив маленький, зарплата не особо «привлекательная». И каково вам вообще работать здесь на постоянке? Он повернулся к Майку и Генри и снова обдал их неприятным яблочным запахом. Миллера от этого неожиданно замутило, и он выкинул в урну недокуренную сигарету. Находиться здесь ему больше не хотелось. Всё его существо отторгало Томаса, как тело неподходящий имплант. — Я, наверное, пойду, — сказал он, накинув на себя капюшон. Майк, услышав это, скривил лицо. Он явно не хотел оставаться один на один с «лапочкой» Томасом. Несмотря на это, мужчина всё же произнёс: — Удачно тебе провести оставшиеся дни отпуска. Генри поблагодарил его и пожал на прощание руку. Томас не стал играть в дружелюбие и просто уткнулся в телефон, сделав вид, что его больше интересует мемное видео с котами, чем коллеги. Впрочем, Генри нисколько не обиделся, что Томас не обменялся с ним рукопожатием. Мысль о том, что ему придётся лишний раз пойти с ним на контакт, вызывала отвращение. У него редко возникала такая сильная неприязнь к людям, но новый напарник, кажется, стал исключением.

***

Генри быстро добрался до нужного места на такси. Он мог бы сделать это и пешком, но перспектива намочить ноги, простыть и весь оставшийся отпуск проваляться в кровати была такой себе. Увидев знакомую жёлтую крышу заведения, Миллер сглотнул и сжал руки в кулаки. За то время, что он встречался с Кристиной, вся его уверенность в общении с девушками успела куда-то подеваться. Если раньше он мог легко «включить» харизму, то сейчас эта функция у него заметно барахлила. Генри не знал, в чём конкретно заключалась причина этого — в том, что ему двадцать шесть, или в том, что он разучился разговаривать с противоположным полом. Несмотря на сомнения, Генри всё же решил не стоять посреди улицы, как истукан. Открыв дверь и войдя внутрь, он уселся за первый попавшийся столик около стены и принялся ждать. Посетителей в кафе почти не было. Около окна, завернувшись в шаль, сидела старушка с увесистым томиком, а за столом прямо напротив Генри вальяжно развалился какой-то мужик. Он негромко, но весьма активно болтал с кем-то по телефону и изредка поглядывал по сторонам. «А что если сегодня вообще не её смена?» — подумал Генри, разглядывая название кафе, красующееся над барной стойкой. — «Этого я не учёл». Его опасения подтвердились, когда к нему подошла не Джоанна, а другая девушка, которая вчера закрывала им счёт. Она поздоровалась, вежливо улыбнулась и протянула ему меню, но Генри всё равно остался насупленным, как сыч. Миллер не хотел, чтобы его обслуживала эта официантка, пускай она и была очень симпатичной кареглазой девушкой. Он жаждал увидеть Джоанну. Заказав зелёный чай и чизкейк, он уныло уставился на испещрённую царапинами столешницу. Приятное волнение, колышущееся в его груди с утра, исчезло, оставив после себя лишь пыль, а настроение окончательно упало ниже плинтуса. Генри захотелось вернуться домой и упасть на диван, не раздеваясь. Раньше его бы за такое поругала Кристина, но теперь её не было, и он мог страдать, где и как хотел. — Доброе утро. Вот ваш заказ, — внезапно услышал он знакомый голос. Миллер замер, не желая поворачивать голову влево. Ему казалось, что если он сейчас это сделает, то спугнёт долгожданный мираж. Пальцы впились в плотную ткань штанов настолько сильно, что царапнули кожу. Бабочки в животе желали вырваться наружу, грозя разорвать живот своими ножами-крыльями. Через несколько секунд Генри всё же нашёл в себе силы и повернулся. Перед ним стояла Джоанна с подносом в руках. В её глазах промелькнуло узнавание, когда она заметила его лицо. Генри стало приятно, что она его запомнила. Для кого-то это была ничего не значащая мелочь, но только не для него. — Спасибо. Поставьте сюда, — сказал он, убрав меню в сторону. Джоанна кивнула и аккуратно сняла с подноса полную чашку чая. Генри сделал вид что читает сообщение на смартфоне и незаметно покосился в её сторону, чтобы подметить все мелкие детали. Небольшой слой туши на ресницах. Длинная коса — такая же, какая была вчера. Маленькая родинка на щеке справа. Небольшие круги под глазами — характерная черта людей с небольшим запасом меланина. Если ко всему этому добавить возможность касаться Джоанны, то в итоге получится абсолютное счастье Генри, помноженное на два. Засмотревшись на девушку, Миллер едва не забыл о главной цели своего визита. Когда Джоанна собиралась было возвращаться на кухню за очередным заказом, Генри поправил очки и воскликнул: — П-подождите! Она обернулась. Её лицо выглядело равнодушным и даже строгим, но во взгляде показалась нотка любопытства. — Да? — произнесла она, прижав к груди поднос. — Не поймите меня неправильно, но вы меня очень заинтересовали, поэтому я бы хотел попросить ваш номер телефона, — негромко выдавил из себя Генри и постарался растянуть губы в уверенной улыбке. Получилось совсем неправдоподобно. Оскар ему за это точно бы не дали. — Номер телефона? — недоумённо переспросила Джоанна. — Да. Ну или свои соцсети. Они наверняка у вас есть, верно? — Простите, — ответила она, отведя взгляд. — Я не знакомлюсь с клиентами. Намерения у людей бывают разные, поэтому… — Я понял, — поникшим голосом ответил Генри, почувствовав, как внутри него потух робкий огонёк надежды. — Ничего страшного. Джоанна ещё раз извинилась и поспешила в сторону кухни. Генри принялся лениво ковырять десерт, абсолютно не ощущая желания съесть его. План, который он выстроил у себя в голове, пошёл крахом. Несмотря на отказ, Генри не осуждал Джоанну. Он сам понимал, каково это, когда клиенты делают тебе недвусмысленные намёки или слишком активно жаждут внимания к собственной персоне. Один раз к нему прицепилась странная девушка лет двадцати. Она ходила в магазин почти каждый день только ради того, чтобы его увидеть. Поначалу Генри это умиляло, но потом уже начало напрягать. Продолжались её похождения до тех пор, пока он однажды не пригрозил ей полицией за преследование. Было очень жутко осознавать, что за каждым твоим движением ведётся слежка. Генри покрутил в руках чашку с зелёным чаем и сделал из неё глоток. Продолжать просто ходить в кафе и глазеть на Джоанну, вызывая у той мурашки, совершенно не хотелось. Он решил, что сможет как-то подавить в себе те яркие чувства, которые возникли у него так внезапно. Может быть, увлечётся новым проектом или станет чаще ходить в спортзал. В конце концов, закапывать что-то в глубины разума Миллеру уже было не впервой. Места на его внутреннем кладбище было ещё предостаточно. — Сэр, вы не могли бы отпустить меня? — вдруг донёсся до него громкий голос Джоанны. Генри вынырнул из своих мыслей и поднял голову. Мужчина, который до этого разговаривал с кем-то по телефону, теперь нагло придерживал Джоанну за край её формы и жадно оглядывал с ног до головы. — Я отпущу тебя, красотка, — сказал он спокойным тоном, но его глаза, горящие плотоядным блеском, не позволяли полностью поверить в сказанное. — Правда, ты сначала будешь должна дать мне обещание, что сходишь со мной на свидание вечером. Это же не так сложно, верно? Руки Генри непроизвольно сжались в кулаки, когда он это услышал. Джоанна выглядела невозмутимой, несмотря на сложившуюся ситуацию. Она холодно посмотрела на сидящего перед ней мужчину и произнесла заученную фразу: — Если вы сейчас не отпустите меня, я буду вынуждена позвать охрану. «Она вообще здесь есть или Джоанна просто блефует?» — растерянно подумал Генри, оглядевшись по сторонам. Никаких мужчин в форме поблизости не было, как и официанток. Те, видимо, спокойно отдыхали в подсобке, пока народ ещё не набежал на запах ароматных напитков. — Охрану? — фыркнул мужчина и стиснул в руке ткань ещё сильнее. — Да брось! Зачем? Что я такого сделал?! Я не пьяный и не опасный. Я всего лишь предлагаю тебе приятно провести время вместе. — Отпустите! — громко произнесла Джоанна. В её голосе послышались напряжённые нотки. — Скажи, что согласна увидеться со мной вечером! — рявкнул приставала. Генри не мог больше на это смотреть. Понадеявшись, что тренировки в спортзале хоть как-то помогут ему постоять за себя, он вскочил из-за стола и стукнул обнаглевшего мужика ладонью по руке. Тот от неожиданности выпустил край юбки, и Джоанна наконец-то высвободилась из цепкой хватки. — Ты что себе позволяешь, а? — взвился Генри, грозно уставившись на незнакомца. Джоанна в это время спряталась за его спиной, как за щитом. — Думаешь, раз здесь никого нет, то можно руки распускать? — Ты чего лезешь не в своё дело? — прошипел мужчина, поднявшись на ноги. Он оказался намного выше, но Миллера это не напугало. — Мы с этой милой официанточкой просто разговаривали. — Когда люди просто разговаривают, они держат руки при себе! Мужчина посмотрел на него исподлобья и усмехнулся. — Ты ещё слишком молод, чтобы понять, что желаемое нужно брать сразу. Джоанна, видимо, поняла, что обстановка накаляется, потому что незаметно упорхнула на кухню. Генри надеялся, что у них в этом кафе действительно есть охранник, потому что конфликт в любой момент мог перейти в решающую фазу. — Нельзя говорить о людях, как о вещах, — сказал он, мысленно готовясь к драке. — На твоем месте я бы закрыл рот и не умничал, — произнёс мужчина, подойдя к Генри ближе. Миллер был готов поклясться, что он даже учуял запах духов Hugo Boss от этого нахала. — Сэр, покиньте помещение! Сейчас же! — донёсся до Генри грубый мужской голос. Миллер обернулся и увидел, что Джоанна стояла рядом с двумя высокими парнями в тёмной одежде и хмуро смотрела на происходящее. Осознав, что ему вряд ли удастся одолеть сразу трёх противников, мужчина забрал со стола свой кошелёк и направился к выходу. — Это самое отстойное кафе, что я когда-либо посещал, — бросил он на прощание перед тем, как хлопнуть дверью. Убедившись в том, что приставала завернул за угол и скрылся в неизвестном направлении, Генри облегчённо выдохнул и вернулся на своё место. Джоанна ещё немного поговорила с охранниками, а потом они снова разбрелись по территории кафе. Пока Генри разбирался с этим неприятным мужчиной, его чай успел остыть и уже перестал казаться таким вкусным. Сделав глоток и почувствовав на языке неприятную горечь, Миллер поморщился и уже было собрался уходить, как вдруг к нему за столик приземлилась Джоанна. Протянув ему картонную коробочку, перевязанную розовой лентой, она сказала: — Это вам благодарность от нашего заведения. Приятно знать, что в этом мире ещё существуют люди, которым не всё равно на окружающих. На душе у Генри заметно потеплело. Он улыбнулся, забрал коробочку из рук Джоанны и произнёс: — Любой нормальный мужчина поступил бы на моём месте точно так же. В ответ на его слова она лишь усмехнулась. — Что внутри коробки? — поинтересовался Генри, с любопытством рассматривая подарок со всех сторон. Ему хотелось как-то разговорить Джоанну, пока та добровольно шла на контакт. — Пирожные. — Отлично. Я как раз люблю сладкое. А вы? — спросил Генри, стараясь подавить стеснение. Джоанна пожала плечами. — Даже не знаю. — Можно купить несколько штук в «Cat and cake», — улыбнулся Генри, подперев щёку рукой. Смотреть на Джоанну вблизи было одно удовольствие. — Они делают просто превосходные сладости. Она задумчиво кивнула, а потом вытащила из салфетницы одну салфетку. Миллер уже было подумал, что Джоанна сейчас начнёт её рвать точно так же, как и Эмма. Вместо этого девушка достала из нагрудного кармана ручку и принялась на ней что-то чиркать. — Мой номер телефона, — сказала она, подвинув салфетку к Генри. — Что? — тупо переспросил тот, глядя на то, как высыхают тёмно-синие чернила. Джоанна, заметив его замешательство, подавила смешок и ещё раз повторила: — Вы спрашивали мой номер. Вот он. Соцсети я не веду, поэтому давайте обойдёмся обычными сообщениями и звонками, ладно? — Погодите, погодите, — совсем растерялся Генри и почувствовал, как у него вспотела кожа под дужками очков. — Вы же говорили, что не хотите со мной знакомиться. Джоанна спокойно ответила: — Так и было. Но, увидев ваше отношение к девушкам, я решила дать вам шанс. Впервые я сталкиваюсь с мужчиной, который не воспринимает меня исключительно как красивую декорацию. — А что если я играл на публику? — с вызовом произнёс Генри и повернулся к ней лицом. Ему бы просто забрать салфетку с номером и радоваться, но что-то глубоко в душе не давало это сделать. Миллера напрягло, что Джоанна оказалась такой доверчивой. — Что если я сделал это только для того, чтобы вас впечатлить? Она посмотрела на него своими голубыми глазами. Это был не любопытный, а пронизывающий насквозь взгляд. Генри на мгновение почувствовал себя маленькой лабораторной крысой, за которой пристально наблюдает хладнокровный учёный, и от этого у него по спине побежали мурашки. — Вы врёте, — наконец вынесла свой вердикт Джоанна и слегка отстранилась, развеяв странную атмосферу. — Не знаю зачем, но врёте. — Вас трудно обмануть. — Согласна. Поэтому мне бывает тяжело общаться с людьми, — сказала она, улыбнулась и больше ничего не стала пояснять. Генри несмело придвинул к себе салфетку и внимательно взглянул на номер. Сильный наклон вправо. Цифры выведены чётко, прилеплены друг к другу и под конец уходят вверх. Ноль зачем-то обведён два раза. В учебнике, который он читал, говорилось, что этот почерк характерен для очень импульсивных людей. Ну или для тех, у кого проблемы с психикой. — Что-то не так? — спросила Джоанна. — Нет, — ответил Генри, вернувшись в реальность и положив салфетку к себе в карман штанов. Глупости это — судить человека по нескольким цифрам, когда ты далеко не эксперт. — Всё хорошо. Стыдно в этом признаться, но я иногда «ухожу в себя». — Разве это стыдно? — спросила она, забирая у него грязную посуду. — В школе меня уверяли, что да, — усмехнувшись, ответил Генри. — Мысли — это неотъемлемая часть разумного человека, — сказала Джоанна, убрав посуду на поднос. — Поэтому я не понимаю, зачем вообще нужно стыдить за их наличие. «Сколько ей вообще? Двадцать два? Тридцать?» — растерянно подумал Генри, наблюдая за ней. — «Нужно будет потом спросить». Внешне она выглядела, как самая обычная девушка, которая только что закончила университет. Однако рассуждала Джоанна по-взрослому. Даже слишком. — Мне пора идти, — сказал Генри, заметив, что она засуетилась. — Мне может кто-то принести счёт? — Сейчас, — заверила его Джоанна. Через минуту она принесла чек. Генри расплатился и поднял на неё свой взгляд. — Я бы побеседовал с вами ещё немного, но мне не хочется вас отвлекать от работы, — честно признался он. Джоанна улыбнулась. На этот раз её улыбка, кажется, выглядела настоящей, а не идеальной, как у робота. — Я тоже. И, кстати, может уже перейдём на «ты»? — предложила она. — Я не возражаю, — ответил Генри, ощущая, как внутри него плещется не только зелёный чай, но и тщательно скрываемая радость. — Отлично. До встречи… — Генри. Генри Миллер. — До встречи, Генри, — послушно произнесла Джоанна и удалилась на кухню. Вылетев из кафе, Миллер на всех парусах помчался домой, чтобы отметить своё новое знакомство вкусным обедом и обсудить его с Ником. Как уже удачно всё сложилось! Конечно, та ситуация с мужчиной была неприятной, зато благодаря ей у него появилось возможность познакомиться с Джоанной поближе.