Градус признания.

Яркое утреннее солнце бесцеремонно пробивалось сквозь неприкрытые шторы, заливая гостиную жестким светом. На полу всё еще царил хаос: перевернутое геймерское кресло, разбросанная в спешке одежда и сиротливо валяющиеся в углу очки Игоря. Игорь проснулся первым. Всё тело приятно ломило, а в голове было на удивление легко, словно вчерашний взрыв стрима и последующая за ним дикая ночь на полу смыли всю многодневную панику. Он потянулся, нащупал на ковре свой телефон и включил его. Экран мгновенно залагал от сотен уведомлений. Личные сообщения в Telegram лопались по швам. Игорь лениво пролистал десятки пропущенных от ноунеймов и мелких пабликов, пока не наткнулся на чаты с мастодонтами тусовки. Первым в списке висел Илья Мэддисон. Его сообщения, присланные в районе трех часов ночи, были лаконичны: Мэддисон: «Бля, Линк, ну вы и шизы. Я думал, мы вчера с Ховой просто удачно потроллили вас, а вы реально решили Твич сломать. Каминг-аут года, пиздец. Король умер, да здравствует король. Жду вас на пиво, будете рассказывать, как докатились до жизни такой. Лёхе привет, пускай стрим не удаляет, там просмотров уже под лям». Чуть ниже горела целая тирада от Стаса «Ай, как просто», который, судя по всему, записывал кружочки, а потом просто перешел на капс: Стас Ай Как Просто: «ИГОРЬ ВЫ ЧЕ ТАМ С УМА СОШЛИ??? Вы комменты видели вообще? Там половина блогеров в ахуе, Жмиль уже стрим часовой записал с разбором вашего поцелуя! Но вообще — хайп дикий, просмотры летят, маргиналы плачут. Если вас бренды кинут — пиши мне, снимем спецрепортаж о цензуре и притеснениях, соберем все просмотры рунета!» Игорь тихо хмыкнул, чувствуя, как губы сами расплываются в улыбке. Худшего не случилось. Тусовка, воспитанная на цинизме и хайпе, восприняла это как самый мощный перформанс года. Рядом завозился Лёня. Огромный, растрепанный, с багровыми следами от зубов Игоря на шее, он открыл глаза и хмуро уставился в потолок. Взгляд Дедпи был похмельным и злым, но в глубине зрачков читалось абсолютное спокойствие. Он повернул голову к Игорю, который всё еще лежал на его плече, листая телефон. — Че там? — хрипло, спросонья каркнул Лёня. — Мэд уже высрал че-нибудь? — Да, зовет на пиво, — Игорь повернул к нему экран. — А Стас предлагает снять документалку о нашей нелегкой доле. Чат взорван, Лёнь. Мы официально главная пара рунета. Лёня грязно выругался, закрывая лицо ладонью, но Игорь заметил, как дернулись его усы в едва заметной ухмылке. Родин потянулся, разминая затекшую поясницу, и неожиданно замер. На его лице отразилась сложная гамма чувств — от легкого смущения до привычной суровой агрессии. Он резко повернулся к Игорю, схватил его за подбородок и заставил посмотреть себе прямо в глаза. — Слушай сюда, Линк, — Лёня процедил слова сквозь зубы, его голос звучал максимально жестко и серьезно, без капли вчерашнего пьяного или пост-стримерского куража. — По поводу вчерашнего. На полу. То, что ты там сверху исполнял... Игорь затаил дыхание, готовый к тому, что Лёня сейчас разозлится. Но Родин лишь тяжело вздохнул, отвел взгляд на секунду и неохотно выдавил: — Мне... короче, неожиданно для самого себя понравилось. Быть нижним под тобой — это было... нормально, блять. Дико, но нормально. Игорь победно улыбнулся, собираясь что-то вставить, но Лёня тут же сжал его челюсть чуть сильнее, пресекая любые шутки на корню: — Но рот свой закрой сразу. Больше это, блять, никогда не повторится. Понял меня? Это был разовый кураж на адреналине. В следующий раз я тебя в этот ковер закатаю так, что ходить неделю не сможешь. Усек? Игорь прикусил губу, глядя на суровое, непреклонное лицо Дедпи, на котором снова горела привычная доминантная злость, и послушно кивнул. Ему было абсолютно всё равно — главное, что Лёня был здесь, на этом полу, и больше им не нужно было прятаться от камер. *** Встреча в баре с Мэдом и Хованским прошла именно так, как и ожидал Игорь: в густом дыму, под нескончаемый стёб и звон пивных бокалов. Илья, лениво развалившись на стуле, полчаса зачитывал им вслух самые безумные теории из Твиттера, пока Юра Хованский громко хохотал на весь зал, заявляя, что Дедпи теперь официально обязан вести стримы в ободке с кошачьими ушками. Лёня весь вечер держал лицо — привычно огрызался, слал всех нахер, пил крепкий алкоголь и всем своим видом показывал, что ему абсолютно плевать на хайп. Игорь же, подогретый пивом и общим вниманием, вальяжно рассуждал о просмотрах. Но стоило им попрощаться с парнями и поймать такси до квартиры, как атмосфера в салоне машины резко изменилась. Лёня молчал, но дышал тяжело, а его взгляд, устремленный в окно на пролетающие огни ночной Москвы, казался лихорадочным. Едва за ними захлопнулась тяжелая дверь квартиры, Игорь не успел даже снять куртку. Лёня резко развернулся, схватил его за воротник и буквально швырнул спиной на стену прихожей. — Лёнь, ты чего?.. — выдохнул Игорь, слегка дезориентированный таким напором. Родин не ответил. На его лице горела дикая, злая смесь из упрямства, уязвленного эго и бешеного, неконтролируемого желания. Он грязно выругался, расстегивая собственную куртку и сбрасывая её прямо на пол. Его руки заметно подрагивали, когда он впился пальцами в ремень на джинсах Игоря. — Заткнись, Линк, — прохрипел Лёня, тяжело дыша ему прямо в губы. — Помнишь, что я тебе утром наговорил? Забудь нахер. Меня весь вечер в этом баре плавило от мыслей о вчерашнем. Игорь ошеломленно моргнул, понимая, к чему всё идет. Наглый, уверенный в себе Дедпи, который еще пару часов назад строил из себя непоколебимого альфа-самца перед Мэддисоном, сейчас ломался от собственной похоти. Лёня сам, добровольно, развернулся к Игорю спиной, грубо уперся ладонями в стену прихожей и закинул голову назад, тяжело сглатывая. — Давай, блять, — рыкнул Родин, косясь на него через плечо яростным, потемневшим взглядом. — Трахай меня. Прямо здесь. Сверху ты, Линк. Снова твоя очередь. Игорь почувствовал, как по венам разливается чистый, торжествующий восторг. Тот самый огромный, агрессивный Лёня, клявшийся, что больше никогда не ляжет под него, сейчас сам умолял об этом, не в силах сопротивляться собственному телу. Игорь хищно ухмыльнулся. Он подошел вплотную со спины, грубо схватил Лёню за бедра, притягивая к себе, и резко сорвал с него штаны вместе с бельем. Времени на долгую подготовку не было — Лёня сам требовал скорости, его дыхание срывалось на хриплый свист, а пальцы царапали обои на стене. Игорь обильно смазал пальцы, грубо и быстро протолкнул их внутрь, заставляя Лёню глухо, матерно застонать, выгибаясь в пояснице. Родин был узким, горячим и безумно возбужденным. — Быстрее, сука, Линк, не тяни... — прорычал Дедпи, откидывая голову назад, утыкаясь затылком в плечо Игоря. Игорь расстегнул свои джинсы, высвобождая налившуюся плоть. Он перехватил Лёню одной рукой за горло, фиксируя его у стены, а второй резко направил себя. Одним мощным, сокрушительным толчком Игорь вошел в него на всю длину. Лёня вскрикнул — громко, хрипло, растеряв всю свою напускную суровость. Ноги Родина на секунду подкосились, но железная хватка Игоря на его шее и бедрах удерживала его на месте. Игорь сразу взял жесткий, бешеный темп. Он вколачивался в Лёню со спины, шумно дыша ему в ухо, кусая его за плечи и ключицы, оставляя новые багровые отметины поверх утренних. Звуки хлёстких ударов тел в пустом коридоре смешивались с тяжелым, грязным матом Лёни. Дедпи полностью отдался этой грубой, подчиненной роли, ломая пальцы о стену и судорожно толкаясь бедрами назад, навстречу каждому рваному движению Игоря. Это был их личный, скрытый от всего рунета триумф, где все роли были сожжены дотла. Игорь ускорился, чувствуя, как внутри Лёни всё сжимается, увлекая его за собой. Спустя пару минут безумного, яростного ритма Игорь кончил глубоко внутрь Родина с хриплым криком, а Лёня содрогнулся в мощном оргазме секундой позже, излившись прямо на стену и обессиленно повиснув на руках Игоря. Они стояли в темной прихожей, тяжело дыша, и Лёня, не оборачиваясь, лишь тихо, изможденно выдохнул: «Пиздец тебе на следующем стриме, Линк...». Но Игорь лишь довольно улыбнулся, крепче прижимая его к себе.