Мой мудак

18 сентября, понедельник 11:35 — Аудитория математики, начало пары Серёжа сидел на задней парте, глядя в спину Арсения, который стоял у доски и что-то писал мелом. Уравнения, формулы — Серёжа не вслушивался. В голове гудело. Только что его друг, с которым он не виделся год, ударил кулаком в стену и орал на него. Справедливо. Заслуженно. Хер лежал у его ног, положив голову на лапы, и иногда поглядывал на преподавателя с лёгким беспокойством. В аудиторию начали заходить студенты. Серёжа сидел неподвижно, надеясь, что его не заметят. Но Саша, который вошёл одним из первых, увидел его и замер. — Серж? — удивлённо спросил он, подходя ближе. — Ты что здесь делаешь? Я думал, ты в холле ждёшь! Серёжа поднял на него взгляд и попытался улыбнуться. — Пришлось зайти. Меня… затащили. — В смысле затащили? — Саша не понял. Он перевёл взгляд на Арсения, который как раз повернулся к классу и обвёл всех строгим взглядом. — Ваш, — сказал Арсений громко, и Саша вздрогнул. — Садись и не мешай. Мы на паре. Саша послушно сел рядом с Серёжей, но продолжал бросать на него недоумённые взгляды. Серёжа только покачал головой, давая понять: «Потом». Арсений провёл пару как обычно — строго, чётко, иногда бросая холодные взгляды на заднюю парту. Серёжа сидел тихо, глядя в стол. Он почти не слушал — мысли были далеко. Дима. Арсений. Интернат. Всё это навалилось внезапно, и он не знал, как с этим справиться. Хер вздыхал у его ног. --- 12:20 — Конец пары Прозвенел звонок. Студенты начали собирать вещи, вставать. Саша повернулся к Серёже. — Серж, пошли. Расскажешь, что случилось. — Он улыбнулся, всё ещё не понимая ситуации. Серёжа поднялся, Хер встал следом. Они уже почти дошли до двери, когда сзади раздался холодный голос. — Ты куда собрался, гандон? Серёжа замер. Саша тоже остановился, удивлённо обернувшись. Арсений стоял у доски, скрестив руки на груди. Его глаза были тёмными и злыми. — Я же сказал, что мы будем разговаривать. Или ты думал, что я пошутил? Серёжа медленно повернулся. — Арс, я… — Я тебе не Арс на паре, — отрезал Арсений. — Но сейчас мне плевать на правила. Ты думаешь, что тебе повезло? Да, тебе повезло, что я пока не позвонил Диме. И что Оля с Антоном не знают, что ты здесь. Но это не значит, что ты можешь просто уйти. Саша смотрел на них с открытым ртом. — Серж… вы знакомы? — Да, — ответил Серёжа, не отрывая взгляда от Арсения. — Мы… мы знали друг друга раньше. — Раньше? — Арсений шагнул вперёд. — Раньше, значит. Сука, Серёжа, как так? Ты даже не попрощался! Ты сбежал! Оставил нас всех! А теперь сидишь тут, в моём университете, у меня на паре, и делаешь вид, что всё нормально? Серёжа открыл рот, чтобы ответить, но Арсений уже подошёл к нему и схватил за ухо. — Так, — сказал он, сжимая пальцы. — Мы идём ко мне в кабинет. И ты мне всё объяснишь. Не забывай, я не только твой друг, я ещё и твой преподаватель. Так что у меня есть право тебя задержать. Саша попытался вступиться. — Арсений Сергеевич, может, я… — Ты, Ваш, — Арсений повернулся к нему, не выпуская ухо Серёжи, — можешь быть свободен. Или тоже хочешь присоединиться к разговору? Саша растерянно посмотрел на Серёжу, потом на Арсения. — Я подожду в холле, — сказал он и быстро вышел. Арсений развернулся и потащил Серёжу к выходу из аудитории. Хер шёл следом, настороженно поглядывая на преподавателя, но не рыча — он чувствовал, что этот человек не враг. Они зашли в кабинет математики. Арсений закрыл дверь и отпустил ухо и толкнул Серёжу к стулу и сам сел напротив, за стол. Хер подошёл к Серёже, лизнул его в ладонь, но остался стоять рядом, готовый защищать, если потребуется. Арсений смотрел на него долго, тяжело. В глазах — боль, обида, злость. И всё это смешалось в один огромный ком. — Я не знаю, что мне делать, Серёжа, — сказал он тихо. — Ты сбежал. Ты не попрощался. Ты исчез на целый год. И я всё это время думал, что ты мёртв. Или что ты в какой-то жопе мира без денег и документов. — Я знаю, — ответил Серёжа. — Я знаю, что ты злишься. Ты имеешь право. — Имею, — кивнул Арсений. — Но ты хотя бы скажи — ты жил всё это время? Нормально? — Да, — Серёжа кивнул. — В Германии. Берлин. Снял квартиру, потом купил. Нашёл работу. — Он не стал уточнять, что он не просто нашёл работу, а создал компанию. Не стал говорить, что он мультимиллионер. Арсению сейчас не нужны были деньги. Ему нужна была правда. — Я просто начал новую жизнь, Арс. Я не знал, как сказать вам. Если бы я сказал о побеге — я бы не уехал. Или вы бы меня остановили. — Мы бы не остановили, — возразил Арсений. — Мы бы отпустили. Сказали бы, что счастливы за тебя. Что хотим, чтобы ты был свободен. Но мы бы знали, что ты жив. А ты оставил нас в неведении. Серёжа опустил голову. — Прости, — сказал он. — Я… я не думал, что будет так больно. Я думал, что если я уйду, то смогу забыть всё. Интернат, вас, Диму. Но я не смог. — Ты думал о нас? — Каждый день. Арсений замолчал. Он смотрел на Серёжу, на его дорогую одежду, на собаку, которая теперь была частью его жизни. И вдруг понял — перед ним не тот худой испуганный парень, который сбежал из интерната. Перед ним стоял взрослый человек, который многое пережил. — Я не знаю, что с тобой делать, — сказал Арсений. — Часть меня хочет ударить тебя. Часть — обнять. — Давай второе, — сказал Серёжа. — Я заслужил и то, и другое. Но я очень скучал. Арсений встал. Сделал шаг вперёд. И обнял Серёжу. Крепко, по-настоящему — как обнимают человека, которого боялись потерять. — Ты дебил, — сказал он в плечо Серёже. — Ты просто долбаеб, Матвиенко. — Знаю, — ответил Серёжа, уткнувшись ему в плечо. — Я знаю. Они стояли так несколько минут. Хер сидел рядом, глядя на них с одобрением. — Я скучал по тебе, Арс. Правда. Арсений усмехнулся. — Я тоже, Серёжа. Хотя это не значит, что я не хочу тебя ударить. — Я заслужил, — ответил Серёжа. — Дима будет в бешенстве, — сказал Арсений, отстраняясь. — Ты знаешь, что он здесь? Что он преподаёт в этом университете? Серёжа кивнул. Но внутри все похолодело. — Я не знал, что он здесь. Саша ничего не говорил. Я приехал к нему, а не к вам. Арсений усмехнулся. — Саша — мой студент. Я знаю, что он дружит с каким-то немцем. Но я даже не предположил, что это ты. Мир тесен. Серёжа сел обратно на стул. — Я не готов его видеть, Арс. Я не знаю, что сказать. — Скажешь правду. Как мне. — А он простит? Арсений пожал плечами. — Не знаю. Дима — это Дима. Он злится, он переживает, он скучает. Но он прощает. Ему нужно просто время. Они сидели молча. Хер лёг на пол, устав ждать. — Я тебя не отпущу, — вдруг сказал Арсений. — Ты понял? Ты никуда не уйдёшь, пока мы не поговорим нормально. Я могу орать на тебя, могу бить, но я не дам тебе сбежать снова. — Я не собираюсь сбегать, — ответил Серёжа. — А ты уже сделал это однажды. Мне нужно убедиться, что не повторится. Серёжа кивнул. — Я останусь. Сколько нужно. Они сидели молча. Хер дремал у ног Серёж и. За окном — серый питерский день. И где-то в этом здании был Дима, который ещё не знал, что его прошлое только что вернулось. Но сегодня всё было тихо.