ПОСЛЕДНЯЯ НАДЕЖДА

Десять лет спустя. Молодой мужчина сидел за тяжелым железным столом, периодически посматривая на циферблат наручных часов. Темное помещение, освещенное каким-то старым факелом, угнетало еще больше. Сзади послышался звук открывающейся двери, заставляя спину выпрямиться. Он убрал руки в карманы, откидываясь на спинку. — Когда сказали, что ко мне пришел глава Британского Отдела Мракоборцев, я не поверил. — Присаживайся, — не оборачиваясь, проговорил Драко, кивком указывая отцу на свободное место через стол. Люциус выглядел намного старше своих лет: ранее белокурые длинные волосы приобрели серебряные пряди, морщины стали прослеживаться даже без мимики, ну а худоба приобрела истощенный характер. Какой-то работник приковал наручники старшего Малфоя к столешнице и поспешил удалиться. Заключенный осмотрел лицо напротив. Лицо, которое не видел десяток лет. — Ты совсем не изменился. Только щетина стала более отчетливой. Почему не используешь заклинание? — Не считаю нужным. — Что еще нового, кроме такой высокой должности? Женился после того, как меня упрятали в Азкабан? Грудь Драко окаменела, будто его ударили под дых, а голова потяжелела. Столько времени прошло, а этого человека не меняет даже такое место, хотя он сильно и не надеялся. Опять Люциус старается нащупать самое больное и как можно сильнее надавить, сжать, потянуть и разорвать. И ему это успешно удается. Драко вспомнил тот момент, когда он вынырнул из воспоминаний Альбуса. Как посмотрел на потерянную девушку, что чуть не рухнула на пол от осознания. Ее отрешенный взгляд и непривычно холодную руку. Как он, словно оглохнув, брел по коридору, теряя равновесие. Малфой-старший усмехнулся, заметив это смятение и боль на лице сына: — Что с тобой? Так женился или нет? Крепко зажмурившись, Драко поднял пустые глаза с оков на грязных руках: — Нет… Собеседник усмехнулся и коснулся спиной стула. Как тогда, много лет назад: — Что так? Все-таки здравый смысл нашел ключ к твоей голове? Молодой человек старательно сдерживал крик, крепко сжимая кулаки в карманах: — Ты тоже не изменился, отец. Это даже радует. Я сейчас буквально смотрю на того, кем бы мог стать. Знаешь, отрезвляет лучше твоей трости. Мужчина залился смехом. — Старые обиды еще терзают твою душу? — далее его голос стал твердым, а тело подалось вперед. — Я не жалею ни о чем. Смотри, каким ты стал. Наверняка очень уважаемый человек, раз после всего сотворенного этими руками тебе разрешили занять такой пост. В ближайшее время встретишь чистокровную женщину, и наш благородный род даст плоды. Слышал, Хогвартс отстроили и даже начали набирать новых учеников. Твой сын или дочь продолжит наше дело. Конечно, я не о том, что было в прошлый раз, ты уж не думай, что я совсем не в себе, — он опять откинулся на скрипучую спинку стула. — Хах, сын, ты все-таки так похож на меня. Нравится тебе это или нет. На минуту мужчина замолчал. Драко даже не думал нарушать эту тишину, лишь изучал его лицо. — Твоя мать ни разу ничего не рассказывала о тебе. Ты попросил? — А ты у нее что-то спрашивал? Люциус прикусил язык: — Нет. Драко приподнял плечи, встречаясь с глазами родителя, стараясь разглядеть в них неизвестно что, но если бы заметил это, то точно понял. Стул противно заскрипел, отодвигаясь от заключенного. — Заходите. После слов Малфоя-младшего дверь открылась. Люциус затаил дыхание, подаваясь вперед. Звук шпилек заполнил звенящую тишину. На пороге появилась девушка в черном платье-футляр. — Идем, не бойся, — проговорила она через плечо. Из-за ее спины появился мальчик лет двух, который сразу ухватился за ее руку. Уголки ее губ взметнулись вверх, когда она пригладила мягкие белоснежные волосы. Мальчик смело поднял зеленые глаза, разглядывая мрачную комнату. — Здравствуйте, — сказал он, старательно выговаривая буквы. Драко смотрел на растерянное выражение напротив. Где-то в этих морщинах застряла мелкая слеза. С каждой секундой ему становилось тяжелее и легче одновременно. Он встал, достав руки из карманов, и направился к только что вошедшим. С теплой улыбкой подхватил мальчика и легонько стукнул по носику. — Разбирательство по твоему делу длилось почти год. Я женился еще до приговора и твоего заточения. Долго очищал оскверненную тобой фамилию и свою голову. Помогал восстанавливать разрушенные дома, Хогвартс, который ты упомянул, пожертвовал много денег в приюты для тех, кто пострадал в той войне. Пришел в Министерство обычным работником в отдел изучения маглов, после вместе с Поттером поймал оставшихся Пожирателей. А там уже стал мракоборцем, остальное ты знаешь. Сейчас мы с Эспер готовим работу для Министра по теме толерантности к маглам и маглорожденным, и как учить детей волшебников терпимости. Твое поместье еще существует, но тот стол из гостиной я сжег первым делом. Скажи спасибо Эспер, что не весь особняк полыхал тогда. Она убедила меня, что все-таки это наследие, и раз я не хочу себя с ним связывать, то хотя бы нужно оставить этот дом, как достопримечательность и память. Эта женщина была со мной все это время, ровно с того дня, когда останки Волан-де-Морта развеял ветер, и до сих пор. Драко подмигнул ребенку: — А это наш сын. Запомни его получше. Не думаю, что вы еще когда-нибудь встретитесь. Эспер незаметно коснулась спины мужа, будто стряхивая с него эмоцию. Тот же тронул губами ее висок: — Я своими руками строю для моей семьи лучшее будущее и буду это делать до последнего вздоха. Наручники заскрипели, пальцы Люциуса упали на переносицу, расширенные зрачки блуждали по маленькому личику с румяными пухлыми щечками, пока тот так же пристально, склонив голову набок, наблюдал за незнакомым ему человеком. — Твое прошение о сокращении срока было рассмотрено и отклонено. Я не делал ничего за или против. Это был последний раз. Министр запретил делать более трех попыток. Драко прочистил горло, сильнее прижимая сына: — Нам пора. Прощай. Люциус подорвался с места, крича в закрывающуюся дверь: — Как зовут его?! Как его зовут?! Драко вернулся в проход, покручивая пальцами кольцо на левой руке. К нему подошла Эспер. Уложив руку на его предплечье, она с нежной улыбкой посмотрела в комнату: — Ричард Дэос Малфой. Завтра ему исполняется два года. Люциус согнулся, вытирая нос рукавом, и быстро закивал: — Хорошо. Хорошо... Он попытался обойти стол, чтобы еще немного посмотреть на мальчика, хоть тот уже и скрылся из виду. Наручники прикованные к его рукам и столу протестующе звенели. Но дверь захлопнулась, будто своим звуком припечатывая мужчину к стулу.

•••••••

Дом готовился к празднику. Не самому грандиозному, но и не самому скромному. В саду был установлен один длинный стол и несколько поменьше с закусками и прочим. Эспер открыла высокие двери гостиной, выходящие на задний двор, впуская в комнату свежесть позднего весеннего утра и аромат цветущей вишни, которые смешались с ненавязчивой мелодией проигрывателя. Ветер легко потрепал персиковые, почти невесомые, шторы в пол. Солнце проникло в помещение, согревая паркетные плиты цвета корицы. Маленький Ричард безмятежно зевнул, слегка потягиваясь на руках матери. Эспер промурлыкала ему в шейку, после чего помещение наполнилось детским смехом. Драко пару минут подпирал косяк плечом, наблюдая за тем, как теплые лучи солнца согревали еще более теплый образ. А после спросил: — А мы уверены, что хотим еще кого-то сегодня видеть? — Поздно ты об этом задумался. Все-таки придется побыть гостеприимным. — Хорошо, постараюсь сегодня меньше закатывать глаза и подшучивать над Уизли. Насчет Поттера даже не проси. — О, мистер Малфой, такие жертвы. Я тронута. Драко с улыбкой подошел к ним. Оставил легкий поцелуй на маленьком лобике: — Рич, а ну-ка идем со мной. После чего, подхватив малыша, он отнес его к невысокому дивану, на котором стояла большая коробка. Эспер состроила серьезную гримасу: — Драко, договорились же, подарим, когда все придут. — Подарим подарок от нас с тобой. А это наше с ним личное. — Па-па, спасибо! — спотыкаясь на буквах, проговорил белокурый мальчик. Пока Ричард с интересом рассматривал левитирующие фигурки конструктора, Драко подошел к наигранно возмущенной девушке, которая развернулась к саду. Обхватив ее тонкую талию со спины, он утопил нос в ямочке ключицы. Она положила свои руки на его, ластясь виском по мягкой щетине. Его пальцы аккуратно убрали волосы с изящной шеи, чтобы оставить тонкий поцелуй. — Ты пахнешь как юность. Мне словно опять шестнадцать, — еще один поцелуй, уже более открытый. Она аккуратно пощекотала его бедро: — Эй, не увлекайся. Скоро все придут. — Ой, ты серьезно? Если я чувствую себя студентом рядом с тобой, это не значит, что я теряю связь с реальностью. Эспер, мы всегда можем послать все к чертям. Легкое покашливание заставило их развернуться, не расцепляя объятий. — Простите, что отвлекаю, но мы уже пришли. Драко сильнее стиснул жену в объятиях: — Не думал, что когда-то такое скажу, но Уизли, я так рад тебя видеть. Гермиона качнула головой: — Мы пока осмотримся. — Конечно-конечно. И Ричарда возьмите с собой. Наверняка все хотят его поздравить, — сказал Малфой, уверенно закивав. Эспер подмигнула подруге, после притворно закатила глаза, несколько раз тихо вздохнув. Девушка понимающе усмехнулась, направляясь в сторону дивана. Когда в гостиной поместья нового рода Малфоев остались только их хозяин и хозяйка, его глава плавно развернул девушку к себе: — Поставь мою любимую. Уголки губ под винной помадой приподнялись. Вынырнув из любящих объятий, она подошла к высокому шкафу. Ноготок перебрал тонкие коробочки, находя нужную пластинку — «Chris Isaak - Wicked Game». Эспер установила ее на место предыдущей. Игла коснулась винила, запуская нужные ноты. Воздух наполнился новой мелодией. Узкие плечи последовали ее зову. Она медленно подняла руку вверх, запуская движения в бедра. Его длинные пальцы, с годами ставшие только сильнее, притянули черный корсет. После они закружились в очередном танце, пристально наблюдая за зрачками друг друга. — Ты осознаешь, что это происходит с нами? — Эспер с улыбкой прижалась ближе к его груди. — Я когда-то уже говорил, что твое существование для меня до сих пор загадка. — О, Салазар. Прекращай. Иначе я правда поверю, что ты до гробовой доски собрался любить меня. — Пора уже принять как факт. С минуту гостиную наполнял лишь монолог пластинки. — Драко, ты самый сильный человек из всех, кого я знаю. Ты сделал много и даже больше. Твоя душа уже нашла смирение, но я бесконечно ожидаю момент, когда она найдет утешение. — Уже хочешь отправить меня на тот свет? — Дурак, я не об этом. — Я понял, милая. Он поцеловал ее, наверное, в юбилейный миллионный раз и направил их тела к большому ореховому столу. — Как ты это делаешь? — легким движением он усадил жену на глянцевый край. — Что делаю? — Как у тебя получается с каждым годом становиться лишь прекрасней и соблазнительней? Или это все-таки приворот? Драко медленно поднял мягкую ногу за щиколотку, выпрямляя ее полностью, устремив шпильку в потолок. — Вот что это такое? — Мой приворот, — Эспер кокетливо пожала плечами. — Прости, дорогой. Улыбка коснулся его губ, а они, в свою очередь, тонкой кожи. — Никогда за такое не извиняйся. Чуть грубая рука освободила ее спину от платья. — Миссис Малфой, у меня к Вам новость, — проговорил он в губы, резко придвигая женские бедра к своим. Эспер на секунду разъединила нарастающий по температуре поцелуй: — Что такое, мистер Малфой? — Я сейчас безумно хочу свою жену. — Невероятное совпадение. Я сейчас тоже очень сильно хочу заняться любовью со своим мужем. Ткань юбки стремительно подлетела. Тот, кто был к этому причастен, с ухмылкой впился пальцами в мягкую плоть. — Ты же в курсе, что я за эти годы ни разу ни о чем не пожалела? — Если бы ты такое сказала вслух, я бы точно запомнил. — Так вот знай. Судьба сурова, но милосердна над нами. За что я ей благодарна. — Грязнокровка... Эспер засмеялась в его шею, услышав это обращение: — О, все. Он невообразимо меня хочет! — Ненавижу тот день, когда ты раскусила эту мою слабость. — А я его обожаю. Терпкий, страстный поцелуй потерялся между их губ. Магическая игла в очередной раз запустила песню, а Драко — свои руки в кружева. Казалось, даже цветы в клумбах за окном стали краснее от манипуляций этих двоих друг с другом. — Этот дом в каждом своем кирпиче, ступеньке, резном элементе — все пропитано тобой. Ты — его душа. Ты — мое сердце. Ты стала моей последней надеждой. — И я тут счастлива. Слышишь? Он спрятал в свои крылья ее грациозное тело, укладывая мокрые лопатки на стол. Крис чувственно протягивал последние слова песни. Только Драко и Эспер привычно пропели ее по-своему: И мы рискнем сохранить это навечно. Эспер от фр. «Espoir» — Недежда. Дёрнэр от фр. «Dernier» — самый поздний, последний. Элис от греческого «ἀλήθεια» — истина. Ричард — лидер, могучий, смелый. Одно из самых популярных и значимых имен для английской аристократии и Англии в целом. Дэос от. исп. «Deseado» — желанный. Антелла от фр. «Intelligent» — умная.