Живой Отель

      Я мысленно зевнула и поудобнее устроилась в мозгах этой странной, будто бы неживой, девицы. Сорри, подружка, но головокружение у тебя может быть и от моего молчаливого соседства.              Ну вот, занесло меня опять во сне в чью-то голову! Я не специально! Честно.              Вообще, я люблю подсматривать интересные истории. Всё лучше, чем спать без сновидений. Но подобные сны, когда я смотрю чужими глазами, для меня чаще кончаются просто просмотром этакого «кино».              Брать над девицей контроль не хотелось. Осознанные сны я люблю, когда прям целиком оказываюсь, так сказать, самой собой в том месте, куда меня занесло во сне. А так... Ну, буду надеяться, что у них произойдёт хоть что-то интересное, пока я не проснусь.              Я остро чувствовала желание этой девицы найти некую подсказку. И прийти куда-то первой... Может, меня затянуло к ней в голову потому, что она просит помощи? Ну... В принципе, может, и помогу, чем смогу. Правда, я пока ещё не знаю, чем, и стоит ли тебе, дорогая, помогать.              Хотя, если уж так присмотреться, это не человеческая девушка, а какое-то существо гуманоидной формы. Либо личины. Кто именно? Пока не понять. Оборотень? Метаморф? Демон? У неё какой-то энергетически заряженный браслет, маскирующийся под часы. Может, человеческий вид, это и вовсе — проекция? М-да, с такого ракурса неудобно... Да и зеркало мне тут не поможет. Увы, ввиду того, что для меня это лишь сновидение, причём, с просмотром из чужой головы, восприятие реальности у меня сейчас исключительно такое же, как и у самой вот этой девицы, да и то может быть несколько искажено.              Я спокойно продолжала наблюдать за небрежной раскладкой вещей, освежением после дороги, нервным поглядыванием в окно из маленькой комнатушки на два жильца...              За деревьями тенью мелькнула сгорбленная фигура гида, но зрение позволяло его разглядеть. Спешил куда-то на задний двор. К болоту.              Девица снова ругнулась. Так называемая «сестра» ещё не вернулась из душевой, которая была всего одна на этаж.              «Записку ей, что ли, оставить?» — хмыкнула девица про себя, мигом обулась в походные сапоги вида «говнодавы», схватила куртку и тихонько выпорхнула из окна второго этажа. Приземлилась мягко, пружинисто, и будто б чуть замедлилась ближе к земле.              Не... Не оборотень. Они левитировать не умеют...              Хотя... пофиг.              Ммм... Азарт. О да! Волнение и азарт так и пышет от этой девицы, хоть ешь их! Но я не хочу вредить моему проводнику по сновиденческому развлекалову. Может, потом, из фона поем...              Гид стоит возле огромного, покрытого чёрной смолой, сажей и ещё чем-то неприглядным, колодца. Камни навалены друг на друга так, будто б его специально обрушили взрывом. Среди обломков чернеет скользкий лаз.              Девица осторожно подкрадывается к нему, ступая неслышно, не оставляя следов, почти не приминая травы. Не дышит. Реально, не дышит! Хм... и сердце не бьётся. Так-с, ну что-там у нас... Нежить обыкновенная? Демон, предпочитающий мёртвые тела как одежду? Может быть, некрохимера?              Я тихонько заглядываю в память девицы.              Сложное это занятие, память просматривать. Толком ничего не понятно...              Да она и сама вспоминает. Задание... Она определённо получила задание от сюзерена, либо хозяина найти и доставить нечто. Как же она жаждет найти!              В затылок девицы внезапно упирается ствол.              — Ты же знаешь, что это бессмысленно. Я не сдохну, если мне вышибить мозги. — голос девицы меняется, становится хриплым и низким. Я чувствую разгорающуюся в ней злость и досаду. Вот так вот прошляпить засаду... немногие существа могут к ней подкрасться столь незаметно! А стоящая перед лазом фигура оказалась лишь иллюзией.              — Зато ты замедлишься, а то и вовсе вырубишься на несколько часов, дав мне фору. — я слышу спокойный, и даже в чём-то скучающий голос гида над моим вместилищем.              — А если я убью тебя?              — Создам себе новое тело и продолжу путь. Делов-то...              Девица вполне себе не по-человечески зарычала. А я ощутила знакомую ауру от стоящего позади гида. Дал ей ощутить. Распробовать хищника.              Неужто, сородич? Что ему тут надо?              И что это за девица, что не боится его, и вполне себе готова с ним потягаться? Но сама по виду — другая. Будто б... противоположная. Странные ощущения. Да уж, такие мне ещё не встречались. Любопытно...              Демон-гид отходит на пару шагов, продолжая держать некродевицу на мушке. Я и так уже слышала приближающиеся, нарочито громкие шаги из леса. Нарочно привлекает внимание.              — Ты спятил? Что происходит? Мэнди? Я... я буду звать на помощь!              «О! А вот и «сестричка» подоспела.»              — Прекращай цирк, Дерил, — также спокойно и уверенно сказал гид. — Я знаю, что у вас нет оружия, а по магии вы со мной не сравнитесь. Пройди-ка вперёд, к... сестричке.              Рядом с моей девицей (спасибо, я хоть теперь в курсе, что «нас» зовут Мэнди), опускается Дерил и продолжает болтать. А я отчётливо чувствую, что это вообще какой-то третий вид существ.              — Что медлишь? Раз уж открылся, значит, точно нашёл! Думаешь, мы не найдём способ обойти тебя?              — Да, я в курсе восхитительной регенерации твоего вида, Дерил. Но ты как был высокомерным гандоном, так и остался. Не тесновато в человеческой шкурке?              — А самому не тесно? — буркнул «сестричка».              «Ох уж эти демоны... и как вот мне тебя теперь определять? Я ж привыкла за бытиё человеком, что-таки деление на мужской-женский род-таки что-то, да значит... Хотя и там были нюансы, конечно».              Искатели приключений между тем продолжали перебранку, а я вся сжалась на изготовку. Мне почему-то верилось, что Мэнди и сама сможет выкрутиться, но ведь зачем-то меня затянуло в это сновидение!              Пока все трое обменивались любезностями, из колодца медленно высунулась мужская рука в плотной куртке, настолько перемазанная сажей, что сливалась с каменной кладкой.              Искатели сработали мгновенно. «Гид» выстрелил в дыру, Мэнди и Дерил бросились бежать. Но их обвило силовое лассо, мгновенно выпущенное из руки демона.              — Дамы вперёд, — гид вздёрнул обеих девиц на ноги и подтолкнул ко входу в колодец. Сам же он взволнованно оглядывался. Выстрел наверняка услышали ближайшие «туристы», а привлекать лишнего внимания ему явно не хотелось.                            Скользкий липкий лаз, пропахнувший чем-то тяжёлым и химическим, миновали споро и оказались в просторной шахте, освещаемой пурпурными кристаллами, росшими на сводах пещеры. Мэнди брезгливо вытирала руки о плотные штаны, без особых надежд на успех. Что бы это ни было, эта дрянь знатно въелась в кожу.              Демон между тем обнаружил небольшие вагонетки, обычно служащие для перевозки отколупнутой породы. Дёрнул верёвки, заставил сестричек погрузиться в ближайшую к спуску.              Ух! Да, скорость у тележки доставляет максимум удовольствия оттого, что я где-то там, и это всё мне всё же снится. Впрочем, вопреки ожиданиям, не так уж и сильно трясло, а световые кристаллы не желали редеть.              Спуск казался бесконечным настолько, что я было подумала, что на этом — всё. Произошёл какой-то сбой, и сон просто зациклится в кошмар с бесконечным спуском.              Но я ошиблась.              С тихим «Пуф!», тележка под нами исчезла, пещера тоже исчезла, зрение тоже исчезло (меня ослепил яркий свет).              Короткое ощущение свободного падения... И мы упали, затормозив перед самым концом, на мокрый камень.              Меня и Мэнди слегка трясло от адреналина, но влага, моментом пропитавшая одежду, отрезвила. Зрение, наконец, справилось с яркостью, и мы обнаружили, что находимся на небольшом, примерно полутораметровом круглом камне, выступающем из воды.              Посерёд океана.              Куда ни глянь — вода и подкатывающие волны. Впрочем, Мэнди это не смутило. Она сразу принялась оттирать налипшую на руки чёрную пакость. И продолжала молча озираться.              Кроме воды и камня было ещё небо. Чистое, пронзительно голубое, яркое. Ни облачка. Ни какого бы то ни было небесного светила.              И её, и Дэрила это обстоятельство явно устраивало. Они знали, куда попали. Но я-то нет!              Как по мне, единственным объяснением случившегося перехода, мог статься установленный внизу спуска портал. Но зачем? Что это за место? Почему нет солнца или чего-то похожего?              Дэрил попробовал спуститься с нашего постамента. Уж не знаю, нащупал ли он рычаг, или произошло нечто ещё.              По воде завихрились несколько водоворотов, складывающиеся в красивый геометричный узор. Камень, служащий нам островком, начал стремительно подниматься. Нас чуть не смыло из-за водяной тяги! Но мы, упав на колени на самый край, стали наблюдать, как из воды вверх поднимается грандиозное и некогда величавое здание.              Оно состояло из нескольких секций, отделанных светлым, песочно-жёлтым камнем, на котором осела соль и поросли водоросли. Каждая секция оказалась увенчена куполом формы «луковицы», мгновенно принёсшие мне ассоциацию с православным зодчеством. Разве что золота не хватало и шпиля с крестом. В каждой секции располагался ряд окон, но Мэнди лишь мазнула по ним взглядом, и мне не удалось разглядеть, пусты ли они, или, допустим, с уцелевшими витражами.              Мэнди и спутница осторожно соскользнули с нашей площадки, съехав по куполу вниз, едва показалась пригодная для остановки площадка. Не сговариваясь, пошли вперёд. Они за это время не просто не проронили ни слова — даже старались друг на друга не смотреть. Какие бы отношения их ни связывали раньше, сейчас я отчётливо понимала, что больше как бы то ни было помогать они друг другу не станут. Соперники.              Мы миновали несколько дубовых, украшенных сложной ковкой дверей, даже не попытавшись потянуть за кольца. Мэнди то и дело посматривала на край площадки, где о стены били тяжёлые волны, будто б боялась, что они вот-вот накроют нас и смоют в океан. Где-то вдали промелькнул синий острый веерообразный плавник, и за ним показалась длинная нескончаемая чешуйчатая тушка. Морской змей? Но он пока далеко.              Отчего-то ни Мэнди, ни Дерил не ускоряли шаг. То ли их, в отличие от меня, не волновало, что здание снова уйдёт под воду (я во сне как-то, было дело, тонула, и мне совсем не понравилось. Повторять опыт, даже находясь в чужом теле, не хотелось), то ли они отлично знали, что сейчас находятся в безопасности.              Наконец, мы поднялись по парадным ступеням к высоченным воротам. Оба взялись за круглые кольца и постучали каждый своим.              Двери распахнулись, впуская нас в просторный холл с высокими потолками. Тут уже, у меня вырвался удивлённый вздох. На Мэнди и Дерила же зрелище не произвело никакого впечатления. А я, действительно, обомлела.              Что я ожидала?              Что будет мокро... Ну, этакое выползший из-под воды дворец, внутри которого обнаружатся поросшие кораллами залы с трепыхающимися в лужах неудачливыми обитателями глубин, не успевшим выбраться вовремя.              И что же на деле?              Беломраморный холл. Уютные бежевые диванчики. Аккуратные столики из дерева, на которых стоят недоеденные куски пирожных, и таблички вида «это место занято, посетитель скоро вернётся». Вся еда аккуратно накрыта хрустальными клошерами, напоминающими по форме купола крыш этого... отеля? Стойка регистрации оказалась совершенно пуста. А вот рядом с ней стояла доска объявлений.              Взгляд Мэнди задержался на ней.              «Правила заселения. Заселиться может любой...» — глаза быстро скользили по строчкам, будто б она уже знала текст, и я просто выхватывала отдельные фразы, не успевая прочесть их целиком. — «Оплата не требуется... Любое на ваш вкус... Запрещено убивать гостей... Отель может устранять постояльцев в случае...»              Я уже не знала, как и реагировать. Мэнди тем временем обратилась на пустую стойку регистрации и попросила её заселить.              Приятный бархатный голос портье зазвучал, казалось, отовсюду. Я поискала глаза динамики, энергетические сгустки озвучки, навскидку прикинула невидимость владельца голоса... Но не могла обнаружить ровным счётом ни-че-го. И никого.              При этом слух постоянно улавливал звуки ударов и дробящей плитки. Ремонт?              Наконец, процедура была закончена, витиеватый кованый ключ от номера материализовались на стойке. Мэнди взяла его и отправилась вверх по ближайшей витой лестнице.              А когда её рука коснулась перил, на меня обрушилось столько эмоций! Безграничная тоска, усталость, отчаяние, страх, злость, ненависть, безмолвный крик о помощи! И, главное, как это знакомо! Вот этот вид... Как бы с ним поговорить... самой? Чего мне стоило сдержаться и не обнаружить себя!              Но я держалась. Я не хотела, чтобы Мэнди меня обнаружила.              Она же зашла в уютный светлый номер. Скинула с себя всю замызганную одежду на пол, и та незамедлительно исчезла.              — Ваша одежда будет очищена и выглажена. Мы гарантируем сохранность и исправность всех вещей, забытых в карманах. Вы обнаружите свои вещи в гардеробе по пробуждению. Приятного времяпровождения.              Принять душ, сходить по нужде... Взгляд Мэнди безэмоционально зацепился за слегка подтекающий унитаз. А меня же окатило жгучим стыдом, горечью, усталостью и страхом от этого Здания.              Прежде чем лечь, Мэнди достала несколько устройств, расставила их по краям двери. Активация запустила световую сетку. Проверка, набор нового кода... Затем переместилась к окну и мазнула взглядом вниз. Фигура, бредущая к главному входу, оказалась досадливо знакомой. Гид. Отчего он так задержался? Взгляд различил кровавые пятна, пропитавшие его одежду. Даже не попытался их магией смахнуть, хоть и мог. Показушник. Понятное дело, откуда. Когда в лесной отель прибудет следующая группа туристов, наверняка кинуться наперебой звонить в службы спасения или полицию... если от отеля вообще что-либо осталось, а то мог и сжечь. И проход мог взорвать, чтобы больше никому не досталось...              В любом случае он не сможет приступить к поискам, пока не пройдёт все протоколы заселения. А значит, нечего переживать. Мэнди с некоторой досадой сбросила с себя белый халат и улеглась в кровать.              — Позволите начать процедуру пункции?              Мэнди недовольно поморщилась, но кивнула. В её затылок мгновенно воткнулась тончайшая игла, впрыснула седативное, и её разум быстро погрузился в сон.              Не могу сказать, что мне понравилось то, что с её телом делали дальше. Если коротко, процедура взятия биоматирала и для согласившегося-то обычно не слишком приятна. Но я-то своё согласие не давала! И я, в отличие от носителя, ещё не в отключке!              «Не хочу! Мне это не нравится! Мне неприятно! Эй!»              Разум Мэнди спал. Тело, накаченное неизвестными мне веществами, отказывалось подчиняться. Но вот мне, наконец, удалось пошевелить пальцем и открыть глаза. Пока ещё, глаза моего носителя. Выбраться из её тела и сменить ракурс обзора не удалось. Да и ладно. Зато смогу отползти от игл.              ...              Смогла бы отползти от игл, если бы не оказалась пристёгнута к кровати широким обручем поперёк грудины и посерёд бёдер.              Благо, процедуры продлились недолго. Иглы втащились куда-то в кровать прям сквозь простыни, будто бы это была лишь иллюзия ткани. Обручи разжались и выпустили тело Мэнди из тисков.              На прикроватной тумбочке мигнул будильник. «Отель» заботливо установил время пробуждения.              Не желая засыпать в этом странном месте внутри разума неизвестного, технически не совсем живого существа, я заставила себя (точнее, себя вместе с телом Мэнди), сесть.              И тут же ощутила эмоциональный отклик от здания. Любопытство. Удивление. Досаду.              — Дать вам ещё седативных? Вероятно, вы желаете отдохнуть с дороги? Я всё равно не могу выпустить постояльцев в общие залы до истечения положенного времени карантина. Эти меры для вашей же безопасности, — скучающе и измученно отчитался голос заученной фразой.              Я уверенно мотнула головой. Ещё порцию седативных я категорически не хотела.              Набралась сил. Пошатываясь, присела. Коснулась ладонью стены.              Так и есть. Густой, энергонасыщенный фон. Живой.              — Ты — одухотворённое здание? — хрипло прокаркала я, преодолевая вязкость.              Каким же всплеском эмоций меня окатило!              Кто или что бы это ни было... Да оно охренело! От радости. От него повеяло такой отчаянной надеждой! И такой измученной тоской!              — Вы — первый, кто на самом деле заговорил со мной за многие годы. Но вы — не та особь некрохимеры, что сидит в номере. Кто же вы? И нет, я — не одухотворённое здание, хоть мой дух и пропитал эти стены.              — Дитя Хаоса, — честно ответила я, продолжая поглаживать узоры на дорогих обоях.              И этот дух... испугался. Заметался. Но ощущала его желание продолжить разговор. Он слишком долго был один.              — Почему вы находитесь в теле этого существа? Это не по протоколу. Я не могу в таком случае принять вас как постояльца.              — И что же ты со мной сделаешь?              — Я не могу ничего с вами сделать, пока вы находитесь внутри стороннего объекта.              И тут я задала вопрос, который он никак не ожидал услышать от существа моего вида:              — Чего ты хочешь?              Сколько образов мне хлынуло в разум! Горечь от предательства. Беспомощность. Обида. Желание отомстить. Страх, что ЕГО выкрадут или уничтожат. Его... Кого — его?              Перед глазами возник образ. Совершенно равномерно рыжий, словно огненный, кристалл с острыми краями по оси, и буграми естественного происхождения. Сколько же энергии в нём!              Пол дрогнул. Здание стало погружаться под воду. В стёкла ударили волны. Перед моим взглядом возникло чешуйчатое кольцо морского змея и скрылось из виду.              — Не беспокойтесь, внутри вы — в полной безопасности. Погружение под толщу воды — защитный механизм. Океанические существа не смогут проникнуть внутрь. Уровень кислорода достаточный для комфортной жизнедеятельности.              — А если на меня захочет напасть кто-то из постояльцев?              — На территории запрещено наносить умышленный вред постояльцам. В случае нарушения и прямого причинения вреда, протоколом мне разрешено устранять агрессоров.              — Устранять?              — Убивать.              «О как... Зато честно».              — Расскажи мне. Что случилось? И всё же, чего ты хочешь?              И он рассказал. Вернее, вновь показал образами. Я словно вскрыла болезненный нарыв своим вопросом. Он показывал, а я продолжала гладить стену, чувствуя, что он млеет под моими прикосновениями. И жаждет, чтобы я осталась. Чтобы я смогла найти то, что ищут они все. Но молил меня не забирать. Его дух вопил мне в разум и умолял: «вступи в права»!, содрогаясь от страха, что он доверился хаоситу. Жест отчаяния. Его желание. Его выбор.              Его доверие предали. Его идеалы растоптаны. Его жертва запятнана насмешкой.              Он был молод, амбициозен и очарован Величием Владык. Стать Хранителем — великая честь. Его избрали среди бесчисленного множества кандидатур.              Исключительный энергетический потенциал. Выдающиеся аналитические и военные способности. Феноменальная память. Гибкая психика. Преданность идеалам.              Отбор на роль Хранителя шёл несколько лет. Кандидатуры отсеивались один за другим. Кто-то не прошёл испытания. Кому-то не хватило терпения и смелости, и они сами отказались продолжать борьбу.              Он всё прошёл.              Одетый в белые богатые ткани, он взошёл к амвону[1], ожидая акколады[2].              В абсолютном доверии возлёг на каменный алтарь.              Сие таинство было из редчайших. Он не знал, как именно его проводят.              На всё тело надавил воздушный пресс. Возможно дышать, но невозможно пошевелиться.              Верховный иерофант[2] достал из рукава изогнутый ритуальный бурин[4]. Кровь побежала по желобкам алтаря, составляя геометричный узор.              Сначала кожа. Затем плоть. Следом — органы. Кости.              Он даже помнит, как его нервы, подвешенные на энергетические силки, вздымались от остатков его тела подобно фантастическим ветвистым растениям.              Чудовищная боль. Всепоглощающий страх.              Зачем жрец оставил ему глаза? Смотреть, как его самого разбирают на части?..                            Я не перебивала его, понимая, как долго он в себе это копил. Как ему хотелось выговориться. Мне удалось встать, и я прошлась по номеру, то и дело касаясь стен. Лелея, сочувствуя, успокаивая.              Мне уже доводилось слышать подобный истории от знакомых ритуалистов. Иногда подобные жертвы были... оправданы. Иной раз же они сами спасали с алтаря вот таких же, неудачно попавших под жребий, существ.              Сейчас было бессмысленно разбираться, насколько цель оправдала средства. Одно было ясно, дух жертвы, как и разум, остались целы. Под вопросом — что стало с душой. Пока было неясно, не коснулось ли его сумасшествие от пережитой пытки и от такой вот трансформации.              Во что же его превратили? В источник? Я явственно ощущала, что он привязан к этому кристаллу. Хранитель. Действительно, в этом ему не наврали. Да и после преображения, он смирился с пережитым. Оправдал их перед собой.              И после многих сотен лет верной службы случилось предательство. Не вдаваясь в подробности — измена. Протоколы защиты не позволяли уничтожить зачинщика бунта, но позволяли закрыться и не допустить предателя к ядру.              В отместку, зачинщик, имея доступы, перепрофилировал его в этот «отель» и пробил брешь в защите. Но воспользоваться не успел. Несчастный случай, спровоцированный его же «союзником». Увы, или к счастью, союзник за протоколы, что говорится, «не шарил». Помыкавшись несколько лет в попытках раздобыть ядро самостоятельно, разозлился, да и выслал координаты ничейного ядра по известным ему адресатам.              И с тех пор здесь — проходной двор.              Защита оказалась достаточно надёжной, чтобы уберечь ядро от нахождения. Но протоколы не позволяли закончить эту игру в «найди клад».              Я дослушивала, уже лёжа в кровати, предчувствуя скорое пробуждение. Неловко получится, если девица-некрохимера очнётся, внезапно упав посреди номера...              И весь рассказ сопровождался желанием прекратить поиски, вырваться из бесконечного цикла и обрести хозяина. Пусть и идея встать под покровительство демона хаоса его ну очень пугала...