Время не лечит

«Я хочу кричать,

Внутри меня печаль.

Я выжат, как мочало,

Говорю с молчанием.

Это что-то означает?»

GONE.Fludd — «Каменный мешок»

Звенящую тишину холодной комнаты прерывает звон разбитого стекла.  Мигрень отдает пульсацией в виски, отбивая желание просыпаться. Холод из открытого окна расстилается по полу, окутывая босые ноги, забирается под футболку, чем влечет за собой ряд мурашек.  Горло пересохло, шея ноет, правая онемевшая рука отказывается нормально функционировать, а маленькие иголочки бьют под кожу, будто под ней кто-то шевелится.  Открывает сухие глаза.  — Блять, — глухое и раздраженное срывается с потресканных губ.  Выпрямление спины сопровождает мерзкий хруст позвонков. Подпирает левой рукой голову, глазами медленно спускаясь на светлый пол. Изучает силуэты мелких осколков единственной в квартире вдребезги разбившейся кружки.  Трет красные глаза, а к горлу подступает ком. Как же он ненавидит приступы мигрени, сука.  На ватных ногах, с соответствующим звуком движущихся колесиков, поднимается с игрового кресла. Падает на колени, как только заходит в ванную комнату, и резким порывом вываливает содержимое желудка в санузел.  Горло неприятно жжет от потуг, а на губах все еще остался мерзкий привкус желчи.  Сплевывает,  опираясь дрожащими руками на мраморную раковину. Окутывает лицо ледяной водой, отдающей металлическим запахом подземных труб.  Поднимает глаза. Пытается вернуть поплывшее зрение. Ужасается собственному внешнему виду: светлые волосы взмокли от выступившего на лбу пота, брови нахмурены, потухшие глаза, почти не отражающие бликов света, проникающего из коридора, кажутся почти черными, губы жадно хватают воздух, пытаясь наполнить пустующие легкие.  Капли воды стекают по подбородку на белую футболку, оставляя на своем месте лишь мокрые пятна. По телу пробегает электрический ток.  Дергается.  Шум в голове постепенно утихает, дыхание становится более ровным, грудь вздымается реже, а мозг обрывками начинает транслировать воспоминания.  — Какого хуя, — выдыхает, едва открывая бледные губы. Голову все еще немного кружит, но дрожь пальцев отступила. Слегка покачивается по пути до кровати.  Падает спиной на скомканные простыни, прихватив перед этим со стола телефон. Яркий экран обжигает сетчатку, заставляет сощуриться, автоматически снизив яркость на минимум.  Суббота, 18 октября 3:57 Пальцы открывают рабочий стол телефона, шустро ищут строку поиска. Звук клавиатуры неприятно бьет по вискам. Ежится, переводит айфон в «Бесшумный режим».  «что значат долгие сны, ведущиеся от твоего лица и человека, которого ты не знаешь?» Запрос обрабатывался ровно три секунды, после чего чат с нейросетью выкатил огромный текст, в мельчайших подробностях объясняющий такого рода сны.  Глаза первым делом цепляются за строчку «Связь с будущим или прошлым».  Глотает вязкую слюну, прикрывает глаза. В голове — ряд невнятных картинок: универ, Андрей, такси…  «Саш, прошу, будь осторожнее». Распахивает глаза.  С чем? Быть осторожнее с чем?  Как мозг вообще смог выдумать такую проекцию, наполовину заполнив ее несуществующей информацией? Андрей бы никогда не сказал такого.  В этом сне было странно абсолютно все: начиная от того, что блондин, блять, не учится на менеджменте, а математику нахуй не переваривает, заканчивая тем, что он, блять, ни разу не участвовал ни в каких мероприятиях. И препода по экономической теории у них такого нет, и отличником он никогда не был, и в цветочном магазине не работал.  Но единственная деталь, непрерывно сопровождающая весь липкий сон, — его прошлое. Оно мелькало на фоне пейзажей, взаимодействия с неизвестными ему людьми, проживания жизни от лица одного из них. Саша там был не собой. Будто образ, собранный из частиц рандомных черт характера и внешности, часть из которых ему даже не присуща или потеряла свою актуальность очень давно.  — Бред ебаный, — блокирует смартфон и откидывает его на покрывало в сторону.  Повезло, что паническую атаку смог остановить. Хотел забыть об их существовании как о страшном сне, только вот этот самый «страшный сон» и спровоцировал приступ вновь, возродив утаенную в груди панику словно по щелчку пальцев.  Мозг не до конца осознает, точно ли в правдивой реальности он сейчас находится. Страх мелькает фоном, а в голове в хаотичном порядке проносятся картины мест, пройденных блондином во сне. Ему ничего из этого не знакомо. Он не может вспомнить названия улиц, города или время на часах. Все смешалось в одну серую массу невнятных образов, наверняка даже не существующих. Трель будильника заставляет вздрогнуть. Открывает глаза, тянется к смартфону, отключает бесящий будильник. На часах пять утра, а значит — пора подниматься и идти в зал.  Босыми ногами вновь плетется к ванной комнате. Умывается, пытаясь собственную физиономию хоть каплю сделать похожей на человеческую. Холодными струями воды смывает костюм липкого страха.  Завтрак пропускает: в горло точно сейчас ни крошки не полезет. По пути до зала покупает кофе, который даже не допивает, выбросив наполовину полным.

***

Спорт всегда был неотъемлемой частью Сашиной жизни. Помогал отвлечься от домашних проблем, забыть об учебе и упасть в большие лапы адреналина и растущего тестостерона. Дофамин, сопровождающий конец тренировки, всегда рождал удовлетворение внутри, пока блондин лежал на полу, пытаясь восстановить сбившееся дыхание, ощущая, как приятно ноют забитые мышцы. В детстве роль спорта сначала занимал футбол во дворе, затем секция  тхэквондо, которое с приходом экзаменов сменилось на обычный поход в зал и силовые тренировки.  Музыка в наушниках, жим гантелей до тряски в кистях и присед до судороги ног — то, что помогло блондину выйти из пиздецового периода в жизни. Контроль дыхания помогал выгонять мысли с каждым шумным выдохом, а в голове становилось пусто. Мозг перестраивался на боль в мышцах и планирование следующей тренировки.  Но сегодняшняя не шла так успешно, как все предыдущие. Мало того, что людей было дохуя, несмотря на раннее время, так еще и руки не слушались. Мышцы забились еще на втором подходе молотков с гантелями, а перед глазами начали мелькать цветные пятна.  Усаживается на скамью в раздевалке, затылком упирается в железный шкафчик. С плеча свисает белое полотенце, которым Саша вытирает выступивший на лбу пот. В помещении пахнет терпким запахом мужского дезодоранта.  — Пиздец, а не день, — раздраженно шепчет, прикрывая глаза.  Пальцы неприятно зачесались под кожей, желая ощутить между собой тлеющую сигарету.  «Какого хуя?» — приходит в голову быстрее, чем Саша успевает выйти на холодную улицу и пойти в местную курилку.  Горло предательски вспомнило привкус дыма, а в ноздри ударил его запах. Распахивает глаза, осматривая раздевалку — никого. Лишь сумки и закрытые шкафчики. А еще неприятный запах хлорки, совсем недавно вымытых полов. В руке не тлеет сигарета, а легкие не обволакивает дым.  Саша и не помнит, когда последний раз испытывал желание возобновить курение. Не хочет вспоминать причину, из-за которой вообще взял первый раз в руки сигарету, как долго мучился, пытаясь избавиться от этой медленно убивающей организм привычки. Вообще не хочет вспоминать то время, но не функционирующая сегодня нормально голова с каждой секундой все больше и больше забивалась именно такими мыслями.  Запах сигаретного дыма Саша ощущал рядом, сколько себя помнит. Когда он был совсем мелким, отец постоянно курил крепкий табак прямо на кухне, отчего мебель и пошарпанные обои пропитались им насквозь. Когда тот ушел к другой семье, бросив жену с пятилетним ребенком на руках, курить начала уже мама. Благо, хотя бы выходила на балкон. А позже, в одиннадцатом классе, начал курить уже сам Саша. И всегда сигареты ассоциировались с тревогой, а вернее — с попытками ее предотвратить и заглушить.  Поэтому каждый раз, когда запах сигарет попадает в ноздри на улице или в компании друзей, Сашу передергивает, а в голове проносятся обрывки прошлого.  С чем блондину повезло в этой ситуации, так это с другом. Несмотря на то что сам Андрей является курящим человеком, он абсолютно понимает позицию бросившего это занятие друга и никогда не курит при нем. А если и выдается время на перекур во время пар, то тщательно вымывает руки с мылом и постоянно таскает с собой стойкий одеколон. Поднимается со скамьи резче, чем планировал, из-за чего голова вновь идет кругом.  Тошно.  Почему все опять идет по пизде в тот момент, когда только начало налаживаться? Когда закончится этот ебаный круг бесконечного хаоса, утихающего только на короткий миг?  — Сука.  Хватается рукой за металлический шкафчик, предотвращая падение. Крепко зажмуривается, пытаясь остановить возникшее головокружение. На скамье начинает вибрировать телефон.  — Да блять! Хоть что-то пойдет сегодня по-моему? Дрожащими руками поднимает трубку смартфона, подносит его к уху.  — Саныч, здорово! — звонкий голос друга в динамике помогает на каплю быстрее прийти в себя, а пелена дереализации постепенно начинает рассеиваться. — Знаю, что не спишь. Помощь нужна.  Прокашливается, смачивает высохшее горло.  — Здорово, — голос будто чужой, сам же ежится от скомканного произнесенного приветствия. — С чем?  — Парыч, все окей? — в голосе друга проскальзывает беспокойство. И Саше от этого становится спокойнее. — Да, просто не выспался.  Открывает свой шкафчик при помощи силиконового прочипированного браслета на руке. Достает сумку, открывает ее, наблюдая, как шустро бежит собачка на молнии.  — Ладно. Сможешь сегодня ко мне заскочить?  Если Александр сегодня останется один в квартире, то точно сойдет с ума. Если еще этого не сделал.  Усмехается собственным мыслям.  — Без проблем. — Кайф, жду.  — Давай, — блондин сбрасывает и обратно усаживается на деревянную скамью.  Стягивает кроссовки, меняет их на уличную обувь, закидывает в сумку и быстрым шагом покидает раздевалку, не желая еще хоть на минуту оставаться в ловушке ее белых стен. 

***

Улица встречает холодным ветром, бьющим в лицо, и мелким дождем, образующим лужи под ногами. Листья, опавшие с деревьев, смешиваются в однородные кучи с грязью. Александр ежится от холода, натягивая шапку на голову.  Шагает, почти не смотря под ноги, вдоль больших дорог. Идти до дома смысла не видит: не хочет туда возвращаться сегодня вообще. А раз друг предложил прийти к нему в гости, значит, наверняка будет уламывать на ночевку, как делает обычно, и сегодня Саша точно не сможет отказать. А если Андрей не предложит ночлег — пойдет куда угодно, лишь бы не в сторону своего района.  Поднимает голову, заметив глубокую лужу под ногами, растянувшуюся вплоть до проезжей части. Но не успевает сделать и шага, как рядом проносится автомобиль, по ощущениям на скорости всех двухсот лошадиных сил, и Парадеева чуть ли не с головой окутывает холодная грязная вода.  — Мудак! — кричит уезжающей машине вслед.  Отходит дальше от дороги, осматривает мокрые штаны. И так холод терпеть не может, так еще мокрым половину пути идти придется.  — Сука! Ну что за день уебищный?  Еще не выключенные фонари размываются вдали из-за снижения видимости в городе от участившегося дождя. Синее небо, словно завеса, накрывает серые улицы. Саша ускоряет шаг, наконец-то дойдя до знакомых мест. Перепрыгивая лужи, доходит до необходимого подъезда и звонит в домофон. Под противное пищание заходит внутрь, наконец-то скрывшись от ледяного ветра.  — Выглядишь как мокрая собака, — улыбается Андрей на пороге.  Пропускает блондина в квартиру, сразу закрывая за ним дверь.  — Да пока шел, какой-то мудила облил. Сука, кто таким права выдает?  — Сгоняй в душ сразу, чтобы согреться, — Андрей забирает у Саши с плеча спортивную сумку. — Я шмотки сейчас принесу.  Парадеев снимает куртку и вешает ее на крючок в прихожей. Стягивает мокрые кроссовки и, шлепая промокшими носками, идет в ванную комнату. Стягивает грязную одежду, становится под струи горячей воды.  Холод уступает место теплу, обволакивающему все тело с головы до ног. Саша подставляет лицо под капли, ощущая, как мелкими ударами они врезаются в кожу и, стекая по накачанной шее, стремятся вниз. Напряжение постепенно отступает, как и шум в голове. А сама она становится легче, несмотря на намоченные волосы.  Блондин все еще не до конца понимает, правда ли он сейчас у друга и не похоже ли это все на сон, но осознает, что слышит запахи, в отличие от сна. Там обоняние отсутствовало, то есть он не ощущал их физически, как сейчас.  Под расплывающийся по квартире аромат крепкого кофе Саша сушил мокрое тело, скорее натягивая домашние футболку и штаны, любезно предоставленные другом. А после идет на кухню.  — Тебе тоже сделал.  Андрей подвигает кружку ближе к Парадееву, пока он усаживается на стуле напротив. Берет кружку в руки и делает глоток. Горячий напиток растекается в пустом желудке, моментально согревая и оставаясь легкой горечью на губах.  — С чем помочь нужно? Блондин притягивает одну ногу к себе, опрокидывает на нее голову так, чтобы было видно лицо приятеля. — Там не срочно. Подождет, — парень отпивает напиток из своей кружки. — Ты ведь не торопишься?  — Не-а, — тут же выдает блондин. Сегодня он точно не торопится вернуться в стены холодной квартиры и оставаться наедине.  — Отлично, — Андрей расплывается в лучезарной улыбке. — Мы с Ирой вчера в киноху ходили.  — И как?  Александр рад, что в его жизни есть человек, который своими рассказами может скрасить его серую рутину. Кто может поддержать его в любой момент, помочь, если в этом есть необходимость, и, самое главное, — всегда находится рядом. Он столько раз подставлял свое плечо, когда Парадееву казалось, что земля уходит из-под ног и прямо сейчас он замертво на нее свалится. Но Андрей всегда совершал необходимое количество действий для того, чтобы эту самую землю воссоздать из пепла собственными руками, опорой выбив свое тело. Саша неимоверно рад, что друг скрасил этот ублюдский день, пустив в свою уютную квартиру, и снова вытащил его из попытки погрузиться в полчища страха и тревоги в холодных стенах своей.  К вечеру парни переместились в зал, совершенно забыв о том, что изначальной причиной визита Парадеева была необходимая помощь. Но раз даже Андрей про это забыл, значит, это что-то действительно не такое важное. Огни фонарей за окном прятались в каплях, медленно стекающих по стеклу. Шелест взмокшей листвы на деревьях был слышен даже сквозь закрытые окна, как и гул холодного ветра.  — Ну и пиздец на улице творится, — Андрей плюхается рядом на мягкий диван, открывая ноутбук. — Че посмотрим? — Не знаю, — блондин чуть удобнее устраивается на мягкой поверхности, головой опирается на теплую подушку. — Включай на свое усмотрение.  — Как скажешь, — Андрей улыбается, активно печатая название какого-то фильма на клавиатуре.  Саша укрывается пледом, прищуренными глазами пытаясь понять содержание сюжета на экране. Но мозг уже давно спит, не желая переваривать чье-то творение искусства.  Искренне надеется на менее тревожный сон этой ночью и прикрывает слипающиеся глаза.