midnight vixen collection

      — Ну и куда ты собрался? — строгий голос за спиной заставил ноги прирасти к полу. Хисын чертыхается и оборачивается, предварительно надев маску невозмутимости, как будто ничего из ряда вон не произошло. Девушка, стоявшая в дверном проёме, скрестила руки на груди и недовольно смотрела на юношу взглядом неестественно зелёных глаз. Хисын уж было подумал, что это была одна из его самых удачных попыток незаметно выйти из дома, как Джейн ловит его в главном зале. До небольшого предбанника, где находились их уличные вещи и обувь, оставался буквально шаг.              — Я ненадолго. Пройдусь немного и вернусь.              — Кажется, мы запретили тебе сейчас выходить из дома, — ведьма отзеркалила невозмутимое выражение лица юноши. Она медленно подходит к обеденному столу, стоящему посреди комнаты и опирается на него бёдрами, не сводя глаз с полуночного неудачливого беглеца. — Чонвон даже объяснял по какой причине сейчас нельзя выходить из дома. И при всём этом ты всё равно решил сбежать?              Хисын устало закатывает глаза:              — Нуна, давай без нотаций, мне не пять лет. Ты мне не мама, чтоб указывать, что мне делать или не делать. — выдаёт парень прежде, чем подумать. Он стыдливо поджимает губы, жалея, что не успел прикусить язык. Слово не воробей, как говорится, но гормоны тоже бушуют. Он чуть отводит взгляд в сторону.              Джейн проглатывает обидную фразу, но на лице её ни мускул ни дёргается, её настроение выдают напряжённые чёрные кошачьи уши. Ей не привыкать.              — Да, — начинает тихо, — я тебе не мама. Твоя мать мертва. Хочешь пойти за ней?              Эти слова звучат как гром среди ясного неба в тишине комнаты. Хисын кусает изнутри щеку, чувствуя как внутри все клокочет от обиды и боли, а ладони сжимаются в кулаки так, что на них остаются следы от ногтей. Жестоко. Очень жестоко, но по-другому с юношей не получается. К сожалению, Хисын сейчас был в том возрасте, когда интерес и бунтарство преобладали над разумом и чувством самосохранения.              Кровавая луна.              Звучит слишком интригующе для того, чтобы не полюбоваться вживую данным явлением. Небо становится черно-черным без единой звезды, а луна постепенно приобретала кроваво-красный оттенок, из-за чего и родилось это название. Повторялось диковинное событие каждые пять лет и длилось всего неделю. Можно было бы с лихвой насмотреться, если бы не определённые обстоятельства и запреты старших. Юноша планировал по-быстрому метнуться до ближайшей возвышенности, откуда открывался бы хороший вид, что на лес, что на стремительно темнеющее небо, посреди которого сиял красный диск луны.              Хисыну в принципе нравилось смотреть на луну. Она завораживала своей красотой, холодностью и отстраненностью. Бездушное небесное светило манило к себе, зовя по имени, будто выманивая из своей норы. Иногда Хисыну казалось, что в голове и вправду звучал чей-то голос.              Джейн вздохнула и оттолкнулась бёдрами от стола, подходя к юноше. Тот всё ещё виновато смотрел в пол, не решаясь поднять голову. Ведьма действительно не приходилась ему матерью, но всё равно бесспорно была одной из ближайших ему людей. Она заботилась и защищала его с того самого дня, когда Чонвон нашёл его в лесу раненным и обессиленным и принёс домой. Она никогда не пыталась заменить ему мать, но точно старалась дать хотя бы толику родительского тепла, любви и заботы.              Девушка обняла Хисына. Тот охотно ответил и уткнулся ей в шею, стараясь не задеть её своими несильно отросшими рожками. Услышав тихий всхлип, Джейн положила ладонь на его затылок, нежно поглаживая кожу и успокаивая мягкими прикосновениями. Парень не был плаксой, но мысли о родителях в миг расклеили его. Внезапное осознание его опрометчивого поведения ударило под дых. Вряд ли бы они хотели, чтобы их единственный сын закончил свою жизнь так скоропостижно из-за своего безрассудства.              — Прости, нуна, я не хотел тебя задеть.              — И ты меня прости, Бэмби. Но давай договоримся, что больше ты не будешь пренебрегать нашими наказами и рисковать своей жизнью. На тебе лежит слишком большая ответственность, чтобы так халатно относиться к себе и своей безопасности.              Она права. И Чонвон прав в том, что запрещает ему выходить на улицу в Кровавую луну. Изменение цвета луны не единственная причина, почему данное явление назвали именно так. Луна влияла непосредственно на всю магию на Земле, держа в балансе светлую и темную стороны. Но с началом Кровавой луны, чаша весов склонялась в сторону зла, и тогда наружу выходили все тёмные духи и мифические существа, вышедшие прямиком из преисподней. Светлая магия ослабевала до той степени, что добрым духам было под силу лишь защищать себя и свои дома от бесчинств демонов. Грабёж, дебоширство, иногда убийства: демоны играли в свои любимые игры. Для обычных людей данное событие было ничем большим, чем внезапно разбушевавшимся полтергейстом, но если ты хоть как-то соприкасаешься с магическим миром, то всё становится серьёзнее. Чонвон был человеком, но он потомственный колдун и поэтому для него все демонические существа были видимы и то, что они творили — тоже; Джейн же была кошкой-оборотнем и по своей природе была больше мифическим существом, но никак не относилась к нечисти. Эти двое слишком давно вместе и научились справляться с демонами и опасностью, которую те несли. Домик, в котором они жили был надежно построен из материалов отталкивающий лунный свет из-за чего создавался эффект невидимой границы, но впоследствии, Чонвон усилил защиту с помощью магических амулетов и волоса единорога и увеличил безопасный участок до своеобразной придворовой территории дома, попутно поставив дополнительно невысокую ограду и защитив тем самым лекарственный и обычный огороды. Защита хоть и помогала, главным правилом было — это и носа не показывать на улице, тем самым не дразнить нечисть.              К сожалению, Хисын плохо помнит свою первую Кровавую луну, в которой он потерял родителей. Маленький мальчик-перевертыш оставшийся без защиты и дома. Он почти угодил в лапы демона, убившего его семью, но смог улизнуть и уже под утро на следующий день его нашёл Чонвон. Они решили взять его под крыло и заботиться до тех пор пока он не вырастет или сам не захочет уйти. Пара пытается дать ему всё, что требуется для воспитания, но сейчас Хисын подросток. Многие замечания и наказы воспринимаются в штыки или не всерьёз, что-то юноша делает наперекор. И сегодня он решил перейти эту грань. Неизвестно, чем он руководствовался: была ли это юношеская дурость или никому не нужная смелость. Может быть юноша захотел показать характер или то, что он уже достаточно взрослый, но данный поступок больше походил на безрассудный. Хисын не помнит всего, но колдун видел воочию как выглядит лес после каждой ночи при Кровавой луне. Туши убитых зверей повсюду, иногда не только их; бывало колдун натыкался на полуживых эльфов или гномов, переживших истязания нечисти. Чонвон лечил их, помогал как мог, но даже его магии не всегда хватало на то, чтоб защитить всех.       Потому что это не его бремя.       Именно Хисын должен был стать защитником Магического леса. Его отец ранее занимал этот пост будучи Золоторогим оленем. По достижению своей физической зрелости, юноша должен будет принять на себя ответственность охраны леса и его обитателей. Возможно, старшие не так часто напоминают ему об этом, поэтому он и ведет себя так опрометчиво. В силу своей молодости Хисын еще не отдает должного отчета своим действиям и что они будут иметь определенные последствия.              Девушка мягко отстраняется от него и вытирает его мокрые щёки, целуя в волосы.              — Пойдём наверх. Уже темнеет.              Хисын согласно мычит и хлюпает носом, чем вызывает у ведьмы умилительную улыбку.              — Боже, вроде бы уже взрослый, а ведешь себя как будто тебе только пять.              — Мне не пять. — дует губы парень, но быстро осекается, понимая как по-детски это звучит со стороны. Он чуть краснеет.              — Ладно, ты иди, я сейчас подойду. Умоюсь только. — Джейн чуть прищурила глаза, но кивнула.              — Только попробуй улизнуть. — пригрозила она и скрылась наверху. Хисын проводил её взглядом и подошёл к раковине. Набрав немного воды, он сполоснул лицо, протирая глаза. Стоя акурат возле окна, где находился умывальник, парень невольно посмотрел на ночное небо еле-еле проглядывающее через густые ветки. Где-то там кровавым цветом уже наливалась луна.              Хисын.              Юноша мотнул головой. Снова чудится. Быстро воспользовавшись полотенцем, они ретируется с зала, попутно туша свет. Наверху его ждала нуна, читающая книгу по зельеварению, удобно пристроившись на диване. Чонвон сидел за своим столом и вел какие-то записи, изредка поправляя очки. Можно сказать семейная идиллия, которую Хисын сегодня подверг опасности. Сев рядом с нуной, юноша утыкается носом в её плечо, бегая глазами по строчкам книги. Спустя пару минут, он не замечает как засыпает.              Хисын.              ×××              В гуще леса уже слышны крики и гомерический смех. Нечисть вышла наружу и во всю бесчинствует. Неподалеку от домика колдуна вокруг ветвей многовекового дуба витает сгусток чёрного дыма. Нечто плавно огибало ветви, лавируя между ними и играясь с листвой. Оно не покидало определенной высоты, будто чего-то выжидая. Еще с несколько минут так и продолжалось, пока домочадцы не начали готовиться ко сну. Стоило погаснуть свету в доме, чёрное облако резко падает вниз и уже на земле принимает форму человека. Обманчиво невинные голубого цвета глаза внимательно смотрят на темноту в окнах, пытаясь разглядеть лишнее движение, но к сожалению незнакомца там уже все легли спать. Демон хмурит брови и чертыхается. В красном сиянии луны бликовали самоцветы на небольшом кинжале, с которым он игрался, ловко перебирая между пальцев.       «Почти получилось», думает он, поправляя остриём кинжала блондинистые вихры. Демон ещё немного вглядывается в темноту окон, улыбается своим мыслям и скрывается в лесной чаще.              Когда-нибудь я доберусь до тебя, Бэмби.