Свет напротив

POV Евгений Онегин — Жень, здравствуй! — Восклицает Оксана, как только я открываю дверь. — Было предсказуемо, что Иван Анатольевич пошлет именно тебя, чтобы показать нашей новой ученице школу. Я уже было открыл рот, чтобы ответить, но слова застряли где-то в горле, потому что рядом с Оксаной стояла девушка, которая сразу привлекла к себе мое внимание. Она буквально выбила из головы все мысли, которые были там секунду назад. На первый взгляд в ней не было ничего необычного. Светлые волосы были собраны в длинную косу, которая мирно покоилась на плече. Простая белая футболка подчеркивала загар, оставшийся после лета, а темная джинсовая юбка открывала относительно стройные ноги. Ничего необычного. Абсолютно ничего. Именно поэтому я не мог понять, почему сердце вдруг ударилось о ребра так сильно. Не просто сильно, слишком сильно. Чем дольше я смотрю на нее, тем сильнее внутри нарастает странное и очень неприятное чувство, которое стало моим спутником по жизни в последние семь месяцев — боль. Так, Женя, вдох-выдох, все как мы учили. Вдох, два, три, четыре. Выдох, два, три, четыре... Мой взгляд непроизвольно скользит чуть выше по ее лицу. Та же светлая кожа, аккуратные и мягкие черты лица, зеленые глаза и тот же блеск для губ, черт его побери. И хотя я понимаю, что никогда в жизни я не видел эту девчонку, она все равно кажется мне до боли знакомой. Напоминает мне о человеке, которого я меньше всего хочу вспоминать, особенно сейчас. Сердце болезненно сжалось где-то под ребрами. Блять. Только не сейчас. Только не снова. Заново проанализировав ее внешний вид, я понял, что она совершенно не была похожа на Аню. У Ани были глаза цвета лазури, на лице была россыпь еле заметных веснушек, более высокие скулы и волосы на пару оттенков рыжее. И даже беря во внимание этот дурацкий блеск для губ, который по цвету точно такой же, как любимый блеск моей девушки, у этой девчонки все равно были другой формы губы, они были тоньше. Я отчетливо вижу все эти различия между ними, отделяю этих двоих друг от друга у себя в сознании, но все равно никак не могу отделаться от ощущения, что передо мной стоит именно она. Будто память и сама судьба решили сыграть со мной эту злую шутку, потому что дело в этой девчонке не только во внешности, а в том, как она сейчас держится. От нее исходит спокойствие и внешне она кажется очень уверенной в себе, но ее выдает тревожный взгляд, которым она осматривает кабинет и меня. Я буквально вижу ее насквозь: она пытается выглядеть сильнее, чем она есть на самом деле. Аня всегда делала точно также, и именно это меня и добило. На секунду показалось, что эти полгода просто исчезли и ничего не произошло. Никаких ночных звонков, реанимации, похорон, моря слез, терапии и этого ебучего чувства одиночества внутри. Будто сейчас Аня, увидев меня в кабинете, набросится с теплыми объятиями и поцелуями на меня, а потом еще бросит какой-нибудь язвительный комментарий моему внешнему виду. И все будет как раньше. От осознания я настолько сильно сжал челюсть, что заболели зубы. Нет, передо мной стоит не Аня, а совершенно незнакомая мне девчонка. Нужно срочно брать себя в руки, прямо сейчас же. Поэтому я делаю единственное, что смог научиться делать в последний год — прячусь за свою маску безразличия. Натянув свою фирменную улыбку, из-за которой все считают меня безэмоциональным придурком, я будто сразу успокаиваюсь. Именно благодаря ей от меня все отстали и никто не задавал лишних вопросов. Меня это совершенно устраивало, сейчас особенно. — Да, Оксан, просто я — единственный ответственный человек, который приехал в эту школу так рано и все это из-за тебя. — Начал я, наконец отрывая взгляд от девушки. — Так, Жень, замолчи. — Она бросает на меня злобный взгляд, но я то знаю, что она это не всерьез. — Прямо напротив тебя стоит Таня Ларина, наша новая ученица, сегодня ты покажешь школу ей. Таня значит. Еще и Ларина, ну просто, блять, бинго. Не хватало мне подколов еще и по этому поводу. Что же за напасть такая, за что мне это все? — Более того, я назначаю тебя ответственным за нее до конца августа. — Заканчивает свое предложение крестная, на что я тихо усмехнулся. Вот только мне не смешно. Потому что эта Ларина Татьяна вообще не вовремя появилась на горизонте. Я только-только начал чувствовать себя лучше и научился абстрагироваться от разговоров об Ане, да и в целом от этой темы, как появляется она, настолько похожая на мою Аню, что аж мурашки по спине. Я снова бросаю взгляд на Таню и понимаю, что все более чем серьезно. Следующие несколько дней с ней буду находиться, скорее всего, только я. Кто тянул меня за язык, когда я соглашался с Оксаной на более раннее заселение в этом году и помощь с новыми учениками? Я был уверен, что мне дадут возиться с какими-нибудь малолетками, чтобы я помогал им быстрее освоиться, а мне дали вот это... Ладно, это не должно так сильно меня беспокоить, потому что скоро приедет Фил и все будет как обычно, а еще можно будет ее спихнуть на него. — Окей. — Бросил я Оксане, а затем снова кидаю взгляд на девушку. — Ну что, конфетка, готова увидеть эту школу? Она тут же закатывает глаза и, сложив руки на груди, язвительно улыбается и отвечает: — Думаю да. — Потом она оборачивается в сторону Оксаны и машет ей рукой на прощание. — До свидания, Оксана Львовна, и спасибо за помощь! Она пятится в сторону двери, а я же, в свою очередь, открываю её, пропуская Таню вперед себя. Снова обернувшись на Оксану, я вижу, что она мне подмигивает и показывает руками два больших пальца. Я так и знал, что она что-то задумала. Я прекрасно понимаю, что вся моя семья очень переживает за мое состояние, а особенно Оксана и моя мама, но иногда их методы меня раздражали. А назначение меня помощником для новой ученицы — это не просто "помощь школе", а какая-то садистская терапия с элементами принуждения, чтобы буквально выпнуть меня из зоны комфорта. Мелкая испускает какой-то непонятно-нервный вздох от чего я аж подпрыгиваю на месте, возвращаясь в реальность из своих мыслей. Я невольно улыбаюсь, но потом резко сгоняю это, тряхнув головой. Окончательно выйдя из кабинета, я закрываю дверь и забираю у Тани ее сумку. И тут я решаю выкинуть ей свое фирменное представление: — Ну что же, Татьяна Ларина, давай знакомится. Меня зовут Евгений Онегин. — Я натягиваю на себя самую широкую улыбку, которую только могу и, горделиво расправив плечи, смотрю на неё. Таня в шоке. — Это какая-то шутка, я не могу понять? — Проговаривает она, на что я лишь усмехаюсь. — Мадмуазель, ну какие шутки? — Начинаю я, включая свой, уже привычный "саркастический режим". — Тебе может паспорт показать, чтобы ты поверила? — Она снова закатывает глаза. — Поверь, меня не убедить поддельными документами. — Бросает Ларина, захватывая ручку своего чемодана и шагая в сторону лестницы. — Куда собралась, принцесса? — Я подбегаю к ней, чтобы выхватить у неё еще и чемодан, а то тяжело будет спускаться с ним в одиночку. — В данный момент, господин, я направляюсь в общежитие на поиски своей комнаты, — начинает она, уже поднимая свой чемодан немного над землей, чтобы начать спускаться вниз, — не соизволите ли проводить туда мою скромную персону? После данного действа Вы сможете быть свободны. — Язвительная малая, я ожидал от нее немного другого. — Госпожа Ларина, естественно провожу! — Показушно восклицаю я, забирая у нее еще и чемодан. — Чего не сделать ради такой красавицы! — Ладно, тут я переборщил. — Ох, спасибо огромное! — У нее немного покраснели щеки от моей предыдущей фразы, но она спешит отвернуться от меня и устремляется вниз по лестнице, наверное надеясь, что я не заметил. А я заметил. *** Проходя по дорожке в сторону общежития, я отвечаю на Танины вопросы касаемо учебы и расположения всякого разного на кампусе. — Блин, да я никогда не разберусь! — Восклицает она, вскинув руки, после того, как я рассказал ей, где примерно находится столовая. Тут действительно было легко запутаться, особенно если ты пытаешься обойти это все один. — Да ладно тебе, конфета, я покажу тебе все, не парься. И, так уж и быть, сможешь даже на ужине сесть вместе со мной за столик. Поверь, такая честь доступна не всем. — Усмехаюсь я, поправляя ремешок ее сумки на своем плече. — Ты можешь перестать? — Она кидает на меня недовольный взгляд, я вопросительно изгибаю одну бровь. — Называть меня этими странными кличками? Я чувствую себя собакой бродячей. — А чем тебе не нравится «конфета»? Или ты не любишь сладкое? — Я решаю продолжить бесить ее, это приносит мне небольшой заряд эндорфина. — Люблю, но я тебе не конфета! — Принцесса? — Нет! — Ангел? — Господи боже... — Цветочек? — Ты отстанешь, нет? — Лепесточек? — Я уже устал перечислять всевозможные "клички", но побесить ее мне все еще хотелось. — Ради всего святого, перестань! — Она разворачивается в мою сторону и немного толкает меня в плечо. — Значит сегодня будешь лепесточком. — Продолжаю я, никак не обращая на нее внимание параллельно зевая. — А если серьезно, — начинает Таня, — какая у тебя фамилия? — Решила тему перевести. — Так я серьезно, — отвечаю ей я, снова зевнув, — Онегин Евгений Анатольевич, день рождения —  25 марта 20ХХ года, время рождения —20:34, по знаку зодиака — Овен, остальное, извольте, не знаю.  — Это было... Исчерпывающе. — По-другому не умею. — Хмыкаю я, а Таня погружается в свои мысли. Прекрасно ее понимаю, первый день в новой школе и первого парня, которого ты встречаешь, зовут как героя-любовника книги, имя главной героини которой ты носишь сама. Брр. — Ладно, Татьяна Ларина, ты на каком направлении? — Теперь уже я решаю перевести тему. — История, плюс я взяла факультативы по французскому. А ты? — Она же не серьезно сейчас? — Я, эм, — ступор, потому что я даже не знаю, как мне реагировать на все это. Прочищаю горло и продолжаю, — я на лингвистическом, английский и французский. — Я стараюсь отвечать как можно более спокойно, хотя внутри снова начинает бушевать ураган.  И мы снова возвращаемся к дыханию четыре на четыре. — Все в порядке? — Таня останавливается посреди дороги и смотрит на меня с волнением в глазах. — Ты как поганку съел. — Она кладет свою теплую ладонь мне на предплечье и смотрит мне прямо в глаза, пытаясь понять, что случилось. От ее прикосновения по телу проходит еле ощутимая волна тепла, от чего я дергаюсь. А ведь она даже не подозревает ни о чем, просто пытается быть милой. — Все ок, — бросаю я, убирая ее руку и продолжая движение, — просто вспомнил кое-что очень неприятное, не бери в голову. — Она закатывает глаза, но далее не задает вопросов и продолжает идти. Спасибо, Таня. — Лучше скажи номер своей комнаты. — Девять–восемь–девять. — Отстраненно бросает она, заходя в здание общежития и подходя к лифту. Сердце снова пропускает пару ударов. Не может этого, блять, быть. — Значит, будем соседями. — Это все, на что меня хватает, так как в легких снова будто закончился воздух. *** — Оксана, это нихрена не смешно! — Ору я, как только снова вхожу в ее кабинет. — Какого хрена я узнаю о таких вещах самым последним? — Женя, е мое! — Крестная подскакивает на месте от неожиданности. — Ты бы хоть предупреждал, когда врываешься. — Она встает со стула и идет в мою сторону. — Нет, это ты бы лучше предупреждала, что напротив меня теперь живет Татьяна Ларина, которая учится на историческом факультете и которая очень, я повторю еще раз, ОЧЕНЬ похожа на мою Аню! — Одинокая слеза катилась по щеке, пока я буквально выплевывал свое недовольство Оксане в лицо. Кровь в венах буквально бурлит, а тело не слушается и меня всего буквально трясет. — Боже мой, Женя! — Она обхватывает мои плечи своими руками и смотрит мне в глаза. — Иди сюда, — она приглашает меня в свои объятия, раскрывая руки, — я ничего такого не имела в виду, дорогой. — То ли от бессилия, то ли от перенесенного стресса, я просто утыкаюсь ей в плечо и слушаю. — Не пойми меня неправильно, но мы не могли держать это место и эту комнату пустыми еще год, это не я решаю. — Она гладит меня по спине, от чего я потихоньку успокаиваюсь. — Тем более я не хотела делать тебе больно. Я желаю тебе только всего самого наилучшего, поэтому и смотрела кого будет лучше всего туда селить исключительно по характеристикам. Таня — очень хорошая девочка, мне захотелось сделать ее пребывание здесь максимально комфортным, поэтому теперь она там. Не вместо Ани, а просто на месте прошлой ученицы.  После этих ее слов мы стоим в полной тишине минут пять, если не десять. Я сжимаю ее в объятиях, она — гладит меня по спине. — Какой же я слабак, когда же это все уже пройдет? — Спрашиваю я, наконец выпутываясь из ее объятий. — Милый, все пройдет. — Она снова берет мое лицо в свои руки и вытирает скопившиеся слезы большими пальцами. — И ты — не слабак. Просто надо дать себе еще немного времени. — Я нервно выдыхаю. — Ты, может, хочешь съездить к ней? — Исключено. — Отрезаю я, выбираясь из капкана ее рук. — Я не могу. — Как знаешь, милый. Но знай, если захочешь — сразу говори, я с тобой поеду или мама, если тебе нужна будет компания. — Я киваю, развернувшись в сторону двери. — И про Таню, я уверена, что вы подружитесь, она хорошая девочка, на нее характеристику давал сам Аркадий Валерьевич. — Я за нее очень рад. — Мой голос смягчается, но я все еще чувствую себя на взводе. — Просто будь собой и все наладится. Ты уже проделал огромную работу. — Спасибо, Оксан. И извини меня пожалуйста, что напугал. — Все в порядке, заходи в любое время. Ничего не ответив, я выхожу из ее кабинета. Я понимаю, что эта девчонка правда ни в чем не виновата, но внутри меня бушует огонь и мне нужна разрядка. С этими мыслями я направился в спортзал.