Кэра Поттер. Та, кто помнит

Кэра вышла из спальни и спустилась в гостиную Гриффиндора. Она ещё не успела толком проснуться, но уже услышала шум — толпа первокурсников стояла около доски объявлений, толкалась и галдела. Кто-то радостно пищал, кто-то, наоборот, возмущался. Близнецы и Ли стояли чуть поодаль, наблюдая за этой картиной с лёгкой усмешкой. Увидев Кэру, они помахали ей, и она направилась к ним, чувствуя, как утро начинает окрашиваться в привычные для неё тёплые тона. — Доброе утро, лисёнок, — сказал Фред, приобнимая подругу, когда та подошла к ним. Его голос был тёплым, и Кэра почувствовала, как его забота согревает её даже в это прохладное утро. — Доброе утро, — ответила Кэра, улыбнувшись. Она зевнула и посмотрела на толпу. — Что тут, Мерлин, происходит? — Как мы поняли, у мелких первое занятие по полётам со Слизерином, — сказал Ли Джордан, обводя толпу взглядом. Его голос звучал с лёгкой насмешкой, и он явно наслаждался предвкушением хаоса, который мог бы произойти. — И они, кажется, боятся, что их съедят. Или Малфой — это одно и то же. — Малфой, конечно, ужасен, — добавил Джордж, зевая и потягиваясь. — Но, с другой стороны, он хотя бы развлекает. Я уже предвкушаю его лицо, когда он увидит, что кто-то летает лучше него. — Ты о ком? О Гарри? — спросил Ли с ухмылкой. — О Гарри или о Панси, — ответил Фред, подмигивая. — Оба варианта прекрасны. Я готов заплатить, чтобы увидеть их лица. Особенно когда Малфой поймёт, что он не самый крутой на этом поле. — Ну, не знаю, — сказал Джордж, задумчиво потирая подбородок. — Я бы заплатил, чтобы увидеть лицо Снейпа, когда он узнает, что Поттер летает лучше его любимчика Малфоя. Вот это было бы зрелище. — Снейп вообще не выносит, когда кто-то лучше Малфоя, — добавил Ли, усмехаясь. — Он бы с нас снял сто баллов за то, что мы дышим в его присутствии. Кэра усмехнулась, чувствуя, как предвкушение разливается у неё в груди. Она знала, что Гарри талантлив, и ей было интересно, как он справится со своим первым уроком полётов. К четверке подошли Гарри и Рон. Гарри выглядел возмущённым, а Рон — мрачным. Их лица были красными, и Кэра сразу поняла, что они уже столкнулись с Малфоем. — Вы представляете, у нас первое занятие по полётам со Слизерином, — сказал Гарри, обнимая сестру. Его голос дрожал от возмущения, и Кэра почувствовала, как её брат пытается сдержать гнев. — И этот Малфой уже всех достал. — И с Малфоем, — добавил Рон, скрестив руки на груди. — Всё, мы пропали. Он уже раз триста рассказал всем, что летает лучше всех на свете. Я не выдержу его хвастовства. У меня уже голова болит от его голоса. — Ну, удачи вам, — сказала Кэра, отстраняясь от брата и глядя ему в глаза. — Слизеринцы вам точно покоя не дадут. Особенно Малфой. Но вы не дайте им сесть себе на шею. Покажите им, что вы — не те, кого можно запугать. — Легко сказать, — пробормотал Рон, поправляя мантию. — Ты не видела его лицо. Он смотрит на нас, как на грязь. Как будто мы хуже него. И этот его нос... он так задирает его вверх, что я боюсь, что он упадёт и сломает его. — Малфой вообще считает, что грязь — это мы, — ответила Кэра, кладя руку на плечо Рона. — Но вы не обращайте на него внимания. Покажете ему, кто тут настоящий гений квиддича. У тебя, Гарри, есть талант. Я видела, как ты играл в квиддич в зоопарке. Ты просто не знал, что это называется магией. — Мы будем за вас болеть, — сказал Фред, подходя к ним и хлопая Гарри по плечу. — Если Малфой будет слишком наглым, мы придумаем что-нибудь. У нас есть пара идей для Слизерина. — Например, мы можем превратить его метлу в веник, — добавил Джордж с загадочным видом. — Или сделать так, чтобы она летала только назад. Это было бы забавно. — Или мы можем подложить ему в рюкзак летучую мышь, — сказал Ли. — Тогда он точно забудет о своём хвастовстве. Гарри и Рон пошли на занятие, всё ещё возмущаясь, но уже с улыбками на лицах. Кэра посмотрела им вслед и усмехнулась, чувствуя гордость за брата, а затем повернулась к друзьям. — Ну что, пошли на прорицание? Или будем стоять здесь и пялиться на первокурсников, пока они не начнут драться? — Пошли, — сказал Фред, подхватывая её под руку. — Трелони нас заждалась. Она, наверное, уже предсказала нашу смерть. — Или что мы упадём с лестницы, — добавил Джордж, подхватывая её с другой стороны. — Или что нас съест дракон, — закончил Ли, замыкая их круг. Кэра засмеялась, чувствуя, как тепло дружбы окутывает её, и они направились на урок.

***

Прорицание было одним из тех предметов, которые четверка выбрала просто так — по приколу. Они слышали о профессоре Трелони от старшекурсников и знали, что она была немного... странной. Она постоянно предсказывала смерть, несчастья и катастрофы, и никто не воспринимал её всерьёз. Но именно это и нравилось друзьям. Они могли сидеть на уроке, выдумывать самые нелепые предсказания и наблюдать, как Трелони кивает и записывает это в свой блокнот, будто это действительно было важно. Кэра, к удивлению самой себе, чувствовала прорицание отлично. Её предсказания часто сбывались, но она притворялась, что просто шутит. Мальчикам было сложнее — их предсказания звучали как бред. Фред однажды сказал, что «завтра его сожрёт жаба», и Трелони серьёзно записала это в свой дневник. Сегодня урок был особенно скучным. Трелони говорила о том, как планеты влияют на судьбы людей, и друзья с трудом сдерживали зевки. Кэра смотрела в окно и думала о том, как хорошо было бы сейчас оказаться где угодно, только не здесь. Её мысли были заняты Гарри и его первым уроком полётов. — Она уже три раза предсказала смерть мне, — прошептал Джордж, наклоняясь к Кэре. — И я до сих пор жив. Это странно. Должно быть, я бессмертный. — Потому что ты не умрёшь, — прошептал Ли в ответ. — Ты умрёшь только после того, как я попробую твой новый рецепт зелья. Тогда ты точно умрёшь. — Тогда я готов умереть, — ответил Джордж, и все засмеялись, но так тихо, чтобы Трелони не услышала. Кэра притворилась, что ей плохо, схватилась за голову и простонала, чувствуя, как внутри неё поднимается волна смеха. — Мисс Поттер, что с вами? — спросила Трелони, подходя к ней с встревоженным видом. — Я... мне кажется, я упаду в обморок, — сказала Кэра, закрывая глаза и стараясь, чтобы голос звучал слабо. — И меня преследует видение... что-то тёмное... Оно приближается. Я чувствую его. — О, это очень серьёзно! — воскликнула Трелони, хватаясь за сердце. — Вас нужно срочно отвести в медпункт! Это знак свыше! Я чувствую, что это важно! — Я провожу её, — сказал Ли, поднимаясь и подходя к Кэре. — И я, — добавил Фред, подхватывая Кэру с другой стороны. — Мы все пойдём, — сказал Джордж. — Ей нужна поддержка друзей. Она не должна быть одна в такой час. Трелони кивнула и отпустила их, даже не подозревая, что они просто хотят прогулять урок. Друзья вышли из класса и, убедившись, что их никто не видит, направились не в медпункт, а вверх по лестнице, на одну из заброшенных башен замка. Они часто собирались там, чтобы отдохнуть от школы и насладиться тишиной. Кэра чувствовала, как предвкушение свободы разливается внутри неё. Башня была открытой, с большими окнами, откуда открывался прекрасный вид на озеро и Запретный Лес. Ветер мягко дул в лицо, и Кэра с наслаждением вдохнула свежий воздух, чувствуя, как он наполняет лёгкие прохладой и свободой. — Здесь просто рай, — сказала она, садясь на подоконник и свешивая ноги вниз. Она смотрела на озеро и чувствовала, как мир становится шире и красивее. — Только ветер холодный, — сказал Фред, садясь рядом с ней. Он посмотрел на неё с заботой. — Не замёрзла? — Немного, — призналась Кэра, поёживаясь и укутываясь в мантию сильнее. — Но это того стоит. Лучше чем сидеть и слушать, как Трелони предсказывает смерть. — А помните, как мы в прошлом году подложили Снейпу в котёл красящее зелье? — спросил Джордж, усмехаясь и прислоняясь к стене. — Он потом неделю ходил с зелёными волосами и никому не говорил, что случилось. Но все знали. — Это было гениально, — сказал Ли, усаживаясь рядом с Джорджем. — Он так злился, что даже не вычитал баллы у Гриффиндора целую неделю. Боялся, что мы снова что-то сделаем. — А помнишь, как он пытался найти виноватых, но никто не сознался? — спросил Фред, его глаза загорелись от воспоминаний. — Он ходил и подозревал всех, даже тех, кто не был на уроке. — Интересно, он вообще понял, что это были мы? — спросила Кэра, улыбаясь. — Если и понял, то ничего не доказал, — сказал Джордж. — И это самое смешное. Он ненавидит нас, но не может поймать нас на месте преступления. — Мы должны повторить, — сказал Ли. — В этот раз добавим в его котёл светящееся зелье. Надолго запомнит. — Ты гений, — сказал Фред, усмехаясь. Все засмеялись, и Кэра почувствовала, как тепло дружбы окутывает её. Она знала, что у неё есть друзья, с которыми она может разделить самые смешные и опасные моменты. Это было самое лучшее чувство в мире. — А как мы в прошлом году подложили Трелони в чай комариный яд? — спросил Фред, улыбаясь. — Она три дня ходила с зелёным лицом и говорила, что это «знак свыше». Мы чуть не умерли от смеха. — И никто не понял, что это мы, — добавил Ли, довольно усмехаясь. — Мы гении. — Потому что вы гении, — сказала Кэра, улыбаясь. Её сердце наполнилось теплом от воспоминаний о их проделках. — А ты — наша главная гениальность, — сказал Джордж. — Без тебя мы бы уже сто раз попались. Ты — наш талисман удачи. — Но я не дам вам попасться, — сказала Кэра. — Потому что кто ещё будет вас прикрывать? Кто будет держать мантию, пока вы творите свои безумства? — А кто будет прикрывать тебя? — спросил Фред, смотря на неё с теплотой. — Я сама, — ответила Кэра, подмигивая. — Но если вы хотите помочь, я не против. Мы ведь команда. Внезапно мимо них пролетела метла. Кэра едва успела увернуться, когда она пронеслась прямо перед её лицом. На метле сидел Гарри! Он держал в руке какой-то светящийся шарик и выглядел взволнованным. — Гарри, что ты делаешь?! — закричала Кэра, вскакивая с подоконника. — Как ты вообще здесь оказался?! Ты же должен быть на уроке! Гарри остановился прямо перед ними, его глаза горели. — Потом объясню! — крикнул он и рванул вниз, к земле. Четверка смотрела ему вслед, не веря своим глазам. Кэра чувствовала, как сердце бешено колотится в груди — от страха и гордости одновременно. — Он влип, — сказал Ли, качая головой. — Прилично, — добавил Джордж. — Но, чёрт возьми, это было круто! — Смотрите! — прошептал Фред, показывая вниз. Они увидели, как Гарри приземлился на землю, и к нему быстро подошла профессор МакГонагалл. Четверка прижалась к стене башни, прячась за выступом, чтобы их не заметили. Кэра затаила дыхание, чувствуя, как сердце колотится о рёбра. — Она сейчас его съест, — прошептал Фред, но в его голосе не было страха. — Скорее, она сделает его ловцом, — ответила Кэра, улыбаясь. Они смотрели, как МакГонагалл что-то говорит Гарри, жестикулируя. Её голос был строгим, но Кэра заметила, что профессор не выглядит злой — скорее, она выглядела заинтригованной. Когда МакГонагалл закончила говорить с Гарри, она направилась в замок, и Гарри пошёл за ней. — Идёмте за ними, — сказала Кэра, быстро открывая сумку. — У меня есть кое-что. Она достала из сумки серебристую ткань, которая переливалась на свету, и накинула её на всех четверых. — Что это? — спросил Фред, но Кэра уже тащила их вниз по лестнице. — Мантия-невидимка, — прошептала Кэра. — Ремус подарил мне её перед отъездом. Он сказал, что она нужна мне для безопасности. И для проделок. Он сам в молодости любил такие штуки, так что не сильно ругает нас за них. — Он великолепен, — прошептал Джордж, и все засмеялись. Четверка бесшумно спустилась по лестнице, стараясь ступать как можно тише. Они прошли мимо портретов, которые смотрели на них с любопытством, но не видели их, и направились следом за МакГонагалл и Гарри. Они спустились к кабинету защиты от тёмных искусств, и спрятались за углом. — Профессор Квирелл, можно мне забрать Оливера Вуда? — услышали они голос МакГонагалл. Четверка замерла. Оливер Вуд — капитан команды по квиддичу Гриффиндора. Зачем он ей? Оливер Вуд выбежал из кабинета, и они с Гарри пошли за профессором МакГонагалл. Четверка решила не идти за ними — подслушивать дальше было слишком опасно. — Идёмте, — прошептал Ли. — Урок уже заканчивается. Надо забрать сумки из башни. Они сняли мантию в тёмном углу и пошли обратно в башню за вещами. По дороге они обсуждали увиденное. — Вы видели? — спросил Фред, не веря своим глазам. — Гарри летал! — Летал, как профессионал, — сказал Джордж, с восхищением. — Он поймал этот шарик за секунду! Я никогда не видел такого быстрого ловца. — Это был шарик-память Невилла, — сказала Кэра, улыбаясь. — Наверное, он хотел показать свой талант. Или просто защитить Невилла. — А МакГонагалл, кажется, не злилась, — сказал Ли. — Она выглядела... заинтригованной. Как будто она уже знала, что Гарри талантлив. — И она позвала Вуда, — добавила Кэра. — Я думаю, Гарри скоро станет частью команды. Я чувствую это. — Да ну, — сказал Фред. — Он же первокурсник! Первокурсников не брали в команду уже лет сто! — А кто был последним? — спросила Кэра с улыбкой. — Никто, — ответил Джордж. — Поэтому это будет сенсацией. — Вот видите, — сказала Кэра. — Гарри — особенный. Он всегда был особенным. И теперь он покажет всем, кто он есть на самом деле. Они зашли в Большой Зал, когда обед уже начался. Кэра села за стол и начала есть, думая о том, что произошло. Её сердце всё ещё колотилось от волнения, но она чувствовала гордость за брата. Внезапно к ней подбежал Гарри, сел рядом и начал тараторить. — Кэра, ты не поверишь! Меня приняли в команду по квиддичу! Я ловец! Самый молодой ловец в Хогвартсе за последние сто лет! — Его глаза горели, а голос дрожал от счастья. Кэра улыбнулась, чувствуя, как её сердце наполняется радостью за него. — Я знала, что ты справишься, — сказала она. — Но это был кошмар! — продолжил Гарри. — Малфой украл шарик у Невилла, и мне пришлось лететь за ним. Он бросил его, и я поймал его почти у самой земли! А МакГонагалл всё видела! — И что сказала МакГонагалл? — спросила Кэра, хотя уже знала ответ. — Она сказала, что я должен стать ловцом! — Гарри улыбнулся, но потом его лицо потемнело. — А Малфой сказал, что я обманул, что у меня не получилось бы. Он вечно всё портит. — Малфой просто завидует, — сказала Кэра, кладя руку на плечо брата. — Ты — лучше его. И он это знает. Он просто не может это принять. — Ты так считаешь? — спросил Гарри, и в его глазах появилась надежда. — Я уверена, — сказала Кэра. — Ты — мой брат. Ты Поттер. Ты всегда был сильным и смелым. Я горжусь тобой. Гарри улыбнулся, и его настроение улучшилось. Они сидели и разговаривали о квиддиче, и Кэра смотрела на брата с гордостью.

***

День пролетел быстро. Кэра успела сходить на пару уроков и даже почитать одну из книг, которые прислал Ремус. Вечер наступил незаметно, и она сидела в гостиной Гриффиндора, слушая, как близнецы обсуждают планы на ночь. — Мы должны сделать что-то, — сказал Фред, когда они собрались уже после полуночи. — Малфой должен запомнить этот день. Он оскорбил Гарри. Он оскорбил всех нас. — Он оскорбил Гарри, — добавил Джордж, сжимая кулаки. — Мы не можем оставить это просто так. Это дело чести. — Он оскорбил всех нас, — сказал Ли. — Мы не можем оставить это просто так. — Идёмте, — сказала Кэра, беря сумку с мантией. — У меня есть план. Четверка направилась к выходу из гостиной, но внезапно дверь распахнулась, и в комнату вбежали Гарри, Рон, Гермиона и Невилл. Они выглядели испуганными, с растрёпанными волосами и испуганными глазами. Кэра почувствовала, как её сердце сжалось от тревоги. — Что случилось? — спросила Кэра, подходя к ним. — Гарри, вы выглядите так, будто встретили дракона! — Идите в кровати, — сказал Гарри, отмахиваясь. — Я потом всё расскажу. Всё в порядке. Мы живы. — Что? — переспросила Кэра, но Гарри уже исчез в коридоре спальни, за ним Рон, Гермиона и Невилл. Кэра посмотрела на близнецов и Ли. Они стояли с открытыми ртами, и Кэра чувствовала, как тревога разливается у неё в груди. — Вы это видели? — спросил Фред, переводя дыхание. — Видели, — ответила Кэра, чувствуя, как внутри неё поднимается волна беспокойства. — Надо узнать, что произошло. — Позже, — сказала Джордж. — Сейчас у нас есть более важные дела. Малфой ждёт. Четверка выскользнула из гостиной, Кэра накинула мантию и они направилась в подземелья, где обычно обитали слизеринцы. Девушка чувствовала, как внутри неё кипит злость — на Малфоя, на то, как он обращался с Гарри, на то, что её брату пришлось проходить через это. Её сердце билось быстрее, когда они приближались к спальням Слизерина. Они не знали, что Гарри, Рон, Гермиона и Невилл только что пережили столкновение с трёхголовым псом Пушком на третьем этаже, но они знали, что Малфой заслужил наказание. Кэра улыбнулась, чувствуя, как внутри неё разгорается предвкушение. — Сегодня, Малфой, ты запомнишь это навсегда, — прошептала она, и в её голосе звучала решимость. Они вошли в спальню мальчиков, где Малфой мирно спал, и начали готовиться к шалости. Вокруг были только их тихие голоса и мерцание мантии. — Держите мантию, — прошептала Кэра, передавая её близнецам. Они улыбнулись, и началось то, что они любили больше всего — хаос и веселье. Кэра чувствовала, как адреналин разливается по телу, как сердце бьётся в унисон с сердцами друзей. Это был их мир — мир дружбы, смеха и приключений. И они были вместе.