Исполняя все мои желания

## Глава 23 ...В глубоком кабинете Первого Артифактора Императорской Канцелярии пахло дорогим табаком, сургучом и тонким ароматом старого вина. Граф Валериан Ви Альт стоял у высокого стрельчатого окна, разглядывая вечерние огни Столицы. В его руках покоился хрустальный бокал, а на губах играла холодная, ядовитая ухмылка. — Вы уверены, что этот план сработает, Валериан? — тихо спросил из тени комнаты один из доверенных секретарей Канцелярии. — Войска мы оттуда отозвали. Грамоту о суверенитете Баронства Император подписал с зубовным скрежетом. Девчонка думает, что она победила. — Девчонка — наивная дура, — хмыкнул Валериан, пригубив вино. — Она умеет пережигать моих гвардейцев мано-лучами и ставить барьеры, но она ничего не знает о законах управления массами. Армией её не взять — её артефакты слишком опасны. А вот гуманитарной катастрофой... Граф повернулся к секретарю, и его серые глаза блеснули торжеством: — Слухи уже запущены через слуг, каторжных смотрителей и трактирщиков на границах. Схема безупречна: *«В диких горах сумасшедшая сучка Матта выжгла войска и провозгласила Баронство без рабства! Там свободная земля, хлеб и кров для каждого беглого!»* — Но ведь в предгорьях нет ни черта, кроме голых скал! — хмыкнул секретарь. — Именно! — Валериан с наслаждением рассмеялся. — В её форте запасов максимум на тридцать ртов. А по моим подсчетам, с ближайших плантаций и рудников к ней в ущелье хлынет не меньше двух тысяч оборванных, истощенных, голодных рабов. Они сожрут её запасы за пару дней. А потом, когда хлеб кончится, эти же самые рабы просто разорвут нашу «великую баронесску» на куски от голода и отчаяния. Нам даже пальцем о палец ударить не придется. Голодный бунт сделает за Империю всю грязную работу. На надвратной башне форта «Бауманка» гулял ледяной горный ветер. Я стоял у зубчатой стены, прижав к глазам тяжелый магический бинокль с кратностью х50, который наскоро собрал из остатков имперских кристаллов. Артефакт дальнего обнаружения тихо попискивал, фиксируя массовое движение живых объектов на дальнем перевале — за пять верст от нашей долины. — Госпожа Матта, да что вы там увидели? — не выдержал Рувал, нервно переступая с ноги на ногу. — Ни купцов, ни послов, с перевалов уже полмесяца никто не спускался! Я опустил бинокль. Руки слегка дрожали — не от страха, а от дикого напряжения и усталости. — Рувал, смотри сам, — я передала ему оптику. Парень припал к окулярам и через пару секунд побледнел как полотно: — Это... это что за чертовщина? Там толпа! Сотни людей... Они бредут прямо к нашему ущелью! Оборванные, с детьми, с узелками... Но откуда?! Мы же в полной изоляции, здесь даже дороги нормальной нет! — Дай сюда, — я снова забрал бинокль, вглядываясь в первые шеренги беглецов. Мой женский организм реагировал тревогой — в груди все сжалось от жалости к этим истощенным людям. Но мужской бауманский мозг мгновенно цинично разложил всё по полочкам. *Так, стоп. Давай включим логику, Толя.* Я присмотрелся к одежде первых идущих: рваные серые робы, клейма на плечах, обрывки цепей на лодыжках. Беглые рабы. С государственных рудников и частных плантаций. *А теперь главный вопрос:* откуда сотни рабов из разных хозяйств одновременно узнали, куда им идти? Мы сидим в ничейных горах месяц. Никаких афиш мы не вешали. Вывод? Кто-то организованно слил им инфу. Кто может знать про наш форт, про то, что я забрала детей-рабов у барона Норта, и кто имеет влияние на границы и смотрителей? Точно не сами рабы. У них нет связи. — Валериан... — процедил я сквозь зубы. — Что? Какой Валериан? — растерялся Рувал. — Графский обрубок, вот кто, — перебила я его своим звонким девичьим голосом, в котором отчетливо проскользнули стальные, жесткие интонации. — Рувал, смотри на ситуацию с точки зрения военной логики. Империя не может взять нас штурмом — я пообещала выжечь их артефактами. Открыто нападать им позорно и дорого. Что делает империя? Наносит удар чужими руками. — Но при чем тут эти бедняги?! — При том! — я указала пальцем на голые скалы вокруг нашего форта. — Они пустили байку по всей границе, что здесь сидит «сумасшедшая сучка Матта», которая всех спасает и дает свободу. С расчетом на то, что сюда хлынут тысячи голодных ртов. В горах — голый гранит. Пахотной земли у нас нет, еды — только на наших людей. Валериан хочет, чтобы эта толпа сожрала все наши склады за три дня, а потом от безысходности и голода разорвала нас на куски! Рувал с Кайлом замерли, осознав весь ужас подлянки. — Это же... это же зверство, — тихо выдохнул Кайл. — Они просто гонят их на убой! Что мы будем делать, госпожа?! Если мы закроем ворота — они помрут прямо на камнях. Если пустим — умрем от голода вместе с ними! Я оперлась руками о каменный бруствер, глядя на приближающихся беглецов. Гормоны снова коликнули тревогой, но инженерный расчет внутри меня уже судорожно перестраивал всю концепцию развития форта. — Валериан думает, что рабы — это лишние рты, а горы — бесполезная скала, — пробормотал я про себя с жесткой, азартной ухмылкой. — Вот только графский павлин не учел одной детали. Для него рабы — это скот. А для меня, инженера из Бауманки, пятьсот рабов — это **пятьсот квалифицированных рабочих рук**, которым некуда возвращаться! Я повернулась к парням, и на моих ладонях полыхнули сине-белые искры Созидания: — Сбор по тревоге! Кайл, берешь ребят, разворачиваете у входа в ущелье приемный пункт. Вода, сухпай, первичный медосмотр. — А чем мы их кормить будем завтра?! — выкрикнул Рувал. — Завтра мы начнем строить **Первый Индустриальный Конгломерат**, — отчеканила я. — Мы раскопаем скалы под подземные гидропонные фермы с мано-обогревом, поставим замкнутый цикл и заставим эти горы кормить нас! У нас есть магия, у нас есть кристаллы, и скоро у нас будет лучшая строительная артель на этом континенте. Я глянула на перевал, где уже были видны первые фигуры беглецов. — Выкусите, имперские стратеги, — пробормотала я с гордой усмешкой. — Вы хотели завалить меня голодным бунтом? Вы получите закрытый технологический Город, о котором ваша Столица даже мечтать не смеет!