Исполняя все мои желания

​Часть 12 ​Прошел еще один год. Жизнь вошла в нормальное, понятное русло, насколько это вообще возможно для парня из Москвы, запертого в теле семнадцатилетней магини. ​Утро у меня теперь начиналось не со стресса, а со стандартного обхода моего «детского сада». Кайл оказался парнем сообразительным: я приставил его к чертежам и базовой математике, и он уже через полгода наяривал таблицы умножения быстрее, чем я в его возрасте. Девчонки — Лия и старшая Мира — помогали Лории по дому, а парни помельче взяли на себя огород, который мы разбили прямо за особняком. ​Учить их бытовой магии оказалось сплошным удовольствием. Подавляющие ошейники, к счастью, не успели окончательно выжечь их потенциал, и у троих из семерых проклюнулись вполне приличные способности к манипуляции маной. ​В подвале у меня теперь стоял настоящий конвейер. Я оптимизировал процесс создания амулетов воды, огня и света: за один день выдавал месячную норму для Норта. Но главное — я не забывал про отсканированные в академии кристаллы памяти. Вся библиотека Зарийской Академии, включая закрытые секции по боевой и стихийной магии, была у меня в голове! Потихоньку, втайне от всех, я штамповал боевые артефакты «на всякий пожарный» и прятал их в тайнике под лабораторией. ​И этот «пожарный» случай не заставил себя долго ждать. ​В один из обычных осенних дней, когда я спокойно допаивал свой любимый лесной чай, в ворота особняка забарабанили с такой силой, будто там стоял стенобитный таран. ​Рувал побежал открывать, а я, вздохнув, спустил рукава платья, привычным движением нащупал на поясе разгрузочный ремень с артефактами и вышел на крыльцо. ​Во дворе стоял Норт. Выглядел князь так, будто за ним погонялась стая бездонных тварей: доспех накривь и накось, лицо серое, дыхание сбито. За его спиной жалась троица дружинников в помятых панцирях. ​— Матта! — выдохнул рыжий, подбегая ко мне. — Беда. Кочевники. ​Я даже глазом не моргнул. — И что? Они каждый месяц набеги устраивают, ты сам говорил. ​— Не такие! — Норт нервно сжал рукоять меча. — В этот раз это не мелкие шайки бандитов. Восток объединился. Третий вождь... тот самый Фарухед, помнишь? Он собрал почти три тысячи клинков и двинул прямо на Рукем. Они уже прошли пограничные дозоры. Через четыре часа они будут под стенами города! ​Я на секунду замер, переваривая информацию. ​Три тысячи степняков с мечами и боевыми шаманами. И Рукем — деревянный поселок с частоколом, где стражников от силы сотни полторы, да и те наполовину пьяные. ​— Норт, дружище, — тихо сказал я, сложив руки на груди. — А от меня ты чего хочешь? В моем контракте написано: бытовые амулеты. Убивать толпы народу — не моя обязанность. ​— Матта, если они прорвутся, они сожгут всё! — рявкнул Норт, уставившись на меня с отчаянием. — Твой особняк, город, детей твоих в рабство утащат или вырежут! Помоги! Я с тебя два года контракта спишу! Три года! ​Слова про детей заставили меня сжать кулаки. Кайл, Лия и остальные только-только начали чувствовать себя людьми. Отдать их обратно этим животным? Ну уж нет. Толя Звягинцев свой дом никому отдавать не собирался. ​— Три года отработки, официальная бумага прямо сейчас, — чеканно произнес я. — И не лезть под ноги. ​Норт на ходу замахнул чернилами по пергаменту, который вытащил из закромов доспеха, капнул кровью и протянул мне. Я нанес свою каплю. Оставалось всего полгода отработки. Отлично. ​— Кайл! — гаркнул я в сторону дома. ​Из дверей моментально выскочил подросший пацан. — Запри всех в подвале. Включи барьерный амулет. Снаружи не выходить, пока я лично не заберу вас. Понял? ​— Понял! — парень кивнул и рванул исполнять. ​Я повернулся к Норту: — Где они пойдут? ​— Через южный овраг. Там единственная широкая дорога к воротам поселка. ​— Отлично. Бери своих людей, вставайте на стены и смотрите шоу. ​Спустя два часа я стоял на возвышенности у Южного оврага. Ветер трепал полы моего простого платья, а волосы лезли в лицо. Вдали уже поднимался огромный столб пыли. Гуд земли нарастал: сотни и сотни коней неслись в сторону Рукема. Впереди действительно маячил Фарухед в своем красном халате. ​— Ну что, проверим академические боевые схемы в полевых условиях, — пробурчал я себе под нос мужским басом. ​Я достал из сумки россыпь кристаллов-артефактов, набитых заклинаниями боевой магии 3-го и 4-го уровней, которые я переписал из книг Академии. ​Авангард кочевников входил в овраг. Расстояние — метров триста. ​Сначала в ход пошла Магия Созидания. Я вогнал в землю передний кристалл и активировал конструкт: прямо перед несущейся кавалерией из земли с оглушительным скрежетом выскочила пятиметровая каменная стена. Первые ряды на полной скорости впечатались в гранит. Раздался страшный треск, вопли лошадей и крики людей. ​Пока в овраге образовалась колоссальная пробка из трех тысяч всадников, я активировал боевую артефакторику. ​Достав из мешочка сразу десяток красных кристаллов с заложенной «Сферой Огненного Шторма» (боевая заклинательная схема Высшей Академии), я с помощью бытового импульса ветра забросил их россыпью прямо в центр спрессованной толпы кочевников. ​— Активация! ​Овраг превратился в филиал ада на земле. Десять боевых кристаллов детонировали одновременно, выплескивая концентрированный шторм пламени. Взрывная волна и температура в тысячи градусов моментально выжгли центр вражеской армии. Шаманы степняков даже сунуться не успели — их защитные щиты просто схлопнулись под натиском академической магии высшего порядка. ​Фарухед, чудом уцелевший на фланге, в ужасе заорал, уставившись на меня: — Ты... ТЫ! Ты же говорила, что не продаешь и не используешь боевое маго-оружие! ​— Продавать — не продаю, контракт не разрешал, — пожал я плечами, доставая последний артефакт — цепную молнию. — А вот применять для самообороны мне никто не запрещал. ​Разряд молнии поставил жирную точку в этой битве. Выжившие кочевники, бросая оружие и знамена, в панике рванули назад в пустыню, поклявшись больше никогда в жизни не подходить к границам Рукема. ​Спустя час я шел обратно к особняку. ​На деревянных стенах Рукема стояла мертвая тишина. Норт и его дружинники смотрели на меня с таким священным ужасом, будто я был не девчонкой-амулетчиком, а скрывающимся архимагом Империи. ​Я подошел к застывшему Норту, вытащил из кармана подписанный пергамент и показал ему. ​— Полгода я доделываю тебе бытовые амулеты по списку, и я свободен. А теперь я пойду домой. Детей кормить надо.