The Lost Lupin

От Автора: Давайте вспомним. Единственные, кто состоит в настоящих отношениях, — это Римус и Лили... в каком-то смысле, и Сириус с Джеймсом — определённо. Римус и Лили только начали встречаться. Сириус и Джеймс — в прочных отношениях. Никто больше ни с кем не встречается, у них нет «договорённостей» или чего-то подобного. Лето 1977 года — Как ты относишься к татуировкам? — с любопытством спросила Марлен. Гермиона закусила губу и обеспокоенно посмотрела на подругу: — К татуировкам? Марлен усмехнулась — озорной, многообещающей усмешкой. — Да, к татуировкам, — твёрдо сказала Марлен. — К каким именно? — с любопытством спросила Гермиона. — Для тебя? Может, этикетку Огдена на лоб, — сухо сказала Марлен. Гермиона показала подруге язык: — Засранка, — ласково сказала она. — А как насчёт львов? Мы же девчонки с Гриффиндора, правда? — предложила Марлен, её голубые глаза следили за лицом Гермионы. — Может быть, — уклончиво сказала Гермиона. Девушки гуляли по центру Лондона, и Марлен шла под руку с Гермионой. — О, да ладно, Гермиона, — вкрадчиво уговаривала Марлен. Гермиона вздохнула: — Ладно, хорошо, тату так тату, — сказала она с лёгкой улыбкой. Озорная усмешка Марлен вернулась, и она осторожно направила Гермиону в конкретный магазинчик. Они спорили около часа, но в итоге обе девушки обзавелись вздыбленными львами (как изображёнными на гербе Гриффиндора), вытатуированными на правых бёдрах и тянущимися вверх по рёбрам. Марлен выбрала именно этот магазин, потому что художник был волшебником, и их татуировки были магическими. Они всё равно болели адски, но заживали гораздо быстрее, цвет почти не тускнел, и татуировки двигались, как фотографии. Тату получилось больше, чем она планировала, но она решила, что ей нравится её лев. Пару ночей спустя Марлен и Гермиона шли по другой части Лондона, выпив по паре пинт, и чувствовали себя довольно приятно. Они обе флиртовали с очень симпатичными парнями, и Гермиона получила большое удовольствие от сеанса поцелуев в женском туалете с мужчиной, который выглядел как молодой Колин Фёрт. Он прямо-таки сочился сексуальностью, и она на долю секунды подумала пойти с ним домой, но правило № 3 гласило: никогда не оставлять подругу одну в незнакомой обстановке. Они разговаривали и хихикали, когда по спине Гермионы пробежал холодок. Она замерла и огляделась. — Палочки наизготовку, Марлен, — прошептала она, и Марлен кивнула — палочка уже была у неё в руке. Гермиона и Марлен встали спиной к спине и начали медленно поворачиваться, сканируя пространство вокруг. Раздался звук — шорох, который насторожил обеих. — Туда, — прошептала Марлен, указывая палочкой. Обе девушки бросились к концу улицы, всё ещё осматриваясь в поисках опасности. Они увидели две фигуры в мантиях с капюшонами, которые, казалось, что-то делали с магглом. — Эй! — громко крикнула Гермиона, заставив двух Пожирателей смерти вздрогнуть и повернуться к ним. — «Эй»? — возмущённо прошептала Марлен. Гермиона усмехнулась: — Ты берёшь того, что слева, — прошептала она в ответ. В этот момент тело Гермионы взяло всё в свои руки. Она двигалась стремительно, её глаза были сосредоточены на человеке перед ней, но чувства были настроены на окружающую обстановку. Пожиратель смерти увернулся от её взрывного проклятия и запустил в неё пару тёмных заклинаний. Она рухнула на землю, откатилась в сторону, затем вскочила обратно, посылая режущее проклятие в руки Пожирателя смерти. Она видела, как его глаза расширились за маской, и он послал в неё ещё одно проклятие. Она низко зарычала. Это было мерзкое заклинание, и она ответила двумя подряд из библиотеки семьи Блэк. Если они собирались играть по-грязному, она покажет ему, как это делается. Он рухнул от второго, и она кивнула, затем повернулась к Марлен, которая весьма достойно сражалась со своим Пожирателем смерти. Марлен была потрясающим дуэлянтом, поняла Гермиона с чувством гордости за подругу. Но она тоже была ещё ребёнком, поэтому Гермиона ограничилась оглушающим и связывающим заклинаниями для своего Пожирателя смерти. Марлен взглянула на Гермиону и слегка нахмурилась. — Ты должна его связать, — строго сказала Марлен. Гермиона пожала плечами: — Связан он или нет, он никуда не денется, — твёрдо сказала она. Марлен слегка побледнела: — Гермиона, — слабо сказала она, глядя на тело на улице. — Марлен, давай сначала проверим маггла, а потом будешь на меня кричать, — спокойно сказала Гермиона. Обе девушки старались вести себя спокойно и профессионально, но в итоге их вырвало в переулке рядом с магглом. — Кажется, он ещё жив, — прошептала Марлен, совершенно потрясённая. Гермиона проверила его пульс: — Да, жив, — подтвердила она. — Давай отвезём его в Святого Мунго. Девушки с трудом управлялись с магглом, потому что его раны были очень тяжёлыми; в конце концов Гермиона решила левитировать его, очень осторожно. Им обеим было по семнадцать, и обе получили лицензии на аппарацию, поэтому Гермиона настояла, чтобы Марлен отвезла маггла в Святого Мунго, а сама доставила Пожирателей смерти в Министерство. Она пыталась протащить труп мёртвого Пожирателя смерти через общественный камин в Министерстве, когда к ней подошли двое мракоборцев. Она остановилась, перевела дыхание и слегка помахала двум фигурам, хмуро смотревшим на неё. — Эй, э-э, я просто гуляла, понимаете, и, э-э... нашла этих ребят, — слабо сказала Гермиона, махнув рукой в сторону одного оглушённого и одного мёртвого Пожирателя смерти, лежавших на полу Министерства. Один из мракоборцев, казалось, читал надпись на её футболке, и ей показалось, что она увидела, как его губы слегка дёрнулись. — Вы просто нашли этих двух Пожирателей смерти на улице? — резко сказал другой мракоборец, сверля её взглядом. — Э-э, да? — с надеждой сказала Гермиона. — Так что, правда, совершенно нет необходимости связываться с моим братом, не так ли? — С вашим братом? — хмуро спросил мракоборец. Гермиона выдавила из себя слабую улыбку: — Я сказала «брат»? Знаете, я постоянно так делаю, сама не знаю почему. Думаю, мне нужно пойти домой. Должно быть, я, э-э, ударилась головой или что-то в этом роде. Ну, пока! — крикнула Гермиона через плечо и нырнула обратно в камин, игнорируя изумлённые ругательства за спиной. Она вывалилась из камина в приёмную Святого Мунго и быстро огляделась. — Гермиона! — Марлен выглядела облегчённой. — Они говорят, что с магглом всё будет в порядке. — Хорошо, нам нужно убираться отсюда, — прошипела Гермиона, подталкивая Марлен к дверям. — Что ты делаешь? — запротестовала Марлен, пока Гермиона толкала её. — Меньше говори, больше иди, — подгоняла Гермиона. Как только они вышли из Святого Мунго, Гермиона схватила Марлен и повернулась на месте вместе с ней.

/\/\/\/\/\

— Ты уверена, что это хорошая идея? — нервно спросила Лили. Марлен рассмеялась: — Что может пойти не так? — заметила Доркас. — А где Гермиона? — с любопытством спросила Лили. Марлен и Доркас хихикнули: — Занята, — сказали они хором, переглянувшись. Сначала Лили не узнала Гермиону, а когда узнала, сделала почти комичный дубль-тейк. Кудри Гермионы были уложены в элегантный шиньон. На ней было белое платье в греческом стиле, подчёркивающее фигуру и загар, который она приобрела, пока гостила у Марлен. Она уверенно шла к ним на золотистых туфлях с ремешками, которые тянулись вверх по икрам, с сумкой под мышкой. Гермиона выглядела как богиня, поцелованная солнцем, и Лили нервничала ещё больше. План, как объяснили Доркас и Марлен, состоял в том, чтобы поужинать в самом эксклюзивном волшебном ресторане Лондона. Они не принимали брони. Либо обслуживали, либо нет. Гермиона вышла вперёд группы и уверенно направилась к метрдотелю. — На четверых на ужин, — плавно сказала Гермиона, выглядя на все сто как уверенная и могущественная ведьма. Метрдотель оглядел их компанию, и его губа скривилась, когда он заметил Лили, нервную и неловкую в своём простеньком летнем платье. — Я так не думаю, — холодно сказал метрдотель и отвернулся от них. Лицо Гермионы стало яростным. Два сердитых пятнышка цвета появились на её щеках, и она сделала жест рукой, который Лили узнала. — Гермиона... — неуверенно начала Лили. — Альфонс, эти очаровательные леди со мной, — раздался за их спинами вкрадчивый прохладный голос. Альфонс запнулся и начал рассыпаться в извинениях и низких поклонах. Гермиона бросила взгляд через плечо и холодно улыбнулась высокому светловолосому волшебнику, который с любопытством разглядывал их. — Ты опоздал, — с притворным гневом обвинила Гермиона, просовывая руку под его локоть. — Обещаю, я это компенсирую, — мягко сказал он и повёл их в ресторан. Трое других девушек неуверенно переглянулись, но последовали за Гермионой. Светловолосый волшебник отодвинул стул для Гермионы, и официанты отодвинули стулья для остальных леди. Гермиона посмотрела на него из-под ресниц. — Спасибо, — пробормотала она. Он улыбнулся, сверкнув ослепительной белой улыбкой: — Для меня это удовольствие... Гермиона, — протянул он, его голос, казалось, ласкал её имя. Она слегка вздрогнула, и её глаза вспыхнули, золотые прожилки словно засияли ему навстречу. — Вы ужасный шутник... Абраксас, — сказала она с лёгким изгибом губ. Его губы изогнулись, и он слегка кивнул ей. Он взглянул на остальных девушек, а затем снова посмотрел на Гермиону, которая усмехнулась. — Это мои подруги. Это Марлен, Доркас и Лили. Леди, наш рыцарь в сияющих доспехах — Абраксас Малфой. — Мистер Малфой, — сказала Марлен с собственной озорной улыбкой. Он вежливо кивнул ей. Доркас и Лили нерешительно улыбнулись. В ужасе от того, что в любой момент их могут выставить из ресторана, Лили не могла по-настоящему расслабиться и наслаждаться. Половину времени она смотрела на Гермиону в шоке и часто отпивала из бокала белого вина, чтобы успокоить нервы. Гермиона, Марлен и Доркас весь ужин легко флиртовали с Абраксасом Малфоем, но каждый раз, когда его взгляд скользил к Гермионе, его глаза становились жидким серебром, почти расплавленным. Лили начинала думать, что самым разумным было бы утащить их всех оттуда. — Скажите мне, Гермиона, что такие леди, как вы четверо, делают на улице в такую ночь? — протянул Абраксас своим гладким бархатистым голосом. Гермиона усмехнулась ему: — То одно, то другое, — кокетливо сказала она. — Как джентльмен, я должен проводить вас до вашего места назначения в целости и сохранности, — ласково уговаривал он. Усмешка Гермионы стала шире: — О, не думаю, что вам это понравится, Абраксас, — сказала она, бросив быстрый взгляд на Марлен, которая спрятала усмешку. — Видите ли, мы идём в маггловский танцевальный клуб. — Правда? — удивлённо сказал он, окидывая взглядом четырёх девушек перед собой. Затем он подарил Гермионе медленную ленивую улыбку. — Не могу придумать ничего, что доставило бы мне больше удовольствия, чем танцевать с вами. — Не можете? — промурлыкала она. Его глаза слегка расширились, и он снова сверкнул своими белыми зубами. Она, казалось, размышляла. — Разве ваш сын не был бы против? — Мой сын и я — не одно и то же, — холодно сказал Абраксас. Брови Гермионы приподнялись, и улыбка, которой она его одарила, стала немного теплее: — В таком случае я буду польщена, — тихо сказала Гермиона. Танцевальный клуб был шумным и бойким, и Абраксас Малфой выглядел искренне заинтригованным всем, что его окружало. Он потанцевал с каждой из них по очереди и снова держал Гермиону в своих объятиях. Лили заметила, что когда он танцевал с ней, он был безупречно корректен и правилен. Его обращение с ней было ничем иным, как с совершенным джентльменом. В данный момент он джентльменом вовсе не выглядел. Гермиона была скандально близко к нему, и он, казалось, что-то шептал ей на ухо, отчего лёгкий румянец темнел на её щеках. Единственное, что удерживало Лили от того, чтобы выбежать туда и что-то сказать, — это счастливая улыбка на лице Гермионы. Она наслаждалась. Щёки Гермионы пылали, и несколько прядей выбились из шиньона, завиваясь вокруг лица и шеи. Они с Абраксасом были идеальной танцевальной парой, оба двигались с умением и грацией тех, кто годами брал уроки танцев. Он легко кружил её, а затем наклонил почти до пола. Она обхватила ногой его бедро, когда он согнул её на руке. — Я не могу поверить, что мы только что поужинали и пошли танцевать с Абраксасом Малфоем, — сказала Марлен и тут же растворилась в приступе хихиканья. Гермиона фыркнула, её рука была просунута под локоть Доркас, пока они шли по тёмным улицам: — Ему выпало сходить на свидание с четырьмя роскошными ведьмами, — сухо заметила Гермиона. — Сколько ещё волшебников могут сказать то же самое? — Подожди, свидание? — нервно спросила Лили. — Это... э-э, Римус... я не знала, что это свидание! — О, ты ему не изменила, Лили, — твёрдо сказала Гермиона. Затем она озорно улыбнулась. — К тому же правило № 1 нам пока отлично служило. — Правило № 1? — нерешительно спросила Лили. — Конечно, — ответила Гермиона. — Что такое правило № 1? — с любопытством спросила Лили. — Не попадайся, — сказали трое других ведьм хором. — О, — слабо сказала Лили.

/\/\/\/\/\

Сидеть с детьми семьи Боунс было не самым захватывающим занятием в мире, но это была одна из тех глупых маленьких подростковых вещей, которыми Гермионе никогда не доводилось заниматься. К счастью, Андромеда и миссис Боунс были друзьями, и Гермиона оказалась на пороге дома Боунсов в субботу вечером. Её волосы были собраны в высокий тугой хвост, на ней были майка и шорты с потёртыми кроссовками. Если бы она ещё и жевала розовую жвачку, образ был бы полным. Она чётко постучала и терпеливо ждала, пока мистер или миссис Боунс откроют. — Теперь мы не опоздаем, — обеспокоенно сказала миссис Боунс, взглянув на мужа. — Вы планируете кого-то приглашать? — с лёгким нахмуренным лицом спросил он. Гермиона широко распахнула глаза, чтобы выглядеть как можно невиннее: — Ну, сэр, Доркас Медоус, дочь ваших соседей, — моя подруга по школе. Она сказала, что если вы не возражаете, то может зайти ненадолго. Мы собирались послушать волшебное радио и поработать над летними эссе, — сказала Гермиона с искренностью, которая была бы вполне естественна для нее в более юном возрасте Его глаза слегка сузились, словно он видел её насквозь. Затем он покачал головой и улыбнулся: — Доркас — хорошая девочка, — сказала миссис Боунс с готовой улыбкой. — Просто проследите, чтобы вы, девочки, не засиживались допоздна. — Конечно, нет, миссис Боунс, — мило сказала Гермиона. Вечер начался достаточно невинно. Доркас и Гермиона действительно включили волшебное радио и действительно честно попытались взяться за летние эссе. Дети Боунс были милыми, и Доркас с Гермионой играли с ними, пока те не вымотались, затем искупали их и уложили в постели. Они даже почитали детям «Баббити Кролика и её хихикающий пень». Маленькие глазки закрылись, дыхание стало ровным. Доркас и Гермиона только что встали и улыбнулись друг другу. И тут начался сущий ад. Взрыв сотряс дом, и Гермиона с Доркас в ужасе переглянулись. Гермиона подкралась к окну и выглянула. — Пожиратели смерти, — холодно отрезала Гермиона. Глаза Доркас расширились, страх исказил её черты. — Что мы можем сделать? — прошептала Доркас. Гермиона посмотрела на трёх маленьких мальчиков в их кроватках: — Защитить этих мальчиков. Они пытаются пробить защиту. Нам нужно связаться с мистером и миссис Боунс. Можешь попробовать наложить защиту вашей семьи поверх защиты Боунсов? — спокойно спросила Гермиона, её лицо было совершенно безмятежным, пока она просчитывала вероятности. Доркас кивнула, её лицо было бледным и напряжённым. Гермиона взмахнула палочкой, и появилась яркая серебристая выдра, которая лениво проплыла вокруг Гермионы, а затем села, терпеливо глядя на неё. Гермиона заговорила быстро и срочно, предупреждая Боунсов о происходящем и умоляя их связаться с мракоборцами. Затем Гермиона снова взмахнула палочкой, и другая выдра закружилась вокруг неё и терпеливо замерла в ожидании своего сообщения. Гермиона отрывисто заговорила, и Доркас повернулась, чтобы уставиться на неё, пока Гермиона выкрикивала своё второе послание. — Гермиона, — прошептала Доркас, потрясённая. — Просто возведи защиту как можно быстрее. Мне нужно сделать ещё один слой поверх твоих, — твёрдо сказала Гермиона. В большом величественном особняке недалеко от Годриковой Впадины проходил частный ужин. Присутствующие были членами определённой группы со схожими интересами и целями, хотя это не было официальной встречей. Скорее, этот вечер был светским мероприятием, возможностью собраться вместе и расслабиться. Несмотря на возражения нескольких человек, среди присутствующих была группа из трёх молодых людей, которые сидели тихой группой, слушая взрослых. Поэтому все удивились, когда изящная выдра вплыла в парадную столовую и направилась прямиком к мистеру и миссис Боунс. — Мистер и миссис Боунс, это Гермиона. Пожиратели смерти атакуют ваш дом. Защита держится, и Доркас помогает мне её укреплять, но нам нужна помощь. Пожалуйста, вызовите мракоборцев и велите им немедленно прибыть в ваш дом, — голос Гермионы был спокоен, но слегка напряжён. Боунсы немедленно встали, как и остальные присутствующие. Трое молодых людей вскочили на ноги и обеспокоенно переглянулись. — Все оставайтесь спокойны, — плавно сказал Дамблдор, поднимаясь на ноги. Его брови взлетели вверх, когда ещё одна выдра вошла в комнату и быстро поплыла к нему. — Послушай меня, манипулятор хренов, — голос Гермионы был резче, в нём звучали холодные нотки. — Семья Боунс подвергается нападению, и если ты не пришлёшь Орден, и не пришлёшь сейчас, клянусь, я надену твои кишки вместо шляпы. Если защита падёт, мы сбежим. Доркас и я заберём детей в безопасное место и свяжемся с тобой. Не смей приносить их в жертву на алтарь Всеобщего Блага, или я стану твоим самым страшным кошмаром. — Борода Мерлина, — прошептал Римус, его лицо побледнело. — Римус, — тихо пробормотал Сириус, кладя руку ему на плечо. — Где живёт Доркас? — потребовал ответа Римус. Сириус и Джеймс неуверенно переглянулись: — Я не уверен, — признал Джеймс. Сириус нахмурился: — Думаю, Марлен может знать, — предположил Сириус. Трое молодых людей оглядели парадную столовую. Все «взрослые» игнорировали их. — Пошли, — прошептал Джеймс и повёл их к точке аппарции. Они проскользнули по улице в темноте и резко постучали в парадную дверь Маккиннонов. — Не поздновато ли, мальчики? — сухо спросил мистер Маккиннон, приподняв бровь при виде трёх парней на крыльце. Они слабо улыбнулись ему. — Это моя сестра, сэр, — выступил вперёд Римус, в его карих глазах светилось беспокойство. — Она гостит у Доркас Медоус, и мне нужно поговорить с ней об, э-э, семейном деле. Я не знаю, где живёт Доркас, но Марлен знает. — Твоя сестра? — мистер Маккиннон слегка нахмурился. — Гермиона Люпин, сэр, — взволнованно сказал Римус. Лицо мистера Маккиннона сразу прояснилось: — А, Гермиона, — сказал он с нежной улыбкой. — Проходите, мальчики. Марлен! К тебе гости! Марлен сбежала по лестнице, её длинные светлые волосы были убраны с лица широкой повязкой, в её голубых глазах читалось недоумение, когда она увидела трёх Мародёров в прихожей. — Римус? — осторожно сказала она, нахмурившись. Он выдавил из себя слегка натянутую улыбку, и она поняла, что он расстроен. — Можешь отвести нас к дому Доркас прямо сейчас? — быстро сказал Римус. Глаза Марлен расширились: — Что случилось? — спросила она. — Пожалуйста, Марлен, — взмолился Римус. Она посмотрела на всех них и закусила губу, но кивнула: — Да, ладно, — тихо сказала она. Она достала палочку и крепко сжала её, быстро перенося их группами к дому Доркас. Римус уже бежал к дому Боунсов. Метка Пожирателя смерти парила над ним, отчего у него сжался живот от страха. Там были мракоборцы и члены Ордена — все вперемешку, толпились, и мистер Боунс тихо разговаривал с мракоборцем Грюмом. — Гермиона! — отчаянно позвал он. — Гермиона! — Я здесь, — крикнула Гермиона, выбегая из дома. Она перелетела через лужайку и бросилась на брата. Она даже не возражала, когда он обнял ее так крепко, что ей показалось, будто у нее вот-вот сломаются кости. Его прикосновения, его запах давали ей ощущение безопасности. — Ты в порядке? — с тревогой спросил он, сдерживая желание обнюхать её со всех ног на глазах у других. — Да, — коротко кивнула она. — Гермиона! — Марлен схватила её и крепко обняла. — Ты в порядке? С Доркас всё в порядке? Мерлин, вас могли убить! — Не убили, — напряжённо сказала Гермиона. — Доркас в порядке, она разговаривает с мракоборцем. — Мерлин, Гермиона, — сказал Джеймс, его лицо было бледным и напряжённым. Она успокаивающе улыбнулась ему, а затем вернулась к брату, потому что чувствовала, как он встревожен и взвинчен из-за неё. Руки Римуса автоматически обвились вокруг неё, прижимая её к боку. — И что же ты на этот раз натворила? — потребовала ответа Марлен, уперев руки в боки; страх за безопасность подруги сделал её голос громче, чем она намеревалась. — Ты открыла окно и закричала: «Эй, Пожиратели смерти — отсосите!»? — Ну, не с домом, полным детей, Марлен, это было бы совершенно безответственно, — раздражённо огрызнулась Гермиона. — Доркас и я занимались своими делами, делали летние эссе, когда БАМ! Напали Пожиратели смерти. Что нам оставалось делать? Позволить им убить нас всех? — Кажется, я вас узнаю, — сказал грубый голос. — О, — Гермиона почувствовала, как её лицо заливается ярко-красным румянцем, и брат рядом с ней напрягся. — Э-э, привет. — Это тот самый брат, с которым нам не следовало связываться? — спросил напарник Грюма с лёгким подёргиванием губ. — Я правда не думаю, что нам нужно обсуждать тот вечер, — слабо сказала Гермиона. Грюм фыркнул: — Не думали, что мы узнаем о маггле, которого вы с подругой спасли? — ровно спросил он, сверля её взглядом, словно бросая вызов отрицать. Гермиона издала слабый возглас протеста. Марлен побледнела и уставилась на подругу: — Ты не сказала мне, что наткнулась на мракоборцев! "Нам нужно уходить", сказала ты, — яростно прошипела Марлен. — Ну, мы и ушли, — прошипела в ответ Гермиона. — Леди, — рявкнул Грюм, и обе девушки слегка подпрыгнули. — У меня к вам обеим вопросы. — Вы ведь не сказали Пожирателям смерти, э-э, отсасывать... правда? — спросил напарник Грюма, и она поняла, что он изо всех сил пытается не рассмеяться. Марлен фыркнула: — Не совсем, — ровно сказала Марлен, снова сверкнув взглядом на подругу, — но достаточно близко. — Нам обязательно вытаскивать на свет всё наше грязное бельё сейчас? — потребовала ответа Гермиона. — Гермиона, чем, чёрт возьми, ты занималась? — яростно спросил Римус. Гермиона сверкнула на него взглядом: — Я сидела с детьми, — отрывисто огрызнулась она. — Я занималась своими делами, смотрела за тремя маленькими детьми и работала над летними эссе с Доркас. — Тем не менее, юная леди, я хотел бы с вами поговорить, — ровно сказал Грюм. Гермиона повернулась к брату и взяла его лицо в свои руки. Она посмотрела ему в глаза, и он увидел, что она пытается что-то ему передать. «Всё будет хорошо», — говорили её глаза. «Я буду в безопасности с Грюмом». Он один раз кивнул. Она улыбнулась и легко поцеловала его в щёку. — Хорошо, — сказала она со вздохом. — Давайте поговорим.

/\/\/\/\/\

— Титьки Морганы, ты хоть представляешь, какой была моя жизнь последний месяц? — ворчала Гермиона и делала большой глоток водки. Марлен выдавила из себя слабую улыбку: — Э-э, нет? Гермиона сверкнула на неё взглядом: — Я была на полном домашнем аресте, — раздражённо огрызнулась она. — Мой собственный брат запер меня! Братья вообще могут так делать? — Прости? — снова попыталась Марлен. — Ещё как прости! Ты подставила меня, Марлен! Что случилось с правилом № 6? — потребовала ответа Гермиона. Марлен покраснела, и поделом. Правило № 6 гласило: никогда не выдавать подругу, особенно братьям и/или отцам. — Прости, — снова повторила она. Гермиона хмыкнула и сделала ещё глоток водки: — Мы должны вернуться в школу на следующей неделе, и что я имею в результате? — раздражённо спросила Гермиона. — Э-э, крутую татуировку? — предположила Марлен. Лили поперхнулась своим напитком. Откашлявшись, она повернулась к Марлен и Гермионе: — Вы сделали татуировки? — потребовала ответа Лили. Гермиона и Марлен усмехнулись и приподняли футболки, чем заслужили несколько одобрительных свистков от посетителей бара-мужчин. Доркас с завистью посмотрела на их татуировки. — Выглядит так круто, — с тоской сказала Доркас. Гермиона фыркнула: — Знаешь что, Доркас, — ласково сказала она. — Если мы все переживём наш последний год в Хогвартсе, следующим летом сделаем себе одинаковые татуировки. — По рукам, — с усмешкой сказала Доркас. Лили пискнула, и Гермиона усмехнулась ей: — Римусу понравится, — уверенно сказала она. — Ты будешь выглядеть таинственной и крутой. Он не сможет удержаться и не прикоснуться к тебе. — О, — глаза Лили расширились, и она покраснела с макушки до зоны декольте. — Ну, тогда ладно. — Но хуже всего, — сказала Гермиона с рычанием и закатыванием глаз, — были Джеймс и Сириус. Они стояли и кивали, соглашаясь с моим проклятым братом. Ты представляешь, что такое, когда чёртовы Мародёры пытаются тебя отчитать? Привет, кто-нибудь, ну же? — Это возмутительно, — выпалила Лили, разозлившись за Гермиону. — Они получали кучу отработок за всякие опасные и незаконные вещи. Как они смеют пытаться тебя отчитывать! — Вот именно, правда? — зло согласилась Гермиона. — Привет, — лениво сказал глубокий мужской голос за их спинами. Марлен взглянула и усмехнулась. Это был тот самый парень, которого Гермиона упорно называла Колином, хотя его звали Билл. Она говорила, что не может целоваться с Биллом, но с Колином — запросто. Билл-Колин, казалось, не возражал, лишь бы Гермиона целовалась с ним. — Колин! — радостно сказала Гермиона. Она бросилась в его объятия и пылко его поприветствовала. Затем она оглянулась через плечо и усмехнулась подругам: — Я скоро вернусь. Нужно наверстать упущенное за месяц, понимаете. — Правило № 21, — хором крикнули Доркас и Марлен. Гермиона показала им большой палец за спиной Колина. — А какое правило № 21, напомни? — с лёгким нахмуренным лицом спросила Лили. Марлен и Доркас на мгновение зловеще переглянулись: — Скажем, когда подрастёшь, — с озорной улыбкой сказала Доркас. — Это так несправедливо! — с мрачным нахмуренным лицом сказала Лили. — Тш-ш-ш, — легонько поддразнила подругу Марлен. Позже тем же вечером четыре девушки шли по улицам, смеясь и обсуждая возвращение в школу. Гермиона и Марлен смеялись над чем-то, что сказала Лили, когда Гермиону вдруг осенило. Марлен была ещё одной частью, по которой она не знала, что скучала, пока не вернулась и не встретила её. Если бы она была моложе, она могла бы неправильно понять свои чувства к Марлен. Она определённо была родственной душой. Чёрт, если бы Гермиона так не запала на тупых Сириуса и Джеймса, она могла бы попробовать что-то с Марлен, но она была готовa признать, что это может не сработать. Ей и так было достаточно трудно быть ответственной партнёршей для одного человека. Двое уже напрягали её способность к ясной коммуникации, а трое, вероятно, были сверх её предела. К тому же у неё была куча проблем. Её последний парень был готов перечислять их в мучительных подробностях, что, вероятно, было причиной того, что она последнее время ограничивалась случайными ласками в тёмных барах. На самом деле она не была уверена, что ей делать с собой. Может быть, Абраксас Малфой был бы готов завести с ней какую-нибудь тайную связь. Он определённо ничего бы от неё не ждал. Мерлин знает, он был сексуальным как чёрт, и греховно, смертельно привлекательным. — Гермиона? — неуверенно спросила Лили. Гермиона уверенно улыбнулась ей, и рыжеволосая улыбнулась в ответ. Лили Эванс была совершенно другой категорией, которую Гермиона старалась не исследовать слишком глубоко. Иногда она впадала в панику, что, возможно, слишком сильно вмешалась, но в другие моменты напоминала себе, что Римус и Лили действительно нравятся друг другу и они нравились друг другу до её возвращения. Должно быть, так и было... раньше... никто из них не был готов проявить инициативу. Они держали рты на замке, и ни один из них никогда не знал, что другой заинтересован. Когда Гермиона думала об этом, ей становилось грустно. Вряд ли помогало и то, что Римус был поглощён поисками сестры. «Бедный, глупый, благородный растяпа», — ласково подумала она. Она глубоко любила брата, но он мог быть таким идиотом, особенно когда дело касалось женщин. Они встречались всё лето, и Гермиона начала задаваться вопросом, не поженятся ли они после выпуска. У неё было смутное подозрение, что, возможно, когда дело дойдёт до этого, придётся стукнуть брата по голове. — Эй, девчонки, хотите заглянуть в ночной клуб? Кажется, ещё слишком рано заканчивать вечер, — бесстыдно взмолилась Доркас. Они все переглянулись и быстро согласились. Это лето было весёлым. Гермиона делала вещи, которые ни за что не сделала бы за миллион лет в другой жизни, и она наслаждалась каждой минутой. И Марлен, и Доркас подстёгивали её внутреннего дьявола, и в итоге она шокировала даже саму себя. Её личный двойник Колина Фёрта был забавным, но это была всего лишь летняя интрижка. Ей нужно было провести следующий год, сосредоточившись на важных вещах, решила она. На таких вещах, как уничтожение Волан-де-Морта. Если быть честной с собой, она нервничала из-за этого. Гарри умер, пытаясь победить Волан-де-Морта. Кто сказал, что у неё получится лучше? В её пользу играл фактор внезапности. Она надеялась, что этого будет достаточно.