Температура прикосновений

Снег падал бесшумно. Коломбина чувствовала его каждой клеточкой своего тела. Она шла уже третий день, не давая себе даже пары часов отдыха. После того, что ей пришлось пережить в Фатуи, самым главным страхом стало пребывание здесь, а боязнь боли и смерти отошла на второй план. Доктор хорошо постарался, чтобы некотомыми весьма манипулятивными действиями выкачать из неё всю её силу так, чтобы Коломбина оказалась совсем беспомощной. Она снова почувствовала себя просто полезным сосудом, и больше такого терпеть не могла. Поэтому всё, что оставалось - это идти вперёд, надеясь, что ей удастся покинуть это место. Она не чувствовала собственного тела. Ноги заплетались в сугробах, а бесконечный снегопад усложнял путь ещё сильнее. Коломбина уже не задумывалась о маршруте, на это не осталось никаких сил, она просто продолжала идти вперёд. Коломбина посмотрела перед собой. Белый снег уже не казался таким уж белым - в глазах темнело и мутнело. Но за последние сутки Коломбина успела к этому привыкнуть, ей нужно было лишь рассмотреть то, что ожидает её по пути. Нечто большое и тёмное едва виднелось сквозь бурю. Возможно, это была окраина леса, возможно, возвышение очередной скалы. А, возможно, это было лишь игрой её воображения. Со временем идти вперёд стало особенно трудно. Коломбина прилагала очень большие усилия для того, чтобы просто удержать равновесие и продолжать идти. "Пять, шесть... Семь... Девять..." На мгновение сознание уплыло, и в следующую секунду она уже ощутила пронзительный холод своей щекой. Она попыталась открыть глаза, но веки слиплись от холода и проступающих слёз. Стало даже тепло: пронизывающий ветер перестал хлестать уже замёрзшее лицо. Перед тем как потерять сознание, Коломбина подумала, ушла ли достаточно далеко, чтобы её никто не смог найти. *** Через проясняющееся сознание Коломбина чувствовала, как шевелится её тело. Нет, это было не от напряжения её собственных мышц. Её двигало нечто другое. Страх быть пойманной снова охватил её, и Коломбина что есть силы старалась проснуться и убежать. Но она не чувствовала ни рук, ни ног. И прежде чем она успела испугаться ещё сильнее, реальность снова ускользнула. *** Она очнулась от боли. Сильная, шокирующая, в области правой руки. Коломбина попыталась закричать, но её горло пронзила не менее резкая и оглушающая боль. Она немного пошевелилась, и тут же услышала голос: - Не двигайся. Тихий, ровный, спокойный. Коломбина узнала его сразу. Этот голос не раз действовал на неё убаюкивающе, делая пространство вокруг достаточно безопасным для того, чтобы уснуть. - Сандроне?.. спаси... - её голос прозвучал так глухо, что даже она сама не смогла его расслышать. - Она самая. - Коломбина и не думала, что нескрываемое раздражение в голосе Сандроне покажется ей таким успокаивающим, - Я сказала тебе не двигаться, ты меня не расслышала? Глаза открыть можешь? Она всё это время пыталась, но у неё не получалось. Она была бы рада видеть перед собой человека, который стал ей самым близким за последние годы пребывания в Фатуи. Она снова почувствовала нестерпимую боль, но теперь в области ноги. Коломбина смогла лишь поморщиться. - Терпи. У тебя довольно серьёзное обморожение и рук, и ног. - бросила Сандроне. Она даже не понимала, на что больше злится: на Коломбину, которая появилась так внезапно и доставила так много хлопот, или на то, что она мало чем могла помочь. Когда жгучие прикосновения достигли бедра Коломбины, она наконец поняла, что это: Сандроне протирала её руки и ноги тряпкой, пропитанной тёплой водой. Конечно, ближе к стопам она ощущалась намного более жгучей, словно ноги находятся в самом крутом кипятке. Наконец ей удалось открыть глаза. Она увидела перед собой Сандроне - её красивые русые волосы, необычно растрёпанные, и уже привычное серьёзное и сосредоточенное выражение лица. Затем Коломбина огляделась: они находились в довольно маленькой и уютной комнате с приглушённым мягким тёплым светом, который ещё более подчёркивал тёмное убранство помещения. Даже потолок в этой комнате был из тёмного дерева. Неподалёку стоял стол, заваленный книгами и бесконечными рукописями, рядом с котором в камине потрескивали охваченные огнём дрова. Тепло... И на душе у Коломбины стало невероятно тепло. - Как ты... - с трудом выговорила Коломбина, перебарывая нестерпимую боль в горле. - Нашла тебя? Датчики зафиксировали тепловой след, приближающийся к моей лаборатории. Подумала, что это медведь, а затем след остановился на неприлично долгое время. И я пошла смотреть. Что иронично, это оказалась ты. - сухо проговорила Сандроне. Коломбина невольно улыбнулась. Её губы треснули, и она почувствовала железный привкус крови. - Где... - Мы находимся в моей секретной лаборатории. Я ухожу сюда, когда мне нужно длительное время побыть в тишине, чтобы заняться исследованиями. Внезапно она развернулась, чтобы положить тряпку, и ушла. Коломбина осталась одна со своими мыслями и попыталась осознать ситуацию. Только сейчас она почувствовала, что лежит на чём-то мягком и тёплом. Повернув голову, она наткнулась на грубое механическое лицо Пулонии, даже испугавшись в этот момент. Осознание того, что Коломбина всё это время лежит на её огромных руках, накрытых мягким пледом, заставило её немного смутиться. Она помнила, что Сандроне очень дорожила своим роботом, и никому никогда не позволяла даже близко подходить к нему. Но раздумывать было некогда: Сандроне уже зашла в комнату с чашкой чая. - Если сможешь, тебе нужно постараться это выпить. Это сладкий чай, он поможет восстановить энергию в организме. Коломбина уже было попыталась приподняться, но даже руки толком опереть не смогла, тут же растерявшись. Несмотря на то, что она понимала, в каком состоянии находится, ей было стыдно за свою беспомощность рядом с Сандроне. - Я, кажется, не говорила тебе пить самостоятельно, глупая. Пулония! Смени положение рук. Коломбина испугалась резкого движения, и ей показалось, что она начала падать. Лишь равнодушный взгляд Сандроне заставил её понять, что ничего страшного не происходит: её тело лишь принимало сидячее положение благодаря рукам Пулонии. Однако самостоятельно держать шею оказалось гораздо более сложным, чем она ожидала. Сандроне приблизилась к ней и крепко положила руку на затылок Коломбины, позволяя ей немного расслабить шею. Другой же рукой она осторожно взяла чашку и поднесла её ко рту, позволяя Коломбине попробовать сделать несколько глотков. Она уж было зажмурилась, ожидая почувствовать кипяток на губах, но нежный и тёплый напиток приятно начал обволакивать горло, притупляя боль. - Неужели ты думала, что я не догадаюсь разбавить тебе чай? - с лёгкой усмешкой проговорила Сандроне. На мгновение даже показалось, что в её голосе проскользнули нотки нежности, но Коломбина не могла задерживаться на одной мысли долго. Слишком тревожно она себя чувствовала от всего этого... - Зачем... - тёплый чай немного смочил её горло, и говорить стало намного легче, - Ты же понимаешь, что я сбежала. Ты должна была сообщить об этом Панталоне. Или Арлекино. Или... - Или? - Сандроне посмотрела прямо ей в глаза. - Я ничего никому не должна, Коломбина. И ты это прекрасно знаешь. По твоему, я должна была отдать тебя Доктору на растерзание? Он уже взял от тебя достаточно. Наконец Сандроне поставила чашку обратно, и Пулония начала опускать Коломбину обратно в лежачее положение. Коломбина почувствовала, насколько же болит её голова. - Отдыхай. Твоему организму нужно набраться сил. Через два часа приду греть твои руки и ноги. - сказала Сандроне, прежде чем уйти в другую комнату, даже не оставив Коломбине времени для ответа. Дважды просить не нужно было. Как только Коломбина закрыла глаза, она провалилась в дремоту, через которую слышала едва заметное тиканье настенных часов.