Баллады барда

      — Итак…       Альбедо отвлекается от работы, откладывает в сторону отчёт и, с неуловимой улыбкой наблюдая за Азалией, откидывается в кресле. Как всегда — пришла без приглашения и предупреждения, и с таким видом, словно вот-вот представит свету свою новую научную статью, способную перевернуть весь Тейват. Впрочем, такие низменные вещи Азалию совершенно не волнуют, потому она с самодовольным видом вытаскивает из своей сумки вязаный шарф.       — Просто посмотри на это безупречное произведение искусства.       Азалия с гордостью разворачивает его, даёт возможность полюбоваться на узор, связанный с тщательной любовью; Альбедо не знает, что это за техника, будучи слишком далёким от вязания, но думает, что ему нравится узор тёмно-синих ромбов, чередующихся с золотистыми. Даже на вид кажется мягким совершенством.       — Сама вязала?       — Конечно.       — И что это за техника?       — Энтерлак, — с гордостью отвечает Азалия, присаживаясь на край стола, с которого Альбедо услужливо убирает всё важное, — совершенно уникальный феномен, а не просто техника, между прочим! Вряд ли кому-то ещё дарили подобные вещицы… если у них, конечно, нет скучающих бабушек из Фонтейна.       — А ты, сколько я могу судить, именно к своей скучающей бабушке из Фонтейна и ездила?       — Не поверишь, но да.       Альбедо опирается локтями в стол и подпирает подбородок скрещенными в замок руками, тёплая улыбка теряется меж приподнятых в веселье уголков губ. Не знает даже, с чего стоит удивиться — с того, что Гринберги есть по всему Тейвату, даже в Фонтейне, или всё же с того, что Азалии хватило терпения и внимательности на целый шарф. Обычно её внимание продолжительное время способны занимать лишь книги.       — Только шарф?       — Был ещё плед… вернее, честная попытка сплести плед, — признаётся Азалия, аккуратно складывая шарф у себя на коленях, — но мне надоело после… двух рядов. Так что мою гениальную дизайнерскую идею реализовала уже моя дорогая бабушка. Впрочем, раз это не было создано моими талантливыми руками, я не посчитала его достойного внимания этим днём.       Альбедо улыбается чуть шире. Уже больше похоже на Азалию.       — Чтобы ничто не посмело затмевать твой шарф?       — Всё так.       — Ты пришла исключительно ради того, чтобы продемонстрировать свой очередной раскрывшийся талант?       Азалия мягко смеётся и слезает со стола, беззаботно обходя его и подходя уже к Альбедо.       — Ты совсем не слушал меня? Я же сказала, что это подарок. И я пришла, чтобы его подарить.       — Технически, ты сказала…       Желание и дальше мягко подшучивать пропало, стоило Азалии лёгкой рукой накинуть шарф на плечи Альбедо; оказывается, что цвета были подобраны аккурат к привычным цветам его повседневной одежды. Поправив его, Азалия довольно улыбается, удовлетворенно кивая самой себе.       — Идеально, как я и представляла.       А после наклоняется, и мягко касается его губ своими.

***

      — Так вот, во время учёбы я дружила с одним ушастым зазнайкой, с которым я спорила на тему для выпускной работы…       Альбедо мельком улыбается. Азалия пропустила приезд Сайно и Тигнари на праздник в Мондштадт, и ещё не знает, что он лично познакомился с её давними друзьями; пусть продолжает увлечённо рассказывать свою любимую историю со времён учёбы в академии Сумеру, а после он её удивит.       Удивлять Азалию, на самом деле, увлекательно. Пусть даже для большинства людей это кажется с чем-то невозможным, Альбедо всё же удаётся проворачивать свои небольшие шалости из раза в раз в самые неожиданные для неё моменты.       Они идут в сторону второго этажа Ордо Фавониуса; Альбедо забрал прибывшие материалы для нового эксперимента, готовый потеряться для общества на ближайшее неопределённое количество дней-недель, но пока он удобнее перехватывает коробку и вслушивается в рассказ Азалии — даже если уже слышал эту историю в общих чертах.       Дойдя до лестницы и сделав несколько шагов вперёд, Альбедо останавливается, и Азалия останавливается следом за ним; между ними — расстояние в ступеньку, редкая возможность посмотреть на неё сверху вниз. Азалия улыбается, чуть наклоняет голову вниз, смотрит на него своим невозможно-любознательными глазами, выдающие её пробудившийся интерес к тому, что он хочет сказать, что не выходит и дальше раздумывать о своём мимолётном желании.       Вместо слов — подаётся вперёд, легко и буднично оставляя на губах короткий, но мягкий поцелуй. А после произносит:       — Я, к слову, уже виделся и с Тигнари, и Сайно. Мы отлично провели время и наше знакомство можно назвать более чем удачным.       Азалия мгновенно изменяет привычной беззаботности, искренне удивляясь.       — Что? Когда?       — Спасибо, что проводила, — Альбедо мягко улыбается, — дальше я справлюсь сам. И, да, скорее всего сегодня меня можно не ждать.       — Подожди-подожди! Я хочу подробностей!.. Альбедо!

***

      Рассветный свет едва пробивается сквозь плотно закрытые шторы, распадается солнечными узору по полу. Альбедо щурится, пытается вспомнить, что сегодня запланировано сделать по работе, и едва находит в себе желание начать собираться.       Он упускает момент, когда Азалия просыпается; стоило задуматься о своём, сесть на край кровати, и Азалия, пододвинувшись ближе и перевернувшаяся на живот, шкодливо оттягивает резинку колготок и с сонным смешком отпускает. Альбедо оглядывается на неё, растрёпанную и заспанную, и не может не улыбнуться. Могла бы спать дальше — она, безработная и свободная, может себе это позволить, в отличие от него, заложника бесконечных отчётов и обязанностей.       — Доброе утро.       — М-м-м… доброе.       Азалия касается ладонью его спины, мягко скользит по торсу, и Альбедо поддаётся, упирается рукой в подушку рядом с головой Азалии, и наклоняется, чтобы мазнуть поцелуем по щеке, уголку губ. Терпения Азалии не хватает надолго — она касается его щеки, поворачивает к себе, и сама целует, заставляя на мгновение забыть о том, что мир за пределами спальни существует.       Отстраниться приходится, когда Альбедо чувствует пальцы Азалии, что с намёком проводит по краю колготок. Ещё немного, ещё одно мгновение уступчивости, и он никуда сегодня не пойдёт; Джинн, может, и не осудит, но совестно всё равно будет.       — Прекрати пытаться саботировать мою работу, пожалуйста.       — И в мыслях не было ничего такого, — Азалия хихикает, играясь с распущенными прядями, — тебе помочь заплести волосы?       — Да, буду благодарен.