В шаге от укуса

Внутри двенадцатиэтажки царил непроглядный, зловещий мрак. Пахло сыростью, плесенью и свежей, приторной гнилью. Джон и парень в синем шарфе взлетали по бетонным ступеням, тяжело дыша. Капитан прижимал левую руку к рёбрам, чувствуя, как внутри всё горит от безумного темпа, но упрямо не отставал. Они не знали имён друг друга. В этом сдохшем мире имена вообще потеряли всякий смысл. — Слышь, мелкий! — негромко прохрипел Джон, перепрыгивая через три ступени на площадке пятого этажа. — Наверх далеко?! — Ещё семь этажей, капитан! Заткнись и береги дыхание! — огрызнулся парень в худи, даже не оборачиваясь. Голубые глаза подростка яростно сканировали темноту впереди. Они пролетели площадку седьмого этажа, как вдруг сверху раздался странный, тяжёлый скрежет. Металл с противным звоном проехался по бетонным перилам. Ло резко затормозил, выставляя руку назад и сильно вжимая Джона спиной в стену. Капитан едва не выматерился от боли в рёбрах, но вовремя прикусил язык. В паре метров над ними, на лестничном пролёте восьмого этажа, стоял силуэт. Но эта тварь не хрипела и не шаталась из стороны в сторону. Она стояла ровно. В её длинных, иссохшихся руках был зажат массивный кусок ржавой строительной арматуры. На мгновение тусклый свет луны из окна выхватил её лицо — кожа серая, обтянутая, зубы оголены в вечном оскале, а в полупустых глазницах горел какой-то осмысленный, голодный огонёк. Тварь замахнулась и с дикой, неестественной скоростью обрушила железный прут сверху вниз. — Назад! — рявкнул парень в шарфе. Он молниеносно ушёл в сторону, и арматура с оглушительным треском расколола бетонную ступень прямо там, где он только что стоял. Во все стороны полетели острые осколки и пыль. Тварь не остановилась — она сделала резкий, почти человеческий выпад, целясь железным концом Ло прямо в горло. Подросток изящно пригнулся, уклоняясь от смертоносного удара, и попытался вогнать свой охотничий нож мертвецу под подбородок. Но зомби... увернулся! Тварь резко отшатнулась назад, перехватила арматуру обеими руками и сильным боковым ударом отбросила Ло к перилам. Металл глухо звякнул, парень зарычал от злости, едва удержав равновесие. — Ах ты сука мутировавшая! — заорал Джон, понимая, что его спасителя сейчас просто размажут по стене. Патронов у капитана не было, но полицейский опыт сработал на автомате. Джон перехватил свой пустой, тяжёлый пистолет за ствол и с размаху швырнул его точно в морду твари. Оружие со свистом пролетело разделявшие их метры и тяжелой рукоятью врезалось зомби прямо в переносицу. Раздался хруст, мертвец на долю секунды потерял равновесие и покачнулся, опуская арматуру. Этого мгновения парню в шарфе хватило с головой. Ло совершил безумный рывок вперёд, используя стену как трамплин. Он взлетел в воздух, ушёл от запоздалого замаха твари и с дикой яростью всем весом обрушился на мертвеца. Его охотничий нож с хрустом вошёл зомби точно в ухо, пробивая черепную коробку насквозь. Мертвечина ворвалась на эту лестничную клетку: Ло с силой провернул лезвие внутри головы твари, вырывая его вместе с кусками чёрного мозга и брызгами тёмной гнили. Разумный мертвец глухо хрипнул, выпустил арматуру из рук и тяжело покатился вниз по ступеням, оставляя на бетоне бурый, вонючий след. Парень в синем шарфе тяжело дышал, стоя на площадке. Он поднял с пола пистолет Джона, вытер его от чёрной крови об своё и без того грязное худи и повернулся к копу. Его голубые глаза уставились на мужчину с явным, глубоким удивлением. — А ты не такой бесполезный, как кажешься, капитан, — тихо произнёс он, протягивая оружие рукоятью вперёд. — Меткий бросок. Джон прислонился к стене, судорожно хватая ртом воздух и забирая свою пушку. Оранжевые очки снова съехали набок. — Пошёл ты... мелкий. Стрелять я... умею лучше. Нам ещё далеко? Эти твари... они, блять, реально умнеют. — Ещё четыре этажа, — Ло вернул нож в ножны и подобрал с пола ржавую арматуру убитого зомби, протягивая её Джону. — На, держи. Хоть какое-то оружие. Идём, пока остальные нас на чердаке не зажали. Джон перехватил тяжёлый железный прут, чувствуя, как злость и адреналин возвращают ему силы. Они до сих пор не знали, как друг друга зовут, но уже второй раз за ночь спасали друг другу жизни. Подъём продолжался.