Право быть собой

Они подошли к небольшому домику с зелёной крышей. Дом был небольшой, но в нём чувствовалась изысканность: резная металлическая калитка, аккуратная тропинка из камней ко входу, идеально подстриженные кусты. Всё здесь дышало порядком и вкусом — тем особым слизеринским изяществом, которое Гермиона уже научилась узнавать. Она вопросительно посмотрела на Драко, но он просто улыбнулся в ответ и потянул её дальше, ко входу. Его пальцы сжимали её руку чуть крепче, чем обычно, и она чувствовала, как он напряжён — хотя внешне казался абсолютно спокойным. Он подошёл к двери и приложил палочку к небольшой выемке. Несколько секунд ничего не происходило. Гермиона переминалась с ноги на ногу, вглядываясь в резные узоры на двери, когда наконец за ней послышались шаги. Дверь отворил молодой человек, чья внешность показалась Гермионе смутно знакомой. Увидев Драко, парень широко улыбнулся и, не колеблясь ни секунды, крепко обнял друга. — Драко! — Его голос звучал искренне. — Как ты здесь оказался? Он перевёл взгляд на Гермиону, и в его глазах мелькнуло удивление. Драко ответил на объятие, хлопнув Теодора по плечу. Его голос стал чуть ниже, когда он заговорил, поглядывая на Гермиону: — Тео, рад тебя видеть. Ситуация сложная, и мне нужно твоё убежище. Прямо сейчас. Он сделал шаг в сторону, пропуская Гермиону вперёд. Его голос стал чуть мягче, когда он обратился к ней: — Грейнджер, это Теодор Нотт. Мы учились вместе, и он единственный, кому я доверяю в этом городе. Он встретился взглядом с другом: — Тео, это Гермиона Грейнджер. Та самая. Теодор на мгновение задержал взгляд на ней. В его глазах мелькнуло понимание — и что-то похожее на уважение. Затем он широко улыбнулся и посторонился, приглашая их войти. — Входите, не стойте на пороге. У нас есть о чём поговорить. Та самая? Она почувствовала, как внутри разливается странное тепло от этих слов.  Он говорил обо мне. Он рассказывал обо мне своим друзьям. Она оставила вопрос при себе, проходя внутрь дома. Внутри было уютно — тёплый свет ламп, мягкие кресла, полки с книгами. Нотт жестом предложил им сесть на большой диван. — Огневиски? Сливочное пиво? — предложил он, заглядывая в свой бар. Драко усмехнулся — только Тео мог предложить сразу алкоголь при встрече. Он хотел отказаться, но Гермиона опередила его: — Сливочное пиво, пожалуйста. Драко удивлённо посмотрел на неё. Девушка внешне держалась хорошо, но он чувствовал — внутри неё всё ещё бушует тревога. Он проследил за её взглядом, когда она приняла бокал, и заметил, как её пальцы слегка дрожат. Малфой подождал, пока Теодор отошёл к бару, и тихо спросил, наклоняясь к ней, чтобы тот не услышал: — Ты как? Я знаю, что это было неожиданно. Она сделала глоток и, встретившись с ним взглядом, слегка улыбнулась. Но в её глазах всё ещё читалась тревога. — Я в порядке, Драко. Просто... я не ожидала, что они найдут нас так быстро. Он взял её свободную руку и сжал. Его пальцы были тёплыми и уверенными. — Мы разберёмся с этим. Я обещаю. Теодор вернулся с двумя бокалами. Его голос был лёгким, но в нём чувствовалась внимательность: — Итак, кто же вас ищет и почему вы оказались в моём скромном убежище? Драко рассказал всё, что касалось мятежников-пожирателей. Он говорил быстро, но чётко — как человек, привыкший оценивать ситуацию холодно и точно. Когда он кратко рассказывал про похищение Гермионы, его костяшки побелели от того, как он сжал подлокотник дивана. Это не ускользнуло от внимательных глаз Тео. Теодор на мгновение задержал взгляд на побелевших костяшках друга. Его лицо стало серьёзным. Он сделал глоток огневиски, затем поставил бокал на стол и скрестил руки на груди. Его голос стал тише, когда он заговорил: — Я слышал, что они активизировались в последнее время, но не думал, что они дойдут до того, чтобы нападать на тебя здесь, в тихом месте. Он перевёл взгляд на Гермиону и улыбнулся одними уголками губ. Его голос стал мягче: — Должно быть, ты действительно важна для него, если он привёл тебя в мой дом. Он сделал паузу, и его голос стал немного теплее: — И я понимаю почему. Гермиона ничего не ответила. Она лишь смущённо опустила взгляд в бокал, чувствуя, как щёки начинают гореть. Слова Теодора отозвались в ней тёплой волной. Он действительно видит, что я для него важна. И он говорит об этом открыто. Малфой заполнил повисшую паузу: — Кажется, они не собираются оставить нас в покое. Им нужен я, чтобы подобраться к отцу. Но также они считают идеальным планом заполучить нас обоих. В прошлый раз так и не получилось вычислить организаторов. Он медленно сделал глоток и продолжил: — Их ряды уменьшились, но, кажется, мятежников гораздо больше, чем мы думали. Гермиона, уже выпившая большую часть напитка, продолжила: — Те, кого забрали в отдел допроса в Министерстве, тоже не дали полезной информации. — Она сделала кивок головы в сторону Малфоя, поясняя: — Мне сообщил Гарри, отправив сову. Она перевела взгляд на Нотта: — Но есть неподтверждённая информация, что это может быть кто-то из тех, кого семья Малфой знает очень хорошо. Драко услышал её слова. Его взгляд на мгновение стал холоднее, когда он обдумывал информацию. Он сделал паузу, затем повернулся к Теодору. Его голос стал тише, но не менее уверенным. — Если это кто-то из тех, кого моя семья знает хорошо, значит, у них есть доступ к нашим планам и передвижениям. Он встретился взглядом с Теодором, и его голос стал твёрже: — Тео, ты знаешь, кто мог бы быть за этим? Кто-то, кто имел бы связи с моим отцом и при этом сохранил верность старым идеалам? Теодор задумался. В его глазах мелькнула тень узнавания, когда он ответил. Его голос стал чуть тише: — Есть одно имя, Драко. Но я не уверен, что ты готов его услышать. Драко наклонился вперёд, опершись локтями о колени. Между бровями пролегла глубокая складка. Он начал догадываться, но хотел услышать предположение от своего друга. Гермиона тоже напряглась и отставила пустой бокал на стол. Драко выдержал паузу, встречаясь взглядом с Теодором. В его голосе не было колебаний: — Говори, Тео. Я хочу знать, даже если это окажется тем, что я не хочу слышать. Теодор перевёл взгляд на Гермиону, затем снова на Драко. Его голос стал тише, почти шёпотом — будто он боялся, что стены могут услышать: — Я слышал разговоры о том, что один из старых союзников твоего отца, который был близок к Волдеморту, но сумел избежать наказания, начал собирать новую сеть. Его имя — Корбан Яксли. Он сделал паузу. Его голос стал ещё тише: — Говорят, он действует через посредников и не появляется лично. Но если он заинтересован в тебе, это значит, что он видит в тебе угрозу или возможность. — Чёрт! — выругался Драко, запустив руки в волосы. Он выпрямился и сжал челюсти. — Если это так, то всё усложняется. Он всегда был не просто хладнокровным и жестоким, но и прекрасным стратегом. Поэтому всё может быть куда сложнее, чем мы думали. Теодор напряжённо кивнул, соглашаясь. — По факту он руководил целым Министерством, когда они захватили власть тогда, — произнесла Гермиона в раздумьях. — Не удивительно, что он теперь может руководить целой сетью Пожирателей. Только вот, как далеко это успело зайти? Драко поднял взгляд на Гермиону. В его глазах мелькнула тень уважения к её аналитическому уму — даже в такой напряжённой ситуации. — Это хороший вопрос, Грейнджер. Он повернулся к Теодору, и его голос стал твёрже: — Тео, у тебя есть связи, которые могут помочь нам узнать, насколько далеко зашла эта сеть? Теодор задумался на мгновение, затем кивнул. — Я могу кое-что разузнать. У меня есть старый знакомый в Министерстве, который не любит Яксли и может знать о его передвижениях. Он встретился взглядом с Драко и добавил тише: — Но тебе нужно быть осторожным. Если Яксли действительно за этим стоит, он может наблюдать за тобой через кого-то из твоих родных. Малфой задумался и замолчал. Кто это может быть? Кто сливает информацию? Гермиона посмотрела на него обеспокоенно. Она давно не видела Драко в таком тревожном виде. Его лицо было напряжённым, челюсть сжата, а пальцы, сцепленные в замок, слегка подрагивали. Он был похож на сжатую пружину, готовую в любой момент разорваться. — Спасибо, Тео. — Она перевела взгляд на Нотта, стараясь придать голосу больше уверенности, чем чувствовала. — Ты нам очень помог. Драко поднял глаза на друга и поймал его взгляд. В нём читалась смесь благодарности и тревоги, которую он не мог скрыть. — Мы можем укрыться здесь на какое-то время? Теодор с готовностью кивнул. Он поднялся с кресла, и его голос был спокойным, почти будничным — будто он каждый день прятал друзей от пожирателей смерти. — Оставайтесь столько, сколько нужно. Здесь тихо, и никто не знает об этом месте. — Он направился к лестнице. — Я приготовлю гостевую комнату наверху. Нотт ушёл на второй этаж, оставив их наедине. Его шаги затихли где-то над головой. Гермиона почувствовала, как напряжение начало отпускать её плечи. Она выдохнула — медленно, глубоко, будто впервые за последние часы позволила себе дышать. Она перевела взгляд на Драко, который всё ещё сидел, сцепив руки в замок. Его челюсть была сжата, и она видела, как он мысленно перебирает возможные варианты: кто? как? почему? Его глаза были прикованы к одной точке на полу, но она знала — он не видел её. Он был где-то далеко, в своих мыслях, в своих страхах. — Драко, — сказала она тихо. — Ты слышал, что сказал Тео? Мы можем остаться здесь. Нам нужно время, чтобы понять, что делать дальше. Он поднял на неё глаза. И некоторое время молчал, будто заканчивая мысль. Кто это? Его взгляд был пустым, отстранённым. Она видела, как он пытается собрать осколки пазла, но не может найти нужный кусок. — Я слышал. — Его голос был глухим. — Просто... я не могу перестать думать о том, кто может быть предателем. Кто-то из тех, кому я доверял. Гермиона села ближе. Она взяла его руки в свои, чувствуя, как его пальцы холодны, несмотря на тепло комнаты. Она сжала их, стараясь передать ему часть своей уверенности. — Мы разберёмся, — сказала она твёрдо. — Вместе. Её голос, ровный и спокойный, словно разбудил Малфоя. Он медленно поднял глаза, встречаясь с ней взглядом. В его серых глазах, казалось, боролись две эмоции — усталость и надежда. Он задержался в её тёплых глазах, будто впитывая их свет. Её пальцы сжимали его руки, и он чувствовал, как тепло проникает сквозь кожу, разгоняя холод внутри. Драко кивнул. Он благодарно сжал её пальцы в ответ. — Обязательно, — сказал он тихо. — Нужно набраться сил и отдохнуть. Малфой встал, направляясь на кухню. Его движения стали чуть более живыми, как будто её голос вернул ему часть энергии. — Я тоже захотел сливочного пива, — сказал он, оглядываясь через плечо. — Тебе добавить? Гермиона улыбнулась. Она чувствовала, как его голос, ставший чуть более тёплым, возвращает ей спокойствие. Ей казалось, что если он может идти за пивом — значит, всё не так плохо. — Да, добавь. — Она поднялась и пошла за ним. — И, может быть, найдётся что-то горячее? Я не против посидеть на кухне, пока Теодор готовит комнату. Она прошла за ним, наблюдая, как он двигается по незнакомой кухне. Его руки легко находили нужные шкафчики — будто он был здесь сотни раз. Он знал, где лежат стаканы, где стоит чайник, где хранятся сладости. Каждое его движение было уверенным и привычным. — Ты хорошо знаешь этот дом, — заметила она, прислоняясь к стойке. Он обернулся, держа в руках две бутылки сливочного пива. Его губы тронула лёгкая улыбка — первая за последние часы. — Мы с Тео часто сбегали сюда на каникулах, — сказал он, ставя бутылки на стол. — Это было единственное место, где я мог дышать свободно. Без правил, без ожиданий. Без отца. Он помолчал, и в его глазах мелькнула тень прошлых лет. — Здесь я мог быть просто Драко. Не Малфой, не наследник, не будущий глава семьи. Просто парень, который хотел побыть собой. Гермиона взяла бутылку, которую он протянул ей. Их пальцы встретились на стекле — холодном и гладком. Она не убрала руку, глядя на него. Она чувствовала его тепло через прохладное стекло, через разделяющие их сантиметры. — Значит, ты привёл меня в своё убежище, — сказала она тихо. — Это многое значит. Драко задержался на миг. Он ощущал холод стекла с одной стороны — и тепло её пальцев с другой. Её слова проникли под кожу, отозвались где-то глубоко внутри. Он смотрел на неё с нежностью во взгляде. Но выражение его лица всё ещё было немного отстранённым, будто часть его всё ещё была там, в переулке, где на них напали. — Моё убежище теперь там, где есть ты, Грейнджер, — сказал он тихо. — А место не столь важно. ​