Смертник

Саша не помнит, когда в последний раз он безвылазно сидел дома хотя бы два дня. Саша не помнит, когда он последний раз виделся с сестрой. Зато Саша помнит, что ему нужно сдать отчёт за прошлый четверг и позвонить в морг. Всю неделю Москву покрывали серые тучи, изредка шёл полноценный дождь, из-за чего давление у всех вокруг скакало то вниз, то вверх. Работать было невыносимо, дико хотелось спать, но даже это было не реальным, так как башка буквально раскалывалась. - Вот же упертый баран, я же дал тебе таблетку! Саша не открывает глаза, так как если откроет, холодный свет ламп точно прожжёт ему сейчатку. Он чувствует, как чужая рука толкает его в плечо, слышится недовольный вздох, "кто-то" падает на стул, стоящий рядом. В офисе снова становится тихо, ну почти. - Что подарить Ире? Я думал свозить её в Питер, сводить в Мариинку. Ты можешь хотя бы сделать вид, что слушаешь? Парадеев медленно кивает головой, наощупь расстёгивая уставную рубашку. У него совсем не осталось сил поддерживать диалог. - Чего вы тут валяетесь? Даня пришёл, что-то случилось. - Да белая дура разнылась. Башка у него болит, а таблетку мою выпить не может, ещё и не слушает. - Не могу его осуждать, он работает с тобой больше всех, естественно, он заебался слушать об Ире. Блондин щёлкает пальцами в сторону, где предположительно стоял Фурцев, как бы подтверждая его слова. - Ладно, попиздели и хватит, у нас бытовое убийство, вставайте кому говорят! Парадеев наконец открывает глаза, как и ожидалось, его резко ослепляют лампы на потолке, от чего он щурится и переводит взгляд на стол. Бумажки, кобура Андрея и блистер с зелёными таблетками. Кудрявый берет свой ПМ, после чего суёт таблетки напарнику в руки и выходит из комнаты. - Догоните, я за машиной. Время 21:17. Он в одном из отделов следственного комитета по городу Москва, рядом с ним Данил Фурцев. Ему нужно выпить пенталгин или что за херню дал ему Кокошка. Гориллыч заботливо протягивает бутылку воды, ожидая, пока его коллега будет готов слушать. - Мы уже не торопимся? Рассказывай... Он не знает, через сколько подействует таблетка, но то, что холодная вода отрезвила ему мозг, это уж точно. Данила тоже бросает взгляд на часы, пока Саша наконец встаёт из за стола и двигается к выходу. - Просто ждал, когда ты будешь в состоянии слушать. Так вот, соседи нашли труп пятилетней девочки, один точный удар ножом в сердце. Отец, собственно, в квартире, пьяный до пизды. На месте пока только патрульные, которые были самыми близкими к адресу. Они выходят на улицу, холодный для лета воздух, пробирает до мурашек, хотя, казалось бы, до мурашек тут должно пробирать то, о чём рассказал Фурцев. Однако такое дерьмо случается слишком часто, чтобы каждый раз впадать в ужас, хотя всё же...девочка. - С детьми всегда тяжелее, да? Спрашивает он у Данилы, пока в двух метрах от них Андрей уже стоит на выезде из части. Фары машины ярко подсвечивают синюю надпись "МВД РОССИИ. МЫ РАБОТАЕМ РАДИ ВАШЕЙ БЕЗОПАСНОСТИ." - Да, всегда как впервый раз, но ты это, даже не думай о том, о чём ты обычно думаешь, ага? Мужчина легко похлопывает ему по спине, а потом оставляет позади, садясь в служебную машину к Кокошке. Саша сжимает челюсти, будто это давление поможет ему отогнать мысли. Парни на белом haval уезжают за поворот, когда Саша только трогается на своей машине за шлагбаум. И всё же он не мог не думать о сестре в такие моменты, просто не мог.

***

То, что они приезжают не в самый благополучный район города, видно сразу - пошарпанные дома, тёмные улицы и переулки, а ведь освещение в городе на 20% помогает в борьбе с преступностью, да, не так много, но всё же и не мало. На их своеобразный кортеж из двух машин прохожие смотрят с опаской и одновременным любопытством. Спустя три поворота во дворах Парадеев наконец замечает родной до дури приглушенный синий цвет мигалок. У белого подъезда и в прямь стоит лишь скорая с открытыми задними дверьми и полицейская тачка. Он не успевает полностью открыть дверь, как к нему подходит один из офицеров. Саша с надеждой думает, что патрульный решил посвятить его в дело подробнее, но нет. - Здесь нельзя парковаться, не видите, что ведутся работы? - В том то и дело, что не вижу. Вы должны сейчас быть в квартире, а не здесь. В лицо лысого мужика, тут же упирается красное удостоверение. Тот быстро пробегает по тексту глазами, после чего резко отходит от машины сбивчиво извиняясь: - Виноват, просто у вас машина, ну знаете... - Знаю, что вы уже сделали? Пока неизвестный ему лейтенант, или кто он там был, пытается найти что-то в папке. Андрей кивает ему на подъезд, а сам отходит к скорой, чтобы переговорить с медбригадой. Данила же куда-то исчез. - В квартире ничего не трогали, соседей опросили только поверхностно, понятые есть, задержанный сейчас без сознания, он наверху. - В смысле? Он резко останавливается, мужик с папкой тоже, будто от того, что он повторяет действия Парадеева, тот станет добрее. - Ну, он там в квартире без сознания, но в наручниках! С ним мой напарник. - Один? - Да нет, ну с задержанным. - Блять, вы угараете что-ли? У вас форма на детский утренник!? Боковым зрением он видит, как Андрей пялится на него широкими глазами. Мда, он слишком редко срывается на других, но такой день правда, ну или месяц. Не в силах больше стоять, он быстрым шагом идёт внутрь. Лестница, как и ожидалось, вся была чем-то заляпана, бычки валялись по углам, а от количества надписей рябило в глазах. Старший лейтенант Колесников, именно так звали этого невероятно ценного сотрудника, провел его к квартире, после чего исчез так быстро, будто Парадеев в теории мог прямо сейчас его уволить. - Сашка - Данила появляется рядом как из под земли. Рядом с ним, видимо, напарник Колесникова. Вместе они держат мужика, от которого ебануто воняло алкоголем, ну как держат, несут почти. - Это предполагаемый убийца, Николай Горчаков, 40 лет, сейчас он тебе ничего не скажет, так что я везу его в отдел, я же тебе не нужен? - Не нужен, только пусть медики его осмотрят, может вколят что-то. Данил кивает, после чего три фигуры исчезают за углом лестничного пролёта.

***

Фурцев был прав, с детьми всегда, как впервый раз. Поэтому какое-то время он не заходит в гостиную, а бродит по другим комнатам пытаясь восстановить действия Горчакова. Вот пьянь заходит домой, скидывает грязные ботинки, кладёт на тумбу ключи от дома, потом, видимо, задевает табуретку собой, она валяется посередине коридора, а затем... Твою мать. Запах крови врезается в рецепторы кратким напоминанием: хватит бегать. За стеной все ещё лежит труп маленькой девочки, которая вместо поцелуя на ночь получила нож в грудь. Он заходит в комнату медленно. Тельце лежит ближе к окну, из-за чего лицо кажется ещё белее, чем оно бывает у мёртвых. Луна, как автор книги, добавляет этой жуткой картине всё больше драмы. Саша хочет прислониться к стене или схватиться за комод, но нет, ему уже не 18. Что ж, тело не двигали, убили и впрямь одним точным ударом, малышка, видимо, даже не сопротивлялась. Никаких следов борьбы. Именно в этой комнате все предметы стояли на месте, будто пьяный Горчаков сюда даже не заходил. Странно. - Чего ты тут? Внезапно говорит Андрей сзади, из-за чего он чуть не подпрыгивает. - Смотрю, меня кое что смущает. Судя по звукам, Кокошка пропадает в коридоре, но уходит не так далеко. Щёлк! Это звучит фотоаппарат Андрея. Он, как обычно, начинает с самого начала квартиры и только потом плавно доходит до комнаты с телом. - Излагай. Саша небрежно вскидывает рукой по всей комнате, будто напарник это видит. - Тут всё идеально, в плане ни один предмет не тронут: столик не опрокинут, фигурка не скинута со шкафа и не разбита. Теперь же посмотри в коридор. Щёлк. Какое-то время Андрей молчит, видимо, думая с какого ракурса лучше снять весь этот бардак. Саша тем временем садиться на корточки у тела. - Табуретка посреди коридора, дальше валяется чья-то куртка, видимо, Николая. На кухне вообще пиздец, он разбил чайник, пока...похоже искал штопор. Щёлк. Андрей заканчивает перечисление, ожидая, пока Саша продолжит мысль. - Да, но конкретно тут чистота. То есть наш алкаш либо сначала убил её, а потом напился, но это херня. - Почему? - слышится голос Кокошки с кухни. Он завязывает волосы в пучок, надевает перчатки, но тело пока не трогает, сначала с ним должен поработать Андрей. Девочка одета в майку и шорты, из-за чего Саша всё же может сделать некоторые выводы. - Я не вижу никаких ссадин, гематом, синяков. Её кожа абсолютно чистая, у детей, растущих при домашнем насилии, так или иначе что-то останется от прошлых травм. - Естественно, только это нам Илья скажет, а пока это лишь твоё предположение. - все ещё из кухни отвечает Андрей. Щёлк. Недолго думая, Саша лезит в телефон, чтобы посмотреть на карте все магазины. Как и ожидалось, ближайший находится от сюда в тридцати минутах пешком. - И чего ты замолчал? - В холодильнике или в мусорке есть алкоголь? - Нет, но есть бутылка виски, половина выпита, она стоит у раковины. Парадеев снова смотрит на девочку. Желая убедиться, он идёт на кухню к Андрею. Бутылка с благородным напитком правда имеется. - Нужно проверить историю трат Горчакова, время покупки алкашки. Пока что из вариантов, он пошёл за алкоголем, напился, а вот дальше уже не ясно. - А что, если он убил её до того, как напился? - Тогда это правда, как обычно, бытовое убийство.

***

Проходит почти два часа, и они с Андреем наконец завершают первичный осмотр и сбор материала для следствия. Всевозможные снимки, плашки с циферками стоят по квартире в самых неожиданных местах. Спать хочется ебануто, но они переходят к более детальному осмотру тела. Андрей собирает материал для лаборатории, пока Саша наконец может осматривать девочку как угодно, ну почти. На животе, руках, ногах - все ещё не видно никаких увечий, что всё больше укрепляет в Саше уверенность в своей теории. Это не просто бытовуха. Он аккуратно выворачивает карманы шорт, как вдруг на пол падает бумажка. - Чек? - Да какой чек, ей семи лет нет. - отвечает Саша уже не так злобно, как пару часов назад, он постепенно успокаивался, как бы странно это ни звучало. Бумага плотная, белоснежная, кроме того, что чёрной гелевой ручкой выведены цифры : A-770145. И больше ничего. - Телефон? - Нет, мало цифр, даже добавить никакие нельзя. - Домофон? - строит уже вторую догадку Андрей. - Сомневаюсь, но это вообще не похоже на её записку. Слишком уж она не мятая. На это заявление Кокошка ничего не говорит, молча продолжая соскребать из-под детского ногтя материал. Не то чтобы Саша злится, но сегодня напарник кажется ему через чур безинициативным. Хотя лично Парадееву всё больше и больше не нравится ситуация. - Почему ты сегодня такой пассивный? - В смысле? - В смысле, ты будто вцепился в версию с бытовухой и ни на секунду от неё не отходишь. Андрей поднимает на него заинтересованный взгляд, после чего отпускает руку Алины, именно так звали жертву. - Саша, сколько ты уже работаешь на этой неделе? - Не начинай, я же не об этом спрашиваю. - А я тебя об этом! Ты срываешься на всех, валишься от головной боли, хотя это вообще на тебя не похоже. Я тебя злым видел раза два в жизни, и вот сейчас второй. Он отводит взгляд от Андрея, но чувствует, что напарник все ещё на него смотрит. Предъява Кокошки сейчас ему совсем не помогает. Его интересует лишь очень странная комбинация цифр, которая была хер пойми чем. - Извини, если обидел, и всё же, почему ты отводишь меня от мысли? - Да потому что ты устал. Потому что у нас 90% случаев бытовуха, и я сейчас думаю о том, как сделать девушке предложение, поэтому я очень хочу, чтобы это был рядовой случай. Саше нечего на это ответить. Точнее, нет, ему есть что на это ответить. Что да, он правда заебался, что нельзя все преступления сводить к одной самой популярной версии и то что личную жизнь нужно оставлять где-то за территорией работы, так как Ира им никак не поможет разобраться с убийством девочки. Вместо всего этого он только встаёт к окну, наблюдая за тем как ещё одна машина полиции подъезжает к дому. - Илья приехал.. Сзади слышится вздох, после чего Андрей почти умоляюще говорит : - Прошу тебя, едь домой, отоспись и приходи завтра в отдел со свежей головой. Мы с Ильёй тут закончим. - Ты должен кинуть мне всё, что уже внёс в базу на почту. - Кокошка молча наблюдает за тем, как Парадеев фоткает бумажку на телефон, после чего подходит к телу и снова кладёт её в карман шорт. - Кину, сейчас ты уедешь? - Да.

***

Он ловит Илью на лестничной клетке. Они жмут руки, обмениваются парой фраз о жизни, Яцкевич что-то говорит о Каролине. - Придёшь в субботу на шашлыки? - Да, да. Скажи, тебя это ни на что не наводит? Илья минуту смотрит на шесть цифр, но кроме отрицательного мотания головой Саша ничего не получает. - Может, это шифр? Или код какой-то? Пароль? - Ну да, короче, всё что угодно. Ладно, я домой. Яцкевич ему ещё что-то говорит вдогонку, но Саша уже не слышит. Конечно, ехать домой он не собирается, так как Гориллыч сейчас, наверное, приводит в чувство предполагаемого Андреем убийцу.

***

Рабочая форма сменяется на чёрные джинсы и белую футболку. От того, что он мент, остаётся лишь надетая кобура. Тем не менее в отделе его знают прекрасно, поэтому и в таком виде все двери ему открыты. Дежурный его не радует, подозреваемый все ещё в отключке, поэтому он идёт к Фурцеву ведь тот точно что-то ищет на этого алкаша. - Есть что-то? - Парадеев, какого хуя ты здесь? Мне Андрей сказал гнать тебя в шею, если ты припрёшься в офис. Тем не менее он здесь, садится на рабочее место Данилы, заглядывая в компьютер. На экране, как и ожидалось, висит досье на Николая. - Ну ты же не сдашь меня? - Я ещё не решил, но ты всё равно зря тут. Ровным счётом нихера странного нет. - Окей, а это что? Телефон с фоткой он кладёт прямо перед Данилой. Тот в силу хорошего для опера зрения даже не приближает картинку. - А-770145? Это ты где нашёл? - В кармане шорт девочки. Абсолютно чистая, не мятая бумажка, буквально как визитка. Ни Андрей, ни Илья в душе не ебут, что это может быть. - Может, папа заботливо записал домофон? Фурцев наконец берет телефон в руки, пытаясь увидеть другие детали на карточке, но Саша-то знает, что там нихера нет, а если и есть - это скажет только экспертиза. - Данила, не расстраивай меня. Я же говорю, абсолютно чистая и не мятая. - Ты намекаешь на то, что её кто-то положил после убийства? - с некоторым удивлением говорит Гориллыч. - Да, потому что это не выглядит как то, что нужно будет ребёнку. Это будто бы и её отцу не нужно. Тогда кому? Для кого? Данила молча кладёт гаджет на стол, а потом начинает, как обычно, шептать что-то самому себе. - "А", а потом цифры и всё? Саша кивает, уже ничего не ожидая от Фурцева, но вдруг мужчина открывает ящик в своём столе, начинаясь рыться внутри. Спустя пару секунд на стол падает цепочка с металлическим жетоном. Надпись: В-898147. Данила даёт Саше секунду подумать, после чего говорит так, будто это всё было очевидно. - Это смертник, если без слэнга, то военный жетон для опознания тела.

***

Три часа ночи, ровно. Все, кто работают над делом, вернулись в штаб. Пока Николай Алексеевич Горчаков готовиться к допросу, а Илья работает над собранным материалом, остальные трое сидят в офисе, пялясь на жетон, как на вибратор в монастыре. Ну то есть, то что ты вообще не ожидаешь увидеть в этом месте. - Итак, пьяный отец убивает свою дочь. - Саша смотрит на Андрея не совсем одобрительно, ведь с новой информацией всё становилось более запутано - Парадеев, хватит на меня так смотреть, тебя вообще тут быть не должно! - Ну раз я здесь, я продолжу. Мы имеем номер, который по своему написанию подходит только под армейский жетон, и эта идеальная на вид бумажка лежит в кармане маленькой девочки. - Если это правда "смертник", но признаю, других вариантов у нас нет. Дверь открывается, и дежурный зовёт их к подозреваемому. Волшебный укол врачей привёл Горчакова в чувство более чем быстро, что сейчас было весьма полезно. Уже перед входом в допросную они останавливаются. - Я буду говорить, никто не против? - Саша прекрасно видит, как хмурится Андрей, но в итоге все же садиться за камеры, пока Данила лишь даёт Парадееву папку с документами. Вид у Горчакова откровенно хуевый, тридцать минут назад ему сообщили о смерти дочери. Саша заходит в комнату, камеры включены, микрофон тоже. Мужчина за столом резко дёргается, но цепь наручников слишком короткая, чтобы он встал на ноги. - Я не мог этого сделать! Не мог! Я бы никогда.. - Да, но если вы будете орать, это не поможет выяснить, что произошло. Файл с материалами падает на белый стол. Недолго думая, Саша решает сесть напротив мужчины. Он выбирает стратегию психолога, а не палача. - Николай Алексеевич Горчаков, вы задержаны за предполагаемое убийство своей дочери Алины Николаевны Горчаковой. По статье 51 уголовного кодекса вы имеете право не свидетельствовать против себя, а так же вы имеете право на адвоката. Мужчина дышит громко и часто, будто не может надышаться. Лоб в испарине, одежда мятая, едва ли он пытается сосредоточиться на словах Парадеева, и всё же он обязан это сказать. - Вы предупреждаетесь об уголовной ответственности по статье 307, 308 уголовного кодекса за дачу заведомо ложных показаний и отказа от дачи показаний. Расскажите, что вы делали сегодня весь день. Казалось, что Николай стал слушать его только сейчас. - Утром я пошёл на работу, это может подтвердить моя коллега. Я ушёл с работы, раньше чем обычно, зашёл в магазин, купил виски, выпил чуть-чуть в сквере и пошёл домой. - Хотите сказать, вы выпили немного? Он снова бегает взглядом по мужчине, его руки дрожат, а дыхание так и не выровнилось. Невольно Саша начинает крутить серёжку в ухе. - Хорошо, может, не чуть чуть, да, наверное, больше...Я пришёл домой, эм, пошёл на кухню искать штопор, не знаю зачем, бутылка то открыта, а потом я...я очнулся здесь. - Когда вы сегодня видели Алису? - Только утром. - Вы не видели её, когда пришли домой? - Нет. - Как думаете, вы закрыли дверь? - Наверное? Или нет, блять, я не помню. Это важно? Даже не пытаясь сдержаться, Саша тихонько хмыкает, стуча по папке пальцем. - Мы пытаемся разобраться, убили ли вы вашу дочь, так что да, это важно. Как вы обычно открываете дверь? - Чего? Ноги затекли, он решает встать и пройтись по маленькой комнате. Взгляд Николая жжёт ему спину. - Расскажите детально, как вы обычно открываете дверь. - Ну, я ношу ключи в кармане джинс. У меня там два ключа один для верхнего замка, а другой для нижнего, но я всегда закрываю на верхний, так быстрее открывать. Так вот, я открываю верхний замок, захожу в квартиру и кладу ключи обратно в джинсы. - Сегодня вы положили их в джинсы? Саша прекрасно знает ответ, но он ждёт, пока мужчина сам скажет ему что-то. В глазах Николая появляется то самое недоумение, которое всегда бывает у допрашиваемых. То самое детское непонимание, а потом быстрый взгляд на полицейского, будто он знает ответ на вопрос. - Я...нет, я вообще не взял их на работу. Я не закрыл квартиру. Боже! Пока мужик пялится в стол, пытаясь вырвать себе волосы, Саша поворачивается к стеклу, довольно ухмыляясь. Андрей, наверное, сейчас закатил глаза. Версия с бытовым убийством тает на глазах. - Хорошо, что вам говорит: А-770145? - Ничего. Что это? - Вы уверены, что ничего? - Абсолютно, что это? Дверь открывается, на пороге ожидаемо стоит Андрей. Он весьма открыто пялится на Парадеева, но вместо всего того, что он хотел бы ему сказать, говорит лишь: - Ты спросил, что хотел? - Да. Он твой.

***

Когда-нибудь он послушает Андрея и поедет к себе домой, обязательно. Однако, пока все заняты Горчаковым, у него есть возможность пробить номер по базе. Коваль из отдела айти любезно высылает ему гайд, так как : - Бля мне пиздец лень, у меня куча дел, ты уже большой мальчик. Справишься. Поэтому Саша в гордом одиночестве сам вбивает номер в базу. Спустя три минуты из миллиарда досье на экране высвечивается одно: ФИО: Деревяшкин Алексей Викторович. Номер: А-770145. Место прохождения военной службы: г.Тверь Звание: Капитан полиции, Уголовный розыск по г.Москва (ВРЕМЕННО ОТСТРАНЁН) Саша фоткает буквально всё досье Алексея, после чего вбивает имя в интернете, даже не надеясь на особый эффект. Но нет, абсолютно мёртвая страница в ВК все же имелась, но кроме фотки чёрной машины там ничего не было. - Хоть что-то. Недолго думая, он закрывает страницу, удаля запрос из поиска. Голова давно прошла, спать не хотелось, а мысли в голове скакали туда-сюда, желая продолжения логической цепочки. Именно поэтому он вводит в навигатор адрес Деревяшкина. Никто не запрещает ему попробовать, не так ли? Он едет до квартиры Алексея сорок минут, за это время успевая прочитать все его достижения по службе, участие в расследованиях, а так же сводки о его...проступках. Судя по досье, Деревяшкин был весьма буйным и своевольным сотрудником, за что ему часто прилетало от начальства. За что его, наверное, и отстранили. Причины, однако, не было в досье, что было странно. За десять минут до прибытия он останавливается на перекрёстке на красный. Конечно, дорога пустая, но у него нет мигалок, да он и не спешит. Взгляд медленно проходит по улице, по вывескам и магазинчикам, пока не упирается в BMW, чёрную, E31. Ровно такую, как была на фото. - Браво Парадеев. Недолго думая, он разворачивается и паркуется рядом. В салоне иномарки никого не было, магазины уже не работали. Где Деревяшкин? Ещё немного умственной нагрузки и через десять метров он видит неоновую вывеску какого-то бара. Если Алексей не там, значит, не сегодня. В баре тусклое освещение, смешанные мужские и женские голоса, звуки игры в бильярд. В общем, приятная атмосфера, и людей не так много, чтобы он сразу не заметил фигуру Алексея. Мужчина на фото в досье и в жизни...отличался. Небрежно лежащие волосы, объёмные синие джинсы, красные кеды и обтягивающая чёрная футболка делали из капитана полиции просто очередного тату мастера. К тому же у Деревяшкина тату были. Саша нагло садиться рядом, чем сразу привлекает внимание мужчины. Тем не менее он на Алексея не смотрит, требует от бармена стакан боржоми и замолкает. - Как мило, миниралка. - Деревяшкин начинает диалог сам. - Мне хватает головной боли от давления, ещё алкоголя мне не хватало. Он все ещё не смотрит на мужчину, но тот оборачивается на него, медленно проворачивая в руке стакан с виски. - И как часто, ты приходишь в бар выпить газировки? Парадеев наконец смотрит на мужчину в ответ. Бармен ставит ему стакан и бутылку рядом. - Когда становится совсем скучно и хочется поговорить. - О, ну да, незнакомцу можно вылить душу так? Ухмыляется Деревяшкин и отпивает из своего стакана, губы мужчины слегка влажные. - Не то чтобы ты незнакомец, Алексей или лучше Кореш? Улыбка быстро пропадает с лица Деревяшкина. Он резко ставит стакан на стойку. - Как вы заебали. Ты серьёзно из полиции? - В точку. Не поверишь, но я захотел поговорить с тобой примерно минут сорок назад. Алексей нервно осматривает весь бар, после чего вздыхает и говорит совсем тихо: - Чёрт, а ты ведь красивый... - Что прости? Лёша мотает головой, будто пытаясь привести себя в чувство. Он снова смотрит на Сашу, но на его лице уже нет той непринуждённой эмоции, теперь он вполне серьёзен. - Говорю, ты не похож на опера. Волосы крашеные, серьги эти пидорские. Да и приходите вы ко мне обычно не так. Саша наконец отпивает минералки, внимательно наблюдая за Алексеем. Он явно был не просто опером на временном отстранении. - Скажем так, никто не знает, что я сейчас здесь. Они, возможно, даже не знают, что ты как-то связан с делом. - Каким делом? - Новым. Хочешь послушать? Алексей смотрит на него пустым взглядом, но после фразы Саши начинает ухмыляться. - Незнакомец, свалил бы ты нахуй отсюда. Я отстранён, или ты, пока вылизывал моё досье глазами, не заметил красную плашку на пол экрана? Какие мы дерзкие. Саша натягивает улыбку и уже в сотый раз за эту ночь открывает фотку на своём телефоне, после чего кладёт гаджет на барную стойку. - Ничего не напоминает? Алексей хмурится, опирается локтями на поверхность чтобы посмотреть ближе, после чего садиться как раньше. - Я не болею альцгеймером. Окей, это номер моего жетона. Дальше что? Саша набирает воздуха и уже начинает говорить, как ладонь Деревяшкина его останавливает: - Я готов послушать тебя минуту, но когда я допью виски, я поеду домой, а ты съебешь куда угодно, но главное от меня, ясно? Он закатывает глаза, но всё же кивает. Хотя, если Алексей все же скажет ему что-то дельное, он от него не отстанет. - Пару часов назад в квартире убили девочку. Предположительно пьяный отец, ножом в грудь, но я думаю, что это бред. Во-первых, отец не закрыл дверь в квартиру, когда уходил на работу. Во-вторых, по всей квартире беспорядок от этого алкаша, а в комнате, где труп девочки, всё идеально, будто он и не заходил туда. Понимаешь? - У тебя осталось 40 секунд. - Бля, ты лучше слушай. Когда я осматривал труп, в кармане у неё нашёл записку. Белоснежную, плотную бумажку, как визитку, с твоим номером, который написан чёрной гелевой ручкой. Николай Алексеевич Горчаков - это имя тебе о чем-то говорит? - Вообще нет. У тебя около 25 секунд. Саша смотрит в сторону бармена, тот, конечно, вбивал что-то в планшете, но так же очень активно подслушивал их диалог. Парадеев решает наклониться к Деревяшкину ближе. - Хуёво, потому что он тоже сказал, что эти цифры ему не знакомы, но если предполагать, что в квартире был третий человек который и убил дочь Горчакова, то именно он оставил эту визитку. Нам, полиции, чтобы мы вышли на тебя или ты на это дело, я не знаю. Понимаешь? Алексей медленно кивает, достаёт из кармана тысячу и кладёт на стойку. После чего без слов встаёт со стула и идёт к выходу. Находясь в некотором шоке, Саша смотрит на удаляющегося Деревяшкина, и только когда тот уже выходит из бара, Парадеев приходит в чувство. Он тоже оставляет пару сотен за минералку и вылетает из бара за мужчиной. Алексей же без задний мысли идёт к своей машине. - Ты угараешь? - достаточно громко говорит на всю улицу Саша. - Не ори, а то полицию вызовут. - даже не оборачиваясь, с сарказмом говорит Деревяшкин. Твою мать, он проебывал свой заслуженный сон не для того, чтобы его так просто послали куда подальше. Когда Алексей уже подходит к двери своей BMW, Саша догоняет его, кладя руку на дверь машины. - Сука, твой номер на записке, которая лежит в кармане мёртвой девочки, а ты так легко уезжаешь? Ты адекватный? - Вообще нет. Абсолютно. В полиции нет адекватных, я и ты тому доказательство. Ещё что-то хочешь сказать? Алексей резко разворачивается к Саше лицом, складывая руки на груди. - Хочу спросить, неужели тебе настолько поебать на её смерть? Ты явно связан с этим! Вместо молчания Деревяшкин усмехается и достаёт из заднего кармана джинс пачку сигарет. - Ты на полном серьёзе пытаешься вызвать жалость у опера? - Я пытаюсь увидеть в тебе человечность. Щёлк. Красная зажигалка Деревяшкина поджигает сигарету у него в губах. Он медленно затягивается, так же неторопливо выдыхает дым, почти что с садистским удовольствием наблюдая за нарастающей злостью Парадеева. - Херня. Давай я дам тебе ещё попытку. - Боже, почему я не могу тебе вдарить? - с усталостью говорит Саша, смотря на сигарету в чужих губах. Алексей будто без задней мысли протягивает сигарету Парадееву, и тот, хоть и всё ещё злится на мужчину, берет синий winston и затягивается. Сколько он не курил? - Ты можешь попробовать, но я от этого не побегу проситься на это дело. - Да нахера ты тогда вообще всё ещё в полиции? Деревяшкин снова хмурится, забирает из чужих рук сигарету и стряхивает пепел на асфальт. - Потому что я, как и 50% остальных оперов, разрываюсь между чувством справедливости и болью за то, что за твою службу тебе рано или поздно выстрелят в спину. Он снова затягивается, и Саша всё больше понимает, что в досье Алексея слишком много пробелов, либо он врёт. - Тебе выстрелили? - Я бы сказал...пустили предупреждающий в воздух. Парадеев вздыхает, смотрит на безлюдную улицу, смотрит в чужие сосредоточенные глаза. Алексей молчит, в заключительный раз затягивается и выдыхает, после чего бросает сигарету и давит её ногой. - Поэтому вали'ка ты оттуда и всё. - Если ты не свалил, то какая речь обо мне? Алексей как-то грустно смеётся, смотря теперь уже куда-то сквозь Сашу, пока блондин вновь пытается достучаться до Деревяшкина. - В общем, я прошу тебя подумать. Всё же это может быть тебе лично предупреждение, ты можешь быть в опасности, а так же можешь помочь разобраться в этой херне. - Окей. - Окей? - удивлённо переспрашивает Саша, будто это очередной сарказм от Деревяшкина. Алексей тем временем открывает дверь машины, садясь на водительское. - Я говорю "окей", типа я подумаю. - А, класс. Меня, если что, Александр Парадеев зовут. Деревяшкин заводит машину, переключается с дальнего света на ближний, после чего снова подкалывает блондина. - Ну слава богу, теперь и я твоё досье почитаю. - Ну да. - он заглядывает к мужчине в салон машины и только потом до него доходит - Подожди, ты же выпил... - Сашенька, от одного стакана мне ничего не будет. Иди уже. Деревяшкин машет ему рукой, после чего залипает в телефон, как бы говоря, что диалог окончен. - Бля, такой ты вежливый. - комментирует Саша и всё же направляется обратно к своей машине. Когда Парадеев садиться в салон, он не смотрит на авто Деревяшкина, в отличие от самого Деревяшкина, который пристально смотрел через зеркало заднего вида за действиями блондина. - Боже, ну конечно же у него белая ауди. - последнее, что говорит он, прежде чем наконец вывернуть на дорогу и поехать к себе домой.