Точка плавления

Хаос на колёсах

Дорожная сумка Тилла с глухим стуком полетела в багажник старого, но удивительно вместительного внедорожника, который Дьюк одолжил у своего дяди. — Так, распределяемся по машинам, быстро! — Хёнву Пак уже стоял у капота с планшетом, на котором была открыта интерактивная карта маршрута. Его пирсинг в брови задорно поблёскивал на солнце, а сам он выглядел так, словно планировал не дружеские шашлыки у озера, а военную спецоперацию. — В первую машину садятся девчонки и Лука. Во вторую — мы. Вопросы? — У меня вопрос, — лениво подал голос Исаак Ё, поправляя козырёк своей тёмной кепки. — Почему мы должны ехать в одной машине с Дьюком, если он всю дорогу будет петь свои недописанные демки? — Потому что я хозяин этой тачки на выходные, детка! — Дьюк расхохотался, взъерошив свои и без того растрёпанные светлые волосы, и бесцеремонно запрыгнул на заднее сиденье. — Тилл, прыгай назад, будем зажимать Исаака с двух сторон! Тилл усмехнулся и закинул чехол с гитарой на соседнее сиденье. Он чувствовал себя на удивление легко. Солнечный день, предвкушение поездки и весёлый гул друзей вытеснили из его головы ночные кошмары. Он залез в прохладный салон машины и устроился у окна, скрестив руки на груди. И в этот момент на место водителя сел Иван. Он плавно захлопнул дверь, положил длинные бледные пальцы на руль и спокойно посмотрел в зеркало заднего вида. На нём были простые тёмные джинсы и лёгкая чёрная ветровка, но даже в таком расслабленном виде Иван сохранял свою пугающе идеальную осанку. Тилл поймал его цейлонитовый взгляд в зеркале. На секунду воздух в салоне показался слишком густым, но Тилл не отвёл глаз. Вместо этого он дерзко вскинул подбородок, безмолвно бросая вызов, и демонстративно нацепил один наушник. — Все на месте? Поехали, — ровно произнёс Иван, заводя мотор. Машина мягко тронулась с места, увлекая их прочь от душного кампуса.

Ботаника и поп-музыка

Вторая машина, за рулём которой сидела Хёна Пак, напоминала филиал сумасшедшего дома на выезде. — «...And I will always love you-u-u!» — Мизи Сон выводила финальную ноту невероятно громко, используя вместо микрофона пустую бутылку из-под минералки. Её разноцветные хвостики летали из стороны в сторону, а сама она едва не выпрыгивала из своего персикового бомбера от избытка эмоций. Суа Чон, сидевшая на пассажирском сиденье рядом с Хёной, тихо и невероятно нежно смеялась, снимая этот концерт на телефон. Она то и дело поправляла свои круглые очки, бросая на Мизи полные искренней любви взгляды. — Мизи, побереги связки, мы едем всего полчаса, — с улыбкой попросила Суа, аккуратно протягивая ей влажную салфетку. — Зато как поёт! — Хёна весело подмигнула девчонкам в зеркало, уверенно ведя машину по загородной трассе. Она была в своей любимой спортивной ветровке, а её глаза азартно блестели от предвкушения отдыха. — Эй, нерд на заднем сиденье! Скажи же, что это лучше, чем тишина в твоей душной теплице? Лука Хван, буквально замурованный в углу заднего сиденья под горой сумок, гербариев и спальников, даже не шелохнулся. Его светлые пушистые волосы были скрыты под капюшоном, защитная маска натянута до самых глаз, а огромные наушники плотно прижаты к ушам. — Моя нервная система совершает медленное самоубийство, Пак, — глухо пробурчал Лука из-под маски, не отрывая взгляда от своего планшета с классификацией мхов. — Твой стиль вождения нарушает как минимум три закона физики, а уровень шума в этом салоне превышает допустимую норму для человеческого уха. — Ой, да ладно тебе ворчать! — Хёна со смехом прибавила газу, обгоняя грузовик. — Зато весело!

Дорожная симфония

В машине парней тем временем разгорелся нешуточный спор. — Я говорю тебе, этот переход с минора на мажор звучит слишком попсово! — Дьюк активно жестикулировал, едва не задевая Тилла локтем. — Нам нужно больше грязи, больше перегруза! Мы же рок-группа, а не бойз-бэнд! — Дьюк, если мы сделаем там ещё больше перегруза, слушатели просто оглохнут на первой минуте, — возразил Тилл, лениво перебирая пальцами по колену, словно по грифу гитары. В его голосе был только привычный, здоровый азарт музыканта. — Переход должен быть резким, но чистым. Исаак, ну скажи ему! — Мне плевать, главное, чтобы басовая линия не звучала так, будто её написал первоклассник на перемене, — лениво отозвался Исаак, не отрываясь от телефона. Хёнву на переднем сиденье что-то увлечённо доказывал Ивану, сверяясь с навигатором, но Иван, казалось, слушал его лишь вполобороха. Его внимание было приковано к зеркалу заднего вида. Каждый раз, когда Тилл улыбался, споря с Дьюком, или увлечённо напевал под нос какую-то мелодию, пальцы Ивана на руле едва заметно сжимались сильнее. Это было странное, новое ощущение для них обоих. Тилл больше не сжимался под его взглядом. Он сидел расслабленно, его мятные волосы растрепал ветер из приоткрытого окна, а в серо-бюрюзовых глазах горел упрямый огонь свободы. Иван слегка улыбнулся кончиками губ. Ему безумно нравилась эта игра. Ему нравилось, что Тилл борется. Это делало его победу ещё более желанной.

Приезд к озеру

Асфальт сменился шуршащим гравием, а по бокам от дороги выстроились высокие, вековые сосны. Воздух мгновенно изменился — стал чистым, прохладным, с отчётливым запахом озёрной воды, хвои и влажной земли. Машины одна за другой заехали во двор старого двухэтажного деревянного дома с покатой крышей и просторной верандой. — Приехали! — закричала Хёна, глуша мотор. Двери машин распахнулись, и веранду тут же заполнил шумный студенческий гомон. Мизи первая выскочила из салона, раскинув руки и вдыхая свежий воздух. Суа не спеша вышла следом, бережно неся фотоаппарат. Лука вылез последним, с видимым облегчением стягивая защитную маску и блаженно зажмуриваясь от тишины. Тилл потянулся, разминая затекшие за время дороги плечи, и вышел на мягкую траву. Солнце уже медленно катилось к горизонту, окрашивая верхушки сосен и гладь огромного озера в тёплые золотисто-розовые тона. Он подошёл к багажнику, чтобы забрать свою гитару. В этот же момент Иван подошёл с другой стороны, забирая тяжёлые сумки с продуктами. Они оказались лицом к лицу в золотистом закатном свете. — Ну что, Тилл-а, — тихо, так, чтобы слышал только он, произнёс Иван, и его цейлонитовые глаза отразили тёплые блики солнца. — Добро пожаловать. Надеюсь, ты хорошо отдохнёшь. Тилл уверенно перехватил чехол с гитарой, закинул его на плечо и прямо посмотрел на Ивана. — Даже не сомневайся, Чон, — усмехнулся Тилл и, развернувшись, зашагал к дому вслед за шумно спорящими Дьюком и Исааком. Выходные на озере официально начались.