Тюрьма страсти и амбиций

      Три ничтожные минуты — всё, что осталось у Исаги, чтобы изменить «ноль» своей команды на «единицу». Весь матч они не смогли ничего сделать, и комнада соперников лидировала с пятью забитыми голами. Теперь настало время перемен. Внутри Исаги пробудилось неизвестное чувство, которое он испытывал во время «догонялок» и тренировки с Бачирой. Он ощущал приближение долгожданного гола...       — У нас есть один шанс, пока команда «Х» расслабилась. Я отвлеку их на себя, а ты беги, Исаги, — Бачира смотрит на своего друга, который выглядел вымотанным. Пот струился с их лиц, оставляя мокрые следы на коже. — Встретимся у ворот.       — Понял.       Игра возобновилась, мяч стремительно летит на встречу к Бачире, рассекая воздух, а Исаги бежит. Бежит к воротам соперника, доверившись Мегуру. Позади кто-то удивлённо кричит его имя, а он продолжает бежать, сломя голову, обходя противников, которые, в свою очередь, не особо были в нём заинтересованы, и лишь один следил за ним.       «Отыграться до конца матча с нашим счётом уже невозможно, но если кто-то сможет забить, команда должна будет сплотиться вокруг него, и сейчас ради команды мы с Бачирой заработаем гол!»       — Вот тут Исаги... — прошептал Бачира, окружённый тремя соперниками.       Он старательно следил, когда Йоичи достигнет нужной точки и не давал возможности другим завладеть мячом. Мегуру чётко видит своего сокомандника, и, не теряя ни секунды, делает филигранный пас. Его нога с силой отправляет мяч в строго выверенную точку, прямо в свободное пространство.       Мяч летит быстро, и тот, кому он предназначен, мгновенно реагирует. В прыжке Исаги вытягивает ногу вперёд, идеально подставляя стопу под летящий снаряд. Контакт — и мяч, как по нотам, послушно укрощается, оставаясь под контролем. Противники ошеломлены: ещё секунду назад они думали, что окружили Бачиру, но теперь он совершил невозможное, открыв своему товарищу путь к атаке.       «Отличный пас, Бачира! Что ж, теперь один на один с вратарём», — в жилах закипала кровь, ситуация, представшая перед глазами, до боли напоминала о матче старших школ, когда Исаги отдал пас своему сокоманднику вместо того, чтобы пробить самому.       Интересно, как бы всё сложилось, если бы он тогда попытался забить сам?       — Исаги, решил выделиться больше меня? — с левой стороны неожиданно появился Баро. — Попробуй обойти меня, неудачник.       — Твою мать! Не выпрыгивай так резко передо мной, Зайчик, иначе я поседею! — Исаги вмиг останавливается, придерживая мяч ногой. Вот же настырный, следил за ним? Как же ему теперь поступить? Обойти? А сможет ли? Чёрт...       — Исаги, назад! Я забью!       — Давай пас! Сюда!       Сзади к Йоичи прорывались Раичи и Кунигами.       «Пасовать вам? Ну уж нет, если я хочу выжить в Блю Локе, я должен...» — стоявший на защите своих ворот Баро внезапно двинулся к нему навстречу. — «Вот оно...»       Глаза Исаги слегка округлились, а звуки вокруг исчезли. Адреналин в его жилах поднимался волной, и он словно слышал удары своего сердца. Каждая клетка его тела рвалась вперёд, зная, что нужно делать.       Исаги чувствует, как его ноги начинают двигаться, а уверенность растёт с каждым шагом. Баро, уверенный в своей победе, мчится на него, готовый нанести удар. Но тут Йоичи делает неожиданный манёвр: он делает вид, что собирается двигаться в одну сторону, но в последний момент резко изменяет направление. Он начинает движение влево, заставляя соперника полностью повернуться, чтобы закрыть его, но затем, не теряя скорости, делает мгновенный разворот и направляется в другую сторону. Противник, опешив из-за таких выкрутасов, не успевает среагировать, и Исаги, использовав своего рода «обманку» моментально отправляет мяч в ворота в нескольких шагах позади Баро.       Всё произошло настолько быстро, что вратарь команды «Х», под защитой Баро, и вовсе расслабился, не ожидая, что соперник выкинет нечто подобное. Спохватившись, когда мяч почти долетал к воротам, он резко прыгает вправо, но мгновения не хватает. Мяч проходит мимо его руки, пересекает линию ворот и исчезает в сетке. Вратарь падает на землю с растерянным выражением.

Команда «X» – Команда «Z»

5 – 1

      Мир на мгновение перестаёт существовать. В ушах гудит, зрение расплывается и Исаги падает на колени. Усталость покрывает все тело, ему пришлось выжмать максимум усилий, чтобы сотворить последний гол. Это чувство сложно выразить словами, потому что оно охватило Исаги целиком, как взрыв эмоций, которых он даже не успевает осознать. Хоть его команда и проиграла, но проигрыш для Йоичи оказался таким сладким и запредельным. Даже сейчас, продолжая смотреть на ворота соперников, они будто призывали его забить ещё несколько голов.       — «Первый матч пятого здания – победитель команда «X». Игра окончена», — загудело в головах у всех.       — Исаги, ты забил! — вокруг него заплясал Бачира с неимоверной радостью, едва не свалившись ему на спину. Тот первый раз так гордился чьим-то голом, словно своим собственным.       — Неплохо, ты первый, кто смог обойти меня, но не задирай нос раньше времени, с такой игрой и навыками вы точно ко второму отбору не доберётесь, — и вновь этот серьезный вид предстал перед ним.       Как же Баро любил смотреть на всех свысока, но когда он присел на одно колено, чтобы их глаза оказались на одном уровне, это очень удивило Исаги, как и многих вокруг.       — Постарайся попасть во второй отбор, чтобы я мог размазать твой проворный зад, Исаги.       — Мой гол задел твою гордость, Зайчик? — с нотками сарказма произнес Йоичи, и, поднявшись с колен, посмотрел на него сверху вниз.       Это чувство смотреть на кого-то свысока позабавило его, и в мыслях зарождались иронические шутки, но, решив откинуть их куда подальше, он с уверенностью добавил:       — Не волнуйся, я доберусь. Вот только ты не пожалей о своих словах после.       Это был не запуганный маленький зверёк, каким его видел Баро поначалу, а скорее волк в овечьей шкуре. Он так долго носил её, что почти забыл, кем был на самом деле. Но теперь, шаг за шагом, он начнет сбрасывать эту маску, освобождаясь от путаницы в собственной шерсти. Первобытные инстинкты пробуждались, острые клыки сквозь годы притупленной покорности вновь обнажались.       И когда последняя нить искусственной оболочки упадёт, он покажет миру свою истинную сущность — хищника, который долгое время притворялся жертвой. Его взгляд больше не блуждал из-за неуверенности, а прожигал сквозь плоть, насквозь, до самых костей.       Баро, казалось, понял это первым.       «Надеюсь, мой разум меня не подводит», — выпрямившись, Баро без всяких колкостей направился к выходу, желая на время забыть этот испепеляющий взгляд. — «Встретимся во втором отборе, Исаги».       — Странный этот Баро, — заметил Бачира. — Но не будем на нём зацикливаться, погнали в душ, птенчик!       Переместившись за спину друга, он стал подталкивать того к двери, за которой уже скрывались некоторые сокомандники.

⫘⫘⫘

      Воздух в раздевалке был наполнен влажным теплом, смешанным с легким ароматом геля для душа. Игроки команды «Z» уже отмылись от грязи и пота напряженного матча, и теперь, один за другим, натягивали свою привычную одежду — легкие, свободные штаны и просторные свитера синеватого оттенка.       Некоторые делали это неторопливо, наслаждаясь минутами отдыха, другие привычно, словно выполняя ритуал. В воздухе висела усталость, но вместе с ней — ощущение напряжённости. Кто-то ещё вытирал волосы полотенцем, а кое-кто до сих пор был полностью голый...       — Бачира, ты оденешься когда-то или нет? — с настороженностью взглянул на него Исаги.       — Я рожден свободным, — торжественно провозгласил он, вскинув руки.       — И будешь мёртвым, если сейчас же не оденешься, — пробормотал Чигири сбоку, отпивая воду из бутылки.       — Да расслабьтесь, парни! — Бачира встал на лавку, приняв позу античной статуи. — Разве не прекрасно чувствовать себя частью природы?       — Если ты сейчас же не натянешь хотя бы трусы, природа останется без одного идиота, — наигранно протянул Йоичи, целясь в него кроссовком.       — У-у-у, угрозы, — театрально сдрожав, Бачира всё же спрыгнул вниз. — Ладно, ладно, но знайте, вы только что отказались от искусства.       — Если это было искусство, то давай, одевайся, пока я не выдал тебя в музей как экспонат, — хмыкнул Исаги.       В воздухе повисла короткая пауза, наполненная едва сдерживаемыми смешками. А Игараши и вовсе не сдержался и разразился смехом. Атмосфера в помещении понемногу сменялась из раздражённой в более спокойную. Но проигрыш в первом матче, засевший у всех в голове, напоминал о себе, как горечь первой утраты — они не могли поверить, что все так закончилось, хотя внутри знали, что это лишь начало.       «Не могу поверить, что я забил», — плюхнувшись на лавку, Исаги взьерошил слегка влажные волосы. — «Мне повезло, что вратарь расслабился и Баро не успел среагировать... Это всё очень смахивает на удачу. В любом случае, если бы Баро меня закрыл до того, как я ударил по мячу, в ход вступил бы второй план».       Йоичи украдкой взглянул на Ренске.       «Я бы дал пас Кунигами, не знаю почему, но он показался наилучшим вариантом для пробивания, чем Раичи в тот момент».       — Аргх... Ладно, Исаги молодец, что забил гол, но!... — Раичи откинул в сторону полотенце, которым протирал волосы, и попал в Игараши. Тот хотел нагрубить ему, но решил молчать, чтобы знатно не отхватить. — Я не собираюсь мириться с тем, что он всегда будет стоять на позиции нападающего! В следующем матче там должен быть я!       — Раскатал губу – закатай обратно. С таким условием никто соглашаться не станет, — вклинился Нарухая.       «Они снова за старое», — вымученно вздохнул Исаги.       — Прекратите сейчас же! Мы пришли сюда не в игры играть, — Куона вновь пробило покомандовать и донести всем свою правильную точку зрения. — Вы вообще понимаете, в каком положении мы находимся?       — Не понимаю... — нахмурился Игараши.       «О, Игараши базу выдал», — склонив голову немного вниз, Исаги издал тихий смешок, а после заметил на себе убийственный «взгляд» Куона. — «Я молчу, неженка. Начинай уже свою пяти минутную лекцию».       — Первый отбор – это лига из пяти команд, сражающихся друг с другом, и победителями станут всего две команды, набравшие больше очков, — продолжил Куон. — Даже при условии, что все команды дважды выиграют и дважды проиграют, наибольшим числом очков будет шесть.       — Для победы нам нужно набрать девять очков, то есть победить три следующие команды, или же семь очков, если с одной из них будет ничья. В любом другом случае нас ждёт вылет, — перебил его Исаги. — Это ведь логично, нет?       — Конечно, Исаги, но если наша команда проиграет и в следующий раз, тогда это точно будет конец, — язвительно произнес Куон, полностью повернувшись к нему. — Поэтому у нас нет времени спорить и думать только о себе, мы должны придумать, как победить, иначе для нас всё может закончиться.       По телу Исаги пробежал холодок, когда Ватару открыл глаза, сверляще смотря на него. Йоичи принял эстафету и не отвел взгляд, между ними словно разгорались искры, готовясь в любую секунду вспыхнуть в пламя необъявленного поединка, где слова были лишними, а победителя определял один лишь взгляд.       — Офигеть, он глаза открыл! — Бачира, схватив Исаги за плечо, стал трясти его, от чего Йоичи хмыкнул, обрадовавшись, что Мегуру всегда был рядом и помогал избавиться от неловких ситуаций.       — Значит, у тебя есть идеи, которые не приведут к нашему краху? — присев рядом с Исаги, Игараши вопросительно посмотрел на Куона. — Хорошо так-то разглагольствовать, но спешу напомнить, что именно Исаги забил гол, когда ты в своё время бегал за всеми, пытаясь украсть мяч.       — Эй, к тебе это тоже относится, Игагури-к, — с нотками раздражения в голосе произнес Бачира, наблюдая, как бесцеремонно тот уселся возле его птенчика. Но стиснуть зубы покрепче его заставила нахальная ухмылка Игараши, когда тот прижался к Исаги, обнимая его за талию.       — Исаги, прости меня, в следующий раз я не буду вести себя так необдуманно и буду играть правильно, — захныкал Игараши, прижимаясь сильнее к Йоичи.       — Хорошо, хорошо, только не липни ко мне, — запаниковал Исаги, понимая, к чему всё идёт, если Гуриму сейчас же не прекратит, он рискует вновь попасть под горячую руку Бачиры.       И чего эти двое так любят выводить друг друга из себя?       — Свалили оба, — раздался позади голос Чигири, и Игараши полетел вперёд, неплохо приложившись лицом об пол. После чего послышался хлопок ладони, и хватка на плече исчезла.       Разобравшись с двумя наглецами, Чигири обошёл скамью, на которой сидел Исаги, и присел рядом, туда, где только что сидел Игараши, запрокинув одну ногу на другую. От неожиданной помощи со стороны красновласого парня Йоичи удивился, но это быстро сменилось радостью и лёгкой улыбкой, вспоминая, как недавно тот говорил, что поможет успокаивать этих парней. Только его методы успокоения оказались не такими, какими их себе представлял Исаги.       «Меня интересует только одно: почему Кунигами молчит? Он разве не должен противостоять насилию со стороны Чигири?» — задумавшись, Йоичи решил ещё разок взглянуть на Ренске, пока вокруг царила гнетущая атмосфера и слышалось злостное бормотание. Увиденное заставило его вздрогнуть... Кунигами улыбался? Он радовался тому, что сделал Чигири? — «Не понимаю, такие действия уже в порядке вещей или этому послужило нечто иное? Почему он так странно улыбается?»       Заметив на себе взгляд Исаги, улыбка Кунигами, кажется, стала ещё больше. Йоичи вмиг отвернулся, схватившись руками за голову:       «Что, мать вашу, происходит?»       — Игараши верно подметил, гол Исаги получился действительно крутым, может, он и станет подсказкой к победе, не думаете? — пустующее место с другой стороны возле Исаги занял Кунигами, скрестив руки на груди.       — Если продолжим забивать таких больше, то победим, но, Кунигами, какого черта ты занял моё место? — встал перед ним Бачира.       — Где сказано, что оно твоё? — раннее закрытые глаза Кунигами приоткрылись с хитрым прищуром. — Мест много, садись рядом.       — Не стоит меня раздражать, Кунигами, — прошептал Бачира, наклонившись ближе к его лицу.       Голос был настолько тихим, что казалось, его услышал только тот, кому было адресовано предупреждение. Но данную реплику услышал также Исаги.       «Теперь и эти двое спорят. За что? За место?» — абсурднее ситуации Исаги ещё не видел и хотел как можно скорее покинуть раздевалку. — «Мне нужно подышать свежим воздухом... или хотя бы побыть наедине».       Шум сбоку отвлёк Исаги от мыслей, и он заметил, как надутый Бачира прошагал к скамье напротив, присев перед ним. Ссора закончилась так и не начавшись, что несомненно порадовало Исаги, а ведь вариант того, что Бачира полетит в другой конец комнаты, как во время догонялок, никто не отменял. Наверное, Мегуру сам понимал — не стоит доводить Кунигами.       Всё помещение погрузилось в тишину, словно они присутствовали на спектакле и занавес опустился, оставив каждого один на один с тем, что творилось у него в голове. Кто-то потянулся к бутылке с водой, кто-то сосредоточенно уставился в пол, но никто не решался нарушить этот зыбкий момент затишья.       Исаги скользнул взглядом по Бачире — тот, уперев локти в колени, задумчиво глядел в пустоту, но губы его подрагивали, словно он сдерживал улыбку или же новые слова, которые могли бы снова раскрутить уже затухший конфликт.       — Может, у этого тоже есть какая-то особенность, как было в догонялках, тренировка эгоистов, продуманная Эго? — предположил Имамура.       — Вряд-ли, у меня такое чувства, что все его слова не являются неоспоримо правильными, — на Имамуру взглянул Чигири, и слегка отклонившись, схватился за край скамьи позади себя. — Но его фраза «Это битва, чтобы создать футбол с нуля», думаю, является своего рода подсказкой.       — Возможно, я понял смысл «нуля футбола», — произнёс Исаги.       Многие из сокомандников затихли, готовясь услышать мысли Исаги на этот счёт, но были и те, кто делал вид, будто им не интересно, что он собирается донести до них.       — В недавнем матче все игроки, включая команду противника, поначалу играли каждый сам за себя, пытаясь заработать гол. Думаю, это и есть тот самый «ноль» из слов Эго.       — Это даже футболом-то не было, — поджав под себя ноги, Игараши сидел на полу недалеко от Исаги, внимательно слушая его. Раз за разом поглаживая свой лоб в надежде, что на нём не выскочит шишка от удара.       — Да, но всю игру изменила лишь игра одного Баро. Он превратил «ноль» футбола без правил в «единицу» своими силами и талантом, забив гол. Таким образом, он собрал вокруг себя остальных игроков, — с каждым словом к нему стало прислушиваться больше людей, оставляя свои занятия на потом. — Именно поэтому необходима сила, которая породит «единицу».       — Твои слова имеют смысл, но тем кто породит так называемую «единицу»... — Имамура сделал пару шагов ближе. — Ты ведь говоришь о себе, Исаги? Единственный, кто забил гол и мог бы сплотить команду вокруг себя, был именно ты.       — Не стану увиливать, ты прав. Но забить тот гол мог бы и кто-нибудь другой, не стань вы гоняться за мячом, как кучка младшеклассников, — смехотворная ситуация на поле всё ещё не покидала голову Исаги. — И гол получился благодаря Бачире, так как он объединился со мной, не наплевав на всё и вся.       — ...       Имамура тут же сдался, не собираясь спорить с этим парнем, тем более когда на стороне Исаги было столько людей, которых, кажется, сам он не просил помогать или защищать себя. Это было странно.       — И при всём этом, Эго создал систему, в которой победителем останется тот, кто наберёт больше голов?! — Нарухая стал активно взлохмачивать свои мягкие волосы, раздражаясь из-за правил Джинпачи.       — Уловка Эго, из-за которой у всех эгоизм зашкаливал до предела, и все отбросили позиции и стратегию. Нас буквально заставили думать: «Я должен сам забить гол», — Исаги опустил локти на колени и сомкнул пальцы, подушечки чуть заметно надавили друг на друга. Взгляд его был прикован к одной точке, а слабый изгиб рук выдавал напряжение – то ли от усталости, то ли от мыслей, роящихся в голове. — И лишь преодолев эту борьбу эгоизма с эгоизмом, на свет может появиться команда.       — Футбол и команда – это то, что появляется лишь благодаря выдающемуся нападающему, — едва слышно проговорил Кунигами, и Исаги обрадовался, что кто-то озвучил схожие с ним мысли.       — Мо-ло-дцы! — протянул Эго над головами парней, появившись на таком же экране телевизора, как и в комнате собраний. — Вы движетесь в правильном направлении, мои драгоценные мальчики.       Исаги ошарашенно посмотрел на Джинпачи, не ожидая его увидеть и узнать о том, что он их подслушивает.       — Только что закончился второй матч в вашем здании. Команда «V» победила команду «Y» со счетом 6-0.       — У нас ситуация не лучше, — пробормотал Игараши.       — Вашему вниманию представляю нынешнюю расстановку баллов.       Эго приподнял руку ладонью вверх, и над ней появилась таблица. На первых двух местах лидировали команды «V» и «Х». В следующее мгновение Джинпачи резко хлопнул в ладоши, и табличка с баллами переместилась в правый угол экрана.       — Итак, вы, похоже, не знаете, как изменить «ноль» на «единицу». Тогда постараюсь объяснить вам это на примере такого спорта, как бейсбол, который является главным в Японии, ведь она может соревноваться с миром... — На экране заплясали картинки и короткие видео об этом спорте. — Смотрите: питчер, кетчер, инфилдеры, аутфилдеры, 1 и 4 бэттери. И самое главное – нападение и защита полностью разделены в одном иннинге. То есть на поле совершенно не происходит физическое столкновение с соперником, и этот спорт идеально подходит особенности Японского мышления.       «Но футбол ведь другой...» — Исаги немного нахмурился, ожидая следующих слов Эго.       — Но футбол, в котором нападение в один миг меняется на защиту, широкое и открытое поле, где можно свободно двигаться, и, ко всему, много физического контакта... Этот спорт устроен так, что, лишь выполняя свою роль, выиграть не получится. Поэтому необходим «эгоизм» – ваша личная неповторимая сила.       Вытянув руку вперёд, Эго резко сомкнул пальцы, словно захлопывая капкан, и продолжил:       — Знаете, какие позиции в футболе для японцев сейчас могут сражаться на мировом уровне? Это полузащитники и задняя поддержка! «Все ради команды» – вот чему они себя посвящают. В этом спорте, играя свои роли, они делают из «единицы» нападающего «сотню», и неудивительно, что у нас появляется множество таких хороших спортсменов.       «Если бы не их самопожертвование, японский футбол не развился бы до такого уровня», — Исаги отвёл взгляд от экрана. — «Эго хочет сказать, что нападающие не могут полагаться только на команду? Что без собственной силы они останутся в тени?»       Он сжал кулаки. Эти слова заставили его сердце забиться быстрее. Он прекрасно понимал, о чём говорил Эго. Нападающий, который играет ради команды, может быть полезен, но если он не стремится стать лучшим, то останется лишь фоном для других.       «Поэтому нападающий должен стать центром команды, а не её частью».       — Измените своё мышление! В футболе вырвать решающий гол – значит «разрушить» команду противника. Другими словами, нападающий – это разрушитель! Забив гол, вы разрушите все установки соперника, — Эго перешёл на более резкий и громкий тон. — Нападающие! Не пытайтесь вписаться в рамки своей роли! Чтобы породить «единицу» из «нуля», вы должны взять в руки оружие, запугать команду противника, остановить её, разрушить её. Оружие, которое доступно только вам.       На экране вновь появились видео того, каким может быть их оружие: дриблинг, удар головой, скорость, свободный удар или техника.       — Все лучшие нападающие обладают оригинальным, никому не доступным оружием – тем, на что способны только вы! «Революция» под названием «гол» может быть начата только вашим собственным оружием.       «Оружие... Это и есть подсказка, чтобы победить в первом отборе».       — Ещё одна деталь... Следующие матчи будут проходить в два раунда с перерывом между ними. Учтите это, — ухмыльнулся Эго.       Исаги больше не слушал Эго, но потухший экран через пару секунд говорил о том, что тот, скорее всего, только попрощался с ними, не сказав ничего важного.       — Мы должны как следует обдумать слова Эго, но перед этим... — начал было Кунигами.       — Но перед этим мы должны пообедать! — закончил его речь Игараши, поднявшись и зашагав к выходу. — Думать на голодный желудок – так себе идея, ребят. У меня, если честно, голова разболелась от такого количества информации...       — Нечего меня перебивать, Игараши! Я в принципе хотел сказать то же самое, — схватив Исаги за руку, Кунигами подскочил с места и направился вслед за Игараши.       Йоичи не обратил на это внимания, так как полностью погряз в своих мыслях, и его без затруднений повели за собой.       — Дубина! Отпусти моего птенчика сейчас же!

⫘⫘⫘

      Опомнился Исаги, когда они подходили к столовой, а точнее, из-за голоса, который извещал время обеда. Выдернув руку из хватки, он остановился и едва ощутимо ударил себя ладонью по лбу. Кунигами обеспокоено посмотрел на этот жест, но сказать хоть слово ему не позволил Бачира, молниеносно появившись перед ним и начав свою тираду по отношению к своему другу.       «Душно», — подумал Йоичи, и, благодаря сокомандникам, обходившим их в это время, он проскользнул в толпу и затерялся в ней, выйдя с другой стороны, чтобы побродить по пустому коридору, пока все остальные будут заняты обедом. — «Надеюсь, меня никто не будет искать».       Оглянувшись с десяток раз, Исаги не мог успокоиться, переживая, что где-то из-за угла вдруг выскочит Бачира. Но со временем беспокойство утихло, и он был уверен, что никто не последовал за ним. Глубоко вздохнув, Исаги медленно ковылял по длинным коридорам, рассматривая однотипные серые стены.       Внезапно ему пришла идея — направится в медпункт на третьем этаже, где он мог бы побеседовать с Кирисаме Сайо и отдохнуть от пережитого за полдня. Окончательно решив, что именно так он и поступит, Йоичи ускорил шаг, но вскоре вновь замедлился. Его вдруг осенило: место, в котором он находился, было ему не знакомо. Возможно, дойдя до конца коридора, он повернёт за угол и поймёт, куда идти дальше, но кое-что его заинтересовало, и он остановился.       С левой стороны был небольшой проход, ведущий к двери черного цвета, которая, как понял Исаги, открывалась вручную. Он догадывался, куда мог вести этот проход, но хотел удостовериться в этом собственными глазами. Мгновение — и вот он уже миновал расстояние до двери, его рука ложится на холодную металлическую ручку.       «Какова вероятность, что она закрыта?» — засмеялся про себя Йоичи.       Он подумал об этом в последний момент, но любопытство взяло верх. Надавив на дверную ручку, он почувствовал, что та поддалась. С еле заметным скрипом дверь отворилась и неторопливо распахнулась настежь, явив Исаги небольшой коридор.       Коридор был узким, окрашенным в монотонный серый цвет, будто лишенный всякой жизни. Напротив находились такие же двери, без каких-либо обозначений, словно преграда, скрывающая за собой неизвестность.       С правой стороны, прямо у стены, сидел парень. Его спина была оперта о холодную поверхность, одна нога вытянута вперед, а другая согнута в колене, образуя небрежную опору для руки, лениво покоящейся сверху. Тусклый свет, падающий с потолка, создавал легкие тени на его лице, а две пряди блондинистых волос, переходящих в розовый, спадали по обе стороны его лица, заставляя Исаги вспомнить их обладателя.       Вот уж кого-кого, а этого человека Йоичи точно не ожидал встретить так скоро. Загорелый парень, казался забытым в этом узком сером коридоре. Его светлые волосы были небрежно уложены вверх, а ближе к концам переливались мягким розовым цветом. Он выглядел расслабленным, а глаза были закрыты. Такой вид нравился Исаги больше, нежели тот надменный взгляд с хитрым оскалом на лице, когда они впервые встретились в Японской футбольной ассоциации.       — Долго будешь стоять в дверном проёме, малыш?       Не успел Исаги осознать происходящее, как встретился взглядом с этим странным парнем. Тот уже искоса смотрел на него, уголки губ едва заметно приподнялись, но выражение лица оставалось неуловимым — то ли насмешливым, то ли равнодушным.       Глаза… Странно, что Йоичи не заметил этого раньше, ведь они были довольно интересными, глубокими, розового оттенка. Их разрез был чуть вытянутым, а вместо привычных зрачков — белые, узкие, как у хищной кошки, подстерегающей добычу. Этот взгляд был изучающим, но в нем таилось нечто большее, словно в нем отражался играющий на грани интерес.       Но в то же время, атмосфера вокруг него словно кричала: «Здесь опасно!», «Убирайся отсюда как можно дальше!». И как бы Исаги ни пытался подавить это странное чувство, что-то в его груди не позволяло развернуться и уйти. Может быть, это было любопытство, жгучее желание узнать, что скрывается за этим загадочным взглядом. Или же что-то другое — неведомое, но неотвратимо манящее. Он просто не мог оторвать взгляд от парня, как будто что-то невидимое тянуло его все глубже в этот мрак.       — Малыш, твой жадный взгляд слишком меня возбуждает...