Тюрьма страсти и амбиций

Мир за стенами «Синей Тюрьмы».

      Японская гостиница, выстроенная из стекла и стали, отражала городские огни, превращая здание в сияющий маяк среди оживлённых улиц. В одном из её номеров сидели двое мужчин. Один из них был погружённый в свои мысли, он внимательно рассматривал через окно мелькающие огоньки города, пытаясь найти в их хаотичном свете хоть какую-то стабильность. Второй же метушился на месте, приготавливая всё необходимое для долгожданной встречи.       — Меня зовут Нихей, я представитель футбольного журнала, — мужчина, включив устройство для записи звука, приступил к разговору. — Большое спасибо, что согласился на интервью, Итоши Саэ.       — Перейдем сразу к делу, — продолжил мужчина, замечая, что скучающий собеседник не собирается отвечать и отрываться от манящего вида за окном. — До недавнего времени ты был членом всемирно известного клуба «Ле-Аль». Однако из-за запрета заключать договоры с иностранными игроками младше восемнадцати лет, ты потерял своё место и вернулся в Японию. Другими словами, мы увидим тебя играющим в лиге внутри страны?       — До смерти, — безразличный взгляд парня заставил интервьюера немного понервничать. — Не хочу.       Итоши, запрокинув одну ногу на другую и подперев голову рукой, уже жалел о том, что согласился на интервью. Он предполагал, какими вопросами его будут мучать, и только что человек по имени Нихей оправдал его ожидания.       — Чем играть в футбол в этой стране, я лучше буду играть в университете Германии.       — Эм... Итоши-кун, но ведь профессиональная футбольная ассоциация выбрала тебя в 11-тку лучших футболистов нового поколения. Ты известный молодой полузащитник, которого хотят заполучить футбольные клубы со всего мира, — мужчина понемногу паниковал: не такого ответа он ожидал услышать от Саэ, а значит, удержать его подольше для вопросов, скорее всего, не выйдет. — Но есть ли у тебя надежда или стремление в будущем стать представителем японской сборной и с гордостью носить солнечный шар на форме?       — Меня это совершенно не интересует. В этой слабой стране даже с национальной сборной не завоевать мир, а победить в Лиге Чемпионов – моя мечта, — говорил Итоши, поднимаясь со своего места.       Его совершенно не волновало, сколько ещё вопросов было подготовлено для этого интервью, поэтому он сам решил закончить этот нудный процесс, направляясь к выходу.       — В этой стране нет нападающего, который сможет принять мой пас. Думаю, я просто родился не там.       — Аа... Спасибо за уделённое время... — мужчина также встал со своего места, намереваясь хоть как-то задержать Итоши, но тот уже схватился за дверную ручку и с последними словами дал понять, что собеседование окончено.       — До встречи, — помахал рукой Итоши, выходя из комнаты, хмыкнув при этом на свои мысли о том, что повторной «встречи» быть не может.       «Значит, в Японии нет человека, который сможет удовлетворить требования гения, нацеленного только на покорение мира», — задумался Нихей, потирая виски.       Вялая улыбка появилась на его лице, когда он понял, что упустил столь важную персону, не успев задать побольше интересующих вопросов.

⫘⫘⫘

      — Итоши-чан! Пресса может тебя невзлюбить! — произнес с беспокойством менеджер Саэ, следуя за ним попятам с различными папками в руках.       — Да плевать, — Итоши, зайдя в лифт и сложив руки на груди, упёрся спиной о заднюю стенку, наблюдая, как его менеджер нажимает кнопку первого этажа.       Лифт медленно тянулся вниз, и в ожидании прибытия Саэ был доволен, что никто не вызывал его на этажах. Однако это показалось странным: ведь в вечернее время людей больше, чем в дневное.       — Всегда вы так, но всё же...       — Срок действия загранпаспорта истёк, поэтому я вернулся, но в мои планы не входили интервью. Я согласился лишь из-за того, что вы настаивали, менеджер Дабади, — как только лифт остановился, Саэ поспешил выйти из душной кабинки. — Вы ведь уже забронировали места на рейс в Испанию?       — Да, наш самолёт отбывает через два часа.       — Отлично, иначе я не выдержу еще хоть день. Атмосфера здесь слишком давит на меня, куда бы ни пошёл.       В этот момент Итоши остановился напротив зала, двери которого были открыты, а внутри сидела толпа журналистов, слушая кого-то.       Присмотревшись, Саэ замечает плакат с надписью «Японская футбольная ассоциация», висевший над огромным экраном. Перед ним сидели двое из представителей этой ассоциации – кажется, они рассказывали что-то новое прессе. Это событие не заинтересовало Саэ, и он собирался уйти, но замешкался, прочитав надпись на экране:

Проект «Синяя Тюрьма»

      — Похоже, сегодня в зале церемоний пресс-конференция... — Итоши услышал бормотание своего менеджера.       — Синяя тюрьма... — прошептал Саэ и стал вслушиваться в слова представителей Японской ассоциации.       — ...То есть были собраны три сотни выдающихся старшеклассников, чтобы вырастить нападающего, способного открыть Японии путь к Кубку мира. Это и есть проект «Блю Лок», — закончил свою речь президент ассоциации.       — И вправду многообещающий проект. Но разве ради этого стоит рушить жизнь его участников? — спросила девушка, сидящая в первом ряду.       — Даже если на свет появиться лучший в мире нападающий, он будет всего один. Где же гарантии того, что Япония сможет победить на Кубке мира? — вслед за девушкой задал вопрос мужчина.       — Ваши слова можно воспринять как то, что ради рождения одного нападающего вы готовы пожертвовать жизнями остальных двухсот девяносто девяти человек. Неужели нет родителей, которые были бы против?       — Нет... Нет, мы уважаем желания всех и каждого из участников... К тому же родители тоже подписали бумаги, — Бурацута Хиротоши растерялся, услышав вопросы, на которые ему трудновато было ответить. При этом все стали кричать один за другим, не успокаиваясь.       — Жертвовать жизнями? — заговорила девушка, сидевшая рядом с Хиротоши. — Именно! Чтобы японский футбол перешёл на следующую ступень, этот безумный проект просто необходим!       Резко поднявшись, она ударила обеими руками по столу. Для неё, страстно увлечёной футболом, этот проект был последним спасением. И отказываться от него лишь из-за того, что люди против разрушения жизней, она не намерена.       — Анри-чан, ты чего так кричишь? — Бурацута не понимал столь резкого изменения в её поведении.       — Разве вы не хотите увидеть, как в мире японского футбола рождается легенда? — крик Анри разнёсся по всему залу, и никто не осмеливался прирекнуть девушку, решив, что она сумасшедшая.

⫘⫘⫘

      — Что из себя представляет ваш первый этап отбора? — решил полюбопытствовать Исаги. — «Нас по командам расформировали явно не просто так. Мы будем играть против команд из других зданий, чтобы стать сильнее? Или же...»       — Пять команд, что находятся в вашем здании, будут соревноваться по круговой системе. То есть вам прийдётся играть с четырьмя другими командами по очереди в ходе раунда. И по результатам отбора только две лучшие команды смогут пройти во второй этап.       Внезапное приближение Эго на экране слегка потрясло ребят.       — Я вижу недовольство на твоём лице, Исаги. Тебе не понравился мой ответ? Может быть, ты ожидал чего-то другого?       Исаги совершенно забыл контролировать свою мимику. Слушая разъяснения, он невольно нахмурил брови и прищурился, холодно глядя на экран. Он вспомнил взгляды... взгляды парней из столовой, которые прожигали в нём дыру. Решив избегать их во время приемов пищи, его застигает неожиданная новость о том, что эти взгляды будут следить за ним и на поле. Хотя чего ещё он ожидал? Ведь где-то глубоко внутри у него всё же были мысли на этот счёт.       Из раздумий его вырвали неожиданные вопросы Эго, и все вокруг с недоумением посмотрели на него. Смутившись, Йоичи быстро ответил первое, что пришло на ум:       — Нет, нет, ничего против вас и ваших идей я не имею.       Впечатление о нём и так не из лучших среди некоторых сокомандников, а теперь Исаги умудряется его окончательно подпортить. Гнетущую атмосферу усиливал только Бачира, поглядывая на смущённого Исаги и, закрыв рот рукой, сдерживал смех.       И этот человек назвался его другом?       — Хотите сказать, что нашу команду составляют одиннадцать нападающих? — спросил Чигири, привлекая всё внимание на себя, за что Исаги в мыслях поблагодарил его.       — Интересненько, прийдётся играть и на других позициях, — развеселился Имамура. Рассматривая всех ребят, он заметил позади себя парня с короткой щетиной, казавшимся здесь старше всех. — Иемон! Не хочешь сыграть за вратаря?       — Чёрт, я не смогу отказаться, если попросят...       — Пфф, тогда я буду центральным нападающим! — засветился от радости Раичи и посмотрел на Эго, будто ожидая его одобрения. Но тот, сомкнув руки в замок и прислонив их к губам, безразлично наблюдал за всеми.       — Игагури, ты будешь защитником, — Нарухая тыкал пальцем в спину Игараши.       — С чего это ты за меня решаешь? — обернувшись, Гуриму широко растопырил локти и упёрся ладонями в бока.       «Чигири верно подметил: играть в команде с одиннадцатью нападающими просто не возможно. На поле может начаться бардак, если мы не определимся с позициями», — снова задумался Исаги, схватившись указательным и большим пальцем за подбородок, при этом глазами блуждая по полу. — «Собираеться ли Эго решить данный вопрос или пустит его на самотёк?»       — Я думаю, тебе лучше у ворот постоять и не путаться под ногами, Исаги, — ехидный голос сбоку заставил Йоичи сжать кулаки.       Мало Куону было в спортзале постебаться над ним, теперь он делает это у всех на виду.       Исаги решил игнорировать Куона, сейчас, последнее, чего он хотел, – это спорить с ним. Скажет ещё пару слов и отстанет, когда наскучит. Главное – не попадаться на его провокации и случайно не выйти из себя. Впереди Йоичи ждали куда более важные вещи, чем мелочные попытки Куона зацепить его гордость.       — Эй, узкоглазый, ты останавливаться не умеешь?       Бачира, схватив Исаги за руку и отдернув назад, стал на его защиту.       — Мне кажется, вы с Исаги ещё днём решили свой спор. Или ты хочешь продолжения? Боюсь, в этот раз спорить с тобой буду я – и не только словесно, дорогой.       — Мне уже пошутить нельзя? — ухмыльнулся Куон, сложив руки на груди.       Ему точно стало не до шуток, когда внезапно у Исаги появился защитник. Он не думал, что Йоичи так быстро подружиться с Бачирой, зная его характер. Хотя не удивительно, ведь Мегуру с самого начала лип к нему, а тот в свою очередь отнекивался. Стоило об этом подумать ещё тогда, когда он увидел их появившихся вместе в дверном проёме.       — Ты теперь его друг, что-ли?       — Я его Лучший друг, наставник, катализатор перемен, муж... — Бачира перечислял всё, что взбредёт в голову, не думая об окружающих. Но резкий толчок в спину заткнул его.       Пошатнувшись, он оглянулся и увидел злющего Исаги, но даже в раздражении его выражение напоминало обиженного щенка. Эта ситуация заставила Бачиру прийти в умиление.       — Наверное, слово «муж» было лишним?       «Скоро мне самому понадобится психолог», — Йоичи не понимал, что именно двигало Бачирой в этот момент. Пару минут назад он почти что задыхался от смеха, а сейчас решил поиграть в героя. Стоило Исаги успокоиться, как в его голове возник неожиданный вопрос: — «Почему Эго до сих пор не сказал ни слова?»       — Исаги, так ты весь день был мрачным из-за Куона? Он сказал что-то в тренажёрном зале?       Игараши, схватив Исаги за плечи, выглядывал из-за его спины, грозно глядя на Куона. Как все уже знали, этот мальчик неспособен нанести физический вред, он скорее сам пострадает даже если рискнёт, но сейчас его вид внушал некоторые сомнения по этому поводу.       — Куон, не смей больше злить Исаги! Из-за тебя он вымещал свою злость на мне!       — А?       — Игагури-к, отлипни от моего птенчика, — вмешался Бачира, пытаясь оттолкнуть Игараши подальше от Йоичи. Но тот, напротив, ещё крепче вцепился в плечи Исаги.       Из их трио вышла забавная картина: Исаги стоял по стойке смирно, приложив руку ко лбу, а сзади двое «детишек» отчаянно боролись за него, как за игрушку в детском садике.       — Я не фанат физического насилия, — Кунигами схватив обоих за воротник и оттащив подальше от Исаги, усадил их в середине комнаты. — Вы ведёте себя хуже детсадовцев. Мальчики, прежде чем приближаться к Исаги подумайте о своём поведении. Из-за вас он чувствует себя некомфортно.       — Это ты так решил? — Бачира поднялся на ноги, собираясь вернуться к своему другу. Но, увидев, как Исаги отвернулся, он почему-то остановился.       Может, они действительно перегнули палку?       Проходящего мимо Игараши, Бачира схватил за руку и потащил в противоположную сторону, игнорируя его крики. Он решил оставить птенчика в покое на некоторое время...       — Я могу помочь их успокаивать, когда подобные случаи повторяться, если ты не против, — раздался голос Чигири.       Йоичи вздрогнул: он снова не заметил, как красноволосый парень незаметно подкрался к нему. Вот только ситуация с Кунигами слишком рассмешила Исаги, и прежде чем ответить, он сделал глубокий вдох, чтобы прийти в норму.       — Да, я был бы весьма признателен, — ответил Исаги с улыбкой.       Странное чувство вновь накрыло Чигири, похожее на то, когда он впервые с ним заговорил.       — Я будто только что посмотрел мелодраму, но с концом не определился: то ли он печальный, то ли счастливый, — все обернулись на слова парня с длинными волосами, собранными в пучок и окрашенными в серебристый цвет, на ухе которого имелись шрамы. — Ммм?       — Вы закончили? — спокойный голос Эго, напомнил о своём существование.       Он всё ещё сидел на своём месте, но теперь не с пустыми руками: в одной руке он держал кружку, в другой чайную ложку, помешивая содержимое. Ходил ли он сам за напитком или кто-то принёс его, никто не знал. Ведь внимание всех было сосредоточено на разборках, происходящих в помещении.       — Хорошо. Тогда с завтрашнего дня готовьтесь. Мы будем с нуля переделывать все устоявшиеся нормы о вашем футболе. Отбросьте всё то, что вы знали, потому что вам прийдётся вбить себе в головы новую информацию. Чтобы Япония стала первой в мире, самое обходимое не «слаженная работа» одиннадцати игроков, а один единственный человек, игра которого изменит команду, страну, и даже весь мир!       «Создать футбол с нуля, чтобы сойти с ума?» — ухмыльнулся Исаги, и на экране появилась сумасшедшая улыбка Эго, словно он смотрел именно на него и отвечал ему тем же.       — Ах да, Чигири упоминал о вашей команде из 11 нападающих. Могу сказать, что это вполне приемлемо, вдолбленные в вас знания и распределения позиций – это всего лишь результат истории развития футбола, просто распределение ролей. Футбол начался с того, что в нём все игроки были нападающими.       Слова Эго шокировали некоторых, а Исаги понял, что мужчине будет наплевать кто и где стоит на поле. Выкручиваться в этой ситуации им прийдётся самим.       — В общих чертах я донёс до вас сегодняшнюю информацию, можете отправляться в комнату для сна, потому что завтра начнется ваша первая игра.       Монитор погас, и в комнате воцарилась тишина до того момента, как ребята один за другим не стали расходиться.       — Исаги, ты идёшь? — обратился к нему Чигири, заметив, что тот вновь погрузился в свои мысли, смотря в одну точку.       — Да, но сначала приму душ, я был на тренировочном поле с Бачирой, когда объявили о собрании.       Исаги повернулся к Чигири. Тот кивнул в знак понимания и вышел из помещения. Как оказалось, Йоичи остался последним в комнате. Он даже не заметил, как все разбежались. Нужно было избавляться от привычки задумываться обо всём на ровном месте.       Исаги направился к выходу, и в тот момент, когда двери перед ним плавно разошлись, свет в комнате за его спиной погас. Йоичи, не обращая внимания на это, вышел за порог. Он даже не заметил, что за дверью его кто-то ждал. Лишь почувствовав внезапное сжатие на своём запястье, Исаги обернулся к человеку, остановившего его.

⫘⫘⫘

      — За четверть века Японский футбол по меркам мира развивался с огромной скоростью. Всё из-за того, что мы видели мечту. Но каждый раз мы оставались на шаг позади, и чтобы преодолеть его, Японскому футболу необходимо умереть. Ведь у прошлых поколений мечтой было «Участвовать в Кубке мира», и то, что «Мы можем побороться на мировом уровне», те мечты уже пережили своё.       Анри продолжала высказывать всё, что накопилось в её мыслях за время пресс-конференции.       — Поэтому Японскому футболу нужно найти новую мечту!       Новую возможность, которую предоставил им Эго Джинпачи, Анри не собиралась отпускать просто так и последует за ним до конца с надеждой увидеть новое будущее для Японского футбола. Девушку не волновали мысли людей, присутствующих здесь, и тех, кто сейчас находиться за экранами, смотря этот эфир.       Вернувшись на своё место, Анри наблюдала лишь шок и раздражение от лиц журналистов. Их взгляды метались с девушки на сидящего рядом Хиротоши Бурацуту, ожидая хоть каких-то объяснений того, что только что они услышали. Но мужчина, как в воду опущенный, лишь жалел о своём сегоднящнем партнёре для конференции по имени Анри Теиэри, ведь она была той, кто представил им новый проект, и она единственная, кто ближе всех находится к Эго и его задумкам. Вся эта ситуация развеселила сотрудницу японской ассоциации, и теперь со спокойствием она произнесла:       — С этого момента Японский футбол переходит на новую ступень. И не мы взрослые, что уже растеряли мечты, а эти 300 детей, которые не стали никем, станут главными героями! Есть ли у вас смелость, наблюдать за теми, кто следует новой мечте под названием «Победа в чемпионате»? — закончила свою речь Анри.       Последние слова зацепили многих людей, и возгласы недовольства хлынули из зала. Конечно, девушка не рассчитывала, что хоть кто-то согласиться с её словами или хоть обдумает их, поэтому тяжело вздохнув, она оставила разборки с прессой Бурацуте. Но всё же был человек, который слушал её от начала до конца, и своими высказываниями она пробудила в нём желание узнать, кто же станет тем «спасителем», который вытянет японский футбол на новую ступень.       — Итоши-чан, нам нужно поторопиться на самолёт, — менеджер Дабади смотрел на наручные часы. Время поджимало, и чтобы успеть, им стоило отправляться как можно скорее.       — Отмени.       — Что?       Дабади не мог поверить услышанному. Он скорее поверит, что ему послышалось, ведь Итоши Саэ, которого он знает, никогда бы не засиживался в своей стране дольше, чем того требует ситуация. Но сейчас что-то кардинально изменилось в футболисте за считанные минуты, неужели слова той женщины так сильно повлияли на него?       — В этой «Синей Тюрьме» сейчас находится мой брат.       Медленным шагом Саэ двинулся по коридору к главному выходу из гостиницы.       — Недавно я связался с родителями, они упоминали об этом проекте и сказали, что Рин не задумываясь согласился, даже зная, какой риск несёт за собой вылет из «Блю Лока». Поначалу мне казалось, что этот проект будет скрыт от всех, как что-то незначительное и не затратное, зная, какие люди сидят у нас в футбольной ассоциации. Но сейчас я беру свои слова обратно, если его обнародовали и имеют большие планы, я собственными глазами должен увидеть, как долго там продержится мой брат и кто же станет тем «героем».       — Хорошо, я последую вашим указаниям.       Менеджер увидел новое пламя, которое в Итоши разжёг этот проект. Его глаза выражали решимость своих намерений, и чтобы Дабади сейчас не сказал, он его слушать не станет, следуя за поставленной целью. Единственное, что мог сделать менеджер, это согласиться и последовать за ним.       Выйдя из здания, их ждала затонированная машина, чтобы отвезти прочь от гостиницы, в которой они по случайности задержались.