Я рядом с тобой

      Кристина проснулась от звонка. В дверь кто-то настойчиво звонил. Она посмотрела на часы, время показывало ровно 6 часов вечера. Значит это Эрик.       Встав с кровати и кое-как прошлепав на ватных ногах в прихожую, она открыла дверь. Это был Эрик. В руках он держал два больших пакета.       - Доктора вызывали? Нет?... А он сам припёрся! – с улыбкой проговорил Эрик. – Сейчас будем тебя лечить!       Кристина слабо улыбнулась шутке мужчины. Сил еле хватало просто стоять, облокотившись на дверь.       - Проходи. – промямлила девушка и пропустила парня в квартиру.       Эрик мигом скинул обувь и прошмыгнул на кухню, ставя пакеты на стол. Кристина, еле передвигая ногами, прошла за ним и чтобы не упасть от слабости, села на стул. Эрик, быстро взглянув на рядом сидящую девушку и потрогав её лоб, тут же взволнованно воскликнул:       - Чего расселась тут! А ну марш в кровать! Ты вся горишь.       Но девушка только устало вздохнула. Сил подняться уже не осталось. Лицо было бледным и уставшим.       Видя состояние Кристины, Эрик быстро подхватил её на руки и понёс в спальню. В комнате был полумрак, окна наполовину задернуты шторами. Подойдя к постели, он уложил её на кровать и накрыл одеялом.       - Ты пока отдыхай, а я тебе приготовлю чай и что-нибудь перекусить. Наверное за весь день ничего не ела. – проговорил парень и, оглянувшись, как будто что-то искал, спросил, – Где градусник?       - Там, в шкафу. – ответила Кристина и указала рукой в сторону серванта.       Эрик быстро нашёл градусник и передал ей. Поцеловав ее в макушку, он ушёл обратно на кухню, сказав что скоро вернётся. Кристина только молча посмотрела ему вслед.       Девушка, прислушиваясь к звукам из кухни, почувствовала, как в груди разливается тепло. Это было так непривычно и так приятно. Она вспомнила, как в детстве, когда болела, мама всегда готовила ей куриный бульон и читала сказки. Сейчас, когда о ней пришел заботиться Эрик, это ощущение вернулось, но с новым, взрослым оттенком. Она уже и забыла какого это чувствовать тепло и заботу любимого человека.       Через несколько минут Эрик вернулся с дымящейся кружкой ароматного чая.       - Вот попробуй, я туда ещё мед и лимон добавил. – проговорил Эрик, ставя кружку на прикроватный столик и забирая градусник. Взглянув на цифры, он напряженно вздохнул и ушёл опять на кухню.       Кристина приподнялась на кровати, чувствуя, как тело ломит от жара. Она уложила подушку так, чтобы было удобно, и прикрыла глаза, надеясь, что это ненадолго. Через пару секунд она услышала шаги и, открыв глаза, увидела Эрика. Он вернулся, протягивая ей таблетку и стакан воды.       - Держи, это снизит температуру.       Кристина, запив таблетку, с благодарностью улыбнулась парню.       - А теперь чай. – сказал Эрик, протягивая ей кружку.       Кристина молча пила чай, наслаждаясь теплом и заботой. Пар от чая приятно согревал лицо. Она украдкой разглядывала мужчину. Он, казалось, занял все пространство небольшой комнаты. Его широкие плечи, уверенная осанка, то, как он двигался – все в нем излучало силу и спокойствие. Сам же Эрик расхаживал по комнате и рассматривал фотографии, висевшие на стене. На одной она с родителями, на другой – с сестрой, на третьей – с Трис.       - Красивые фотографии. – произнес Эрик, нарушая тишину.       - Да, это моя семья.       Он подошел к кровати и сел на край, его присутствие было успокаивающим. Кристина допила чай и поставила кружку на столик.       - Спасибо Эрик, ты мой спаситель. – её голос был хриплым, но в нем звучала искренняя благодарность       - Не за что. – он улыбнулся. – Может еще чай? Тебе надо много пить. – вставая, проговорил Эрик.       - Нет, не нужно. Просто посиди немного со мной. – тихо пробормотала Кристина, хватая Эрика за руку.       - Ладно. – ответил он, садясь обратно. – Попробуй поспать.       Кристина кивнула и прикрыла глаза. Она чувствовала как Эрик поглаживал её ладонь и её постепенно накрывала волна нежности. Забота Эрика, его тихое присутствие, словно невидимое одеяло, окутывали ее, даря ощущение безопасности и покоя. Сквозь дрёму, Кристина почувствовала невесомый поцелуй в ладошку и услышала как парень вышел из комнаты. Она провалилась в сон.       Проснулась Кристина от легкого прикосновения к своим волосам. Открыв глаза, она увидела обеспокоенное лицо Эрика, склонившегося над ней.       - Как ты себя чувствуешь? – проговорил Эрик, кладя руку ей на лоб.       - Уже лучше. – тихо ответила Кристина, чувствуя, что температура действительно спала. – Долго я спала?       - Не очень. – ответил Эрик, присаживаясь на кровать. – Я приготовил лёгкий суп, будешь?       Кристина кивнула. Она чувствовала себя слабой, но голодной. Эрик принес тарелку с ароматным куриным бульоном и ложку. Он терпеливо ждал, пока она ела, подбадривая ее тихими словами.       - Ты очень заботливый, - сказала Кристина, откладывая ложку. – Я не ожидала.       Эрик, сидевший напротив, улыбнулся. В его глазах промелькнул игривый огонёк.       - Просто кому-то надо поскорее встать на ноги, чтобы не пропустить тренировку. Без тебя скучно.       - Скучно? – удивилась Кристина, нахмурив брови. – Так ты развлекаешься, когда видишь страдания других на тренировке?       Кристина возмущено сложила руки на груди, с обидой смотря на мужчину. Ну нахал! Она, видишь ли, из последних сил старается выполнять все его указания, а он…развлекается. У него целая свора учеников, пусть их дрессирует и на них отыгрывается!       - Ха-ха, Крис, ты сейчас похожа на взъерошенного воробышка. – рассмеялся Эрик, протягивая руку и легко касаясь ее щеки. Его смех был не насмешливым, а скорее мягким и понимающим, - Значит тебе уже лучше.       У мужчины была такая заразительная улыбка, что невозможно было не улыбнуться в ответ. Его пальцы задержались на ее щеке на мгновение дольше, чем требовала простота жеста. Тепло его руки, мягкость его голоса, искренность в глазах – все это разом развеяло остатки ее обиды.        - А если честно, - тихо и мягко сказал Эрик, лицо его вмиг стало серьезным, - я просто не люблю когда страдают люди, которые мне дороги. А ты… ты стала мне очень дорога.       Эти слова, произнесенные с такой нежностью, с такой искренностью, прозвучали для Кристины как самая прекрасная музыка. Она почувствовала, как ее сердце забилось быстрее, словно пытаясь вырваться из груди. Это было не просто признание, это было откровение. Признание Эрика в том, что она ему не безразлична.       Чувства накрыли девушку с головой. Она не знала что ей сказать. И единственное, что ей пришло в голову, это наклонится вперёд и порывисто поцеловать мужчину. Поцелуй был коротким, но наполненным всем, что Кристина не могла выразить словами: благодарностью, смущением, волнением и вспыхнувшей нежностью. Когда она отстранилась, ее щеки пылали, а дыхание было прерывистым.       Эрик смотрел на нее, и в его глазах отражалось то же самое волнение, которое чувствовала она. Уголки его губ слегка приподнялись в едва заметной улыбке, которая не достигала глаз, но была полна нежности.       - А мне нравится быть твоим доктором. – тихо промолвил Эрик, смотря на ее губы.       Он наклонился ближе, и Кристина почувствовала его дыхание на своей коже. Его губы коснулись ее снова, на этот раз более уверенно и глубоко. Это был уже не порыв, а осознанный, нежный поцелуй, который говорил больше, чем любые слова. В нем была вся та забота, которую она почувствовала, все то волнение, которое он вызвал, и вся та надежда, которая теперь расцветала в ее груди.       Когда они отстранились друг от друга, Кристина вдруг с ужасом посмотрела на него и быстро проговорила:       - Боже, Эрик! Теперь и ты заболеешь. Черт.       - Нормально все будет. – уверено ответил Эрик. – Хотя я не против быть твоим пациентом, будешь лечить меня. Поцелуями и не только…       Эрик многозначительно посмотрел на Кристину, вызывая у нее еще больше волну смущения. Она тут же представила лежащего мужчину, и горячая волна прошлась по ее телу, скручиваясь в тугой комок внизу живота. Теперь температура тела начала повышаться не от болезни.       Чтобы отвлечься от этих внезапно возникших, будоражащих воображение образов, Кристина поспешно сменила тему. Ее взгляд наткнулся на татуировки, покрывающие предплечья мужчины.       - Расскажи мне что-нибудь. – попросила она, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно более непринужденно. – Например, о твоих татуировках. Что они означают?       - Хорошая попытка сменить тему, - поддразнил он, но в его голосе не было ни капли осуждения. Он знал, что она смущена, и ему это чертовски нравилось. Он не хотел на неё давить. – Ладно, так и быть. Про какую хочешь услышать первой?       Кристина окинула взглядом его шею, на которой виднелись геометрические фигуры в виде квадратов и прямоугольников, его руки, одинаково покрытые сложными узорами каких-то широких полос, в центре которых было изображено пламя. Ее взгляд зацепился за этот символ и она проговорила:       - Вот те, что на руках. Огонь и какие-то полосы. Это лабиринт?       Эрик опустил глаза на свои предплечья и касаясь татуировки кончиками пальцев, проговорил:       - Верно, это лабиринт. Символ горящего пламени означает храбрость, мужество, силу и отвагу. Лабиринт же символизирует непростой путь с множеством преград, поиск смысла жизни, желание узнать своё предназначение.       Кристина кивнула, слушая его объяснения, и не удержавшись спросила;       - Давно ты ее сделал?       - В армии ещё. Хотел напомнить себе, что надо всегда рассматривать разные варианты решения той или иной проблемы, чтобы не попасть в тупик. – ответил Эрик.       - А на шее? – она показала на рисунок на шее.       - Шея – это самое личное, – ответил Эрик. – Согласно одному из толкований, прямоугольник в татуировке означает переходную форму личности, интерес ко всему происходящему, смелость и любознательность. Также прямоугольник может быстро и смело менять свои жизненные ценности, устремляясь к новым граням.       Он замолчал на мгновение, его взгляд стал более задумчивым.       - Ты её сделал после того, как травму получил? – спросила Кристина.       - Нет, чуть позже.       Девушка кивнула, ее взгляд был полон восхищения. Она увидела в его словах не просто объяснение рисунков на коже, а целую философию, воплощенную в линиях и формах.       - Значит, это… как будто… записать свою жизнь на себе? – спросила Кристина, подбирая слова.       Эрик улыбнулся.        - Ну, можно и так сказать. Это мой способ запомнить, понять и принять все, что со мной происходит. Это мой личный дневник, который всегда со мной.       Он провел пальцем по одному из прямоугольников на шее.       - Иногда я смотрю на них и вижу не просто татуировки, а целую историю. Историю человека, который учится, растет, падает и снова поднимается. Историю, которая еще не закончена.       Кристина задумалась. В ее глазах отразилось понимание того, что за внешней строгостью геометрических фигур скрывается глубокий, многогранный внутренний мир. Она почувствовала, что прикоснулась к чему-то очень личному и важному.       - Спасибо, что поделился, – сказала она искренне. – Это очень красиво. И очень… осмысленно. А ещё есть?       - Нет, пока это всё. Может быть, когда я найду то, что действительно отражает моё состояние души, я сделаю ещё одну. – Эрик улыбнулся, его взгляд скользнул по её лицу. – А что касается тебя? Какие истории хранит твоя кожа?       Вопрос повис в воздухе, словно невидимая нить, связывающая их в этот момент. Кристина почувствовала, как внутри нее что-то сжалось. «Моя кожа хранит только шрамы» - мрачно подумала Кристина, но вслух это не сказала. Её глаза, еще секунду назад горевшие восхищением, мигом потухли, скрывая этот огонек.       Внезапно на нее нахлынули мрачные мысли. Перед глазами пронеслись картины прошлого, тело ее словно ощутило фантомную боль от прошлых побоев. Она вспомнила, как ее тело было истерзано, как каждая линия на коже была не выбором, а следом насилия. Эти воспоминания были ещё слишком болезненными, слишком личными, чтобы делиться ими с Эриком. Она опять не была готова все ему рассказать. Хотя ранее убеждала себя в обратном.       Эрик, заметив резкое изменение в ее настроении, слегка напрягся. Он видел, как ее взгляд стал отстраненным, как плечи опустились.       - Кристина? Все в порядке? – осторожно спросил он, пытаясь понять причину ее внезапного молчания.       Но Кристина лишь покачала головой, не в силах произнести ни слова. Слова застряли в горле, тяжелые и горькие. Она не могла объяснить ему, что ее кожа – это не дневник, а поле битвы, где каждая отметина – это напоминание о боли, а не о росте.       Эрик почувствовал, что за её молчанием скрывается нечто большее, чем просто нежелание делиться своими историями.        - Эй, Крис, — осторожно начал он, заправляя выбившую прядь из хвоста девушки за ухо, — если тебе некомфортно говорить об этом, я не настаиваю. Но я здесь, если ты захочешь поделиться.       Она посмотрела на него, и в её взгляде мелькнула благодарность, но тут же исчезла, как утренний туман.       - Знаешь, Эрик, — произнесла она, стараясь вернуть себе уверенность, — у меня нет татуировок. Только шрамы. Они напоминают мне о том, что было, и о том, что я пережила.       - Шрамы — это тоже история, — сказал он, стараясь быть осторожным в своих словах. — Они могут говорить о том, как ты сильна, как ты преодолела трудности.       Кристина вздохнула, и в её голосе послышалась нотка горечи.       - Да, но иногда они напоминают о том, что было слишком больно. Я не знаю, смогу ли когда-нибудь превратить их во что-то красивое, как ты сделал со своими татуировками.       Эрик наклонился ближе, и взял ее руку в свою.       - Ты не обязана превращать их в нечто красивое. Они уже часть тебя, и это важно. Каждый шрам — это свидетельство твоей силы.       Кристина посмотрела на него, и в её глазах снова зажегся огонёк. Он опять нашел нужные слова, чтобы поселить в ней веру в себя. Чувства переполняли её. И еще ей ужасно захотелось очутиться в его объятиях. Поэтому не отказывая себе в этом, она крепко обняла его, уткнувшись носом в его плечо.       - Спасибо, Эрик. – пробормотала девушка, её голос был приглушен тканью его рубашки.       Он улыбнулся, обнимая ее в ответ. Его руки мягко легли на ее спину. Но в глазах мужчины, даже в этой теплой близости, всё ещё оставалась лёгкая тревога. Он не хотел, чтобы она чувствовала себя одинокой в своих переживаниях.       - Ты же знаешь, что я всегда готов тебя выслушать, - сказал он, его голос был тихим и успокаивающим.       - Я знаю.       Кристина глубоко вздохнула, чувствуя, как внутри неё борются два желания: желание довериться и страх открыть то, что так долго хранила. Она видела в глазах Эрика немую просьбу узнать её тайну, увидеть то, что скрывалось за её улыбкой и внешней стойкостью. Но слова застревали в горле, словно невидимые цепи.       После лёгкого ужина, приготовленного Эриком, они устроились на диване в гостиной, чтобы посмотреть интересный фильм. Кристина чувствовала себя намного лучше. Это либо действовали таблетки либо забота Эрика так на нее влияла. Время текло незаметно, погружая их в вымышленный мир.       Уже поздно вечером, видя, как веки Кристины тяжелеют, а её дыхание становится более ровным, Эрик засобирался домой. Хотя было острое желание остаться, но мужчина понимал, что лучше не торопится. Он обещал зайти к ней завтра утром, перед работой. Просто зайти, чтобы узнать о её самочувствии, чтобы убедиться, что она не осталась наедине со своими тенями. Закрыв за ним дверь с улыбкой на губах, Кристина пошла спать.       Разбудил ее звонок в дверь. Девушка взглянула на часы, прошло всего не более 15 минут как ушёл Эрик. Кристина, всё ещё под впечатлением от его визита и немного сонная и рассеянная из-за болезни, подумала, что это он вернулся. И не глядя в глазок, открыла дверь.       - Ты что-то забыл? – проговорила Кристина.       Перед ней стоял совершенно другой человек.       - Я нет, а вот ты походу забыла. – ответил стоявший на пороге Уилл.