Леон, я иду искать!

Церемониальная площадка, скрытая глубоко под руинами деревни, представляла собой апофеоз мрачного фанатизма. Колоссальные, пульсирующие черные корни Мегамицелия сплетались в гигантский свод, источая первобытную, подавляющую энергию. В центре, у алтаря из черного камня, стояла Матерь Миранда. На ней была золотая маска, а вокруг парила густая аура древней плесени. У подножия алтаря, оставляя на камнях кровавый след, из последних сил полз Итан Уинтерс. Американец был изломан, практически мертв, но его отцовский инстинкт гнал его вперед, к плачущему младенцу, лежащему в центре ритуального круга. — Твои жертвы были не напрасны, Итан, — холодно, с фанатичным восторгом вещала Миранда, воздевая руки к корням. — Сосуд готов! Моя Ева вернется, а эта деревня станет фундаментом для нового мира! — Знаете, мадам, ваш «новый мир» отчаянно нуждается в услугах хорошего ландшафтного дизайнера. Эта черная плесень выглядит так, словно вы сто лет не мыли здесь полы. Голос, бархатистый и совершенно лишенный благоговения, разрезал мрачную тишину пещеры. Миранда резко обернулась. Итан, задыхаясь, поднял голову. На вершине каменной лестницы, ведущей к алтарю, стоял Сим. Но роскошная боярская шуба исчезла. Для финала этой затянувшейся пьесы эстет решил сменить гардероб. «УЛЬТИМАТИВНЫЙ ДРОП ФИНАЛА! — Гача в его голове еще переливалась золотыми искрами после удачной крутки. — Получен "Белоснежный Смокинг Абсолюта"! Идеальная посадка, ткань, отталкивающая любую грязь, и галстук-бабочка из темной материи. Бонус: +500 к божественному пафосу, ослепление врагов безупречным стилем!» Белоснежная ткань костюма мягко светилась в полумраке подземелья, создавая абсолютный контраст с окружающей грязью и черными корнями. В левой руке мутант небрежно поигрывал серебряной тростью. — Ты... — Миранда сжала кулаки, и золотая маска на ее лице пошла трещинами от ярости. — Ты уничтожил моих лордов. Ты посмел бросить вызов самой природе! — Я бросил вызов дурному вкусу, — Сим изящно спустился на пару ступенек, поправив идеальный манжет. — А лорды ваши были просто ходячими клише. Да и вы сами, признаться, не блещете оригинальностью. Кража чужих детей, ритуалы в подвале, мегаломания... Это же злодейский стандарт из восьмидесятых! Матерь Миранда издала пронзительный, нечеловеческий крик. Черная плесень вокруг нее взорвалась, окутывая ее фигуру. Тело фанатички начало стремительно трансформироваться, поглощая энергию Мегамицелия. За ее спиной с мерзким хлюпаньем прорезались и распахнулись шесть гигантских, пульсирующих золотом и смолой крыльев. Она взмыла в воздух, нависая над алтарем, словно падший ангел. — Я — богиня! Я — сама эволюция! — голос Миранды резонировал в каждой молекуле воздуха. Сим разочарованно вздохнул, оперевшись двумя руками на трость. — Шесть крыльев? Серьезно? Косплей на Сефирота? — бывший клерк сочувственно покачал головой. — Мало того, что это банально, так еще и абсолютно нефункционально. Вы же в пещере! Как вы собираетесь здесь маневрировать с таким размахом крыльев? — СГНИЙ! — проревела Миранда, обрушивая на наглеца шквал из заостренных черных шипов, сотканных из концентрированной плесени. Сим даже не сдвинулся с места. Его алый глаз вспыхнул. Из спины франта, прямо сквозь белоснежный шелк смокинга (который благодаря магии Гачи тут же восстанавливался), вырвались шесть щупалец Уробороса. Они сплелись в идеальный, вращающийся щит, который с легкостью отбил все летящие шипы, превратив их в безобидную черную пыль. — Эволюция, говорите? Позвольте показать вам, как выглядит вершина пищевой цепи, — холодно произнес носитель интерфейса. Щупальца за спиной Сима вспыхнули невыносимым, ревущим белым пламенем — комбинацией Т-Вероники и абсолютного мышечного контроля. Эстет оттолкнулся от каменных ступеней и, словно выпущенная торпеда, взмыл в воздух навстречу «богине». Битва божеств превратила подземную каверну в филиал ада. Миранда поливала врага золотым огнем и потоками разъедающей плесени, но Сим танцевал в воздухе. Его движения были лишены ярости — это была чистая, хирургическая хореография. Пылающие хлысты Уробороса с хирургической точностью отсекали атаки Миранды. — Вы двигаетесь как неповоротливая курица-переросток! — насмехался Сим, уклоняясь от массивного удара крылом. Он резко сократил дистанцию. Два пылающих щупальца обвили одно из золотых крыльев Миранды, а сам эстет, используя инерцию, запрыгнул ей прямо на спину. В его руке блеснул розовый неон «Мономолекулярного клинка шеф-повара». — Крылышки барбекю заказывали? — промурлыкал мутант. Световой след расчертил полумрак. Два из шести крыльев Миранды были филигранно отсечены у самого основания. Фанатичка взвыла от боли и рухнула вниз, с грохотом врезавшись в основание главного корня Мегамицелия. Сим плавно приземлился на ноги, его белоснежный смокинг оставался безупречным. Миранда, тяжело дыша и харкая черной слизью, попыталась подняться, черпая силу из гигантского корня у себя за спиной. — Мегамицелий... он бессмертен... я едина с ним! — прохрипела она, её лицо под треснувшей маской исказилось в гримасе абсолютного безумия. — Бессмертен? — Сим вальяжно подошел ближе, убирая клинок в инвентарь. — Моя дорогая, в биологии нет такого понятия. Есть только вопрос, кто кого переварит быстрее. Вместо того чтобы добивать жалкую фанатичку, эстет прошел мимо нее, направляясь прямо к колоссальному, пульсирующему сердцу древней плесени. — Что... что ты делаешь?! — в панике закричала Миранда, пытаясь остановить его, но щупальце Уробороса небрежно отшвырнуло ее в сторону, как назойливую муху. Сим подошел к главному корню. Гигантская грибная сеть источала энергию, копившуюся здесь тысячелетиями. Алый глаз мутанта плотоядно полыхнул. Лицо парня исказилось, челюсти раскрылись, обнажая клыки хищника. Активировав «Укус Кобры» на максимальную мощность, Сим впился зубами прямо в центральную артерию Мегамицелия. То, что последовало за этим, больше походило на столкновение галактик. Древняя плесень, поглощавшая сознания умерших, попыталась растворить разум наглеца. Но она столкнулась с абсолютным биологическим хаосом. Т-вирус, Т-Вероника, паразиты Плагас и совершенный Уроборос набросились на новую генетическую информацию, ассимилируя её с пугающей скоростью. Черные корни Мегамицелия начали стремительно белеть. Жизненная сила грибницы выкачивалась, перетекая в тело человека в белоснежном смокинге. Пещера содрогнулась. Миранда, лишенная связи со своим источником силы, с судорожным вздохом рассыпалась в серый прах. «СИНГУЛЯРНОСТЬ ДОСТИГНУТА! — Гача в голове Сима издала звук, похожий на оргазмический вздох Вселенной. *— Интеграция: Т-вирус + Вероника + Плагас + Уроборос + Мегамицелий! * *Новый статус: "Эстетический Био-Бог"! * Вы получили доступ к манипуляции материей через споры и полный контроль над любой органикой в радиусе видимости! Вы идеальны!» Сим отстранился от корня. Гигантская грибная сеть вокруг него полностью кристаллизовалась и с хрустальным звоном осыпалась на пол, навсегда потеряв свою силу. Мутант выпрямился, изящно вытирая белоснежным платком каплю черной слизи с губы. Его вены на секунду полыхнули золотым, неоново-розовым и пурпурным светом, а затем кожа вновь стала безупречно матовой. Он повернулся к алтарю. Итан Уинтерс, не веря своим глазам, прижимал к груди плачущую, но абсолютно здоровую Розу. Американец смотрел на Сима как на сошедшее с небес (или поднявшееся из ада) божество. — Ну вот, папаша, — Сим подошел ближе, покручивая трость. — Я же обещал, что мы разберемся с этой заплесневелой коммуной. Ребенок цел, лорды мертвы, а я получил отличный заряд бодрости. — Кто... зачем ты это сделал? — прошептал Итан, баюкая дочь. — Исключительно из любви к искусству, Итан. И потому что эта деревня оскорбляла мое чувство стиля, — эстет тепло улыбнулся. — Иди домой. Воспитывай дочь. И, ради всего святого, найми ей хорошего стилиста. Желтые кофточки — это так провинциально. Не дожидаясь ответа, Владыка Гачи повернулся и зашагал к выходу из пещеры. Снежная буря снаружи уже начала стихать, уступая место робким лучам утреннего солнца. Выйдя на поверхность, Сим окинул взглядом заснеженные руины трансильванской деревни. Пора было уезжать, и делать это нужно было красиво. Он щелкнул пальцами. Его новая сила, помноженная на Мегамицелий и Уроборос, исказила реальность. Из земли, сплетаясь из черных спор и биомассы, начала вырастать роскошная, готическая карета. Черное полированное дерево, рубиновые витражи, бархатные сиденья. Но кому-то нужно было ее тащить. Сим перевел взгляд на опушку леса, где в страхе жались четверо уцелевших, самых крупных альфа-ликанов. — Мальчики! Идите к папочке! — властно скомандовал био-бог. Оборотни, скуля и прижимая уши, покорно подошли к карете. Черные щупальца, вырвавшиеся из оглобель, изящно и надежно оплели их, превратив монстров в жуткую, но невероятно стильную упряжку. Сим распахнул дверцу, сбросил с плеч белоснежный смокинг и активировал инвентарь. Знакомая тяжесть «Шубы Темного Боярина» вновь легла на плечи — для путешествия по заснеженным горам мех подходил куда лучше шелка. Он вальяжно откинулся на бархатные подушки, закинув ногу на ногу и откупоривая бутылку винтажного вина, позаимствованную из личных запасов мадам Димитреску. — Трогай! — скомандовал Сим. Оборотни сорвались с места, унося черную карету в рассветную метель. «Куда изволите направить наши стопы, Владыка? — пропела Система, высвечивая перед глазами голографический глобус. — Азия? Америка? Или вернемся к агенту Кеннеди, чтобы проверить, как там его дубленка?» — Удиви меня, Система, — Сим сделал изящный глоток прямо из горлышка, глядя на удаляющийся силуэт замка. — Ищи место, где много пафоса, дурного вкуса и эпического лута. Наш стильный апокалипсис только выходит на крейсерскую скорость! Интерлюдия. Синдром Эстетического Выжившего. Локация: Воздушное пространство над Румынией. Вертолет отряда «Волчья Стая» (BSAA) Крис Редфилд мрачно смотрел в иллюминатор. Заснеженные пики Трансильвании казались холодными и негостеприимными. Операция по спасению семьи Уинтерсов летела в тартарары с самого начала. Матерь Миранда, биологическое оружие нового типа, ликаны, плесень... Крис был готов к худшему. Он был готов к тяжелым потерям, к крови и грязи, к тому, что придется вытаскивать Итана из очередной смертельной ловушки. — Капитан, мы подлетаем к координатам Церемониальной площадки, — отчеканил пилот сквозь шум винтов. — Но... сэр, радары показывают аномалию. Точнее, полное отсутствие аномалий. Био-сигнатуры Мегамицелия падают до нуля. — Что значит «до нуля»? — Редфилд нахмурился, покрепче перехватывая штурмовую винтовку. — Миранда не могла просто испариться. Сажайте птичку. И будьте готовы ко всему. Вертолет, подняв тучу снежной пыли, тяжело опустился на каменное плато неподалеку от разрушенной деревни. Бойцы элитного отряда, закованные в тяжелую броню и тактические маски, профессионально рассыпались по периметру, беря территорию на прицел. Крис спрыгнул на хрустящий снег. Первое, что бросилось ему в глаза — абсолютная тишина. Ни воя, ни рычания. А затем он увидел Церемониальную площадку. Гигантские корни Мегамицелия, которые со спутника выглядели как черная, пульсирующая опухоль на теле земли, теперь напоминали хрустальный лес. Они полностью кристаллизовались, превратившись в безжизненный, хрупкий пепел, мягко осыпающийся под порывами ветра. Прямо в центре этого апокалиптического натюрморта, завернувшись в найденный где-то теплый плед, сидел Итан Уинтерс. Американец выглядел так, словно его пропустили через мясорубку, но в его руках, тихо посапывая, мирно спала живая и невредимая Роза. — Итан! — Редфилд опустил оружие и бросился к нему. — Какого черта здесь произошло? Где Миранда? Где лорды? Уинтерс поднял на капитана BSAA совершенно пустой, ошарашенный взгляд. Американец медленно моргнул, словно пытаясь вспомнить, на какой планете находится. — Миранда... рассыпалась, — хрипло произнес Итан. — А лорды... Ну, оборотней пустили на фарш под тяжелый рок. Куклу пришили к дивану. А огромная женщина в шляпе... — Итан, соберись, — Крис потряс его за плечо. — Кто это сделал? Сюда прибыла другая группа зачистки? Американец нервно сглотнул, прижимая дочь покрепче. — Появился парень. В шортах. Потом он переоделся в... шубу. Черный песец, рубины, серебряная трость. Он... он критиковал интерьер. Сказал, что у Миранды крылья как у дешевого косплеера. А потом... потом у него из спины вылезли черные щупальца, которые горели белым огнем, и он просто... съел этот огромный гриб. Крис Редфилд замер. Воздух в его легких внезапно стал ледяным, а в голове пронеслись воспоминания об африканском солнце, гигантских крокодилах в пурпурном спа-салоне и парне, который сжигал Уроборос с помощью винтажного флакона духов. Огромный оперативник медленно отпустил плечо Итана. Он снял тактический шлем, обнажив коротко стриженную голову, и с протяжным, страдальческим стоном провел ладонью по лицу. — Крис? — неуверенно позвал Итан. — Ты... ты знаешь его? — Только не говори мне, что он жаловался на грязь, — обреченно выдавил из себя Редфилд. — Он сказал, что деревня оскорбляет его чувство стиля, — кивнул Уинтерс. — А потом он превратил четырех самых больших оборотней в упряжку, сел в черную готическую карету, открыл бутылку вина и уехал. Один из бойцов отряда, стоявший неподалеку, присвистнул. — Капитан... я нашел следы. От колес. И они... светятся золотом. И пахнут... дорогой перечной мятой. Нам преследовать цель? — Отставить, — Крис тяжело вздохнул, глядя на уходящие вдаль следы от кареты. — Пусть едет. Если мы попробуем его остановить, он в лучшем случае прочитает нам лекцию о том, как плохо на нас сидит кевлар. А в худшем — превратит наш вертолет в современное искусство. Эвакуируем гражданских. Моя смена окончена. Мне нужен отпуск. И выпивка. Локация: Неизвестный конспиративный бар. Где-то в Европе. В заведении было темно, тихо и пахло хорошим бурбоном. В самом дальнем углу, в кабинке, скрытой от посторонних глаз, сидели двое. Леон Скотт Кеннеди, одетый в свою любимую кожаную куртку, меланхолично крутил в руке стакан с золотистой жидкостью. Напротив него, закинув ногу на ногу, расположилась Джилл Валентайн. После африканских событий она сменила фиолетовый латекс на удобную тактическую водолазку и джинсы, но ее взгляд всё еще оставался по-военному цепким. Они встретились, чтобы обменяться информацией, не предназначенной для официальных отчетов. Информацией о самом непредсказуемом факторе в мировой биотеррористической угрозе. — Значит, Румыния, — Леон сделал глоток и криво усмехнулся. — Очередной культ стерт с лица земли, а местные монстры получили комплекс неполноценности. Узнаю почерк. — Крис рвет и мечет, — Джилл слабо улыбнулась, вспоминая недавний разговор с бывшим напарником. — Говорит, что этот парень превратил секретную операцию в показ мод. Итан Уинтерс до сих пор вздрагивает, когда видит в витринах шубы. Леон откинулся на спинку кожаного дивана, глядя в потолок. — Испания. Замок Салазара, — задумчиво произнес спецагент. — Я тогда думал, что видел всё. Мутанты, сектанты, огромные тролли. А потом с потолка падает парень, который выглядит так, словно только что сбежал с обложки журнала мод. Он посмотрел на мою куртку — на мою любимую куртку! — и назвал ее «претенциозным винтажом». А потом голыми руками порвал старосту деревни пополам, потому что тот, видите ли, недостаточно грациозно двигался. — Африка была не лучше, — Джилл поежилась, хотя в баре было тепло. Очередной глоток виски обжег горло. — Вескер... Альберт Вескер, человек, который десятилетиями терроризировал мир, выглядел на его фоне как обиженный школьник. Этот эстет срезал с моей груди контролирующее устройство светящимся розовым ножом. Он двигался быстрее, чем мои усиленные рефлексы могли зафиксировать. — Кто он, Джилл? — Леон наклонился вперед, понизив голос. — У нас есть досье на всё. На G-вирус, на Плагас, на Уроборос. Но этот франт... он использует их все. Он комбинирует их. И при этом его разум абсолютно чист. Никакой потери контроля, никакой жажды мирового господства. Только жажда... стиля? Валентайн задумчиво покрутила бокал. — BSAA считает его аномалией. Угрозой высшего уровня. Но неофициально... в кулуарах ходят слухи, что он — идеальный симбиоз. Вершина эволюции, которую так отчаянно пыталась создать «Амбрелла». Только вот эволюции оказалось плевать на мировое господство. Эволюция хочет носить дорогие костюмы и пить элитный чай. — И что мы будем делать, когда он появится снова? А он появится, — усмехнулся Кеннеди. — Где-нибудь, где назревает очередная биологическая катастрофа. — То же, что и всегда, Леон, — Джилл подняла свой стакан в салютующем жесте. — Постараемся не путаться у него под ногами. И, ради бога, если встретишь его снова — надень нормальный галстук. Он не прощает модных провалов. Локация: Роскошный пентхаус. Гонконг. Огромные панорамные окна открывали вид на залитый неоном мегаполис. В отражении стекла мерцал силуэт женщины в безупречном красном платье. Ада Вонг стояла перед голографическим экраном, неторопливо потягивая коктейль через тонкую трубочку. На экране беззвучно воспроизводились кадры со спутника. Заснеженная румынская дорога. Черная карета, в которую впряжены гигантские волки-мутанты. Карета мчалась с невероятной скоростью, оставляя за собой золотистый след. Связь тихо пиликнула. На панели загорелся логотип ее таинственных работодателей. — Агент Вонг. Вы получили данные из Восточной Европы? — раздался искаженный механический голос. — Получила, — Ада грациозно переступила с ноги на ногу, ее голос звучал холодно и отстраненно. — Мегамицелий уничтожен. База данных Миранды стерта. Образцы Каду извлечь невозможно — они полностью ассимилированы объектом «Эстет». — Организации нужен этот объект, — жестко ответил голос. — Его генетический код — это ключ к бессмертию. Он поглотил Уроборос и Плесень без видимых побочных эффектов. Ваша задача — выйти с ним на контакт и получить образец тканей. Любой ценой. На губах шпионки заиграла легкая, почти снисходительная улыбка. Она вспомнила их последнюю, мимолетную встречу в Испании. Тот пронизывающий взгляд алого глаза, который, казалось, видел не только ее намерения, но и бренд ее нижнего белья. — Вы плохо понимаете, с чем имеете дело, господа, — Ада поставила бокал на стеклянный столик. — «Любой ценой» с ним не работает. Оружие против него бесполезно. Шантаж вызовет лишь презрительный смех. А попытка взять образец силой закончится тем, что вы станете частью его инвентаря. — Вы отказываетесь от миссии, агент? — в голосе работодателя послышалась угроза. — Я оптимизирую риски, — шпионка отключила голограмму спутника и вывела на экран собственное отражение. — Объект «Эстет» не подчиняется законам биологии или физики. Он живет по законам собственного абсурда. Если вы хотите его ДНК, вам придется пригласить его на ужин, подать лучшее вино в мире и надеяться, что ему понравится сервировка стола. Конец связи. Ада прервала звонок, погрузив пентхаус в тишину. Она подошла к огромному шкафу и распахнула створки. Десятки платьев, строгих костюмов и тактической экипировки. Если радары не врут, его карета движется на восток. Азия скоро вспыхнет новыми красками биотерроризма. Шпионка задумчиво провела тонкими пальцами по вешалкам и выудила роскошное, расшитое золотом красное платье-ципао с экстремально глубоким разрезом. — Что ж, — прошептала Ада, прикладывая шелк к своей идеальной фигуре. — Если нам суждено встретиться в этой неоновой мясорубке, я должна быть уверена, что мой наряд не вызовет у тебя желания устроить мне модный приговор. Игра продолжается.