Леон, я иду искать!

Шаги Альсины Димитреску отдавались гулким эхом под высокими сводами парадного зала. Каждое ее движение было пропитано леденящей кровь грацией и абсолютной уверенностью в собственной неуязвимости. Почти три метра вампирского великолепия надвигались на незваного гостя, возвышаясь над ним, как мраморная статуя над жалким смертным. Запах дорогого винтажного парфюма смешался с едва уловимым металлическим ароматом крови. Хозяйка замка остановилась всего в шаге от парня, намеренно вторгаясь в его личное пространство, чтобы задавить авторитетом. Ее лицо, неестественно бледное, но безупречно красивое, исказила плотоядная ухмылка. Желтые глаза хищно сузились, разглядывая фигуру в черном меху. — Ты слишком много болтаешь для куска мяса, — голос леди Димитреску вибрировал от сдерживаемой ярости, но в нем проскальзывали и нотки извращенного интереса. — Мужчины в моем замке долго не живут. Они превращаются в вино. И, судя по твоей дерзости, из тебя выйдет отличный, терпкий винтаж. Она медленно, с показательной театральностью, подняла правую руку. С резким металлическим лязгом из-под идеального маникюра вырвались полуметровые клинки-когти. Вампирша небрежно провела одним из лезвий по щеке эстета, едва не задев воротник его роскошной шубы. — Я собираюсь выпотрошить тебя, наглец. Медленно. Но сначала заставлю встать на колени и извиняться за каждую сказанную грубость, — прошипела Альсина, ожидая увидеть в единственном открытом глазу парня первобытный ужас. Но вместо паники щеголь лишь тихо, бархатисто рассмеялся. Его совершенно не волновали бритвенно-острые когти у самого горла. — «Кусок мяса»? «Вино»? Миледи, у вас потрясающий словарный запас, но совершенно никудышное понимание ситуации, — бывший клерк вальяжно оперся обеими руками на набалдашник своей серебряной трости. — К тому же, разговаривать с собеседником, заставляя его запрокидывать голову — это вопиющий моветон. «ВНИМАНИЕ! Угроза доминированию! — интерфейс Гачи возмущенно полыхнул красным неоном, перекрывая обзор замковых интерьеров. — Противник использует нечестное преимущество в росте! Активация протокола "Абсолютная Величина"! Интеграция биомассы Уробороса в костный каркас разрешена! Одежда будет масштабирована за счет магии инвентаря!» — Вынужден исправить эту досадную оплошность, — подмигнул мутант, и его алый глаз вспыхнул адским пламенем. То, что произошло дальше, заставило бы любого биолога корпорации «Амбрелла» сойти с ума. Сим не стал превращаться в бесформенного монстра. Его мутация была подчинена абсолютному, холодному эстетическому контролю. Мощнейший симбиоз Т-вируса, усиленный черной биомассой Уробороса, начал стремительно перестраивать организм носителя прямо на глазах у остолбеневшей вампирши. Раздался влажный, глубокий хруст, который, впрочем, больше напоминал торжественную мелодию эволюции. Тело парня начало стремительно расти. Черные, переплетающиеся макаронины Уробороса на долю секунды проступили сквозь кожу на шее, уплотняя мышечный каркас и удлиняя кости, а затем вновь скрылись под бледной фарфоровой плотью. Роскошная «Шуба Темного Боярина» и черный сюртук, подпитываемые магией Гачи, плавно растягивались вслед за своим хозяином, ни на миллиметр не теряя идеальной посадки. Леди Димитреску инстинктивно сделала шаг назад. Ее желтые глаза расширились от шока. Секунду назад этот наглый смертный едва доставал ей до груди, а теперь... Теперь процесс завершился. Сим выпрямился, стряхнув с плеч невидимую пыльцу эволюции. Он вытянулся до безумных двух метров и девяноста сантиметров, сохраняя при этом абсолютно идеальные, атлетичные пропорции. Теперь их лица находились на одном уровне. Светящийся алый глаз мутанта смотрел прямо в расширенные зрачки Альсины. — Вот так-то лучше, — глубоко, с вибрацией, отдающейся в самом фундаменте замка, произнес новоявленный гигант. — Идеальный ракурс. С этого угла ваше декольте смотрится еще более впечатляюще, Альсина. Хозяйка замка задохнулась от возмущения и внезапно нахлынувшего, совершенно незнакомого ей чувства — она больше не доминировала в этой комнате. — Какого дьявола?! Что ты за тварь?! — взвизгнула вампирша. Забыв о манерах, она яростно взмахнула правой рукой, метя когтями прямо в лицо нагло усмехающемуся франту. Сим даже не сдвинулся с места. Его реакция, многократно ускоренная новым телом, позволила ему играючи перехватить удар. Левая рука, обтянутая черной кожей перчатки, сомкнулась на тонком запястье Альсины с силой промышленного пресса. Когти-лезвия замерли буквально в миллиметре от его щеки. Вампирша попыталась вырвать руку, но хватка была железной. — Тварь? Опять оскорбления, — эстет укоризненно покачал головой. Не разжимая стальной хватки, Сим плавно притянул ее запястье к себе. Альсина, не ожидавшая такого маневра, по инерции подалась вперед. Их лица оказались непозволительно близко. Сим галантно склонил голову и, игнорируя смертоносные лезвия, выступающие из ее пальцев, изящно и почти невесомо поцеловал тыльную сторону ее ладони. «КРИТИЧЕСКИЙ ФЛИРТ! Шкала романтического напряжения пробила потолок замка! — Система зашлась восторженным писком, разбрасывая вокруг розовые пиксельные искры. — Цель дезориентирована! Достижение "Укротитель Великанов" разблокировано!» — Мое почтение, миледи, — промурлыкал обладатель Гачи прямо ей в губы, отпуская ее руку. — Теперь, когда мы выяснили, что размер действительно не имеет значения, если умеешь им пользоваться... Как насчет чашечки кофе? Или вы предпочитаете сразу перейти к дегустации моей токсичной крови? Альсина Димитреску отшатнулась, прижимая к груди руку, которую он только что поцеловал. На ее неестественно бледных щеках предательски проступил едва заметный румянец — ядерная смесь чистейшей ярости и абсолютного, сбивающего с толку женского замешательства. Ни один мужчина за последние сто лет не смел смотреть на нее свысока, и уж тем более — никто не смел с ней флиртовать, перехватывая смертельные удары. — Ты... дрянной, самоуверенный мальчишка! — прорычала она, ее голос сорвался на демонический визг, эхом прокатившийся по всему замку. — Я скормлю тебя своим дочерям! Я заставлю тебя умолять о смерти! Она резко развернулась на каблуках, взметнув подол белого платья, и стремительно зашагала к выходу из зала, явно не желая продолжать дуэль, в которой впервые за век потеряла контроль. — Жду не дождусь нашей следующей встречи! И, ради всех богов эстетики, смените помаду на более холодный оттенок! — весело крикнул ей вслед Сим, опираясь на трость, которая тоже услужливо удлинилась благодаря инвентарю. Как только тяжелые двери за вампиршей захлопнулись, температура в зале резко упала. Сквозняк закружил пепел в камине, а пространство вокруг Сима наполнилось мерзким, нарастающим жужжанием. Из темных углов холла, из каминной трубы и щелей в окнах начали собираться плотные тучи огромных черных мясных мух. Они клубились, роились и сливались воедино, пока из трех черных вихрей не материализовались три женские фигуры в изорванных черных платьях. Их лица были покрыты засохшей кровью, а в руках блестели ржавые серпы. Дочери леди Димитреску: Бела, Кассандра и Даниэла. — Матушка сказала, что здесь есть свежее мясо, — плотоядно облизнулась Бела, ее тело пульсировало, состоя из тысяч насекомых. — Какой большой мальчик... — хихикнула Даниэла, поигрывая серпом. — Значит, крови хватит на всех троих! Сим тяжело вздохнул, глядя на эту роящуюся антисанитарию с высоты своих новых двух метров девяноста сантиметров. Он достал из кармана сюртука белоснежный платок и прикрыл нос. — Мухи в парадном зале. Трансильванский сервис определенно оставляет желать лучшего. Девочки, вы даже не представляете, насколько сильно вы сейчас испортите себе аппетит. Жужжание десятков тысяч крошечных крыльев заполняло роскошный зал, многократно отражаясь от мраморных колонн и хрустальных люстр. Три сестры, сотканные из роя черных мясных мух, хищно кружили вокруг Сима, который всё еще возвышался посреди комнаты почти трехметровым исполином в роскошных мехах. — Матушка оставила нам такой большой десерт, — проворковала Бела, облизывая окровавленные губы. Ее фигура то распадалась на рой насекомых, то собиралась вновь, оставляя на коврах грязные следы. — Я чур пью из шеи! — хихикнула Даниэла, поигрывая ржавым серпом. — Посмотрим, как он будет кричать! Сим брезгливо сморщил нос, глядя на них сверху вниз. Бывший клерк плавно взмахнул рукой, и черные щупальца Уробороса, поддерживающие его исполинский костный каркас, с тихим шелестом перестроились. Мутант элегантно и плавно «сдулся» до своих базовых, человеческих габаритов. Длинная боярская шуба мгновенно подогнала размер, вновь идеально сев по фигуре. — Пить из шеи незнакомца? В эпоху глобальных пандемий? — эстет сокрушенно покачал головой, опираясь на серебряную трость. — Девочки, ваше воспитание — это просто катастрофа. Вас не учили мыть руки, то есть, лапки, перед едой? Сестер Димитреску такие комментарии совершенно не впечатлили. Издав пронзительный визг, Кассандра и Даниэла одновременно бросились в атаку, превратившись в два стремительных черных вихря. Обладатель Гачи даже не попытался уклониться. Он лишь картинно вздохнул и выставил вперед левую руку в черной перчатке, предварительно закатав рукав сюртука. Даниэла материализовалась прямо перед ним. Девушка радостно зашипела и, игнорируя серп, мертвой хваткой впилась острыми клыками прямо в открытое предплечье парня. Раздался характерный звук прокушенной плоти. А затем... Вместо сладкой, теплой человеческой крови рот вампирши наполнился обжигающим, кислотно-пурпурным коктейлем. Токсичная кровь Носферату, приправленная радиоактивной мощью Т-Вероники и едкими спорами, хлынула в систему девушки. Даниэла поперхнулась. Ее глаза комично расширились. Девушка резко отшатнулась, издав звук, больше похожий на свист спускающего колеса, и рухнула на колени, извергая на мраморный пол водопад неоново-фиолетовой пены. Мухи, составлявшие ее тело, начали массово дохнуть. Они с жутким треском осыпались на ковер, судорожно дергая лапками и дымясь от токсина. — Даниэла! Что с тобой?! — взвизгнула Кассандра, резко останавливаясь. — Отравилась, — участливо подсказал Сим, аккуратно промокая запястье, где уже затягивались две крошечные ранки, белоснежным платком. — Я же предупреждал: антисанитария. Вы хоть представляете, сколько во мне вирусов? Да мой анализ крови похож на оглавление справочника по биотерроризму! «ТОКСИЧНЫЙ РУБЕЖ ПРОЙДЕН! — радостно замигала Система. — Враг получил критическое отравление! Желаете провести дезинсекцию помещения?» — Безусловно, Система. Эти мухи раздражают. Врубай климат-контроль на минимум, — мысленно скомандовал носитель вируса. — Пора устроить здесь настоящую русскую зиму. «АКТИВАЦИЯ АОЕ-БАФФА! "Мятный Поцелуй Снежной Королевы" переведен в режим перегрузки! Замораживаем!» Сим изящно поднял свою трость и с силой ударил серебряным набалдашником об пол. От точки удара во все стороны разошлась видимая глазу волна ледяного, искрящегося голубого света. Воздух в огромном парадном зале мгновенно остыл до абсолютного нуля. Камин жалобно зашипел и потух. Окна покрылись толстой коркой морозных узоров, а с потолка медленно посыпался настоящий снег, пахнущий эвкалиптом и дорогой перечной мятой. Для дочерей Димитреску, чьи организмы состояли из теплолюбивых мясных мух, этот мороз стал фатальным. Бела и Кассандра, попытавшиеся превратиться в рой, чтобы сбежать, застыли прямо в воздухе. Насекомые мгновенно покрылись инеем и с легким звоном, напоминающим град, посыпались на пол. Сестры материализовались обратно, обхватив себя руками и крупно дрожа. Их кожа приобрела синюшный оттенок, зубы выбивали бешеную чечетку, а на ресницах повисли сосульки. Даниэла, всё еще зеленоватая от отравления, свернулась калачиком на ковре, жалобно скуля и не в силах пошевелить даже пальцем. Сим, которого бафф лишь приятно освежал, удовлетворенно кивнул. Он неспешно прошелся по залу, хрустя замороженными мухами под подошвами сапог, и подошел к изящному чайному столику, чудом уцелевшему в стороне. На нем стоял антикварный фарфоровый сервиз и серебряный чайник, от которого всё еще поднимался слабый парок. Щеголь снял перчатки, аккуратно налил себе чашечку, вдохнул аромат и сделал крошечный глоток. — Эрл Грей. С нотками бергамота и легким привкусом железа. Классика, — одобрительно констатировал эстет. Он грациозно опустился в обитое красным бархатом кресло, закинул ногу на ногу и посмотрел на трех скулящих от холода мутанток. — Итак, юные леди. Раз уж вы никуда не торопитесь, давайте поговорим о манерах, — Сим сделал еще один глоток, отставив мизинец. — Урок первый: гостеприимство. Если к вам приходит гость в роскошных мехах, вы не набрасываетесь на него с серпами. Вы предлагаете ему снять верхнюю одежду и подаете аперитив. — Т-т-ты... з-з-заморозил нас... — простучала зубами Бела, пытаясь отползти к потухшему камину. — Урок второй: уважение к чужому времени и гардеробу, — невозмутимо продолжил франт, игнорируя ее жалобы. — Ваш рой оставляет отвратительные пятна на тканях. Вы хоть знаете, сколько стоит химчистка черного песца в условиях апокалипсиса? Кассандра злобно зашипела, пытаясь поднять обледеневший серп, но ее пальцы, скованные холодом, разжались, и оружие со звоном упало на мрамор. — И, наконец, урок третий: кулинарная избирательность, — Сим поставил пустую чашку на блюдце с мелодичным звоном. — Прежде чем кого-то кусать, поинтересуйтесь его диетой. У меня в крови коктейль из африканской биомассы, испанских паразитов и синтетической плазмы. То, что ваша сестра отделалась легкой тошнотой — это чудо и заслуга ее крепкого желудка. В следующий раз просите меню. «ВЕЛИКОЛЕПНАЯ ЛЕКЦИЯ! +2000 Очков Обаяния! Шкала Аристократизма заполнена на 100%! Достижение "Строгий Учитель" получено! Враги деморализованы и превращены в леденцы!» Мутант поднялся с кресла, поправил манжеты и подобрал свою серебряную трость. Три дочери леди Димитреску представляли собой жалкое зрелище: скрюченные, обледеневшие, они больше походили на забытые в морозилке куски мяса, чем на грозных вампирш. — Посидите пока тут, остыньте и подумайте над своим поведением, — наставительно произнес бывший клерк. — А я пойду найду вашу великолепную матушку. Мы так и не закончили наш разговор о длине ее когтей и перспективах совместного кофепития. Сим элегантно поклонился замороженным девушкам и, насвистывая легкий вальс Штрауса, пружинистым шагом направился к массивной лестнице, ведущей на верхние этажи замка. Хоррор для семейства Димитреску только начинался, и главный монстр в этом здании сейчас носил идеальную боярскую шубу. Коридоры Замка Димитреску, обычно дышащие вековым, хтоническим ужасом, сегодня напоминали декорации к абсурдной романтической комедии. Тяжелые шаги хозяйки сотрясали половицы. Альсина, взбешенная до состояния чистого, неконтролируемого аффекта, неслась по своим владениям, оставляя на дорогих шелковых обоях глубокие борозды от когтей. — Где ты, мерзкий, дерзкий выродок?! — ревела вампирша, снося массивным бедром антикварную вазу. — Выходи! Я пущу тебя на ленты для своих шляп! Сим, разумеется, и не думал прятаться. Для человека, чьи вены пульсировали коктейлем из самых смертоносных вирусов планеты, прятки были слишком скучным занятием. Эстет превратил классический хоррор-сегмент в изящную игру в кошки-мышки, где роль кошки плавно, но неумолимо переходила к нему. Свернув в просторную галерею, украшенную мрачными портретами предков Димитреску, Альсина резко затормозила. В самом центре длинного коридора, прямо на историческом холсте, изображавшем какого-то унылого графа с отрубленной головой в руках, ярко светилось свежее клеймо. Ткань по краям всё еще тлела, испуская тонкие струйки дыма. Выжженный след представлял собой идеальное, анатомически неверное, но потрясающе ровное сердечко. Под картиной, приколотая к стене изящным серебряным кинжалом из инвентаря, висела записка, написанная каллиграфическим почерком на надушенной бумаге: «Ваш предок был невероятно уныл. Решил добавить немного страсти в его личную жизнь. P.S. Вам безумно идет этот оттенок ярости. Целую, ваш кошмар в мехах». Великанша зарычала так, что хрустальные подвески на люстрах испуганно зазвенели. — Нравится? Я старался выдержать симметрию, — раздался бархатистый, глубокий голос сверху. Леди Димитреску вскинула голову. Щеголь в роскошной боярской шубе вальяжно сидел на узком внутреннем балкончике под самым потолком, свесив вниз ноги в драконьих сапогах. Он изящно вращал в пальцах свою серебряную трость, а его алый глаз игриво подмигивал сквозь полумрак. — Я вырву тебе язык! — прошипела хозяйка замка, приседая, чтобы в прыжке достать наглеца. — Оставьте эти варварские замашки, Альсина, — Сим плавно соскользнул с балкона, приземлившись на ковер с абсолютной бесшумностью кота. — Нам нужно поговорить о высоком. Например, о том, как безупречно сидит этот корсет на вашей, не побоюсь этого слова, божественной фигуре. Кто ваш портной? Он заслуживает медали и прибавки к жалованью. Альсина замерла. Взмах ее руки с когтями так и остался незавершенным. В ее голове происходил тотальный сбой системы. Она привыкла к крикам, мольбам, слезам и запаху адреналина. Но этот невозможный франт сыпал комплиментами, находясь в радиусе смертельного удара, и совершенно не источал страха. От него пахло дорогим одеколоном, морозом и... абсолютной уверенностью. «ВНИМАНИЕ! Шкала романтического напряжения на отметке 85%! — интерфейс Гачи превратился в пульсирующее розовое безумие. — Цель теряет бдительность! Включаю режим "Обольститель Апокалипсиса"! Примените ботанический аргумент!» Мутант сделал шаг навстречу великанше. Его правая рука плавно скользнула за спину. — Вы так прекрасны в своем гневе, миледи, что этот замок кажется слишком серым фоном для вашей красоты, — бархатно произнес носитель вируса. — Мне захотелось подарить вам нечто, столь же уникальное и смертоносное, как вы сами. Сим щелкнул пальцами. Его новый ультимативный навык «Макаронный Властелин» сработал безупречно. Из ладони парня вырвались тончайшие, изящные нити черной биомассы Уробороса. Они не извивались хаотично, как у Вескера, а послушно сплетались, повинуясь воле эстета. Секунда — и в руках Сима материализовался роскошный букет из девяти черных роз. Лепестки, сотканные из глянцевой, пульсирующей биомассы, выглядели как полированный обсидиан, а их края едва заметно светились изнутри мягким золотистым светом. Бывший клерк элегантно опустился на одно колено, прямо перед трехметровой вампиршей, и протянул ей свой биологический шедевр. — Для самой роскошной дамы Восточной Европы. Осторожно, шипы могут вызвать легкую мутацию, но уверен, вашему метаболизму это только пойдет на пользу. Леди Димитреску ошарашенно уставилась на букет. Ее желтые глаза расширились. Когти медленно втянулись обратно в пальцы, сменившись идеальным маникюром. Она, словно в трансе, протянула бледную руку и осторожно коснулась черного, слегка влажного лепестка. Роза из Уробороса в ответ нежно обвила ее палец, словно ласковый питомец. На скулах безжалостной правительницы замка отчетливо проступил густой румянец. — Ты... ты ненормальный, — выдохнула Альсина, ее голос потерял угрожающие нотки, превратившись в растерянный шепот. — Никто не дарил мне цветов уже... сотню лет. Тем более, таких. Из чего они? — Из чистейшей эволюции и моего искреннего восхищения, — лучезарно улыбнулся Сим, поднимаясь с колен. — Видите? Нам совершенно не обязательно портить этот чудесный вечер кровопролитием. Вы спускаетесь в погреб за лучшим винтажным вином, я рассказываю вам последние тенденции миланской моды, и мы... Но идиллия длилась недолго. Гордость и вековые инстинкты Альсины внезапно взяли верх над женской слабостью. Осознание того, что какой-то наглый, хоть и потрясающе красивый чужак в мехах заставил ее краснеть и принимать подарки посреди ее же собственного замка, ударило по эго вампирши больнее любого серебряного клинка. Она сжала букет, сминая биомассу Уробороса в кулаке. Черные лепестки обиженно пискнули и растворились в воздухе. — Игры кончились, мальчишка! — взревела леди Димитреску. Румянец на ее щеках сменился мертвенной бледностью, а глаза полыхнули первобытной яростью. — Ты думаешь, меня можно купить дешевыми фокусами?! Я — Матриарх! Я — богиня этого замка! Ее тело начало сотрясаться. Роскошное белое платье затрещало по швам, не выдерживая стремительно начавшейся мутации. Спина Альсины выгнулась под неестественным углом, а кожа начала покрываться бледной, пульсирующей чешуей. Сим разочарованно вздохнул, убирая руки в карманы шубы. — О, ну вот. А мы только начали находить общий язык. Вы только что порвали платье, ремонт которого обойдется в целое состояние. Какая чудовищная растрата ткани! «ВНИМАНИЕ! РОМАНТИКА ОТМЕНЯЕТСЯ! — Гача резко сменила цвет с розового на предупреждающий багровый. — Цель не выдержала накала страстей и перешла во вторую фазу! Осторожно, сейчас здесь будет очень тесно!» Замок задрожал. С потолка посыпалась штукатурка. Хозяйка больше не помещалась в галерее. Размахивая стремительно удлиняющимися когтями и трансформируясь во что-то бесконечно огромное и клыкастое, она пробила своим телом каменную стену и огромные витражные окна, вырываясь наружу, на холодный воздух и заснеженные крыши. Франт подошел к образовавшемуся пролому, впуская в коридор ледяной ветер, который заставил мех на его шубе красиво затрепетать. Где-то наверху, в небе над замком, раздался оглушительный, почти драконий рев. — Что ж, — Сим с достоинством поправил воротник и покрутил в пальцах свою серебряную трость. — Если дама желает продолжить свидание на свежем воздухе, кто я такой, чтобы ей отказывать? Похоже, пришло время показать ей, как правильно объезжать непокорных блондинок. Эстет элегантно перешагнул через груду обломков и, активировав мышечный тонус, в один прыжок взмыл в метель, направляясь прямо на свидание с гигантским мутантом, планируя превратить кровавую битву в самое стильное родео в истории Трансильвании.