Лунная королева

— Проходи. Ци Мушань отошел в сторону, пропуская Юи в комнату. Сердце девушки тревожно забилось. Она вошла в комнату и, стараясь сохранить спокойствие, спросила отстраненным голосом. — Какую правду я должна узнать? Хунбин и Мушань обменялись тяжелыми взглядами. В комнате повисла гнетущая тишина. Девушка переводила взгляд с одного мужчины на другого и чувствовала как внутри усиливается волнение и страх. — Пожалуй, я вас оставлю, — произнес Ци Мушань, кинув на Юи сочувствующий взгляд, — Надеюсь, вы сможете поговорить. Когда дверь за ним закрылась, Хунбин с наигранной веселостью сказал: — Подслушивать нехорошо, Юи. Однако девушка не поддержала его попытку разрядить обстановку. Страх, холодными пальцами сжимавший её сердце, требовал ответа. — Что Вы скрываете, наставник? — настойчиво повторила она свой вопрос. Взгляд Хунбина потускнел. Он жестом пригласил её присесть рядом. Девушка послушно села, но напряжение между ними росло. Хунбин закатил рукав своего ханьфу и обнажил предплечье. Ван Юи охнула от увиденного: вся рука Господина Шу была покрыта черными вьющимися узорами. — Наставник… — прошептала Юи, ужас медленно охватывал её. Она смотрела на Хунбина, и страшная догадка, словно ледяная волна, захлестнула её, — Это... Хунбин мягко сжал руки ученицы, его взгляд был полон нежности и печали. — Юи, посмотри на меня, — попросил он. — Как... Как это случилось? — медленно подняв взгляд, срывающимся голосом спросила она, чувствуя, как к глазам подступают слезы — Скажите, что это не то, о чем я думаю... Что это не проклятие Черной Лианы. — Ты все правильно поняла, — тяжело вздохнув ответил Хунбин, — Это оно. — Нет, нет, этого не может быть, — слезы все-таки покатились по щекам, — Что можно сделать? Как его снять? Должен быть какой-то способ... Хунбин бережно стер их тыльной стороной ладони. — Юи, ты не хуже меня знаешь, что это проклятие снять невозможно. Девушка неверующе покачала головой и, вскочив на ноги, начала ходить по комнате, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Хунбин с грустью наблюдал за ней. — Как я могла не заметить? — прошептала Юи, останавливаясь. Внезапное осознание поразило её, словно удар молнии. Она провела рукой в сторону наставника, как будто разгоняя туман, и увидела его истинное состояние — бледный, осунувшийся. Все это время она не замечала его болезненного вида, потому что Хунбин накладывал на себя чары иллюзии. — Сколько… сколько у нас есть времени? — дрожащим голосом спросила Юи. — Юи.. — Сколько? — с уже заметным отчаянием вновь спросила девушка. — Совсем мало, — ответил он, отведя взгляд, — Не больше недели… максимум две. — Неделя..., — эхом повторила заклинательница. — Юи? — обеспокоенно позвал ее Хунбин, — Прошу успокойся.. — Нет, — прошептала девушка, не слыша слов наставника, — Я найду способ. — Юи, не глупи. Но она не слушала его. Её решимость росла с каждой секундой: — Я обязательно найду способ! — произнесла она и выбежала из комнаты. Ван Юи покинула комнату с бурей эмоций внутри. Её разум метался между страхом и решимостью. Она знала, что должна действовать быстро. Проклятие не должно забрать её наставника. Юи сделает все, чтобы не дать этому случиться. — Юи!

***

Поздний вечер окутал поместье Ци тишиной. Звезды мерцали на темном небе, а лунный свет мягко освещал тропинки, петляющие между деревьями. Шань Гудао, завершив свои изнурительные тренировки, медленно возвращался в свою комнату. Его мысли были полны противоречий и сомнений. Он размышлял о том, что, несмотря на упорные тренировки, Сянъи все чаще одерживал над ним победы. Эта мысль вызывала у него неприятный укол зависти. Ведь Гудао всегда стремился быть лучшим, всегда побеждать. А тут его младший брат, несмотря на юный возраст, превосходил его в мастерстве. Кроме того, Гудао не мог не заметить, как Сянъи сблизился с Ван Юи. Он видел, как они смеются и разговаривают, как шиди с восхищением смотрит на нее, так еще и постоянно крутился возле заклинательницы, словно мотылёк вокруг яркого пламени. Гудао почувствовал укол ревности. Раньше, он так крутился только вокруг него и наставника. И, конечно, его мысли были заняты самой Ван Юи. Он не мог отрицать, что она была красива и умна. Он даже в какой-то мере восхищался ее знаниями и мастерством. Но Гудао старался избегать ее, держаться отстраненно. Юноша видел, что его поведение задевает ее, но ничего не мог с собой поделать. Он боялся, что, если подпустит ее слишком близко, то Юи отвлечет его от главной цели. Романтические глупости — удел слабых. Он должен стать великим мастером боевых искусств, а не тратить время на вздохи под луной. Эти размышления были прерваны внезапным движением. Гудао увидел, как Ван Юи, не разбирая дороги, бежит куда-то за пределы поместья. Он замер на мгновение, удивленный ее поведением. Что могло случиться? Куда она так спешит? После недолгих колебаний, повинуясь внезапному порыву, Гудао пошел за ней. Он не понимал, почему, но ему было необходимо узнать, что случилось. Старший ученик Ци Мушаня шел тихо и осторожно, стараясь не привлекать ее внимания. Вскоре он увидел Юи, сидящую на поваленном дереве на небольшой поляне неподалеку от поместья. Подойдя ближе, он услышал сдавленные всхлипы. Гудао был в недоумении. Ван Юи, сильная и уверенная в себе заклинательница, плачет в одиночестве в ночном лесу. Что такого могло произойти? Осторожно приблизившись, он сел рядом. Юи, заметив его, поспешно вытерла слезы и попыталась улыбнуться, но вышло это натянуто. — Юи? — тихо спросил Гудао, — Что случилось? — Ничего, — ответила Юи, стараясь говорить спокойно. — Ты выбежала ночью из поместья, вся в слезах, и говоришь, что все в порядке?, — иронично произнес юноша, — По-моему это говорит о том, что что-то случилось. — Какой Господин Шань, однако, догадливый, — внезапно раздраженно и едко процедила девушка. — Я лишь искренне хочу узнать в чем дело, — вздернул бровь Гудао, — Тебя кто-то обидел? Если так, то просто скажи, не нужно срываться на других. — Ты прав, — раздражение пропало также резко, как и появилось, поэтому Юи просто устало опустила голову, — Прости. Юи тяжело вздохнула. Скрывать правду от Гудао не имело смысла. — Наставник... Он умирает, — прошептала она, — На него наложено проклятие Черной Лианы. — Черная Лиана? — переспросил Гудао, — Расскажи подробнее. Юи рассказала о проклятии, о том, как оно медленно убивает Хунбина, и о том, что снять его невозможно. Проклятие медленно уничтожает меридианы изнутри, забирая жизненные силы. Гудао молчал. Внутри него, под панцирем показного равнодушия, что-то дрогнуло. Он никогда не был сентиментальным, но отчаяние Юи тронуло какую-то скрытую струну в его душе. Ему захотелось утешить её, хотя он и не представлял, как это сделать. — И теперь, я не знаю, что мне делать, — закончила она, и ее глаза вновь застилала пелена слез, которые она изо всех сил старалась сдерживать, — Не понимаю, как его спасти. Вдруг, Гудао поднял руку и коснулся ее щеки, стирая слезу. Юи вздрогнула от его прикосновения и посмотрела с нескрываемым удивлением. — Что ты..? — Я не знаю, что сказать и как поддержать тебя, — тихо, но искренне заговорил юноша, — Но хочу, чтобы ты знала, что не одна. Да, я не могу снять проклятие, но могу быть рядом с тобой в это трудное время. Юи молча смотрела на него, ее глаза были полны благодарности. Она чувствовала, что в этот момент между ними возникает какая-то особая связь. — Нам нужно вернуться, — тихо сказал он после долгого молчания, поднимаясь. Юи кивнула и, с трудом поднявшись на ноги, последовала за ним. — Верно, мне нужно многое обдумать. Поговорю с наставником завтра. Вместе направились обратно в поместье. По дороге они молчали, но их молчание было наполнено теплом и пониманием. Когда они добрались до комнаты Юи, Гудао остановился у двери. — Спокойной ночи, — прошептал он, — Если тебе что-нибудь понадобится, просто позови. Юи улыбнулась ему и тихо произнесла: — Спасибо. Затем она вошла в комнату, а Гудао пошел в свою, размышляя о произошедшем. Он не понимал, почему так отреагировал на слезы Юи, ведь всегда старался держать свои эмоции под контролем, но на этот раз не смог. Юноша понимал, что между ними что-то меняется, но не знал, хорошо это или плохо.

***

Утро встретило Ван Юи не ласковым солнцем, а тяжелым бременем кошмаров, терзавших ее всю ночь. Сон не принес облегчения, а лишь усилил тревогу и отчаяние, поселившиеся в ее душе. Она проснулась совершенно разбитой, с тяжелой головой и опухшими от слез глазами. С трудом поднявшись с постели, Юи привела себя в порядок. Она надела ханьфу молочного цвета, словно пытаясь хоть немного осветлить мрачную атмосферу вокруг себя, и заплела волосы, стараясь скрыть следы бессонной ночи. Когда Юи пришла в беседку, за столом уже собрались все обитатели поместья. Ци Лан хлопотала вокруг, расставляя блюда с завтраком, а Ци Мушань, Гудао и Сянъи тихо переговаривались о чем-то своем. Далее взгляд девушки зацепился за Хунбина. Наставник выглядел непривычно бледным и уставшим — он больше не скрывал свое состояние под чарами иллюзии. Сянъи, увидев ее, тут же подскочил со своего места. — А-Цзе! — воскликнул он, глядя на нее с беспокойством, — Ты плохо выглядишь. Ты заболела? Юи слабо улыбнулась ему, стараясь скрыть свою боль. — Все в порядке, диди, — ответила она, погладив его по голове, — Я просто немного не выспалась. Она села за стол и принялась за еду, стараясь не смотреть на Хунбина. Но ее взгляд то и дело невольно возвращался к нему, и каждый раз ее сердце сжималось от боли и отчаяния. Гудао проводил ее нечитаемым взглядом. Он все еще не понимал, что нашло на него вчера ночью. Однако подавленный вид Госпожи Ван отчего-то беспокоил его. Завтрак прошел в тишине. Никто не решался нарушить гнетущую атмосферу, царившую в беседке. Едва дождавшись окончания трапезы, Юи направилась в комнату наставника. Она знала, что ей необходимо поговорить с ним, узнать правду и попытаться найти хоть какой-то выход из этой ужасной ситуации. Хунбин ждал ее. Он сидел в кресле у окна, глядя на утренний сад. Его лицо было спокойным и умиротворенным, словно он уже смирился со своей судьбой. — Я ждал тебя, Юи, — сказал Хунбин, едва она переступила порог, — Присаживайся. — Расскажите мне, как и когда это случилось, — попросила Юи, опускаясь на предложенный стул, — Как Вы были прокляты Черной Лианой? Хунбин тяжело вздохнул, собираясь с мыслями. — Это случилось семь лет назад, — начал он, — Враги твоего рода, изгнанные когда-то из ордена Лунных Заклинателей, решили отомстить. Они хотели убить тебя, последнюю из рода Ван. Я пытался их остановить… но их было слишком много. Один из них успел проклясть меня, прежде чем сбежать. Больше я его не видел. — Но почему? — недоуменно спросила Юи, — Почему они напали? Орден Лунных заклинателей давно распался. — Когда-то, твои предки изгнали их род, поэтому они затаили обиду, — пояснил Шу Хунбин, — И решили отомстить, когда узнали о распаде ордена. Твоих родителей и дедушку тоже убили они. — Что это был за род? — продолжала спрашивать девушка, — И за что их изгнали? — Ты ведь знаешь чем занимался Наньинь? И что орден Лунных заклинателей были тесно связаны? — Да, Наньинь славился своими снадобьями и ядами, — кивнула Юи, — Между Наньинем и орденом был заключен древний магический договор о сотрудничестве. И помимо него, правящие и аристократические семьи связывали браки. — Верно, — довольно улыбнулся наставник, — В одно время, Наньинь начал увлекаться довольно жестокими экспериментами. Орден не одобрял этого, но не считал нужным вмешиваться, поскольку думали, что все под контролем. Правители Наньиня неоднократно предлагали принять участие. Их поддержала только одна семья. Семья Фэн. Ради помощи им, они даже осмелились на попытку выкрасть важный артефакт Лунных заклинателей, за что и были изгнаны. Спустя время опыты стали выходить из под контроля, поэтому твои предки вмешались. Наньинь был уничтожен, а род Ван запечатал их священные земли. — Так значит семья Фэн..., — задумчиво протянула заклинательница, — Даже спустя столько лет, они все еще одержимы местью Юи замолчала, пораженная этим откровением. Внезапно она поняла, почему они с наставником приехали именно на гору Юнинь, в поместье Ци Мушаня. — Вы… Вы знали, что скоро умрете, — прошептала она, глядя на Хунбина, — И хотели оставить меня под присмотром Господина Ци… Хунбин виновато отвел взгляд, не в силах выдержать ее пристальный взгляд. — Ты стала такой проницательной, — произнес он, немного помолчав, — Я горжусь тобой, Юи. — Не надо прощаться со мной, — вспыхнула девушка, с трудом сдерживая слезы, — Я найду способ… Хунбин мягко улыбнулся ей, его глаза наполнились нежностью и печалью. — Это невозможно, Юи, — ответил он, — Проклятие не снять. Но заклинательница упрямо покачала головой, не желая слушать его. — Я найду способ! — повторила она, и слезы потекли по ее щекам, — Я не могу Вас потерять. Вы же мой наставник, и еще многому не научили меня! Она резко встала и, не прощаясь, выбежала из комнаты. Хунбин смотрел ей вслед, тихо шепча: — Упрямая… Тем временем в комнату к Господину Шу вошли Ци Лан и Ци Мушань. Их лица были полны сочувствия и тревоги. — Как ты? — мягко спросила Ци Лан. Хунбин вздохнул и посмотрел на них с благодарностью. — Я всё ещё здесь... Но время уходит. Я беспокоюсь за нее. — Юи сильная девочка, — ответил Мушань, — Она справится. — Я знаю, — тяжело вздохнув произнес Хунбин, — Но я боюсь за нее. Она слишком молода, чтобы столкнуться с таким горем, — он помолчал немного, а затем заговорил вновь, — Я хочу попросить вас об одном одолжении. — О чем же? — внимательно посмотрел на друга Господин Ци. — Присмотрите за ней после моей смерти, — ответил Хунбин, — Оберегайте ее, поддерживайте ее. Она останется совсем одна. Ци Лан и Ци Мушань переглянулись и твердо кивнули. — Мы обещаем, — сказала Ци Лан, — Мы будем оберегать Юи вместо тебя. Она станет частью нашей семьи. — Лан-эр права, мы позаботимся о ней, — решительно произнес Мушань, — Не тревожься об этом. — Спасибо. Хунбин улыбнулся им и закрыл глаза. Он знал, что может доверить им свою ученицу. Он знал, что они будут любить и заботиться о ней, как о своей собственной дочери. И это приносило ему хоть какое-то утешение в последние дни его жизни.