Лебединый трон

Легкий мороз пощипывал лицо и пальцы, крепкое бандо растекался согревающим теплом по горлу, оставляя терпкий вкус на губах. Чимин любил сбегать в Северную башню из окон которой открывался вид на лес и далеки горы, здесь хранилась старенькая мебель и множество различного хлама который стал непригодным для дворца, и из которого принц соорудил свой маленький секретный уголок. Сделав еще глоток, Чимин лениво блуждал взглядом по темному небу освещенному яркой полной луной, окруженной бесчисленным количеством звезд, что так завораживали и дарили умиротворение, тихонько нашептывая ночные секреты. Мысли приглушённые терпкостью бандо, неторопливо кружились в расслабленном разуме, вмиг разлетелись испуганной стаей птиц от неожиданного звука. Блаженную тишину нарушило жалобное мяуканье, Чимин встрепенулся шаря глазами по комнате в поисках источника звука. В полоске лунного света появился маленький трехцветный котенок, Чимин в изумление наблюдал как довольно упитанный комочек шерсти направился в его сторону продолжая жалобно мяукать, наклонившись принц поднял котенка на руки. — Эй ты как здесь оказался? — Усадив его к себе на колени, принц рассматривал пушистый комочек, убирая паутину с длинных усов. — Мяяяу — будто ответил тот. — Хмм у меня складывается впечатление будто ты ругаешь меня, но я первый нашёл это место, понятно? — Котенок продолжал пищать и громко мурлыкать, тыкаясь пушистой головой в ладони принца. — Как же ты сюда пробрался? Ты довольно-таки упитанный, тебя кто-то кормит? — Принц тихонько разговаривал с неожиданным гостем, утопая пальцами в мягкой шерстке а на лице сияла ласковая улыбка. Укутанные в утепленный плащ с меховым воротом словно в кокон, глаза безбожно слипались от тепла и убаюкивающего мурлыканья. Нужно было возвращаться, он еще должен рассказать Хосоку свою грандиозную идею, как именно брат может попросить руку и сердце своей возлюбленной. От этой мысли губы дернулись в ленивой улыбке, и он позволил глазам на минутку закрыться. Тихие шаги умело переступали заваленный хламом пол башни, легко находя знакомый путь, — Булка. Булка ты где? — Ммягкий свет несгорающий свечи, что освещал девушке путь, падал на острые черты лица Греннед добавляя им мягкости. — Бул… Слова замерли на губах, как и сама Хела, в неприметном тёмном уголке, летали маленькие переливающиеся золотистым свечением светлячки, а на стареньком диванчике, сидел укутанный в плащ отороченный белым мехом Его Высочество Чимин. Его голова была наклонена в бок и опиралась на собственное левое плечо, глаза закрыты. Он спал, а на груди из-под меховой оборки торчала громко мурчащая голова Булки. Брови девушки сами по себе взлетели вверх, она не знала, что больше всего ее изумляло в этой ситуации, то что этот маленький, дикий, звереныш которого она неделю приручала, так быстро приняла Его Высочество, или то, как долго она размышляла, кто именно обустроил себе здесь местечко, и уж точно она никогда не предполагала что это может быть его место. На секунду прикрыв глаза, Хела осознала, что все это время не дышала, глубоко вдохнув, холодный воздух обжег легкие, остужая всколыхнувший разум. Завтра она уезжает в родное поместье, все это время она удачно избегала младшего наследника, ей осталось пережить только эту ночь, в этом дворце, а потом… Потом она убедит деда что ей не нужно возвращаться. Кивнув своим мыслям и решительно настроившись незаметно уйти, оставив приготовленное лакомство для Булки. Достав из кармана плаща сверток с аппетитными кусочками утиного мяса, что подавали Греннед на ужин, девушка осторожно опустила его на каменный пол. Дивный аромат подхваченный прохладным ветерком тут-же донес его до чуткого носа спящей Булки. Резко открыв глаза и громко мяукнув, котенок начал вырываться из тёплых объятий принца, уже было развернувшееся чтобы уйти Греннед вновь обернулась, наблюдая как сонный принц пытается понять, что происходит, пока голодная Булка пытается добраться до своего лакомства, ударив задней лапой принца прямо в лицо. Со стороны диванчика послышалось возмущенное «Ой!» Наконец вырвавшиеся на свободу, Булка подбежала к заветному угощению. Присев Хела осторожно почесала котёнка за ушком, на что услышала жадное рычание, девушка улыбнулась и мысленно попрощалась с маленьким, диким комочком. Греннед переживала, как может оставить Булку здесь одну, даже подумывала взять её с собой, но увидев Его Высочество Чимина здесь с ней, поняла что он не оставит её голодать. — Так вот кто его кормит. — Голос принца звучал немного хрипловатым из-за сна, — Еë. Чимин недоумевающе взглянул на Греннед. — Что? — Еë, это девочка и её зовут Булка. — Не поднимая глаз на принца ответила Хела. Услышав кличку Чимин весело прыснул. — Вот уж точно Булка. — Наконец Хела подняла взгляд на принца, в животе будто-бы что-то взорвалось а лицо девушки начало пылать, Хела совсем не понимала реакции своего тела, но прекрасно понимала другое, нужно уходить. — Мне пора, приятного вечера Ваше Высочество. — Сделав книксен, девушка направилась к выходу когда в спину прилетели слова принца. — Выпей со мной, если не боишься конечно. — Обернувшись Хела увидела на лице принца лукавую однобокую улыбку. — Или так и продолжишь скрываться? Хела стояла у выхода ведя внутреннюю борьбу. Ноги отказывались двигаться, но разум упорно твердил, что с неё достаточно и она не будет больше прятаться, выглядывать из-за каждого угла, чтобы случайно не наткнуться на принца. Все это время, она считала, его поступки ребяческими, но только сейчас поняла, что и сама ведет себя как ребенок. Вместо того, чтобы поговорить с Чимином, она играла в прятки. Пытаясь заглушить внутренний, голос, который отчитывал ее как малое дитя, Хела решительно сказала. — Наливай. Чимин поменялся в лице, готовый съязвить, на ее очередной отказ, он на мгновение задумался, и уточнил. — Ты серьезно? — Я сама серьезность. Так что наливай. — Решительно кивнула Хела направляясь к старому диванчику. Принц протянул девушке бутылку, как бы извиняясь за отсутствие бокалов. Греннед села рядом и сделав глоток крепкого бандо. Горло загорело и Хела поморщилась выдыхая, как ей оказалось огонь. — Согревает? — Спросил Чимин усмехнувшись. Он внимательно наблюдал за Греннед, поджав губы. — Словно жидкий огонь. — Все еще делая спасительные глубокие вдохи морозного воздуха, ответила Хела. — К зиме они настаивают бандо на остром перце. — Пояснил принц. За окном тихо шёл крупный снег, медленно кружась в замысловатом танце, переливаясь от света из окон дворца. Они сидели в тишине, нарушаемой лишь сытым посапыванием Булки, что лежала между ними, согреваемая их теплом. Это молчание было лёгким и никак не тяготило. Они о многом хотели сказать друг другу, но никто не решался начать разговор первым. — Я перешёл черту. — Тихий, хрипловатый от долгого молчания голос Чимина разрезал тишину. Хела перевела вопросительный взгляд на принца. — Я не должен был приходить к тебе тогда ночью. — Продолжил он, его взгляд неожиданно серьезный скользнул по лицу Греннед. Девушка молчала, выдерживая взгляд принца. После той ночи, она винила во всем себя. Винила, за то, что поддалась своему необъяснимому желанию сдаться в его теплые и нежные руки, винила, за то, что готова была сделать это снова… Винила и пряталась, боясь встретиться с ним и увидеть в его глазах, то, что видят все девушки с которыми он был. Ей была противна одна мысль, о его надменной, победоносной улыбке. И сейчас она готова была дать, наконец-то отпор, как только принц заведет разговор, о той ночи, поэтому услышав извинения, слов у Хелы не нашлось. — Прости, Хела, впредь я больше не стану навязывать тебе свое общество. С губ Греннед сорвался сдавленный вздох, слова принца принесли долгожданный покой её обеспокоенному разуму, но словно камнями осели где то в желудке. Она продолжала безмолвно смотреть на красивый профиль Чимина, раз за разом прокручивая его слова, и каждый раз они отдавались горечью на языке. — Утром я уезжаю в родовое поместье. — Хела не знала зачем говорит это, слова сами сорвались с губ. Чимин взглянул на девушку, искренняя улыбка коснулась его пухлых губ. — Будьте осторожны, леди Греннед, и берегите себя. — Благодарю, Ваше Высочество. — Встав с диванчика, Хела сделала изящный книксен и направилась к выходу. Ногти с силой впивались в ладони не давая пролиться непрошенным слезам.