История другой судьбы

      «Все-таки я умерла» — думала Лили. Девочка была в темной комнате, у левой стены стояли, взгроможденные одна на одну, старые ненужные парты, Лили точно знала, что в Дурмстранге нет такого помещения. «И куда это я попала? Уж точно не в рай» — просебя усмехнулась девочка.       Вдруг перед Лили появились двое людей. Она уже видела их раньше, правда только на фотографии. Дрожь пробежала по телу девочки, и она подошла ближе.       Лили посмотрела в зеленые глаза женщины, та ей улыбнулась, девочка еще раз заметила, что очень похожа на свою настоящую мать. Затем Лили взглянула на отца, его волосы торчали во все стороны так же как на фотографии в медальоне.       Лили подошла еще ближе и увидела мальчика. Он стоял между ее родителями и был очень сильно похож на Лилиного настоящего отца: такие же торчащие во все стороны волосы, круглые очки и улыбка. Вот только глаза его были зелеными, такими же как у Лили и ее матери.       «Интересно кто он?» — подумала Лили. Неожиданно для себя девочка подняла правую руку, мальчик сделал то же самое, будто он был отражением в зеркале. Их пальцы соприкоснулись. Лили ничего не понимала, она еще раз взглянула на родителей, а потом на зеленоглазого мальчика, у того с глаз катились слезы.       «Ничего не понимаю, — думала Лили, — это зеркало? Но почему тогда нет моего отражения? И кто же этот мальчик?»       — Интересно когда она очнется?       — Целительница сказала, что еще вчера должна была прийти в себя.       — Хорошо, что вообще жива осталась.       — Ты идешь?       — Вы идите, а я потом приду, хочу посидеть с ней.       — Зачем? Она все ровно без сознания.       — А вдруг очнется.       — Как хочешь, мы пошли.       Лили сквозь сон слышала диалог друзей. Она попыталась сказать, что с ней все в порядке, но ничего не вышло. Девочка с трудом открыла глаза, веки были будто из железа.       — Лили! — вскрикнула Виолета, — Наконец-то ты очнулась.       Лили попыталась привстать и оглянуться, но сил у девочки не было, к тому, же глаза ослеплял яркий свет из окна.       — Что случилось? — прохрипела девочка. Голос был настолько охрипшим, что Лили не узнала его.       — Ты что совсем ничего не помнишь? — удивилась Виолета.       Лили «порылась» в своей памяти. Она вспомнила бал, рождественское утро и зеленоглазого мальчика. «Врятли он существует — подумала девочка, — приснился, наверное».       — Ничего, — прохрипела Лили.       — Ирина толкнула тебя в озеро. Я так испугалась, думала ты утонула. — рассказывала Виолета. — Я со всех сил звала на помощь. К счастью Виктор был недалеко, он и вытащил тебя из воды в самый последний момент. Целительница сказала, что твое сердце почти перестало биться, но она успела спасти тебя.       Лили закрыла глаза и попыталась вспомнить события того утра.       — Тебе плохо? — всполошилась Виолета.       — Нет, — хрипнула Лили, — просто свет слишком яркий, глаза болят.       Девочка сквозь веки увидела, что в помещении стало темнее, она открыла глаза. Оказывается, Виолета уже успела зашторить окна напротив кровати подруги.       — Хорошо, что ты пришла в себя, — улыбнулась Виолета, — я очень переживала, ах да Ярослав и Макс к тебе заходили…       — Да, я слышала, — перебила подругу Лили.       — Ирину, кстати чуть не исключили, — улыбнулась Виолета, — в последний момент Комаровский уговорил директора Каркарова дать ей второй шанс. — На последних словах подруга скривила лицо. — Ее на месяц отстранили от занятий, сейчас она моет посуду на кухне, а вечером бегает по школе и узнает домашнее задание, — на лице Виолеты снова растянулась улыбка.       «Так ей и надо, — думала Лили, — в следующий раз подумает, прежде чем людей в озеро толкать». Внезапно Лили осенило.       — Я с ребятами пыталась заставить ее извинится перед тобой, ну когда ты очнешься, но она отказалась, — говорила Виолета.       — Стоп, — прохрипела Лили, — ты сказала, что ее отстранили от занятий? Уже начался       второй семестр? Сколько я валялась без сознания?       — Три недели, — шепотом сказала подруга, — у тебя был сильный жар, целительница сказала, что после такого ты не меньше двух недель можешь не приходить в себя.       — Но почему тогда я здесь целых три недели? — удивилась Лили.       — Я не знаю, честно, — сказала Виолета.       — Не ври.       — Ну ладно, все очень переживали, ведь ты чуть не умерла, — начала подруга, — после того как жар спал у тебя начались галлюцинации.       — Галлюцинации? — переспросила Лили.       — Так сказала целительница, ты постоянно бормотала что-то, а потом перестала.       — И что же я говорила?       — Просто слова и обрывки фраз, — ответила Виолета, — почти не было ничего понятно. Один раз я слышала, как ты говорила «зеленые глаза», «лохматый мальчик» и «мама, кто он?».       — И долго я бредила?       — Где-то неделю, пока не началась учеба, а потом перестала.       В этот момент в изолятор вошла женщина. Ученики не знали ее имени, поэтому просто называли ее целительницей.       — О, ты очнулась, — улыбнулась женщина.       Она подошла к изголовью кровати и потрогала лоб Лили.       — Как ты себя чувствуешь? — спросила она.       До Лили только сейчас дошло, что она не может ни чем пошевелить.       — Я не знаю — прохрипела девочка, — я не чувствую рук и ног.       — Не удивительно — сказала целительница и направилась к полкам с лекарствами.       — Виолета, нечего сидеть здесь весь день, — промолвила женщина, подходя к кровати с каким-то лекарством, — иди, Лили нужно поспать, завтра прейдешь.       — Но я не хочу спать, — взбунтовалась Лили.       — А тебя не спрашивают, чего ты хочешь, — злилась целительница, — пей, — она подставила ко рту девочки бутылку с лекарством и помогла ей выпить микстуру. — Вот так, это не смертельно, правда?       — Ну, я пойду, — сказала Виолета.       Лили чувствовала, как веки начинают слипаться, ели-ели она успела прохрипеть, прежде чем уснуть:       — Приходи обязательно, и Макса с Ярославом приведи.       — Конечно, — услышала она ответ подруги и погрузилась в сон.       Следующие две недели, которые Лили провалялась в лазарете, друзья каждый день бегали к ней и всячески развлекали. Лили как могла, уверяла целительницу, что чувствует себя хорошо, но та не верила и держала девочку взаперти, чтобы она не сбежала.       Наконец-то после тысячи убеждений и сотни осмотров женщина выписала Лили. Девочка обрадовалась и сразу побежала к друзьям.       Лили вышла в коридор, и чуть было не ослепла от непривычно ярких цветов. Весь замок был украшен в розово-красных тонах.       — Совсем вылетело из головы, что сегодня день Святого Валентина, — бормотала девочка, подходя к обеденному залу.       Лили осторожно заглянула в зал. Он был украшен так, как и весь замок: с красными и розовыми лентами в виде бантов на стенах, пол застелен красным бархатом, а под потолком были огромные свечи в виде сердец. Возле дверей висела корзина с прорезом, похожая на маггловский почтовый ящик, в которую ученики ложили открытки и валентинки.       Лили, почему-то, не понравилась эта затея, и она решила, не позавтракав, сразу пойти на урок.       Однокурсники буквально с овациями встретили девочку у класса. Все были очень рады, что Лили, наконец, выписали.       Ирина стояла поодаль вместе со своими подружками, и насмехались с кого-то. Девочка была на девяносто девять процентов уверена, что предметом их насмешек является она, все-таки как-то странно они бросали взгляды в сторону Лили.       Уроки прошли хорошо. Лили почти не спрашивали, учителя просто поздравили ее с выздоровлением и даже разрешали ничего не делать в первый день.       Идя на обед Лили во все уши слушала рассказы друзей, улыбка не сползала с ее лица, девочка была очень рада вернуться в школу. Она настолько погрузилась в разговор, что не заметила как прошла весь замок с этими тошнотворными розовыми бантами и оказалась возле обеденного зала.       Войдя в зал, девочка заметила, что все взгляды обращены к ней. На секунду она замерла, но все, же взяла себя «в руки» и поплелась к столу друзей. Хоть Лили со вчерашнего вечера и крошки во рту не держала, есть ей почему-то не хотелось, и она погрузилась в свои мысли.       Через несколько минут ее прервал взрыв смеха. Лили повернула голову и чуть не шлепнулась со стула от увиденного. Волна дикого смеха накрыла девочку.       В конце зала на возвышении стояли пять ангелов с большими розовыми крыльями. Посредине был «главарь стаи ангелочков» он выглядел явно недовольным.       После того как все наконец утихли и успокоились «главарь» заговорил:       — Как вы уже знаете сегодня день святого Валентина, — бурчал ангелочек, — мы — посланцы небес, принимали ваши открытки, и сейчас поднесем поздравления их адресатам. Ангелы принялись расхаживать между столами и раздавать открытки.       Лили увидела, что «главарь стаи» направляется к их столу и на девочку снова накатила волна дикого смеха. Она узнала этого ангелочка, им был Теодор Виншхет, лучший друг Виктора.       — А крылышки тебе идут, Тед, — усмехнулась Лили.       — Очень смешно, Эванс, — буркнул тот.       — Кто это тебя так нарядил? — улыбаясь, спросила Виолета.       — Вообще верховным ангелом…       Дети пуще прежнего засмеялись, а иногда говорили что-то типа «верховный ангел, вот умора» и «я сейчас умру от смеха».       Тед поднял глаза к небу и продолжил:       — Им должен был быть Виктор, но он на тренировке в сборной, и Рукавина меня нарядила.       — Ты бы так каждый день ходил, отбою от девчонок не было бы, — улыбнулась Лили.       — Молчи, мелюзга, — насупился ангел. — О, а для вас тут тоже кое-что есть.       Он достал из розового мешка шесть открыток и зачитал:       — «Максу от Виолеты», — Тед бросил валентинку в руки мальчика, — «Ярославу от Виолеты», — парень сделал тоже, — так дальше две открытки для Виолеты и Лили от друзей, — он положил открытки на стол.       — Спасибо большое, — поблагодарила Лили, — я совсем забыла о празднике и ничего не приготовила.       — Успокойся, — сказал Макс, — ничего страшного.       — Да-а-а, — растягивая слова, сказал Тед, — мелюзга нынче не популярна. Хотя на счет тебя, Эванс, я бы поспорил.       — Ты о чем, — не понимая, спросила девочка.       — Вот о чем, — он достал маленький розовый мешочек и бросил его на стол перед девочкой, — ровно двадцать две, — сказал парень.       Лили достала содержимое мешочка, им оказались открытки в виде сердец.       — От кого? — удивилась девочка.       — От тайных поклонников, — засмеялся парень, — ну ладно, я пошел. К сожалению, весь этот хлам сам не раздастся.       — Это просто поздравительные открытки, — успокоилась Лили, — во всех написано «с возвращением» и «как хорошо, что ты вернулась».       — Я надеялась, что это все-таки признания в любви, — улыбнулась Виолета.       — Давай ешь, — Лили подвинула тарелку с супом подруге, — еще в библиотеку за книгами зайти нужно.       Последующие месяцы тянулись как-то медленно и рутинно. В мае Лили сделала то, что от нее никто не ожидал — бросила тренировки по квиддичу, чтобы хорошо подготовится к предстоящим экзаменам.       Замок уже несколько недель спокойно «жил» без розыгрышей «Эванс и Ко». Дети с утра до вечера корпели над книгами, уж не хотели они вылететь из школы.       В начале июня ученикам раздали расписание экзаменов. Первым был защита от темных искусств. У Виолеты началась паника, и друзья всю неделю пытались ее успокоить.       Лили заметила, что из-за экзаменов все ученики стали очень раздражительными, бросаются друг на друга из-за всякой мелочи. Девочка пыталась сохранять спокойствие, но иногда боязнь завалить экзамены и вылететь из школы перерастала в панику.       В классе сидели ученики и внимательно читали вопросы своих билетов, у каждого они были разные. Лили сидела за последней партой и как пишущая машинка строчила ответы. Экзамен по трансфигурации был последним, многие дети уже расслабились в предвкушении летних каникул, но Лили знала: стоит ей хоть чуть-чуть передохнуть и она завалит все на свете.       Девочка внимательно осмотрела свою работу. «Вроде все, — подумала она». Но почему-то паническое чувство страха не покидало девочку с самого утра. Сердце колотилось как бешенное. Лили не могла понять, что с ней происходит, ведь на остальных экзаменах она так не переживала.       — Лили, ты уже готова? — спросил профессор Шимич.       — Да, — ответила девочка.       Лили сдала работу преподавателю и подошла к столу, где лежало множество вещей, которые нужно будет трансфигурировать.       Девочка без ошибок выполняла задачи поставленные профессором, но плохое предчувствие не покидало ее.       — НИКОГДА! — Лили услышала чей-то крик.       — Кто это… А-А-А! — девочка закричала. Она почувствовали сильную боль во лбу, казалось, будто голова сейчас расколется надвое. Лили закрыла глаза и увидела мужчину со вторым лицом вместо затылка, он держал ее за запястье. Лили закричала, пытаясь вырваться, и ей это удалось, боль становилась слабее.       Девочка открыла глаза. Она стояла перед классом, держась руками за голову. У всех были испуганные лица. Профессор Шимич, Виолета, Макс и Ярослав уже окружили ее, пытаясь выяснить, что случилось.       — ЛОВИ ЕГО! — кричал кто-то.       — КТО ЭТО КРИЧИТ? — завопила Лили.       — Лили, что ты…       Снова вернулась боль, она была такой сильной, что девочка почти ослепла. Лили не в силах больше держаться на ногах упала на пол. Она снова увидела человека с двумя лицами, он душил ее. Кашляя, Лили звала на помощь. Она слышала голоса друзей, но они были будто из другого мира.       Лили кричала аж до хрипоты. Боль разрывала ее голову, девочка не могла понять, что происходит. В голове звучал голос: «УБЕЙ ЕГО! УБЕЙ ЕГО!», заглушая голоса друзей.       Внезапно боль стала утихать. Лили поняла, что все закончилось, и провалилась в темноту.       Она летела все ниже, и ниже, и ниже…