Бессмысленные лица

Вообще-то, Раф всегда считал, что с любовью у него всё предельно просто. Даже в какой-то степени примитивно. Без дебильного тёплого комка где-то под рёбрами, страданий на ровном месте, мыслей о ком-то 24/7 и прочей сопливой мишуры из дешёвых ромкомов. Понравился кто-то — окей. Потусили, пофлиртовали, пару вечеров провели. Не зашло — ну и ладно. Короче, он никогда не страдал хернёй. После поступления всё вообще должно было пойти по идеально спланированному сценарию. Он наконец съехал от родителей, поселился в общежитии и был абсолютно уверен, что теперь-то начнётся нормальная студенческая жизнь: свобода, вечеринки, случайные знакомства, творческие эксперименты, шумные компании, дешевый кофе вместо завтрака — всё именно так, как и должно быть. Он собирался наслаждаться молодостью и отрываться по полной, не забивая голову тем, что не стоит усилий. А потом пришёл Лео. И вся эта стройная, удобная система полетела к чертям.                                *** Поначалу Раф даже не придал этому особого значения. Ну подумаешь, хочется поговорить с каким-то парнем с общих пар подольше. Подумаешь, залипаешь на его голубые, почти прозрачные, глаза. Подумаешь, хочется лишний раз постоять рядом. Или дотронуться. Или обнять.  Вообще ничего странного. Абсолютно нормальная ситуация. Каждый день такое. И Раф, который всю жизнь засматривался на девушек, долгое время не видел в этом ничего страшного и принимал за обычное любопытство. Профессиональный интерес. Он дизайнер, ему просто интересно разбирать странные объекты. И Лео идеально подходил под описание «странного объекта».  Местами хладнокровный, местами упёртый и готовый стоять на своём, но в то же время какой-то до одури непонятный и в чём-то даже несуразный. Словно вырванный из картины фрагмент приклеили к другой в надежде, что никто не заметит. Вроде и неплохо смотрится, но всё равно что-то не то. — Это просто потому, что он как NPC на минималках, — бубнил Раф себе под нос на одной из лекций, уставившись в сторону, где сидел Лео. — Просто хочется врубиться, как он вообще устроен. Чисто из принципа. Принцип, правда, был хуёвый. Потому что простое любопытство не заставляет замечать всякую чушь. Абсолютную, никому не нужную херню, которая нормальному человеку вообще не должна запоминаться. Как Лео хмуриться, когда не может что-то понять. Как едва заметно напрягается, если его окликнуть сзади. Как чуть прикусывает нижнюю губу, когда задумывается.  Раф пытался всё это игнорировать. Искренне. Прям боролся.  Неделю.  Две.  Месяц.  Он упаковал все странные мысли в коробку в голове, подписал «НЕ ВЛЮБЛЁН, СУКА, ПРОСТО ЛЮБОПЫТНО» — и закинул куда подальше. На склад, где валяются всякие неудобные штуки вроде «у Лео родинка за ухом» или «Лео мило чихает». Но, блядь, коробка всё время падала. Причём прямо в темечко. А стоило Лео появиться в поле зрения — внутри всё начинало гудеть, как сигнализация у тачки в три часа ночи. И Раф снова как идиот шёл проверять, не пожар ли. В какой-то момент он попытался посмотреть на всё рационально. Ну, насколько вообще умел быть рациональным. Допустим, то, что он чувствует не совсем обычны интерес. Допустим, что ему правда нравится Лео. Допустим, что его ориентация перевернулась на 180% из-за какого-то философа с лицом «я читаю Канта в оригинале и разговариваю с космосом». Но есть ли у этого хоть какой-то шанс? Если бы Лео прямо сказал «нет», Раф бы разозлился, конечно. Может, даже пару дней ходил бы с лицом человека, которого пнули по яйцам. Но потом пошёл бы дальше. Но Лео не делал ничего. Вот вообще ничего.  Не отталкивал, но и не приближался по-настоящему. Мог спокойно зависать с ним после пар, болтать с Рафом на любые темы и... порой казалось, что рядом с ним он становится чуть менее зажатым. Но дальше — ноль. Как будто есть какая-то невидимая граница, и Лео её принципиально не переходит. А Раф топчется перед ней, как идиот и не может перейти. Неужели он правда не видит? Как Раф на него смотрит. Как порой улыбается как идиот при его появлении. Как всё время старается оказаться ближе?  Раф очень сомневался, что Лео из тех, кто не видит дальше собственного носа. Тогда что выходило? Что Лео всё это замечал — и попросту игнорировал?  От этой мысли внутри начинало неприятно тянуть. Раф раздражённо провёл рукой по волосам, зацепил красную прядь и покрутил её между пальцами. А он вообще во вкусе Лео? Может, ему нравятся какие-нибудь идеальные, собранные типы в рубашках, а не вечно растрепанные красноволосые долбоёбы? Он пытался вспомнить, засматривался ли Лео на кого-то, но в памяти ничего подобного не всплывало.  Есть ли у Лео вообще этот «вкус» в сторону парней? Раф откинулся на спинку стула и уставился в потолок. В голове потихоньку начинал складываться план действий. Он достал из кармана телефон и быстро набрал знакомый номер. Если гора не идёт к Магомеду… В трубке потянулись гудки — один, второй, третий. …значит, Магомед сам пиздует к горе.