Дело Фахрутдиновой

Приятного прочтения! Могут быть ошибки! _______ После ночи на Берёзовой улице Алёна почти не спала. Кассета лежала на её столе до самого рассвета, старая, потёртая, с белой наклейкой без подписи. Она несколько часов просто смотрела на неё, не решаясь включить. Было странное чувство, будто вместе с записью она откроет не просто воспоминание, а дверь, которую когда-то закрыла внутри себя слишком крепко. Утром в отделе было непривычно шумно. Все говорили сразу, о новых уликах, о пропавших людях, о давлении сверху, о слухах, что в городе появился серийный похититель. Кто-то называл происходящее охотой, кто-то чьей-то больной игрой. Но для Алёны всё это уже звучало фоном. Она думала только о двух вещах. "Кто такая Женя" и "Откуда она знает её прошлое". Саша: Ты выглядишь так, будто собираешься упасть лицом в бумаги. послышался ровный голос. Алёна подняла взгляд. Перед ней стояла Саша Мироненко. Как всегда собранная, тёмное пальто, аккуратно убранные волосы, холодный, почти стеклянный взгляд человека, привыкшего мыслить фактами, а не чувствами. В руках папка, планшет и пластиковый стаканчик с чёрным кофе. Алёна: Спасибо за заботу. Сухо ответила Алёна. Саша: Это не забота а наблюдение. После поставила перед ней кофе. Саша: Но кофе можешь считать жестом вежливости. Алёна впервые за утро слабо усмехнулась. Саша села напротив и открыла папку. Саша: Я проверила места исчезновений ещё раз. Там есть закономерность, которую мы не заметили. Алёна: Какая? Саша: Камеры. Алёна: Что камеры? Саша: На всех маршрутах жертв в день исчезновения камеры либо отключались, либо ловили помехи ровно на три минуты. Алёна нахмурилась. Алёна: Это невозможно сделать без подготовки. Саша: Именно. Женя не одиночка, импровизирующая на эмоциях. У неё есть ресурсы и возможно это люди. Алёна вспомнила странную точность, с которой всё происходило, записки, появление и исчезновение, ощущение присутствия, отсутствие следов. Слишком идеально. Слишком чисто. Алёна: Значит, она не одна. Саша: Значит, у неё есть сеть, и кто-то внутри может сливать информацию. Поправила Саша. Эта мысль ударила неожиданно сильно. Кто-то рядом. Кто-то, кого они знают. Кто-то, кто улыбается в лицо.... _____________ В это время Лиза сидела в кафетерии отдела вместе с Тасей. Тася что-то рассказывала, смеясь и размахивая руками, а Лиза внимательно слушала, иногда вставляя короткие реплики. Она выглядела именно такой, какой её все знали, мягкой, открытой, искренней. Но стоило Тасе отвлечься на звонок, как выражение лица Лизы мгновенно изменилось. Тёплая улыбка исчезла. Взгляд стал внимательным и холодным. Она достала телефон, быстро напечатала сообщение. "Мироненко начала копать камеры. Алёна нервничает. Следующий ход?" Ответ пришёл почти сразу, "Пусть ищут. Чем ближе подходят, тем сильнее запутаются". Следом ещё одно сообщение, "И следи за Алёной. Она начинает вспоминать". Лиза медленно улыбнулась, "Уже слежу", едва слышно прошептала она. К вечеру Алёна всё же решилась посмотреть кассету. Старый видеомагнитофон нашли в архиве. Пыльный, скрипучий, едва живой. Экран телевизора мигнул помехами. Потом появилось изображение. Дом. Её старый дом на Берёзовой. Съёмка шла из окна второго этажа как будто кто-то стоял внутри комнаты и смотрел наружу. Во дворе бегала маленькая девочка, лет десяти наверно, с короткими волосами и с книгой в руках. Алёна. Она узнала себя сразу. Картинка дрогнула. Появился второй ребёнок, девочка постарше, лица почти не видно, она стояла в тени дерева. Но камера словно специально задержалась на ней. На несколько секунд. А потом запись оборвалась. Экран почернел и раздался голос. Женский. Тихий. Спокойный. Очень знакомый. "Ты обещала, что не забудешь меня". У Алёны похолодели руки. В груди всё сжалось. Это был не просто голос Жени. В нём было что-то из детства. Что-то давно похороненное в памяти. Она резко выключила телевизор. И в ту же секунду в кабинете погас свет. Полная темнота. Тишина. Потом лёгкий шёпот прямо у уха, "теперь вспомнила?". Алёна резко обернулась, опять никого. Но на стол легла свежая фотография. На ней была Саша. Снятая сегодня. И подпись, "Береги её. Она понадобится позже."... Алёна сжала снимок так сильно, что бумага смялась в ладони. Теперь Женя наблюдала не только за ней. Она уже вошла в их круг. И следующий ход в этой игре будет гораздо опаснее чем предыдущий. _________ Следующее утро в отделе началось не с кофе, не с привычного шума бумаг и даже не с доклада дежурного. Оно началось с крика. Резкого, испуганного, пронзившего коридор так внезапно, что Алёна, не успев снять пальто, мгновенно сорвалась с места. За ней почти одновременно двинулась Саша. Голос доносился из архивного крыла, старой части здания, куда обычно никто не заходил без причины. Когда они вбежали внутрь, у дальней стены стояла молодая сотрудница архива, бледная как полотно, с дрожащей рукой, указывающей вперёд. На полу лежал телефон. Обычный кнопочный, старый, потёртый. Но экран светился. На нём было одно входящее сообщение. Без номера. Без подписи. Только текст. "Вы снова опоздали" Алёна медленно подняла телефон. Под ним оказался лист бумаги. На нём фотография мужчины лет сорока в полицейской форме. Молчаливый. Серьёзный. Седина на висках. Алёна узнала его сразу. Тася: Нет... Тихо выдохнула Тася, появившись за спиной. Это был капитан Игорь Ежов. Отец Таси. Опытный офицер, который вчера вечером уехал проверять свидетельские показания по делу и с тех пор не выходил на связь. На обороте фотографии было написано. "один из вас исчез. Найдите, пока не стало поздно." Саша резко повернулась к дежурному: Саша: Когда последний раз был сигнал с его рации? Дежурный: В 23:47. Саша: Машина? Дежурный: Нашли на объездной, пустую. Алёна уже смотрела на другую деталь. В углу снимка. Едва заметно. Чёрным маркером был нарисован символ, тонкая закрученная спираль. Та самая. Женя снова оставила подпись. Но на этот раз выбрала не случайного человека. Она забрала одного из них. И сделала это так, чтобы ударить больнее. Тася резко выхватила фото из рук Алёны. Её глаза метались по лицу отца, будто она пыталась найти в снимке ответ. Тася: Мы его найдём. Глухо но решительно сказала она, но всё же голос дрогнул. Алёна подошла ближе. Алёна: Найдём. Саша молчала. Она смотрела на телефон. Потом медленно нажала на новое сообщение, пришедшее секунду назад. Экран вспыхнул, пришли координаты а потом короткая подпись. "Приезжайте втроём. Остальных видеть не хочу". Ниже "Алёна. Саша. Тася. Без оружия. Игра начинается.)" В кабинете повисла тяжёлая тишина. Лиза, стоявшая чуть поодаль, едва заметно опустила взгляд, пряча улыбку. Никто не увидел, как её пальцы быстро напечатали сообщение под столом. "Они клюнули". Ответ пришёл почти мгновенно, "Отлично. Подготовьте дом." __ Вечером чёрная машина медленно ехала по пустой загородной трассе. В салоне напряжённая тишина. Тася сидела впереди, сжав руки так сильно, что побелели костяшки. Саша за рулём внимательно следила за дорогой, но взгляд её был тяжёлым, сосредоточенным. Алёна сидела сзади, держа в руках фотографию Ежова. Но думала не о ней. Её не отпускали слова Жени. "Теперь вспомнила?" Вспомнила что? Кто та девочка из записи? Почему голос кажется знакомым? Почему страх перемешивается с ощущением... странной близости? И главное почему у Алёны было чувство, будто Женя всё это время не охотится на неё а ждёт.... Машина остановилась. Перед ними, среди голых деревьев, стоял старый двухэтажный дом. Тёмный. Без единого огня. С выбитыми окнами. И почему-то с открытой входной дверью. Словно приглашал войти. Саша тихо сказала. Саша: Это ловушка. Алёна посмотрела на дом. Алёна: Да. Тася уже открыла дверь машины и вышла. Тася: Мне всё равно, там мой отец. И после пошла вперёд. Алёна и Саша переглянулись. И последовали за ней. А где-то высоко, на втором этаже, в тёмном окне мелькнул знакомый силуэт, женский. Неподвижный. Наблюдающий. И тихий голос в пустоте произнёс. "Добро пожаловать..." ____ Продолжение следует....