Кто сказал, что омеги не могут быть такими же взрывными, как альфы? (谁说Omega就不能A爆了)

      В тот день обстановка в академии была, мягко говоря, напряженной. На следующий день после теста на феромоны все первокурсники-Омеги буквально сошли с ума от волнения. А когда ночью они вышли из аудитории теории, волна безумия накрыла и Альф — те теряли голову один за другим.       Эта лихорадка под названием «S-Омега» распространялась подобно вирусу, и всего за одну ночь на уши встала вся академия.       Кто-то сгорал от нетерпения, желая увидеть, что же это за священный Омега S-ранга, другие же были настроены скептически. Впрочем, сомнения длились недолго: на следующий день официально объявили результаты распределения первокурсников.       У доски объявлений яблоку негде было упасть. Кто-то бурно радовался, попав на желаемый факультет, а кто-то уныло вздыхал, упустив свой шанс.       На самом краю стенда висел скромный список, где было указано всего несколько имен. На фоне остальных, плотно заполненных листов, этот выглядел совсем пустым.       Это был список первокурсников, зачисленных на Четвертый факультет. И хотя мест там было катастрофически мало, именно этот листок приковывал к себе больше всего внимания. Перед ним толпились даже старшекурсники.       В списке особенно выделялись два первокурсника с феромонами S-ранга.       Оба попали в третий класс: одного звали Вэнь Синчэнь, другого — Лу Цзиннин. Один был Альфой, а второй… Омегой.       Да, Омега, поступивший в Военную академию Императорского флота!       Как только списки опубликовали, вся школа мгновенно запомнила имя Лу Цзиннина — парня, которому суждено было стать легендой.

***

      Поскольку все требования к поступающим были известны заранее, Лу Цзиннин не стал тратить время на чтение списков. Вместо этого он свернулся калачиком под одеялом и проспал все утро.       Он обожал спать с самого детства: в любой непонятной ситуации он просто ложился вздремнуть. Лу Цзиннин и сам не знал, связано ли это с его особенными феромонами.       Когда Янь Хэбинь уходил, Лу Цзиннин спал. Вернувшись, Янь Хэбинь обнаружил соседа в той же позе. Не удержавшись, он подошел к кровати и легонько постучал по экрану его терминала:       — Все еще спишь? Эй, подъем, пора бы посмотреть расписание занятий.       — Какое еще расписание? — сонно пробормотал Лу Цзиннин, натягивая одеяло на голову.       — Распределение по факультетам завершено, а значит, и списки курсов готовы, — пояснил Янь Хэбинь. — Занятия начинаются уже сегодня днем. Если хочешь спать дальше, сначала проверь, нет ли у тебя пар.       Лу Цзиннин пару секунд тупо моргал, затем взглянул на терминал у кровати. Действительно, на экране висело уведомление о новом документе.       «Такая пунктуальность не к добру», — подумал он смутно.       Открыв файл, он убедился, что на сегодня у него действительно запланирован урок.       «Управление и применение феромонов» — название звучало солидно и престижно, явно обещая материал, который и близко не проходили в старшей школе.       Лу Цзиннин послушно взъерошил и без того растрепанные волосы, проверил коммуникатор и обнаружил с десяток пропущенных сообщений.       Три или четыре были от Юй Цинцана. Прочитав их, Лу Цзиннин понял, что друг в основном сокрушался о том, что они попали в разные классы, и умолял его не просыпать занятия. Старый друг знал его слишком хорошо, чтобы будить звонками.       Остальные сообщения пришли от его отца, Лу Куньбиня.       Тон первых писем был подчеркнуто спокойным: отец пытался казаться невозмутимым, расспрашивая о результатах распределения. Однако в последующих сообщениях сквозило все большее нетерпение. В конце концов, устав ждать ответа, отец, видимо, сам позвонил в академию, узнал новости и буквально взорвался от восторга, прислав голосовое сообщение.       Лениво зевнув, Лу Цзиннин нажал кнопку воспроизведения.       Голос Лу Куньбиня загрохотал на всю комнату:       — Это действительно мой Нин-цзай! Омега с феромонами S-ранга! Весь в меня в молодости, ха-ха-ха! Поздравляю с поступлением на Четвертый факультет, все как ты хотел! Но это только первый шаг, сынок. Твое будущее — Императорский флот! Действуй смело, не бойся рисковать. Слишком осторожные люди великих дел не совершают! Папа всегда тебя поддержит! Пусть все видят, какой выдающийся сын у Лу Куньбиня, ха-ха-ха…       Не дослушав следующую запись, Лу Цзиннин содрогнулся и поспешно выключил звук.       Повернувшись, он почувствовал, как лицо заливает краска стыда. Встретившись взглядом с Янь Хэбинем, он неловко выдавил:       — Эм… Ну, мой отец всегда был довольно… энергичным.       Янь Хэбинь понимающе кивнул и выдал максимально дипломатичный комментарий:       — Очень жизнерадостный мужчина.       Лу Цзиннин: …       Почему из уст Янь Хэбиня слово «жизнерадостный» звучит как вежливое обозначение сумасшествия?

***

      Как бы то ни было, днем нужно было идти на занятия, так что Лу Цзиннину пришлось превозмочь себя и встать.       В столовую он идти поленился, просто разогрел быстрый обед в вакуумной упаковке, наскоро перекусил и собрался на выход.       Когда он обувался, Янь Хэбинь вдруг спросил:       — Шляпу надевать не будешь?       Лу Цзиннин глянул на палящее солнце за окном и легкомысленно отмахнулся:       — Не, не надо. Я не боюсь обгореть.       На самом деле Янь Хэбинь имел в виду совсем другое, но развивать тему не стал, снова уткнувшись в сборку своей модели меха.       Лу Цзиннин закинул сумку на плечо и вышел. Но пройдя половину пути, он наконец понял, на что намекал сосед.       Утром он не выходил из комнаты и не представлял, какой переполох устроил в академии.       Поскольку Военная академия поощряла дух соперничества, на доске объявлений вывесили не только списки, но и фотографии лучших первокурсников. За утро вся академия успела вызубрить лицо Лу Цзиннина наизусть.       И теперь, пока он шел по улице, на него со всех сторон устремлялись любопытные и потрясенные взгляды. Казалось, он совершил какой-то невероятный подвиг.       Любой другой Омега на его месте уже сгорел бы от смущения и сбежал, но Лу Цзиннин отличался редкой толстокожестью. Он принимал всеобщее внимание как должное и даже получал от этого удовольствие. Прогуливаясь неспешным шагом, он вошел в класс ровно за пять минут до звонка.       С его появлением шумная аудитория мгновенно затихла.       Внезапное появление Омеги в классе, до отказа забитом Альфами, выглядело как минимум экзотично.       Лу Цзиннин, не обращая внимания на тишину, уверенно прошел вперед. Заметив знакомую фигуру, он подошел ближе и с улыбкой спросил:       — Здесь свободно?       Место рядом с Вэнь Синчэнем действительно пустовало, но все в классе знали, что сидевший там Цзян Луань просто вышел в туалет.       Все замерли в ожидании, что Лу Цзиннина сейчас жестко отошьют. Однако Вэнь Синчэнь совершенно равнодушно ответил:       — Садись, свободно.       И с самым невозмутимым видом вытащил рюкзак Цзян Луаня из-под стола, перекинув его на парту позади. Движение было настолько легким и естественным, будто он просто избавился от ненужного мусора.       Все присутствующие: ???       Лу Цзиннин церемониться не стал. Он засунул свою сумку под стол и спокойно уселся рядом.       Вернувшись, Цзян Луань обнаружил, что его законное место занято. Он со скорбным и обиженным видом посмотрел на Вэнь Синчэня, но возразить не посмел. Тихо вздохнув, он поплелся на задний ряд.       Однокурсники, не рискуя связываться с Вэнь Синчэнем напрямую, обступили Цзян Луаня и зашептали:       — Эй, а что между ними происходит?       Цзян Луань швырнул сумку на парту и сухо ответил:       — Знаете, почему дедушка Сяо Мина дожил до ста лет? Потому что никогда не совал нос в чужие дела!       Все: …       Цзян Луань высокомерно отвернулся от любопытных. Но бросив взгляд на сладкую парочку впереди, он мысленно возвел очи к небу. Кто бы мог подумать, что такой холодный парень, как Вэнь Синчэнь, влюбившись, напрочь забудет о друзьях? Связался же на свою голову!       Он снова присмотрелся к ним. Оба молчали, но под столом их руки сошлись в невидимом противоборстве, крепко сцепившись пальцами.       Цзян Луань: …       «Да они издеваются! Прямо у всех на виду! Мои глаза этого не вынесут!»

***

      Сидевшие впереди соперники даже не подозревали, какие мысли вызывают у окружающих.       — А ты силен, — негромко заметил Вэнь Синчэнь, сжимая чужую ладонь.       — Еще бы, — хмыкнул Лу Цзиннин, усиливая хватку. — Иначе как бы я получил S-ранг?       — Признаться, я не ожидал.       — Чего? Того, что Омега может быть S-ранга?       — Нет. До теста я и про себя не думал, что получу S-ранг.       Эта реплика Лу Цзиннину понравилась. Он победно улыбнулся:       — Так что, Вэнь Синчэнь, держи ухо востро! Я обязательно стану лучшим на этом курсе!       Вэнь Синчэнь взглянул на его сияющее лицо, и уголок его рта едва заметно приподнялся:       — Постарайся.       Лу Цзиннин вздохнул. Иногда этот парень жутко раздражал своим вечным спокойствием и этим снисходительным «постарайся». Звучало как скрытый вызов!       В этот момент Лу Цзиннин вспомнил того высокомерного «альфу-ботаника», которого встретил на тестировании. Интересно, у него лицо еще не треснуло от зависти, когда он увидел списки?       Прозвенел звонок, и в аудиторию вошел высокий, подтянутый мужчина.       — Здравствуйте. Меня зовут Цзи Хань, я буду вести у вас курс «Управление и применение феромонов».       Лу Цзиннин удивленно моргнул. Это же тот самый проректор, который принимал у него экзамен! Как тесен мир.       Цзи Хань говорил четко и по делу. Представившись, он сразу перешел к практике:       — Для того чтобы я мог оценить ваши возможности, каждый по очереди выйдет к доске и продемонстрирует свои феромоны. Будьте готовы.       В классе повисла гробовая тишина. Наконец кто-то несмело спросил:       — Профессор… Прямо все? Без исключения?       — Да, — отрезал Цзи Хань. — Все.       В аудитории стало так тихо, что было слышно, как летит пылинка.       Те, кто поступил на Четвертый факультет, были как минимум А-ранга — сильные, уверенные в себе Альфы. В обычных условиях продемонстрировать феромоны для них не проблема. Но сейчас… сейчас в их классе сидел Омега! Причем Омега S-ранга!       Все испуганно покосились на Лу Цзиннина.       Взаимодействие феромонов Альфы и Омеги — штука опасная. Профессор решил устроить здесь массовую течку в первый же день или просто проверяет их на прочность?       Так или иначе, не слишком ли это жестоко для первого занятия?! __________ Автору есть что сказать: Лу Цзиннин: Трепещите, смертные!!!