Смерть сделает нас ближе

      Тен знал, что ближайшие дни будут непростыми. И желание убить кого-то, помимо себя, будет появляться довольно часто. Но он все равно был не готов к стремительно разгорающемуся хаосу.       Он договорил с Плой увидеться уже завтра, однако ситуация с духом Чи требовала большего внимания. Во всяком случае, сейчас ему нужно поднять себя с кровати, пока внизу проходило очередное сражение за бытовые мелочи. В этот раз, кажется, за чай.       Он в одних трусах, пока Хао не видел, прошел в ванную комнату и постарался оттянуть свое появление на кухне, как мог. Их небольшая игра, когда Хао привыкнет к его прекрасному телу и перестанет краснеть – продолжалась. Вот только через двадцать минут к нему постучались, призывая поторопиться. По ауре Тен понял — Хао.       Крики становились все отчетливее и громче, поэтому ему пришлось натянуть на себя домашнюю одежду в виде шорт и футболки и все же направиться вниз. Никто не сомневался, что главным зачинщиком шумихи снова являлся Дин.       — Вот ты могла бы быть чуть осмотрительнее, Джин. Чай в доме закончился! Весь: рассыпной, листовой, в пакетиках, в кустах на заднем дворе! Кофе осталось лишь мастеру. Как ты предлагаешь мне отправляться в логово врага сонным?! — Дин взъерошил волосы.       Выглядел он не очень. В коротких черных шортах, бледный и злее обычного. Тен даже не стал ругать его. Только по ауре Дина он догадался — вчерашний обмен энергией с Брайтом обошелся ему слишком дорого. В его теле наблюдался дисбаланс потоков духовных сил. Такая бесконтрольная передача энергии возможна лишь с людьми высочайшего уровня совместимости. Тен уже стал подозревать Дина и Брайта в связи на уровне кармы и судьбы. В этом ему еще нужно будет разобраться.       Пока Дин ругался, он показывал десять пустых пачек с чаем.       — Да откуда я знала, что он закончился? Ну выбросила и выбросила пакетик. Сейчас схожу в магазин и все куплю. Что с тобой?       — Нонг’Дин, — позвал его Тен, и тот обернулся. — Подойди ко мне.       — Вот опять мне сейчас устроят три дня на унитазе из-за тебя, — Дин нахмурился и бросил это безэмоционально. — Да, мастер. Простите, мастер. Я буду тише, мастер.       — Не беспокойся.       Тен схватил его за плечо правой рукой и зафиксировал на месте. Левой он коснулся его лба большим пальцем. Бусы задрожали, и подул ветер. Глаза Дина тут же прояснились. Тен отошел в сторону и осмотрел его. Хоть он и лишился части сил на сегодня, но восстановить энергию Дина действительно было необходимо.       — Что вы сделали? — спросила Джин.       — Налил ему чашку чая, — ответил безэмоционально Тен. — Следи в следующий раз за продуктами. В доме не должно быть важных вещей в единичном экземпляре.       — Хорошо, мастер. Я буду внимательнее, — Джин поклонилась.       — Давайте завтракать, у нас много дел на сегодня, — их спор завершил Хао, появившийся на кухне. — Но за продуктами надо сходить. Нонг’Лю, твоя очередь. После посещения кхун’Плой с нонг’Джин зайдите в «Севен-Элевен».       — Ну почему я? Я не люблю тратить деньги, только зарабатывать, — заныла Лю, садясь на свое место.       — А еще ты любишь мясо, овощи и дорогие газировки, — напомнил ей Хао. — А также не самые дешевые морепродукты. Их надо откуда-то брать.       — Тушеная свинина когда-нибудь доведет меня, — Лю покачала головой. — Ладно, мы зайдем в магазин на обратном пути.       — Не пойму, почему они решили, что у них есть выбор? — Хао спросил у Тена и поставил ему кофе рядом с рукой.       Он стал раскладывать тосты по тарелкам.       — Не знаю. Они забавные, — Тен улыбнулся ему и отпил кофе.       — Кажется, нас не воспринимают всерьез, — Лю наклонилась и прошептала Дину.       — Не кажется, — хмыкнул Хао.       — По-моему, кто-то сегодня не в духе, — Дин пожал плечами. — Уже не знаю, где опаснее: у этого придурка Милда или дома, пока мастер Тен и Хао пускают молнии из глаз.       — Здесь, — подсказал ему Хао. — Ешьте уже.       — Мастер, — на кухню зашел Брайт и зевнул. — Я нашел необходимые камни для амулетов удачи и поиска духов. Я уже провел ритуал, но не уверен насчет его качества. Энергия сегодня почему-то нестабильная. Я ощущаю вибрацию даже в воздухе.       — В тебе переизбыток энергии нонг’Дина. Через несколько часов пройдет, не переживай, — сказал Тен и взглянул на лазуриты. — Хорошая работа. Не идеальная, но сойдет.       — Переделать?       — Не надо тратить бездумно энергию. Сегодня всем нам они понадобятся, — Тен пил кофе и становился все добрее, а вот Хао и правда был какой-то напряженный. — Нонг’Лю, кхун’Плой скинула уже координаты, где живет Милд?       — Да, все у меня, парням отправила, — ответила она, дожевывая тост. — Мастер, вы справитесь тут без нас?       — Да. Все будет хорошо. Со мной останется нонг’Хао, этого достаточно, — Тен закусил губу. — С энергией сегодня и правда что-то не так. Я проверю.       — Тогда план какой? — уточнила Лю.       — Вы отправляетесь за вещью дочери кхун’Плой и ищете подсказки по духу Чи и тому, кто поставил ритуал. Парни выясняют, связан ли Милд напрямую с духом Чи, и вообще пытаются найти зацепки. Берут, по возможности, личную вещь Милда. Дочь кхун’Плой сама обращалась к шаману, поэтому, возможно, он лично и ни при чем. Но удостовериться надо, — он кивнул. — Не рискуйте сегодня зря.       — Только за дело, — усмехнулся Дин.       Они завтракали тостами с ничем в тишине.       Еда закончилась. И темы для разговоров тоже.       Тен посматривал на Хао, но при всех не решался выяснять причину его беспокойства. Он выбрал не самый легкий день для волнений. Тен и сам пытался удержать эмоции при себе для проведения ритуала с сосудом.       Первой из-за стола освободилась Лю.       — Хорошо, я пойду собираться, пи’Джин? — она посмотрела на подругу.       — Да, я тоже.       — И мы, — ответил за них с Брайтом Дин.       — Не забудьте камни для обнаружения духа Чи, — напомнил им Хао.       — Конечно.       И вот они ушли. Хао неспешно собирал тарелки и приборы, чтобы закинуть в посудомоечную машину.       Тен следил за тем, как из дома сначала вышли Лю и Джин, а затем, переругиваясь, парни. Так в доме их осталось двое, не считая Зика. Тот после прогулки и плотного обеда спал на ковре вверх пузом.       — Что волнует сердце твое? — спросил ровным тоном Тен, надеясь получить ответ: «Вы, мастер Тен».       — Все в порядке, мастер, — ответил тем же тоном Хао.       — Закрой окна, дуют сквозняки, — намекнул на его ложь Тен. — Если не хочешь говорить, это твое право. Я выслушаю тебя, когда ты будешь готов. Ты же знаешь.       — Я плохо спал сегодня. Завтра смена. А у вас важный день, — все же с неохотой начал Хао и сел на свое место. — Не хочу оставлять вас, когда все так непросто. К тому же неизвестно, как пройдет вылазка у парней. Я беспокоюсь за них.       — Кто там говорил вчера мне про бесстрашие? — улыбнулся Тен. — Все будет хорошо. Главной проблемы — монстра Чи — еще не существует, значит, беспокоиться не о чем. Максимум, чем они рискуют, — быть принятыми за мелких воришек. Нонг’Дин, не стоило надевать его кожаные штаны…       — Вы, мастер, не только заклинатель духов, но и успокаивать умеете, — Хао покачал головой. — Вы же справитесь без меня?       — Лишь если тебя не будет всего день, Хао.       Он никогда не будет стесняться и скрывать факта того, что не мог уже без Хао. Сутки это все на что способна его выдержка. А дальше… Даже Будда не спрячет Хао от него. Тен встал с места и посмотрел на Хао. Пылинки летали в солнечном свете, как и тысячи переживаний.       Он поставил кружку в посудомоечную машину, наблюдая, как Хао запускал ее. Тен улыбнулся, и они, не сговариваясь, направились в гостиную.       — Как у тебя с рисованием, нонг’Хао? — поинтересовался Тен.       — В целом неплохо… Я и петь умею, если нужно, — ответил немного сбитый с толку Хао. — Мы же не будем устраивать танцы с бубнами?       — Ты думаешь, я такой шаман? — Тен усмехнулся. — Нет. Чтобы распечатать сосуд, оставленный отцом, нужно нарисовать несколько символов на моем теле. Я самостоятельно не смогу это сделать. Придется помогать. Надеюсь, не откажешь.       — Конечно. Что нужно?       — Иди за мной, — кивнул в сторону выхода Тен.       Тен посмотрел на Зика и рукой приказал ему сидеть на месте. На удивление, щенок был умен и хорошо понимал язык жестов. После этого Тен направился к выходу из дома. Он шел в храм и слышал, как за ним аккуратно идет Хао. Он редко сам там появлялся, а другие и вообще избегали разговоров про эту часть дома. Тен вошел внутрь и поклонился статуе Будды. Его татуировки вспыхнули.       — Подожди меня.       Тен посмотрел на Хао и направился в хранилище священных предметов. Мама в прошлом называла это складом ненужного хлама. По мнению Тена, это просто склад. Не для хлама, точнее, не только для него. Небольшое помещение с полками, на которых лежали амулеты, редкие ингредиенты для заклинаний и отваров.       Тен сразу увидел ее — сосуд Тысячи Рук Будды — колебасу. Она представляла собой огромную тыкву-горлянку. Обычно они не очень большие, но их пра-прадед нашел этот экземпляр и сразу создал сосуд.       Она была расписана чернилами древнешумерской клинописью. Где-то она стерлась, но еще выполняла свое предназначение. Толстый джутовый шнур красного цвета был обмотан вокруг талии колебасы и верхнего сосуда.       Тен подошел к ней и протер от многолетней пыли. Он не хотел позволять эмоциям брать верх. Тем более его ждал Хао. Поэтому он взвалил на себя колебасу и направился обратно к статуе Будды.       — Вот это да! Я никогда не видел, чтобы колебаса была метр-полтора в высоту! — Хао сразу же высказал свое удивление. — Она же весит килограммов двадцать.       — Ее вес зависит от духов, заключенных в ней… Поэтому весит она чуть больше, — Тен скромно улыбнулся. — Для того чтобы я смог начать ей пользоваться, необходимо освободить остатки душ и отпустить их в космический круговорот энергии. Сейчас это уже не монстры и духи Чи…       — Хорошо, что мне делать? — Хао нахмурился.       — Я поставлю сосуд Тысячи Рук Будды перед собой и ты откроешь пробку. В этот момент духи будут свободны, а я свяжу сосуд со своей душой и стану его владельцем, — Тен объяснял и делал. Он поставил сосуд перед статуей Будды. — А до этого нужно подготовиться.       Он вновь пошел в хранилище и забрал оттуда курильницу, свиток, пару палочек с мелиссой, кисть и склянку с желтой жидкостью.       Тен вернулся в храм и поставил на небольшой столик рядом со статуей все необходимое. Он без стеснения снял с себя футболку и шорты, опять оставаясь в одном нижнем белье.       — Вы думаете, время помыться? — Хао не знал, как скрыть свое смущение от странного поведения Тена.       — Это потом, — оставался невозмутимым к его шуткам Тен. — Смотри, нонг’Хао, — Тен взял склянку и кисть. — Вот тебе раствор с медом и женьшенем. Они являются проводниками и накопителями энергии. Ты должен будешь срисовать клинопись со свитка, который я принес. Все это — пока я буду концентрировать энергию перед статуей. Потом ты открываешь пробку и прячешься за мою спину, — он остановил объяснения и улыбнулся. — Впрочем, как ты и хотел недавно.       — Бойся своих желаний, Хао, — простонал Хао.       — Все будет хорошо. Главное, не выходи из-за моей спины, — Тен повернулся к нему. — А теперь давай начинать. Нам еще лезвие выбирать.       — Да, занимайте необходимую позу, — Хао взял все необходимое, и, хоть внешне он выглядел спокойным, по ауре Тен понял — волнуется. Как и по стуку его коленок.       Тен положил ему руку на голову и растрепал волосы. Помимо обычного поддерживающего жеста, он немного сбил ему ауру вливанием собственной энергии. Сегодня он стал настоящим кредитором для своей странной команды. Все, чтобы Хао случайно не нарисовал козла ему на спине.       Тен передвинул колебасу к статуе Будды на расстояние примерно в метр и зажег благовония. Они должны помочь ему сконцентрироваться и создать необходимую атмосферу для ритуала связывания. Он посмотрел на Хао, который с интересом разглядывал непонятную клинопись. Хорошо, что ему всего лишь нужно перенести ее без осознания сути.       Глубоко выдохнув, Тен сделал два шага от колебасы и сел в позу лотоса, сложив руки костяшками перед собой. Его татуировки замерцали янтарным блеском, когда энергетическая связь со статуей Будды установилась. Теперь ему нельзя двигаться ни на сантиметр. Хао бесшумно оказался за его спиной.       — Я начинаю?       — Да. Пожалуйста.       И в следующее мгновение Тен почувствовал, как его кожи коснулась кисть. Она нежно, аккуратными движениями выводила необходимые символы. Хао работал ею так невесомо и легко, что Тен, сам того не осознавая, стал погружаться в легкий транс. Священные образы перед ним сливались и смешивались, становились едиными. Энергия наполняла его тело, и он превращался в настоящий проводник.       Вместе с этим он стал слышать голоса и легкий стук. Его глаза, не моргая, смотрели на колебасу. Символы на ней переливались фиолетовым — цветом его отца. А стук был из-за ее легкого покачивания на месте.       Подул ветер, и он почувствовал, как кисть Хао переместилась со спины на шею для завершения последнего знака. И когда это произошло, бусы Тена вспыхнули янтарным пламенем.       — Теперь открывай сосуд и возвращайся за мою спину.       — Хорошо, мастер Тен.       Тен, как в замедленной съемке и при пониженной экспозиции камеры, смотрел на Хао. На его плавные движения рук, ног. Он казался ему каким-то магическим существом. На мгновение он позабыл, что делал тут. Его насквозь прошибла энергия окружающего мира, и Тен потерял рассудок.       Но раздался щелчок, и колебаса открылась. Хао, не оглядываясь, кинулся за спину Тена и прижался так, словно из сосуда вот-вот выпрыгнет тигр. Именно это чуть не сбило его концентрацию, горячее тело, что касалось обнажённой спины.       Но их ждало нечто более опасное, чем тигр.       Фиолетовое торнадо поднималось из сосуда и заполняло все вокруг. Ветер, казалось, сдует сейчас Тена с Хао, и дом, и весь Бангкок разом. Все нарисованные со свитка элементы на коже загорелись, и с них начал подниматься пар, как от прижженного клейма. Из глаз Тена брызнули кровавые слезы, а кожа побледнела. Он превратился в камень на пути горного потока. Но тут началось самое ужасное.       Тысячи духов, которых запечатал его отец, рассеивались, и их последний крик наполнил души и уши Тена с Хао. Они рассыпались на звездную пыль и улетали в небо. Они видели, как к ним тянутся ледяные руки в желании забрать с собой по ту сторону. Их боль и ненависть пожаром распыляли панику. И когда поток стал чуть утихать, позади раздался крик, и Тен в отражении статуи увидел Хао. Его нога вышла за пределы безопасной территории. Скорее всего, его темная аура подтолкнула к границе. И теперь пыталась напитаться потоком негативной энергии, чтобы привести печать в действие.       Да. Тен не мог двигаться. Не мог подвергнуть и себя, и поместье опасности. Тен это прекрасно знал. Но ровно так же прекрасно он расцепил руки и прыгнул на Хао.       Тен накрыл его собой, разгоняя спиной с символами потоки негативной энергии. Однако это сопровождалось немыслимой болью. Каждое мгновение злобы и обиды, накопленное духами, проходило через него. Его единственное спасение — поток стал ослабевать. В противном случае его бы ничто не спасло.       Когда последняя космическая пыль растворилась в небытии и улетела в небо, он перевалился на бок.       — Мастер! Мастер Тен! Вы в порядке?! — Хао бросился к нему.       — Закрой… Закрой сосуд, — прохрипел Тен. — Быстрее.       Хао, несмотря на волнение, бросился к колебасе и закрыл ее пробкой. В комнате сразу же повисла тишина. Пугающая.       Мастер поднял руку, и его бусы слетели с шеи. Они в несколько витков обвили талию сосуда и загорелись оранжевым.       — Печать! — он закричал, и фиолетовый цвет символов отца загорелся его собственным — янтарным. Теперь сосуд принадлежал ему.       — Мастер! Что с вами? Чем я могу помочь? — Хао вновь подбежал к Тену. — Простите меня, моя нога странно изогнулась, словно кто-то потащил ее в поток… энергии?       — Все… нормально, — прохрипел Тен и схватился за руку Хао. — Надо подняться. Помоги. Помоги мне подняться.       По шокированному выражению лица Хао он понимал, что выглядел не очень. После кровавых слез все его лицо и шея были испачканы, а из-за энергии духов, прошедших напрямую через спину, нарисованные знаки обуглились вместе с кожей. Это не простой ожог — магический. Ему сходить ровно десять дней. Он чувствовал, что выжат на все сто процентов. Тен с трудом стоял на ногах. Но ему необходимо завершить ритуал.       Он, поддерживаемый Хао, подошел к сосуду и попытался его поднять.       — Легче пера, — констатировал факт Тен. — Вот и все, отец. Твоя работа выполнена, — он провел рукой по лицу, размывая кровь. — Хао… — он вновь назвал его без уважительных приставок, и, возможно, это скоро станет привычкой. — Как ты…       Тен опустил глаза на его ногу и увидел покраснение, подобное аллергии.       — Пошли. Кожу надо обработать мазью с женьшенем, чтобы никакой энергии духов не задержалось в твоем теле, — он чуть не сказал «еще».       — Вы подумайте о себе, мастер… Вы… вы выглядите не очень, — Хао держал его крепко.       — Чем вам помочь?       — Мои раны вылечит лишь время, и то не точно, — сокрушенно, на выдохе ответил он. — Давай я сначала помогу тебе, а потом ты отведешь меня в душ на час-полтора.       — Так долго? — испуганно спросил Хао.       — Мед не так просто смыть, — улыбнулся вяло Тен.       — А.       Больше они не говорили ни слова. Тен, поддерживаемый Хао через плечо, медленно шел к другой части дома. Физические силы понемногу возвращались к нему, но вот магическая энергия в лучшем случае полностью восстановится через сутки. Он берег последнюю ее крупицу для чего-то важного.       Они зашли внутрь и дошли до кресла. Там Хао попытался усадить Тена, но тот ловко сам оставил его ждать своего возвращения. В одном из ящиков комода он нашел баночку с полупрозрачным розовым кремом.       Еле перебирая ногами и тяжело дыша, Тен вернулся к Хао и упал перед ним на колени. Тот дернулся в желании помочь, но его остановили строгим взглядом.       — Сиди.       Тен открыл баночку и аккуратно провел двумя пальцами по поверхности содержимого. Он закатал штанину другой рукой и еще раз осмотрел зону поражения. Там отчетливо проглядывалась чья-то рука. К сожалению, он мог догадаться, чья. Однако сейчас об этом он думать не собирался. Недостаточно сил.       Он круговым движением нанес мазь на кожу и погладил для лучшего проникновения. И на остатках энергии сложил руки в жесте «вай», и кожа Хао замерцала янтарным блеском. Теперь все. На следующие двадцать четыре часа Тен — обычный человек.       — Мастер?       — Отведи меня в душ, пожалуйста, и подготовь одежду, — Тен говорил шепотом, с трудом поднимаясь на ноги.       — Конечно.       Они медленно направились на второй этаж. Хао быстро сбегал в комнату Тена и достал комплект чистой одежды и полотенце. Он оставил Тена подпирать стену и там же его нашел. Он мог нормально стоять без чужой помощи, но, если упадет — уже не встанет. Так они зашли внутрь ванной комнаты, и Хао подвел его к лейке.       — А теперь иди. Попей чай и отдохни. Я смогу добраться самостоятельно. До утра, пожалуйста, охраняй мой сон. Иначе я умру, — сказал ледяным тоном мастер.       — Буду стрелять на поражение.       Хао провел рукой по плечу Тена, словно проверяя, не рассыплется ли тот от одного прикосновения, и, убедившись, что нет, вышел.       Тен остался один. И только тогда смог позволить себе рухнуть на пол. Он надеялся ничего себе не сломать. Он дышал тяжело и шумно. Чтобы на его загнанные стоны не ворвался Хао, он дотянулся до вентиля и включил воду. И вот впервые амулет удачи Брайта сработал, и вода была удовлетворительной температуры.       Он прислонился к кафельной плитке и опустил голову. В нее без спроса стали лезть воспоминания из прошлого. Все эти духи несли в себе воспоминания не только свои, но и того, кто их запечатал. На какие-то несколько жалких мгновений Тен вновь оказался в окружении своей семьи, хоть и среди размытых силуэтов. Но он точно видел улыбку мамы. Он закрыл глаза. Конечно же, он соврал Хао, что будет смывать мед полтора часа. Нет. Абсолютно точно нет. Он будет зашивать свое сердце от очередного удара серпа неизбежной реальности. Он плотно сжал кулаки и беззвучно закричал. Он ударил по стене, и в сток побежала черная вода вперемешку с кровью.       Но даже это не помогло избавиться от боли потерянного прошлого.

***

      — Вот откуда у пенсионерок столько денег? — Лю смотрела на огромный трехэтажный особняк. — И почему у меня их нет?       — Нонг’Лю, тише, вдруг тут не только камеры, но и прослушка? Не стоит быть грубой, —       Джин попыталась успокоить подругу. — Хотя размеры… впечатляют. Пошли. Они встали около дверей, и только Джин потянулась, чтобы нажать на звонок, как они распахнулись, и перед ними показалась девушка с длинными темными волосами в деловом костюме.       Она быстро осмотрела их с ног до головы и хмыкнула. Джин надела розовый блестящий комбинезон, а Лю — короткие шорты и белую футболку, кажется, на сто размеров больше. Выглядели они не очень презентабельно.       — Девочки, без обид, но вы вполне подходите под определение «гадалки», — девушка хмыкнула. — Меня зовут Дэй, я старшая сестра Рози. Я отведу вас к маме, а сама побегу на работу. Надеюсь, вы поможете в этой ситуации. Хотя я все еще за традиционные методы решения проблем.       — Полиция? — спросила Лю.       — Самосуд, — фыркнула Дэй. — Этот Милд сразу показался мне скользким подонком. Поздно очнулись. А потом этот шаман… В общем, идите за мной.       — Хорошо… — прошептала Джин.       Неожиданно она почувствовала, как ее карты задрожали, а сумочка-клатч нагрелась. Она испуганно посмотрела на Лю, и та жестом показала ей пока молчать. В этом доме явно творилось что-то непонятное. И лучше им пока держать все в секрете.