Одна из них

Рена сидела на холодном полу, связанная…не поверите, игрушками. Она и сама бы ни за что не поверила в это, не окажись она на этом месте. Самым плохим был даже не тот факт, что ее связали, а хищные глаза вдали, которые постепенно приближались. Будто эти куклы хотели отдать девочку на съедение неизвестной сущности. Будь это просто игра в куклы, где она сама придумывает сюжеты, Рена с притворной грустью ответила бы, что девочку приносят в жертву неизвестному богу. Но это не игра, а «в жертву приносят ее», так что радоваться у нее не было повода. Игрушки продолжали то ли танцевать, то ли припрыгивать на одну ножку, подпевая, на первый взгляд, очень детскую песенку. Как будто хотели провести таинственный ритуал. И очень скоро Рена убедилась, что не «как будто».

Мы весёлые ребята,

Собираемся к козлятам.

Собирай цветочки, Уилли,

Чтобы в домик нас пустили.

Дождик льётся — кап-кап-кап

Прыгай через лужу.

Не шуми, иди — топ-топ

Иначе придёт он.

Кукла с черными глазами

С красной ленточкой сидит.

С нами пой, долой покой

Весёлый танец под луной.

Эмма, Эмма! Осмотрись

Не идёт ль кто за тобой?

Прыг-скок прыг-скок

Домой дорожку покажи.

Пять, четыре, три, два, раз

Песочек, сыпься, весь за раз.

Идём мы по лесной тропинке

К нашей любимой палестинке.

Пусть падают листочки,

Сгребать будем в совочки.

Сыграем в прятки до рассвета,

И будет наша песня спета.

Лишь чуть позже, внимательнее вслушавшись в слова, Рена поняла, что песенка глубже, чем ей казалось вначале. А игрушки подходили все ближе и ближе, что, казалось, больше нет свободного места. Но она смотрела не на них, а на также приближающуюся пару глаз. Ах! Боль полоснула по телу. Ей подумалось, что все её вены и артерии были перерезаны, что кровь незамедлительно вытекала из ее слабого тельца, что она погибнет здесь и сейчас. Однако, дела обстояли по-другому. Постаравшись повернуть голову, она с ужасом обнаружила, что ее душат эти самые игрушки. Игрушки…кхе…кхе — Отпу…кхе кхе..с-стите, — жертва удушья сама не узнала свой голос — он был охрипшим, осипшим, будто она кричала во все горло и сорвала голос. Ей казалось, что она медленно умирает в муках, безвольно свиснув в ручонках кукол. — ¡ɐɔı̣ɟǝuǝʌ ɐı̣ɹɐɟǝu 'ı̣qɐ 'ı̣qⱯ ¡ı̣qⱯ — вторил ей игрушечный хоровод.

***

Рена мгновенно проснулась и соскочила с травы, где она, оказывается, уснула от стресса. Она не знала, и не могла сказать, рождает ли бессилие депрессию? Если да, то тогда понятна причина ее постепенно ухудшающегося настроения. Она не может покинуть лес, ей каждую ночь снятся кошмары, за ней гнались лесные твари, и даже чуть не съели. Многие бы на ее месте впали в депрессию. Девочка также еще не кушала весь предыдущий день, спасаясь от чудовищ. Ей было уже все равно, что будет с ней, ее детским, неокрепшим организмом. Тем временем кончики ее пальцев подозрительно потемнели и удлинились, а волосы начали темнеть от корня. Однако их хозяйка об этом пока что не знала…по-видимому становясь одной из них. Есть очень известная поговорка среди людей, глаза — зеркало души. А в проклятом лесу ходит другое, не менее известное высказывание: Зеркала — окна в другой мир. Да, здесь также, как и у людей, не последнюю роль отводят зеркалам. Это мог быть бы один из вариантов выбраться, но Рена об этом тоже еще ничего не знает. Да и от кого бы? Ей уже не хотелось ничего. Ни жизни, ни смерти, да и вообще, зачем жить, если мы все всё равно умрем? Если у нее и были хобби, то ей ими не заняться больше. Ведь теперь в лесу, где ее главная задача — просто выжить, да и выжить ли теперь…ей жертва даже не знает, сколько времени придется здесь пробыть. День? Неделю? Месяц? А может быть даже целую вечность, пока не умрёт. — Я никчёмная, — неожиданно в пустоту выкрикнула девочка и прослезилась, упав коленями на вечнозеленую, как ей кажется, траву, — я просто маленькая беспомощная девочка. Возможно — начало казаться ей, — я заслужила это за всё, за все грехи в своей жизни. Теперь уже слёзы полились из глаз ручьём. Рена не могла и больше не пыталась их остановить. Да и зачем? Всё равно она здесь одна-одинёшенька в этом лесу, не считая лесных тварей. Одна ее слезинка упала на что-то твердое под толстым слоем осенних листьев. Затем ещё одна, и ещё. Вскоре, из-за негромкого стука шлёпающихся капель и порыва ветра, снёсшего кучку листьев в сторону, она увидела нечто ранее знакомое ей, по ее мнению. Это было…зеркало. Сначала Рена просто смотрела на него, видя в нём отражение себя и свои слёзы. Немного успокоившись, она улыбнулась и даже немножко покривлялась зеркалу. — Это было забавно. По спине девочки прошелся холодок. Кто это сказал? Она ведь совершенно точно была уверена в том, что сидит здесь одна. Рена снова посмотрела на зеркало. Никаких изменений. Хотела было успокоиться, но тут ее отражение перестало быть похожим на нее. Больше не было добрых улыбок и кривляний. Лишь жуткая гримаса, а если очень хочется назвать ее улыбкой, то страшная и до ушей. Она испугалась, наконец-таки отойдя на небольшое расстояние от опасного предмета. Точно повторив ее движения, отражение отошло на край. Рена была шокирована, хотя думала, что в этом лесу ее больше ничего не удивит. — Кто ты? — переселив робость и страх, Рена спросила первой. — А кто ты? — ответило ей ее собственное отражение. Девочка в лесу нахмурилась, скрестив руки. Как можно доверять собственному отражению в зеркале? — Я Рена. Тишина. Она-то ведь надеялась на ответ, но на что она вообще рассчитывала, разговаривая с зеркалом. Побыть минуте спокойной не дала следующая реплика девочки в стекле. — Я тоже. — Как можно тебе верить? — не на шутку встревожилась и немного разозлилась Рена. И как выяснить, кто из нас настоящая? И нужно ли вообще… — поубавился пыл у девочки. — Знаешь, такой же вопрос я могу задать и тебе, глупышка, — ответила Рена из зеркала с неким раздражением. Резкая смена тона отрезвляюще подействовала на девочку, и в стеклянном отражении она увидела свои почерневшие корни волос и изменившиеся кончики пальцев. Неужели…она становилась одной из тех тварей, обитающих в этом лесу? Может быть, это все какое-то проклятие, которое отчего-то передалось и ей, но точного ответа на свои вопросы она не знала. — Депрессивные мысли тебе ничем не помогут. А вот я могу. Неожиданное предложение застало Рену врасплох. Она, даже в глубине души не представляющая такое…странное сотрудничество, отнеслась к нему с ярым недоверием, подозрительно прищурившись. Затем отражение в зеркале начало сильно искажаться, являя ей истинную природу зеркала. Оно показывало страхи смотрящего в него. Не стоит верить своим отражениям, ведь настоящая ты только одна и это только ты. К таким умозаключениям пришла Рена. Стоит ли действительно доверять своему отражению? Однозначно нет, как и верить, но Рена всё ещё колебалась над принятием решения...