« Греховные »

‎Две недели Жан не посещал церковь. Ненависть взявшись из неоткуда брала вверх, когда он вспоминал Рене. Что-то в ней заставляла француза чувствовать себя паршиво. Так как-будто змея обвивала его шею, готовая в любой момент задушить. ‎ ‎Через пару дней будет матч, а значит тренер снова поведет их на мессу. Жан мысленно проклинал набожность тренера, несмотря на то, что команда каким-то чудом за сезон еще ни разу не проиграла. ‎ ‎Вот он уже сидит в зале на последнем ряду, глядя куда-то вдаль. Он даже случайно не хотел встречаться с Уокер взглядами. И все-таки уловил их среди толпы поющих служителей. Глаза, что сверкали при освещении, но стоило ей заметить Жана, они сразу сменялись на бездушные. На этот жест Моро про себя фыркал, в голове произносил: какая Рене невыносимая. ‎ ‎Месса прошла, начиналось покаяние – где любой может рассказать о своих грехах и попросить милость божью. Жан не думал идти, пока не заметил, что Рене переоделась в одеяние священника и зашла в кабину. Это означало, что ее повысили в иерархии. ‎ ‎— Поздравляю с повышением. – Жан специально встал в конце очереди, чтобы зайти последним. Причина почему он так поступил или зачем вообще зашел, он сам не понимает. ‎— Уходи отсюда, если пришел просто так. – Рене старалась говорить вежливо, но раздражительный тон ее выдавал. — Это не то место, где можно болтать. ‎— Ах, простите. – он язвил. — Я грешник и хочу покаяться в грехах своих. Да, будет бог милостен ко мне, как думаете? ‎— Бог услышат ваши молитвы и покаяние, если вы будете искреннее. ‎ ‎Она заговорила на французском. Ее голос звучащий на родном языке Жана, ласкал ему слух. Невероятное произношение для той, кто скорее всего недавно его выучил. И в то же время, Моро ощущал неприязнь. Маленькое отвращение к девушке, которая пыталась отбросить свое прошлое религией. Это выводило его из себя. Источник таких эмоций ему была не ясна. ‎ ‎— Я не верю в покаяние и воздояние. – ответил Жкн грубо. — Реальность такова, что люди подобны животным. Есть добычи и охотники. И один из них издевался над слабым, такое не возможно забыть. И бог здесь не поможет. Ни время. ‎ ‎Рене слушала внимательно. Мяла свою руку и сама погрязла в дурные воспоминания. Она сдерживала порыв, делая маленькие вдохи, чтобы не прогнать Жана. ‎ ‎— Если вы в это верите, зачем тогда пришли? Может быть, вам не хватает убеждения, поэтому-то до сих пор и страдаете? ‎ ‎Каждое ее слово было, как укол по сердцу. Она била по самому больному месту. Кошмар в лице Рико гонятся за ним, как хвостик. Память сама напоминает, какой Жан ничтожество. Все против него, и он сам это осознает. И все ровно, почему-то слушает прямоту девушки, которая и так его выбешивает. ‎ ‎— Скорее всего, милый священник. – Жан отодвинул створку, отдалявшая их друг от друга. — Я просто сам хочу кого-нибудь погрузить во тьму. ‎ ‎Он протянул руку в маленькое окошко, взял Рене за воротник и протянул к себе. Жан импульсивно ее поцеловал. То ли попытался закрыть ей рот, чтобы она ничего не сказала, то ли прикосновением пытался заставить прочувствовать в каком он состоянии. Поцелуй вышел грубым. Рене прикусила ему губу, потребовав остановиться. Она покраснела. А на лице эмоции менялись слишком быстро. ‎ ‎— Пошел нахер отсюда. – Рене выругалась. Поняла, что не сдержалась и попросила прощения в маленькой молитве. — В следующий раз, я несмотря на свою службу, отделаю тебя так, что ты забудешь дорогу сюда. ‎ ‎Она покинула кабинку, оставив Жана одного. Он сидел минут пятнадцать, прежде чем понял, что еще никогда не видел на Рене такую бурную реакцию. Невзирая на свою ненависть, внутри он слегка улыбнулся. ‎ ‎