Паучья лилия

      В большом и одиноком кабинете сидел человек, глубоко погрузившийся в свои мысли. «Так... Кровь рода Темз знаменита своей выдержкой над внешними факторами... Значит, у меня расширяется выбор, кого можно создать», — думая так, Белая Звезда начал доставать некие бумаги и схемы. «Дракона? Нет. У меня уже есть кандидат на эту должность, и он на подходе.. Просто сильного человека? Бесполезно. У меня и так есть сила. Сосуд для Древних сил? Ненадёжно.... Может... Ангела? Пхах... Можно попробовать)», — придя к своему выводу, он достал книги, что были у него в кабинете, и, изучая их, начал чертить новые схемы. «Раз уж моя цель — стать Богом, у меня должен быть свой Ангел... Не так ли?). Ну-ка... Кого же мне тогда создать? Мм... Просто ангела? Скучно и неактуально. Архангел? Недостаточно близок к вершине цепочки... Серафим? Агх... Слишком много шансов на провал!.. Может... Княжество? Надо посмотреть». Через несколько минут Белая Звезда уже изучал все записи, что у него были про божественных существ, сортируя их в только ему известном порядке. «Прекрасно. Значит, я смогу попробовать создать Княжество. Есть достаточно шансов, хоть и чуть меньше пятидесяти процентов. Они достаточно сильны, но не настолько, чтобы их создание доходило до нуля, и не достаточно слабы, чтобы можно было их запросто сломить))». — Фредо, — позвал своего подчинённого Белая Звезда. — Да, мой господин? — словно из ниоткуда появился Фредо, будто только и ждал, когда его вызовут. — Пока я буду создавать нужный препарат... Сломите его, чтобы не брыкался и не мешал процессу, — не обращая внимания на своего подчинённого, бросил Белая Звезда. — ...Как пожелаете, мой милорд, — чуть помедлив, ответил Фредо и удалился из помещения. ——— [Графство Хенитьюз. Кухня]       На стуле сидел Рон, дворецкий поместья, с чашечкой лимонного чая — что больше напоминало сам лимон, нежели чай, — и смотрел куда-то вдаль. Его глаза были слегка затуманенными, что было доказательством глубокого мыслительного процесса. В кухню зашёл Бикрос — сын Рона и шеф-повар поместья. Посмотрев на отца, он сразу догадался, о ком тот так задумался. Это был Кейл. Их молодой господин, маленький ураган счастья, который пропал в неизвестном направлении. — О чём думаете, отец? — для приличия решил всё-таки спросить он. — О щенке... — не отвлекаясь, ответил Рон. Ещё одна странность отца. Он почему-то всегда давал кому-то клички животных, по типу: щенок, лисы, кролики... — Есть новости? — несмотря на свои мысли, продолжил он диалог. — Нет... Никаких. Будто сквозь землю провалился. Но есть догадка. — И какая же? — Что он пропал в Лесу Тьмы. Лес Тьмы... Слишком опасное место для обычного человека, тем более для ребёнка девяти лет. Там всё кишело монстрами, готовыми с удовольствием тобой перекусить, или ядовитыми растениями, которые не прочь использовать тебя как удобрение для своей почвы... Одним словом — ад. — И что ты думаешь? — Щенок может быть мёртв... Либо ещё жив, но не в лучшем положении. — Хорошо. ——— [???. Темница] «Прошло... Два дня? Или три? Не знаю.. В практической полной темноте непонятно, как течёт время... За всё время меня покормили лишь раз. Водой и чёрствым хлебом. Ужасно. Когда я смогу отсюда выбраться? Где это место находится? Зачем я им? Когда отец сможет меня найти? Или Рон... ААагх! Так много вопросов и никаких ответов!!» В пустой камере, где были лишь цепи, прутья и стальная дверь, на полу сидел Кейл. Кожа бледная, проявляющиеся тёмные круги вокруг глаз от недосыпа и стресса, и всё такие же неизменные красные волосы. «Надо всё обдумать. Меня очевидно похитили, но зачем — неизвестно. Какой-то человек сказал, что я теперь его игрушка и оружие... Пхах, бред какой-то. Он сумасшедший?» Но тут его мысли прервались. Стальная дверь медленно и с противным скрипом открылась. Затем зашёл какой-то мужчина с виду лет двадцати-тридцати. С серебристыми волосами и фиолетовыми глазами, словно аметисты. «Аристократ?» — думалось Кейлу, когда он его увидел. Вдруг Кейл почувствовал сильнейшее давление, которое насильно прижало его к полу. Раздался противный звон цепей, когда мальчик вынужденно упал, едва успев опереться на руки. Но сразу за этим пришёл настоящий кошмар. В тело ворвалась чужая, леденящая магия. Ощущение было настолько противоестественным, будто под его кожу и прямо по венам одновременно поползли тысячи скользких, шевелящихся червей. Чужая мана бесцеремонно проталкивалась сквозь его узкие каналы, буквально выворачивая их изнутри. Кейл судорожно хватал ртом воздух, но лёгкие словно сдавили. Голова закружилась, перед глазами поплыли, а к горлу подступила жгучая, невыносимая тошнота. Сердце бешено колотилось, пока тело сотрясала мелкая дрожь от боли и шока — чужая сила безжалостно сканировала его ману, дух и каналы. После окончания анализа, убедившись, что мальчик в «порядке», Фредо применил ментальную магию, усыпляя его. Перед тем как выйти из камеры, он в последний раз посмотрел на Кейла, и в его глазах на мгновение проскочила скрытая жалость. ... Выйдя в коридор, он без лишних эмоций сообщил стражникам: — Когда проснётся, можете «поиграть» с ним. Владыка приказал сломить его. Делайте что хотите, но помните — его тело должно остаться функционирующим для будущего эксперимента. Не убейте. Стражники посмотрели на него, и на их грубых лицах смешались множество эмоций по типу: удивление, замешательство, радость и грязная, животная похоть.