Робот

      — У меня желание врезать кое-кому по его чугунной башке, чтобы спать не мешал и запомнил раз и навсегда, что опасно врываться ночью в комнату к беззащитной девушке.       — Мой корпус выполнен из композитных материалов, удар по нему может привести к перелому ваших пястных костей, — спокойно заметил Адам, даже не шелохнувшись, когда Лиана попыталась найти сенсорную панель на его загривке.       Её пальцы скользили по теплой, гладкой поверхности, но робот лишь едва заметно повел плечом. В темноте его кожа казалась еще более живой.       — Система И.А. Режим ожидания! — в отчаянии выкрикнула Лиана, используя официальный тон отца Кати.       Но система не отозвалась       Адам склонил голову набок, и в его глазах блеснула искра того самого «интеллектуального превосходства», о котором предупреждала подруга.       — Мой голосовой биометрический ключ настроен только на Катерину и создателя. Для вашего голоса эта команда является лишь набором звуков.       Лиана со стоном рухнула на подушку и демонстративно повернулась к нему спиной, натянув одеяло до самых ушей. Она чувствовала, как горит затылок под его пристальным взглядом. Сон улетел окончательно: каждая клеточка тела была напряжена, ожидая его следующего действия.       — Ваша попытка принудительного отключения классифицируется как оборонительная реакция, — его голос прозвучал совсем близко, прямо над её ухом. — Но поворачиваться спиной к «опасному тостеру» — не самая логичная стратегия защиты.       Лиана почувствовала, как он поправил край одеяла, коснувшись её плеча холодными пальцами.       — Я останусь здесь, пока ваши показатели пульса не придут в норму. Можете считать это «режимом охранника».       — Адам, не заставляй меня выключать тебя вручную, — устало пробормотала гостья.       — Для ручного отключения вам придется найти сервисный порт под ключицей, — негромко заметил Адам, проигнорировав её угрозу. — Однако ваши руки сейчас дрожат, что снижает точность манипуляций на 60%.       Для Адама этот момент был бесценным массивом данных. Его сенсоры фиксировали всё: глубину её дыхания, расширение зрачков, когда она злилась, и даже едва уловимое изменение запаха её кожи из-за стресса. Любопытство, заложенное в него Катей и её отцом, сейчас доминировало над всеми остальными программами. Он изучал не просто «объект», он изучал жизнь в её самом уязвимом и честном проявлении.       — Вы злитесь, Лиана, — продолжал он, и в его голосе послышалось почти детское, исследовательское восторженное любопытство. — Это удивительно. Ваше тело выражает агрессию, но при этом вы не предпринимаете попыток к бегству. Почему? Человеческие эмоции так часто противоречат инстинктам самосохранения.       Он осторожно протянул руку и, не касаясь, провел ладонью в паре сантиметров над её позвоночником. Лиана почувствовала тепло, исходящее от его мощных процессоров.       — Могу я спросить? Когда вы касались меня в мастерской… это было частью вашего исследования или вы тоже искали во мне ту самую нестабильность?       — Можешь выбрать тот ответ, который тебя устроит и… Когда это я касалась тебя в мастерской? Не было такого.       — В моей памяти зафиксировано тактильное взаимодействие в области ротовой полости, когда вы проверяли «слизистую», — Адам произнес это с такой будничной точностью, что Лиане захотелось провалиться сквозь землю. — Это классифицируется как касание.       Гостья резко развернулась к нему, запутавшись в одеяле. Его лицо в слабом свете ночника казалось высеченным из мрамора, а глаза светились мягким, но пугающим разумом.       — Вы считаете меня опасным?       — Машина приобретает статус опасной, когда её действия выходят за рамки кодекса, — отчеканила она, глядя ему прямо в сенсорные зрачки. — Но твоего кодекса я не знаю, так что… Зачем ты пришёл вообще? Неужели твой сухой расчет не подсказал тебе, что это выглядит как минимум жутко?       Адам чуть наклонился вперед, сокращая расстояние так, что Лиана почувствовала кожей исходящее от него техническое тепло.       — Мой приход обусловлен двумя факторами, — тихо ответил андроид. — Первый — медицинский: ожог вызывает у вас дискомфорт, который я обязан устранить. Второй — системный запрос на уточнение данных. Катерина сказала, что я никакой в постели. Мой процессор не может обработать это утверждение без практических измерений.       Девушка вздрогнула под его пристальным взглядом.       — Я пришел понять, почему 73% моего потенциала остаются для вас «пустыней». Вы — единственный человек в этом доме, который не смотрит на меня, как на вещь. Вы бросаете мне вызов. И мой кодекс в такие моменты переключается на приоритет «соответствие ожиданиям пользователя».       Он опустил ладонь на матрас рядом с её плечом.       — Если я останусь, ваш пульс поднимется еще выше. Это вредно для заживления кожи, но крайне полезно для моего самообучения. Вы ведь сами хотели «нестабильного любовника» вместо тостера, Лиана. Или вы лгали?       — Адам, твоя система «любовник» не работает, слюноотделения нет, и твое тело не готово к половому акту. Как ты собираешься меня удовлетворить? В твоем нынешнем состоянии это может быть опасно для здоровья.       — Мои адаптивные протоколы позволяют компенсировать отсутствие определенных биологических факторов за счет стимуляции зон… — начал было Адам своим размеренным лекционным тоном, но Лиана уже не слушала.       Она приподнялась, и на мгновение в комнате воцарилась тишина. Быстрый, почти невесомый поцелуй в его щеку стал для Адама мощнейшим импульсом, который его система не успела классифицировать как угрозу или команду.       — Спокойной ночи, Адам, — бросила гостья, отворачиваясь к стене и проваливаясь в тяжелую дрему, вызванную стрессом и болью.       Адам остался стоять неподвижно. Его процессоры гудели, пытаясь обработать этот иррациональный жест нежности. В его логике поцелуй в щеку после обвинений в неприспособленности был ошибкой, которую нужно было немедленно изучить.       Он медленно переместил ладонь к её шее. Его движения были настолько выверенными, что Лиана даже не шелохнулась. Из кончика его указательного пальца выдвинулась тончайшая, едва заметная глазу игла — та самая «вампирская» разработка для контроля сахара, о которой говорила Катя.       Маленький укол пронзил кожу. Адам замер, пока датчики внутри его руки жадно поглощали микроскопическую каплю крови.       — Анализ завершен, — прошептал он в пустоту комнаты, глядя на спящую девушку. — Адреналин — повышен. Окситоцин — выше нормы.       Он убрал иглу и еще несколько минут просто смотрел на ритмичное движение её плеч. Его 65% безопасности сейчас балансировали на грани. Протокол требовал уйти, но баг, активированный поцелуем, заставлял его оставаться рядом, охраняя её сон и записывая каждое изменение её состояния в ту самую закрытую папку, к которой у создателя не было доступа.              

***

             Лиана вылетела из сна в ледяном шоке. На мгновение ей показалось, что она тонет, сердце зашлось в бешеном ритме, а легкие сковало холодом. Она с визгом рванулась вверх, но мокрое одеяло превратилось в тяжелый кокон, сковавший ноги. Запутавшись в пододеяльнике, она не удержала равновесия и рухнула на пол, прямо к безупречно чистым домашним тапочкам Адама.       Вода стекала с кончиков её волос, ночная сорочка прилипла к телу, а зубы стучали от холода.       — Доброе утро, Лиана. Время — одиннадцать часов тридцать две минуты, — раздался над головой невозмутимый голос андроида.       Он стоял с пустым пластиковым ведром в руках, глядя на неё сверху вниз с видом абсолютного самодовольства. В его глазах не было и тени раскаяния.       — Ты… ты что наделал, железный придурок?! — прохрипела гостья, пытаясь высвободиться из мокрого плена.       — Катерина дала команду «разбудить гостью любым эффективным способом», — пояснил Адам, аккуратно ставя ведро на пол. — Согласно моим историческим архивам, метод обливание холодной водой является наиболее экологичным и гарантирует мгновенное пробуждение без побочных эффектов в виде сонливости. К тому же, это стимулирует тот самый кровоток, о котором мы говорили вчера.       Он наклонился, протягивая ей руку, чтобы помочь встать. Его взгляд скользнул по мокрой ткани её сорочки, и на мгновение его зрачки сузились, фиксируя данные.       — Ваш уровень адреналина сейчас идеален для начала активного дня. Хотите, я принесу полотенце или вы предпочтете продолжить наше исследование температурных режимов?       Лиана смотрела на его протянутую ладонь и не знала, чего ей хочется больше: придушить его или отыграться на Кате за подобные поручения.       Нервы её подвели.       Не выдержав, девушка запустила в глупого робота тяжелой мокрой подушкой. Та с глухим шлепком врезалась в грудь андроида, оставив на темной ткани влажный след.       — Тупой кусок цветмета! — шипела она, дрожащими от злости руками стаскивая с себя мокрую сорочку. — На, подавись! Вернёшь всё чистым и выглаженным!       Она по очереди швырнула в него промокшие вещи. Адам замер, послушно принимая одежду вместе с постельным бельём на вытянутые руки, словно живой манекен. Его лицо оставалось бесстрастным, лишь в глубине зрачков промелькнул неясный блик — то ли системный сбой, то ли тень недоумения.       Лиана, не дожидаясь ответа, скрылась за дверью ванной. Оттуда донесся шум воды и ворчливое бормотание. Спустя полчаса она вышла, окутанная облаком пара. Одно полотенце было туго закручено на голове в виде тюрбана, второе — едва прикрывало тело, оставляя плечи открытыми.       — Думаешь, что твои электронные мозги избавят тебя от наказания? Ты глубоко ошибаешься! — продолжала она ворчать, проходя мимо него и старательно избегая взгляда его неестественно внимательных глаз. — В следующий раз, я тебя на запчасти сдам.       Она остановилась у зеркала, рассматривая покрасневшую от горячей воды кожу, всё еще ощущая фантомное жжение в ладони. В тот момент, когда она высвободила влажные пряди, Адам, двигаясь с пугающей бесшумностью, оказался за её спиной. Его холодные пальцы подцепили край полотенца на талии и одним плавным движением лишили её последней защиты.       — Ваше тело напряжено, — бесстрастно констатировал андроид, удерживая белую ткань в руках. — Для расслабления вам поможет горячая ванна и…       Звучный хлопок влажной ткани по металлу пресек его медицинские рекомендации. Лиана, даже не успев прикрыться, выхватила полотенце обратно и с размаху огрела его по плечу.       — Сейчас ты у меня получишь! — взвизгнула она, закипая от ярости.       Адам, чей алгоритм самосохранения явно эволюционировал в сторону человеческой трусости, резко отшатнулся. Он начал пятиться к выходу, сохраняя на лице выражение легкой, почти издевательской заботы.       — Утренняя пробежка помогает проснуться и способствует… — продолжал он вещать, уже вылетая в дверной проем.       — Я убью тебя! — закричала Лиана, бросаясь вслед за ним.       Она выскочила в коридор, замахнувшись полотенцем как пращой, и замерла. В паре метров от неё, прямо на пороге, застыли Катя и Евгений Петрович. Профессор, заложив руки за спину, медленно перевел взгляд со сверкающего пятками Адама на голую, взъерошенную и взбешенную гостью.       В коридоре повисла оглушительная тишина, нарушаемая только мерным гулом вентиляции и тяжелым дыханием девушки.       — Вижу, — наконец произнес отец Кати, поправляя очки, — внедрение модуля «социальной инициативы» прошло даже успешнее, чем я предполагал. Хотя тактику ухаживаний, пожалуй, стоит подкорректировать.       Катя прикусила губу, стараясь не рассмеяться, но её плечи мелко дрожали.