Пустой резонанс

Средняя Башня. Резиденция семьи Кун. 20 лет назад

Он не оборачивается, даже когда она раскручивает удочку и хлестким движением забрасывает ее в бассейн. Мальчишка продолжает сидеть с прямой спиной и расслабленными плечами. Свою удочку он не держит, оставив эту работу стопорам и плавным тягам катушки. Лишь делает вид, что концентрируется на поплавке? Хм… или действительно сосредоточен на нем, так что даже еще одна «рыбачка» заслуживает лишь второй номер в фокус-листе внимания? Любопытный психотип.       — Ты в прошлый раз так и не рассказал мне, что тут водится.       — Я сказал тебе, где об этом можно почитать. Зачем тебе перечисление моим голосом? Мария чуть подтягивает леску вращением спиннинга, заставляя воду расходиться идеальными кольцами. А ведь когда она его увидела в первый раз, ей было его даже немного жаль. Очередной «мальчик». Не то чтобы «брак»… Любой ребенок от главы Великого дома — полезное приобретение. Особенно такой умненький, по слухам. Очень умненький. Но все же, он родился вместо столь желанной в ветви девочки. Которая могла бы… Но увы. В третий раз Сора вряд ли затащит Эдвана в постель. И теперь у ветки Агнис есть этот одинокий мальчишка с острыми углами коленок и локтей. Сжавшийся со своей удочкой на длинном пустынном берегу. Как аллегория ненужности и разочарования. Мария переводит защелку в положение «стоп», фиксируя длину лески. Она и не сразу поняла при первой попытке заговорить с ним, что поза тщательно выверена на максимально длительное сохранение неподвижности при ненарушенности кровообращения. Что в экономных словах в ответ ей вовсе не робость, а нежелание тратить время и энергию на чужачку. Раз ей надо — то пусть сама и говорит. Кажется, тогда она внутренне даже рассмеялась. Нарисовала себе в голове нежный портрет отпрыска Соры и сама же поплатилась за свои фантазии. О-нет, Кун Агеро Агнис вовсе не был забитым умником. Но это даже к лучшему. Ловит себя на том, что ей очень хочется его коснуться. Понять. Какой он на ощупь. На вкус, на запах, на цвет. Этот результат неудачного эксперимента. Эта дорогущая группировка из атомов. В которую семья Агнис вложила почти все и так жестоко просчиталась. Второе разочарование подряд после его пустышки-сестры. Та удалась в плане пола, но генетически ничем не отличалась от огромного выводка таких же синевласых девчонок. Что пачками рожали женщины после того, как Эдван одаривал их своим вниманием на ночь-другую. Как и сама она… Мария Кун. Но это только пока. Итак, пусть «мальчик», не девочка. Совсем не тот пол, что годится в императорские приемные жены-дочери. Что может возвыситься до Принцессы и возвысить вместе с собой всю ветвь. Но Марии кажется, что она заметила в протоколе кое-что, что пропустили те, кто курировал эксперимент. Словно, когда у Агнисов кончились деньги, у Марты Ло По Биа кончилось желание применять экспертность. И аж до покалывания в кончиках пальцев хочется проверить. А вдруг… Поэтому первый пункт плана — наладить контакт. Девушка присаживается рядом, копирует энергосберегающую позу. Поправляет прядь волос. Чуть более яркую, чем у «брата». Странно думать о мальчишке именно в таком ключе. Но так она будет звучать более искренне.       — Просто как второе экспертное мнение. Мало ли что пишут. Интересен практический опыт.       — На практическом опыте пока зафиксированы гуппи. Он по-прежнему не смотрит на нее. Делает паузы между словами.       — Гуппи? Они ж вообще везде водятся, их даже можно в фонтане поймать на центральной площади.       — И что?       — Я думала ты тут сидишь с какими-то более выдающимися результатами. Я вот нацелилась на шинь-вао.       — Ну и дура. Мария прищуривается. Забавно, из ее расчетов он должен был наконец повернуться, распахнуть глаза и сказать что-то типа «ого». Значит, будем перестраивать стратегию на лету.       — Нет. Я посчитала. Он значится среди обитателей этого бассейна. Есть задокументированный кейс. Шанс поймать шинь-вао один к десяти тысячам. Если мы прикинем, что он тут остался один на 14 сакаларов воды, в концентрации шинсу 0,4. Это много. При соблюдении всех условий займет всего лишь неделю.       — Ты правда считаешь, что один к десяти тысячам — это много? Бинго, она его зацепила! Синие глаза наконец-то сфокусированы на ней. Ей присвоили ранг выше «поплавка».       — Конечно. Намного больше, чем один к ста тысячам. Вот там уже намного сильнее надо стараться и не допускать ошибок. Докажу тебе за одну неделю. Спорим? Мальчишка чуть склоняет голову к плечу, задумчиво моргает, словно пересчитывая и наконец кивает:       — Нет.       — Что, боишься проиграть девчонке?       — Не боюсь. Просто смысла не вижу. Ты права. К чему тут спор? Если все учесть, то один в неделю ловится.       — Меня Мария зовут, — девушка протягивает руку. Кончики ее пальцев неуловимо подрагивают.       — Агеро, — он вкладывает свою ладонь. Она оказывается очень холодной, но самой обычной на ощупь. Ничего не происходит. Но ведь ничего и не должно? Это лишь первый шаг ее плана. Который она даже не продумала до конца. Поэтому Мария уверенно трясет мальчишку за руку и придвигается на полшага ближе. Пахнет он озоном и чем-то вроде дорогого шампуня с амброй.

***

Настоящее. Этаж Токки. Центральный Заповедник.

Он пахнет нелепо. Цветком Зайгены. Нежно, совершенно по девчачьему. И даже после секса. Марии нравится представлять, как это выглядит со стороны. Белым по белому. Ее белые пальцы в его белых волосах. Его белые бедра впаянные в нее. И если они одновременно зажмурятся, то могут превратиться в две совершенные мраморные статуи с голубоватыми прожилками. Кожа к коже, сила к силе, исключительность к исключительности. Урек всегда спит крепко. Даже во сне кутая ее в бесцветное, мягкое тепло. Насыщая энергией. Хочется тереться об него, безрассудно, по-кошачьи. Пусть он не очень умел, ей несложно самой скорректировать угол и задать темп встречными движениями. Закрутить шинсу так, что механика отходит на второй план. И растворяться в этой силе, что начинает течь потоком, стирающим смысл физической оболочки. Мазино просто находка в этом плане. Готов откликаться на любые эксперименты. Без стыда. Без страха. Идеальный герой. Мария осторожно касается босыми ступнями деревянного пола. Влажно. Приятно холодит от подушечки большого пальца, по краю ступни и до пятки. Она осторожно ступает по скользкой поверхности. Отодвигает полог и выходит на открытый воздух. Жарко. Даже ночью на Этаже Токки температура может быть безжалостна к живым существам. В нескольких метрах от дома клубится туман. Потрескивает микроразрядами. Мария ловит отголоски живого существа в белых всполохах. Присаживается, смотрит пристально. Грозовая саламандра? Урек примчался сюда, услыхав, что тут засекли ее следы. В последнее время он загорелся идеей восстановить экосистему, что была когда-то на этаже Малруни. Рассчитал, что для стабилизации популяции гигантских черепах можно подселить к ним грозовую саламандру, что-то там про климат, симбиоз, она не вникала дальше. Вот кто бы знал, что под горой мышц, бейсболкой и адскими красными глазами скрывается такая комбинация… воззрений. Мария осторожно тянется шинсу в сторону тумана, там трещит чуть яростнее, вспыхивает искрами, пятится вглубь. Пусть убегает, это точно может подождать до утра. Девушка возвращается внутрь, садится на краешек кровати, внимательно смотрит на спящего мужчину. Запах Зайгены кружит голову. Она подтягивает коленки и забравшись уже под одеяло целиком осторожно кусает Мазино за плечо.       — Мари?       — М? — укусы становятся сильнее и перемещаются вдоль ключицы к шее.       — Все в порядке?       — Да, — девушка плотно прижимается к горячему боку, потом скользит и по-змеиному устраивается на груди, — Просто выходила подышать. Она заглядывает в глаза, касается носом к носу:       — Проверяла, вдруг к тебе как к Белоснежке сами сползлись все нужные зверюшки. И не надо будет завтра весь день за ними гоняться, распугивая экосистему. Урек чуть приподнимает голову и тянется к губам. Снежная принцесса в одной постели с ним, что тает в его руках как лед, топит все лишние мысли и мотивы. Мария перекидывает ногу, устраивается поудобнее. Кожа к коже будоражит, разгоняет кровь, шинсу загорается искристым горным ручьем, но… любопытно, каково это, когда есть истинная синхронизация каналов и систем. Когда можно вторгнуться не только в тело, но и в душу? Насколько это может быть всецелым? Единым, разделенным на двоих и умноженным на тысячи тысяч.