Как не убить комплиментом

Неделю спустя

Ая сидела в комнате общежития и учила язык Инумаки. — Значит, «тунец с майонезом» — это привет, «копченая скумбрия» — как дела, — бормотала она, водя пальцем по списку. — «Ватагаси» — нравишься, «комбу» — спасибо. А «твайс» — это... — Люблю тебя, — закончил за неё Мегуми, который зашел передать учебники. Ая подпрыгнула. — Ты чего подкрадываешься? — Я не подкрадываюсь. Ты просто увлеклась. — Мегуми сел на стул. — Так ты теперь учишь язык Инумаки? — Приходится, — вздохнула Ая. — А то он говорит, а я половину не понимаю. Вчера сказал «куромэ». Я думала, это комплимент, а это просто черный кунжут. Обидно. — Куромэ — это «ты красивая», — сказал Мегуми. — По крайней мере, он так говорил Нобаре, когда она его спросила об этом. Ая замерла. — То есть... он называет меня красивой, а я думала, он хочет есть? — Добро пожаловать в мир Инумаки Тоге, — пожал плечами Мегуми.

Прошло два дня

Тоге и Ая сидели в том самом кафе «Капля», где Инумаки мечтал побывать с ней с самого начала и где работала девушка Фушигуро. Теперь они были официально парой, и это было немного странно. — Скумбрия? — спросил Тоге, глядя на нее. — Умэбоси, — ответила Ая. — Хотя нет, вру. У меня колени трясутся. Тоге написал в блокноте: «У меня тоже». — И чего мы трясёмся? — удивилась Ая. — Мы же уже неделю вместе. «Потому что это первое официальное свидание. Оно важное». — Глупости, — фыркнула Ая, но улыбнулась. Естественно, в кафе ворвался Годжо. Он не мог пропустить это важное событие: его ученик, Инумаки Тоге, впервые отправился на свидание. — Дети мои! — заорал он. — Я так счастлив, что вы наконец-то вместе! Я же говорил, мой план с библиотекой сработает! — Это не ваш план сработал, — огрызнулась Ая. — Это Тоге меня спас от бандитов. — Это детали! — отмахнулся Годжо. — Главное — результат! Я уже готовлю речь на вашу свадьбу! — На какую свадьбу? — опешила Ая. — Ну, вы же поженитесь когда-нибудь? — Годжо сделал круглые глаза. — Или я зря старался? — Годжо-сенсей, идите отсюда, — простонал Тоге, записывая в блокнот. Годжо исчез, оставив на столике им в подарок две чашки латте и счет. — Он странный, — вздохнула Ая. — Лосось, — согласился Тоге. Они сидели и потягивали латте. Ая смотрела, как Тоге аккуратно приспускает шарф, чтобы сделать глоток, и быстро поднимает обратно. «Так трогательно», — подумала она. — А больно? — вдруг спросила девушка. — Что? — Твой дар. Тебе больно, когда ты говоришь нормально? Тоге задумался. Потом написал: «Не больно. Опасно. Я боюсь навредить тем, кого люблю». — Поэтому ты все время скрываешь часть лица? Тоге кивнул. Ая протянула руку и коснулась его щеки поверх шарфа. — Знаешь, — тихо сказала она. — Ты, может, и странный. Но ты самый смешной странный из всех, кого я встречала. — Это комплимент? — написал Тоге. — Самый лучший, — улыбнулась Ая.

***

Прошло еще две недели. Ая и Тоге уже стали местной достопримечательностью. Все в колледже знали: если видишь парня и девушку, которая орет на него «Лосось, не отставай!», — это они. Итадори умилялся, Нобара гордилась, Мегуми делал вид, что ему все равно, но на самом деле был рад. А Годжо... Годжо готовил грандиозный финал. В один прекрасный день он собрал всех студентов во дворе. — Внимание! — объявил он. — Сегодня исторический момент! Наш дорогой Инумаки Тоге впервые в жизни скажет своей девушке три заветных слова! Без блокнота! Живым голосом! — Чего? — опешила Ая. — Тоге, не смей! Тоге стоял бледный как стена. Он с ненавистью смотрел на Годжо. — Давай, Тоге! — подбадривал Годжо. — Ты сможешь! Всего три слова! Она поймёт! Толпа затихла. Тоге перевёл взгляд на Аю. Она смотрела на него одновременно с ужасом и надеждой. Тоге глубоко вдохнул, сжал кулаки и открыл рот. — Я... — начал он. Воздух вокруг задрожал. У кого-то из студентов пошла кровь из носа. — Тихо! — заорала Ая. — Не смей! Но Тоге уже не мог остановиться. — Я... — повторил он. — Люблю... тебя! Последние два слова он выкрикнул так, что под ногами дрогнула земля, с деревьев упали листья, у Годжо слетела повязка. Ая стояла и смотрела на Тоге. Он тяжело дышал, но стоял на ногах. И улыбался. — Я сказал, — прошептал он. — Я смог. Ая подбежала к нему, обняла и поцеловала в щеку. — Идиот, — прошептала она. — Самый лучший идиот на свете. — Твайс, — тихо сказал Тоге. — Твайс, — ответила она. Годжо расплылся в улыбке и пустил слезу. — Это прекрасно! — всхлипывал он. — Я вырастил их! Я свел их! Я... — Заткнитесь, сенсей, — хором сказали Итадори, Мегуми и Нобара.

***

С того дня прошел ровно год. Ая свободно говорила на языке Инумаки. Она могла поддержать разговор, признаться в любви и даже поругаться, используя только названия рисовых шариков. Тоге, в свою очередь, научился писать стихи, а Ая бережно хранила их в отдельной коробке. Годжо каждую неделю спрашивал, когда свадьба, и каждый раз получал от Аи предложение «заткнуться и пойти покурить бамбук». — Она меня не любит, — жаловался он Мегуми. — Она вас ненавидит, сенсей, — поправлял Мегуми. — И совершенно справедливо. Но Годжо не обижался. Он был счастлив, что его план с библиотекой удался. На следующее утро Тоге, как всегда, написал Ае: «Твайс». Ая улыбнулась. Ведь это значило больше, чем тысячи обычных слов.