Всё, что я знаю о тебе

«Я любю, мама папа и, сесра» Веритас ощущает внутри что-то очень сильное. Оно стискивает сердце, выжимает всë из лëгких и давит к глазам влагу. Он глубоко вздыхает, чтобы голос не дрожал и улыбается ребëнку. — Уже намного лучше, ты большой молодец! Смотри, у тебя есть маленькие ошибки, я тебе помогу, — он говорит очень мягко и спокойно, смотря в эти родные глаза, но со всë ещë непривычной жизнью в них. Ему больше знакомы лишь мягкие отблески того света, что он видит сейчас в глазах Какавачи, и то в очень особые моменты. Взгляд Авантюрина Рацио ощущает затылком и оборачивается, закончив объяснять ошибки Какаваче. Авантюрин всë ещë выглядит немного напуганно и затравленно. — Ты правда уверен, что ему всë это нужно? — тихо спрашивает, когда Веритас выходит к нему и прикрывает дверь. — Я думаю о том, что тебе это было нужно, — рука Веритаса ныряет за чужую спину, находит взмокшую ладонь и сплетает пальцы. — Я обязательно разберусь с этим всем и исправлю, но пока Какавача здесь, я ответственно дам ему то, что уже не могу дать тебе. Рацио привлекает Авантюрина в крепкие объятия. Он понимает, что тот боится. Всем известный эффект бабочки. Веритас виноват, заигравшись с исследованиями и экспериментами с машиной времени. И он берëт ответственность, как считает правильным. И в его понимании самое верное — дать этому ребёнку всë, что получал в детстве он сам. Это как будто бы честно и справедливо. — Он очень ждëт общения с тобой после урока, — шëпотом делится Веритас. Авантюрин кивает, пряча лицо в тëмных вихрах на чужой шее, но цепляется только сильнее и не отпускает несколько долгих минут. Рацио кажется, что это очень громкое и честное «спасибо».